Битва Солнц. Красный гигант

Еще пару дней назад я жаловалась на одиночество. Я научилась с ним жить, но оно напрягало меня. С той же силой мне сейчас его не хватает, потому что только избавившись от общества Элиаса, я попадаю в мир тканей Дэна. Не знаю, где он раздобыл их. От обилия ярких цветов слепит глаза. — Моя муза! — приветствует меня мой сосед взмахом больших ножниц. У меня нет желания говорить с ним. Делать хоть что-то, что требует умственного труда. Я иду в душ, хоть была там два часа назад. Вместо того, чтобы включить воду, я крушу все на своем пути. Разбрасываю флаконы с шампунем и жидким мылом по всей душевой. Дэн беспокойно стучит в двери и выясняет, все ли со мной в порядке. Я прогоняю его. Меня трясет и мучают слёзы. Мне давно уже казалось, что я вернула контроль над своим разумом после Битвы, но что если это не так? Что, если я превращаюсь в извращенную версию Шерил? Минут через пять стук повторяется. — Оставь меня, Дэн, — кричу я через закрытую дверь. Двери с треском открываются, их выбивают ногой. Входит человек, которого я меньше всего хотела видеть сейчас. Кит. К кому же еще Дэн мог обратиться за помощью, когда его ненормальная соседка начала трощить номер?! — Рыжая, кровь тебе не к лицу, — говорит он, беря в руки мои порезанные ладони. Я даже не замечала, что у меня идет кровь. Всюду лежат крошки стекла, пол скользит от мыла. — Я справлюсь, — Кит машет головой Дэну, который замер на пороге, и тот уходит, закрыв за собой дверь. — Ты чего? Кит пытается заглянуть мне в глаза, но я нарочно отвожу взгляд. Я сижу, забившись в угол, и напоминаю себе ту девушку, которая в мокром платье оплакивала смерть подруги. Только сейчас я оплакиваю не Риту, а хаос в моей голове. Мне жаль, что я утратила целостность. Я стала слишком проблемной даже для самой себя. Как теперь я могу быть фараоном, если не могу унять внутренний гнев?! Который, кстати, проснулся как раз из-за Кита. Из-за его собственнического отношения. — Уходи, Кит, — я вытираю заплаканное лицо рукавом. — Позвать Элиаса? — уточняет он холодно. — Просто уйди, — рычу я, но вместо этого Кит крепко обнимает меня. — Плевать мне на твои желания, ты не в себе. Он подходит к душу, старательно переступая через битое стекло, включает воду. Затем он снимает с себя майку и, как маленькую, избавляет от футболки и меня, оставляя на мне только белье. Он усаживает меня под душ, прижимает спиной к своей груди, и просто ждет, пока меня не перестают сотрясать слёзы. — Расскажи, что случилось, а? — просит он. Я лишь качаю головой. Что я знаю об этом? — Я просто злилась, — отвечаю я, наконец. Со мной всегда было так. Любая негативная эмоция сперва пробуждала во мне гнев, а потом и слёзы. — Хорошо, — Кит принимается вытирать мои окровавленные ладони под потоком воды. — Лучше, если это будет стекло, а не люди. — Я избила Правого, — говорю я. Кит напрягается. — А он этого заслужил? — В полной мере, — отвечаю я. — Тогда ладно, — кивает он. Мои ладони начинают болеть, но несмотря на это я с силой хватаю Кита за руку, когда он пытается убрать руку. — Тш-ш-ш, — шепчет он мне на ухо. — Я здесь, не бойся. Я нуждалась в нем все это время. Сильные девочки на самом деле не хотят быть такими. — Кит… — всхлипываю я. — Что, рыжая? — голос его не такой задорный, каким он хочет, чтобы я его слышала. — Ничего… Просто… Ничего. — Ладно. Он крепче обнимает меня и целует в висок. Я ненормальная, неуравновешенная, недружелюбная, но он все еще возится со мной, как год назад. Может, он и вправду мой друг? — Я боялась, что не увижу тебя вновь, — признаюсь я ему и самой себе. Мои пальцы перебирают ленту на его запястье. Мою ленту. — А я ждал трансляции Праздника, чтобы еще хоть раз увидеть тебя. Как ты счастлива, как выходишь замуж. Он скрипит зубами. Скорее всего, вспоминая прошлый год, когда мы видели слёзы в глазах тех, кто женился без любви. Кто-то откровенно плакал, у кого-то была холодная отрешенность. Он не хотел меня видеть в числе подобных пар. — Если бы не новые правила, я бы сейчас искала себе мужа. А ты? Женился бы на Майе? — Рыжая… — Кит фыркает, но тут же успокаивается. — Мне бы пришлось жениться, но это не было бы по любви, в любом случае. — Да, год — это очень мало, чтобы найти ту, единственную, — соглашаюсь я. — Вовсе нет, — поспешно опровергает он мои слова. — Иногда достаточно пары дней. Но… Наверное, дело в том, что моя единственная не из района Серых. Перебираю по памяти девушек, прибывших из его района вместе со мной. Любая из них может оказаться той, в кого Кит влюблен. А может он вообще говорит гипотетически. — Майя милая, — вставляю я. Кит кивает. — А ты сама? Нашла кого-нибудь, кто стерпит твой несносный характер? Он щелкает меня по носу, и я смеюсь. — Пока что меня выносишь только ты, — отвечаю я, брызгая на него водой. Кит становится серьезным, словно секунду назад не улыбался вместе со мной. Он думает, что я намекаю на его ко мне симпатию? Ему так неприятно это? Да я же просто констатирую тот факт, что он один всегда был рядом со мной. Даже когда я вела себя не самым лучшим образом. — Я думал, что Элиас вполне выносит тебя, — говорит он. Его все ещё беспокоит то, как он застал нас под лестницей? Его собственническое отношение и привело меня к такому гневу. — Мы говорили, а потом я задремала, вопрос исчерпан? — отвечаю я грубо, и вырываюсь из его объятий. Прикрыв себя футболкой, я выхожу из душевой. — Да что с тобой не так? — кричит Кит мне вслед. Я сижу, забившись под одеяло, в то время пока Кит и Дэн собирают стекло и протирают пол в ванной. Мне бы встать, помочь им, но я не хочу видеть их. Часы на стене показывают пять, еще целый час до ужина, но я не хочу спускаться в столовую. Почему двери закрыты? Почему я не могу просто убежать в лес и остаться наедине с собой?! Я замечаю маленькое пятнышко на обоях и метаю в него нож. Стена каменная, потому нож, поразив цель, улетает куда-то под кровать. Потом достану. — Дорогая, я иду вниз, творить, — сообщает мне Дэн, возвращаясь из душевой. — Принести тебе чего-то? Я лишь качаю головой. Он снова делает это. Бросает меня наедине с парнем, из-за которого у меня психоз. Кит все ещё в ванной, отмывается после грязной работы. Не хочу видеть его. Никогда. Не хочу такой дружбы, от которой на душе тяжесть. — Ты как? Его голос застает меня врасплох. Я, кажется, не заметила, как выключилась вода. — Перестань меня опекать, — ворчу я. — Твоя забота навязчива. — Хорошо, — просто соглашается он, и уходит. Как был, в мокрых джинсах. Я хочу окликнуть его, сказать, что совсем не это имела ввиду, но так и не делаю этого. Мне приносят новый комплект шампуней и гелей, хотя я никого об этом не просила. Прислужница как-то недоверчиво смотрит на дверь, замок которой просто вывернут от удара, но ничего не говорит. Наверное, Правым все можно. Когда она уходит, я сворачиваюсь калачиком и лежу так, зажав в руке нож. После отбоя сегодня начнется ночь Инициации, я должна быть готова к этому. Я собираюсь помешать Правым веселится. Я должна. Я смогу. Вот только ничего я не смогу, пока не отдохну. Я закрываю глаза, но ноющая боль в сердце не дает мне впасть в дрему. И когда приходит время спускаться к ужину, я едва передвигаю ногами.