Как воспитывают гениев

К началу июля миссис Дурсль добралась, наконец, до своего садика. Когда соотношение сорняков и культурных растений на клумбах снизилось до трех к семи после первоначальных десяти к одному, миссис Дурсль сочла свою задачу выполненной. Она устало распрямила спину, сняла садовые перчатки и, взяв лейку, направилась в дом за водой. Поливать из шланга с таким трудом спасенную клумбу ей не хотелось: вода шла под слишком большим напором. Еще с порога Петунья услышала, как два детских голоса, один повыше, другой побасовитей, отчаянно фальшивя, но дружно распевают Let it snow, Let it snow, Let it snow. Миссис Дурсль осторожно заглянула в гостиную. Увиденное заставило ее сползти вниз по косяку и сесть прямо на пол. Ковер, диван, кресла, все горизонтальные поверхности были усыпаны сугробами некой белой субстанции, в которой миссис Дурсль без труда узнала хлебопекарную муку. Здесь были рассыпаны не меньше чем полугодовые запасы, вероятно, все, что нашлось в кладовке. Ее сын, стоя на диване, широким жестом сеятеля подкидывал вверх муку горстями, а Гарри, стоя внизу, самозабвенно дул, создавая в воздухе настоящие белые вихри. Оставалось загадкой, как при этом он еще умудрялся подпевать брату. - Какая красота! – вырвалось у миссис Дурсль. Мальчишки обернулись: - Правда, мама, тебе нравится? Правда красиво! – первым подбежал Дадли, обнял за шею, прижался всем телом, пачкая ее рубашку и джинсы в муке. Гарри был вторым, но не менее грязным: - Правда здорово мы зиму придумали? – глядя в его сияющие глаза, которые все больше напоминали ей глаза сестры, Петунья открыла рот. Потом его закрыла. - Да. Вы меня потрясли, это правда. Теперь надо подумать, как все это убрать. Может прилетит дракон и развеет весь этот снег? – предложила миссис Дурсль, думая о пылесосе. - Драконов не бывает, - решительно заявил Гарри. – Это глупые сказки, мы в чудеса не верим, правда, Дадль? - Угу, - подтвердил поименованный Дадлем. – Так хочется, чтобы зима поскорей наступи-ила! Пода-арки будут! - Значит, день рождения Гарри мы не отмечаем? Сразу Рождество? - Нет, нет, - завопили дети. – сначала день рождения! - Тогда давайте так: срочно убираем зиму, а то лето испугается и убежит. И день рождения у Гарри в этом году не наступит. Через десять минут сидя на диване, миссис Дурсль умиротворенно наблюдала, как Гарри, пыхтя, орудовал пылесосом, а Дадли веником и тряпкой. «А я-то думала, чем их занять до ужина. Вот вопрос и решился сам собой. Главное, потом все отмыть. Включая детей». Отмывать детей приходилось регулярно. Удивительно, где эти дети находили такое фантастическое разнообразие цветов и субстанций. Банальные песок, глина и пятна от травы за грязь уже и не считались. Как-то Петунья перепугалась до полусмерти, обнаружив на руках и одежде братьев бурые разводы и вообразив, что это засохшая кровь. Оказалось, что дети нашли где-то во дворе ржавый обломок трубы и таскали его за собой целый день, извозившись в ржавчине. «Им всего по четыре года. Что будет дальше?» Как эти дети выучились читать, Петунья не заметила. Казалось, только вчера она повторяла с ними алфавит – и вот уже Гарри прибегает на кухню с вопросом: - Мама, а что такое «суверенные долги»? Оказалось, что детям стало скучно читать сказку о Белоснежке и они перешли на папину газету, позабытую мистером Дурслем в гостиной. Вообще со сказками у братьев не складывалось. «Интересно, - думала Петунья, - Как же я раньше не замечала всех этих нестыковок и несоответствий. Или у этих детей мозги иначе устроены?» Сказки вызвали у мальчишек дружное недоумение и лавину вопросов: - Она что, совсем дура, эта Шапка: не смогла бабушку от волка вблизи отличить? Зачем она волку все стала про себя рассказывать? Почему ее мать отпустила в лес одну, если там волк? А почему жнецы стали слушаться какого-то неизвестного кота? А почему у людоеда в замке слуг нет? Он всех съел? – и так до бесконечности. Подходящее чтение дети нашли себе сами. Как-то в воскресенье Дурсли засиделись за вечерним чаем. Нечасто им теперь выпадали такие спокойные вечера. Дети тихо как мышки сидели у себя наверху. - Что-то они там подозрительно притихли, - заволновалась Петунья, порываясь бежать наверх. - Сиди, - остановил ее мистер Дурсль. – Я сам посмотрю. Через пару минут он вернулся, с тяжеленным тисненым золотом томом в кожаной обложке и водрузил его на стол: - Можешь полюбопытствовать, чем зачитались наши дети. Восьмой том Британской Энциклопедии 1911 года издания. - Почему именно восьмой? – только и могла спросить Петунья. - Не спрашивал, - пожал плечами Дурсль. – Может там картинки красивые? Или его оказалось проще всего вытянуть из книжного шкафа? С того дня сказки по общему молчаливому согласию были отложены до лучших времен. Теперь дети читали с Петуньей все подряд энциклопедии про разные страны и исторические события (уж они-то всяко оказывались интересней сказок, хотя отдельные короли вели себя не умней Красной Шапки), а папа Дурсль рассказывал деткам перед сном устройство парового двигателя и законы термодинамики. Интересно же! Как-то вечером, припозднившись с работы, мистер Дурсль обнаружил свою жену за столом в гостиной, лихорадочно роющуюся в толстых тетрадях, в которых он опознал ее университетские конспекты. - Что это ты вдруг занялась самообразованием? – устало проворчал он. – Ужина сегодня не будет? Петунья подняла на мужа несчастные глаза. Ее взгляд точнее всего можно было описать эпитетом «загнанный»: - Вернон. Сегодня эти дети задали мне следующие вопросы: Как устроен арбалет? Из чего состоят кольца Сатурна? Чему равно точное расстояние от Солнца до альфы Центавра? Сколько воинов было у короля Альфреда, когда он атаковал короля Гутрума у Эддингтона? Почему белые медведи не водятся в Антарктике?... - …И почему принципиально невозможен вечный двигатель, - докончил список мистер Дурсль. У него отчего-то сразу улучшилось настроение. – Ты надеешься найти ответы на все эти вопросы в своих оксфордских лекциях? - Боюсь, моего образования недостаточно, чтобы удовлетворить любопытство этих детей. И знаешь, что самое ужасное, Вернон? Они действительно хотят знать ответы! Тем вечером мистер Дурсль удовлетворился холодным мясом, булочкой с молоком и короткой популярной лекцией по астрономии, которую он прочел жене перед сном: когда-то мистер Дурсль увлекался звездами. В воскресенье Вернон Дурсль проснулся от того, что кто-то (Кто-кто? Сыновья, кто ж еще!) громким шепотом ругался и спотыкался на лестнице, стараясь не разбудить родителей: - Осторожней, ты, слон неуклюжий! - Сам слон! Снизу бери! - Держи крепче! Крепче держи! Ой, тяжелый, выскальзывает… А-а-а! - Ой, мама! И под сдавленные вопли детей что-то с жутким металлическим грохотом прокатилось по лестнице и зазвенело внизу так, что стены затряслись. Петунья осоловело подпрыгнула на кровати, порываясь вскочить и куда-то бежать, но Вернон удержал ее. - Что это было? Они опять взорвали дом? – в сонном голосе миссиc Дурсль не звучало ни тени волнения. - Нет, что-то уронили с лестницы. Судя по звуку, это был жестяной таз. - Зачем им таз в комнате? Пойду посмотрю, что там творится. - Погоди. Дай им замести следы преступления. - Ты считаешь, они настолько глупы, что не догадаются, что этот шум и мертвого разбудит? – Петунья решительно сунула ноги в шлепанцы, набросила халат и открыла дверь. - Вы что, совсем с ума посходили? – раздался через мгновение ее вопль, переходящий в ультразвук. – Вернон! Они тащили таз с ВОДОЙ!! Ликвидация потопа заняла все время до завтрака. Свежевымытая лестница блестела. Заодно юными пакостниками были отдраены коридор, чулан, кухня и крыльцо. - Что это вам взбрело в голову? – строгим голосом поинтересовался Вернон Дурсль, намазывая мармелад на свежеподжаренный тост. - Понимаешь, папа, мы опыт по оптике ставили, хотели разложить солнечный свет на спектр и получить радугу… - начал Дадли. - Главное, зеркало надо разместить в воде строго под углом в 25 градусов, чтобы солнечные лучи преломлялись под нужным углом… - подхватил Гарри. - И почему таз надо было обязательно тащить наверх? В кухне спектр разложить никак нельзя было? - В кухне утром нет солнца, - мрачно ответил Гарри. – А в гостиной ковер, мы же не идиоты – тащить таз с водой в комнату, где есть ковер. - Ну да, ну да. Предлагаешь похвалить вас за предусмотрительность? А как вы собрались определять угол в 25 градусов? - Опытным путем. В смысле методом подбора, - пробасил Дадли. – Пап, мы не нарочно, просто таз оказался очень тяжелый. - А у кого-то ноги заплетаются, - не выдержал Гарри. По жребию ему досталось отмывать перед завтраком пыльный чулан и он был крайне недоволен жизнью. - А у кого-то руки кривые, - мгновенно среагировал Дадли. - Так. Эксперимент подготовили из рук вон плохо. Метод подбора – спасение для ленивых болванов. А для невежд подсказываю: есть такая штука, называется транспортир. А за бардак, что вы устроили, будете наказаны. Оба, - таким тоном Вернон говорил обычно с провинившимися подчиненными. «Поровну, все и всегда поровну, - мелькнуло в голове у миссис Дурсль. – Конфеты, поцелуи, наказания и подзатыльники.» - Гарри. Ты отправляешься до обеда в чулан. - Опять чулан! – тихонько простонал Гарри. - Ну, ты же его хорошо отмыл? – поднял бровь мистер Дурсль. – Теперь там должно быть чисто, прохладно. Гарри закатил глаза к потолку, но возражать больше не посмел. - Дадли! Ты отправляешься в кладовку. И чтобы до обеда ни одного звука из помещений. - Хоть книжку-то взять можно? – просительным тоном протянул Дадли. - Можно, - смилостивился строгий отец. – По одной. На ваш выбор. Дадли выбрал для изучения схему устройства телевизора с электронно-лучевой трубкой, Гарри забрал университетский учебник Дурсля по геометрической оптике, о чем мистер Дурсль с улыбкой сообщил жене, убедившись, что наказанные разведены по помещениям и заняты делом. - Мой сын, моя кровь! Потомственный инженер! – с гордостью сказал Дурсль. – Схемы, провода, чертежи! Уверенный практический подход. Я был таким же в его возрасте. - А Гарри? – спросила миссис Дурсль. - О! Этот теоретик. Ему интересней знать как и почему, а применение его не заботит. Кстати, эти дети уже добрались до наших учебников. Может, запирать их теперь на чердаке? - Детей или учебники? – уточнила миссис Дурсль. - Боюсь даже предположить, на что скоро окажется способна эта парочка, - задумчиво покачала она головой . – Нам надо продержаться еще год. Потом они пойдут в школу и должно стать легче. - Ну, учителям с нашими парнями легко точно не будет. И пусть поможет Бог этой школе, - усмехнулся мистер Дурсль и с довольным видом разгладил свои пышные усы.