Битва Солнц. Красный гигант

Майя находится в симуляции на секунд тридцать дольше меня. Я знаю, что для неё это время равносильно пяти минутам. Эти пять минут могут оказаться очень трудными, если она сражается с чем-то подобным тому, что пережила я. Она молодец, долго держится, не погибла еще, может и выжить. Алекс не подгоняет меня. Без Майи тренировка не продолжится, поэтому я просто сижу, раскачиваясь на стуле. Наконец, девушка издает тихий стон и открывает глаза. Бонита помогает ей снять шлем. — С возвращением, — ласково обращается она к Майе, та лишь кивает и хватает ртом воздух. Она напугана. Что, интересно, оказалось ее главным страхом? Выпускала ли она пулю в грудь своей младшей сестры? Я никогда не спрошу Майю об этом, потому что никогда не скажу ей, с чем пришлось столкнуться мне самой. Не скажу, что дала ей умереть, чтобы спасти парня, которому минутой позже воткнула в грудь нож. — Ладно, девочки, — хлопает в ладоши наша тренер. — Пять минут на «попить воды», и на ринг. Алекс приносит нам металлические фляги. Когда-то люди пили воду из пластиковых емкостей, закончилось это тем, что наш мир отравил сам себя. Теперь только металл либо стекло. Только солнечные батареи, никакого бензина и выхлопов. Только натуральные ткани, никакой синтетики и химии. В чем-то мир стал проще, чем был, скажем, двести пятьдесят лет назад. Но это даёт нам возможность жить. Приносить пользу, возрождать планету. Ученые заново моделируют животных, выводят давно погибшие виды садовых культур, очищают мертвые участки земли. Еще лет через триста, возможно, планета станет такой, какой была однажды. Станет живой для того, чтобы человек в очередной раз забыл о ее ценности и снова начал ее убивать. Хочется верить, что будет иначе. Что люди научатся на ошибках предков. Хочется верить, что у этого мира есть шанс. Но пока хочется верить хотя бы в то, что шанс есть у нас. Выбраться из лабиринта, выжить и стать хоть капельку счастливее. Какие глупости, я и сама усмехаюсь от подобной мысли. Счастье нам не светит. По крайней мере, не всем нам. Только кому-то одному. И снова я ощущаю себя эгоисткой, потому что собираюсь отнять счастье у двадцати с лишним человек. Решить их судьбу за них. Почему это непременно должна быть я? Почему Майе не спасти сестру и спокойно не выйти замуж за Кита? Пусть сейчас он ей отказал, но однажды придет его время жениться, и ему ничего не останется, как выбрать Майю. Ее любви хватит для них двоих. Вот о чем я должна думать. О счастье других людей, не о себе. Уверена, если я проиграю, моя мама это переживет. Мы и так с ней почти не видимся. Но Калеб… Дать ему еще год жизни, дать ему еще хоть раз увидеть своих родных, навестить семью Риты… Это важнее моей цели. Я не смогу быть счастлива, помня о тех людях, которых я не спасла. И, все же, я знаю, что так просто не сдамся. Что буду биться до конца, потому что внутри меня живёт эгоистка, и она не позволит мне отступить. Я осушиваю половину фляги, когда Алекс дает указание следовать в другую часть зала. Манекены. Хорошо. Я совсем не хочу бить Майю, тем более теперь, когда я ощущаю угрызения совести за то, что не спасла ее в симуляции. Бонита показывает движения, которые я уже знаю из тренировок времен моей службы фараоном. — Рэд, — подзывает меня Алекс. — Не хочешь поупражняться на живом человеке? Бить Алекса? Должно быть весело. По крайней мере, менее травматично, чем с Брюсом. — Я знаю про твои ребра, дерись не в полную силу, — Алекс становится в стойку. Около получаса я выполняю различные махи ногами, которые Алекс достаточно легко отбивает. Дерись мы без тормозов, думаю, одними сломанными рёбрами дело бы не ограничилось. А так… Мы отрабатываем технику, силу при этом не задействуем. Признаюсь, в чем-то это даже сложнее настоящей драки. Постоянно контролировать каждую мышцу совсем не является легкой задачей. — Достаточно, — Алекс прекращает тренировку, потому что через пять минут придут остальные Солнца. Мы все начнем сначала. Вчера вечером мы монотонно бегали несколько часов, сегодня нас ждет что-то в том же духе. Майя присоединяется ко мне, они с Бонитой тоже закончили. Мы допиваем последнюю воду, когда в зал входят первые игроки — Брюс, Макс, Эйдан, Рама и Чен. — Слышал, твоего парня заштопали, — смеётся Брюс. Майя кивает, а Брюс вскидывает брови. Я знаю, что он обращался ко мне. — Все интересней и интересней, — Брюс свистит и хищно скалится. — Любовь на троих, да? — Тебе знакомо такое слово, как «дружба»? — рычу я. — Ага, — Брюс смеётся. — Только вы сначала разберитесь, кто с кем… дружит. — Он даже хуже моих пауков из симуляции, — говорит тихо Майя. Пауков? Серьезно? Самый большой страх Майи — пауки? Жуткие твари, согласна. Что ж, в таком случае, надеюсь, Майе не придется войти в лабиринт с того входа, где они живут. — Не оскорбляй пауков, сравнивая их с Брюсом, — громко отвечаю я, Майя смеётся. — Точно. Все-таки Майя милая девочка, я думаю. Жаль только, что познакомились мы на игре. Здесь друзей заводить непозволительная роскошь, а я и так обросла ими. Больше друзей, больше уязвимых мест, больше боли от их потерь. Да, я преодолела свой страх, в симуляции, убив Кита, но тогда я знала, что все не настоящее. В жизни я бы никогда не смогла причинить ему боль. Жаль признавать это, но касательно Майи я не чувствую той же уверенности. Выбирая между ней и Китом, я бы не задумываясь разжала руку и отпустила ее в смертоносный вихрь. Я бы, возможно, даже Шону так отпустила, лишь бы спасти Его. Человека, который однажды отдал мне победу. Человека, который стал моей семьей, пусть даже исчез из моей жизни почти на целый год. Человека, который мне дороже всего в этом мире. Дороже моей свободы, дороже жизни. И друг, и не друг. Человек, давший мне моё имя. Человек, год хранивший мою ленту для волос. Тот, кого я сегодня, зачем-то, поцеловала. В тот момент это казалось таким естественным и правильным. Сейчас же я сожалею. Я очень боюсь испортить установившуюся между нами дружбу. Надеюсь, его ослабленный ранением ум, не запомнил этого. Иначе будет совсем уж неловко. Зал заполняется. Здесь все, кроме одного. Парадокс, но я бы предпочла Одного им всем. — Команда! — голос Алекса гулкий, громогласный. — Сегодня ваша последняя тренировка перед экзаменом. Уже завтра я объявлю ваши результаты, по итогам которых дам каждому из вас что-то ценное. Это может быть компас, карта или даже коммутатор с системой навигации. Я надеюсь, вы правильно распорядитесь полученным предметом. Ничего себе! Я думала, обладание картой — моя привилегия. Видимо Джош пытался нам помочь, еще даже не зная о том, что распорядители официально собираются делать то же самое. Выходит, все наши секреты и перемигивания были не так уж и необходимы? Поднимаю руку. — Да, Рэд? — Алекс строго смотрит на меня. — Как вы собираетесь оценивать Кита, если он не участвует в тренировке? — Да, скажите про Кита! — поддерживает меня Стив. — Я дам ему возможность пройти оценивание, когда он будет готов, — отвечает Алекс. — Но не позже, чем послезавтра. — А что будет послезавтра? — интересуется Чен. Алекс улыбается. — Ничего, что бы коснулось лично вас. Я отбываю по личному делу, только и всего. Он проходится по залу. — А теперь я бы хотел, чтобы вы разбились на две группы. Бонита! — Алекс встречается глазами с помощницей. — Заменишь сегодня недостающего игрока. Женщина становится в один строй с нами. Чем же мы займёмся? Нет, нет-нет… Наша игра… Корзина — мяч. Баскетбол. Год назад мы играли в нее. Я, Кит, Рита, Маркус… Я не хочу делать это снова. Та игра — одно из немногих воспоминаний, когда все было хорошо. Я не хочу заменять его другим воспоминанием, превращать что-то особенное в обыденное. Но, как и во всем прочем, здесь вариантов у меня тоже нет. С правилами я знакома еще с того года, но попадать в корзину как не умела, так и не умею. Ухожу играть с Аманитой. Странный выбор партнера, если учесть, что мы почти не общаемся, но сейчас мне лучше играть с кем-то совершенно безразличным мне. Так более велика вероятность, что эта игра выпадет из моего сознания и не потеснит предыдущее воспоминание. — Как думаешь, что это будет за экзамен? — спрашивает Аманита, уводя у меня мяч. — Сверхсложная симуляция, суперопасная полоса препятствий, что-то в этом роде, наверное, — отвечаю я, перехватывая мяч и делая бросок. Мимо. Корзина и мяч еще не скоро пойдут на свидание, если я и дальше буду так играть. Вроде бы и сила есть, и с меткостью порядок, так что же не так? Даже час спустя я не имею ответа на этот вопрос. Из сотни бросков я могу похвастаться четырьмя попаданиями, в то время, как Аманита, которая прежде никогда ничем подобным не занималась, попадает в корзину каждый второй раз. Видимо, это просто не мое, так бывает. Надеюсь, эта игра не пойдет в общий рейтинг. Ровно в восемь часов Алекс разрешает нам уходить. Он так же разрешает нам и остаться, и добрая половина ребят решает еще поиграть. Что касается меня и Майи… Не понятно, кто из нас быстрее мчится в больничное крыло. В любом случае, добираемся мы туда одновременно. И снова я уступаю пальму первенства Майе, оставаясь ожидать в коридоре. Мне бы пойти принять душ, переодеться, ведь бой с Алексом, а после и игра, заставили меня много потеть, но я не хочу упустить ни один миг из тех, что могу быть рядом с Китом. Да, видимо, я вполне могла и переодеться, потому что Майя возвращается только через двадцать пять минут. Если ей позволили задержаться подольше, значит Киту уже лучше. Конечно, ведь в чем — в чем, а в современной медицине Юнкрою нет равных. — Ты можешь войти, — голос Майи сухой, недружелюбный. Мы могли улыбаться и шутить сегодня, но что касается Кита, вызывает между нами сплошное напряжение. Наверное Майя считает меня виновной в отказе Кита вступать с ней в брак. — Доброй ночи, — желаю я девушке, потому что мы сегодня больше не встретимся. Не скажу, что это расстраивает меня. — Доброй ночи, — говорит в ответ Майя и уходит. — На метр дальше, Джош! — я вскидываю руку вперёд, не давая дрону подлететь слишком близко. Интересно, а правда за пультом моего дрона сейчас именно Джош? Или может это какой-то Фрэдди? Ой, да неважно. Вхожу в уже знакомый мне коридор. Из боковых дверей высовывается голова медсестры. — Полчаса, не дольше, — предупреждает она. Полчаса. Ожидая в коридоре я ощущала это время, как целую вечность. Сейчас же я понимаю, что мне бесконечно мало этих минут. Вхожу в знакомую уже палату, Кит машет мне. Ему явно лучше. Он сидит, привалившись к подушкам, на его коленях книга, свет настольной лампы рисует узоры на его лице. — Не отвлекаю? — говорить с ним мне по-прежнему трудно. Я все еще очень беспокоюсь за него, а теперь еще и смущена своим сегодняшним поведением, толкнувшим меня на тот поцелуй. К счастью, Кит не собирается вспоминать об этом. — Конечно же нет, я ждал тебя, — отвечает он, хлопком приглашая сесть на край своей постели. Я опускаюсь на белую простынь, и наши пальцы мгновенно переплетаются. Мы молчим. Минут пять просто смотрим друг на друга, не говоря ни единого слова. Наши дроны уже заскучали. Интересно, как проходила встреча Кита с Майей? Они-то нашли о чем поговорить? Безусловно, да. Я же ощущаю, что разговоры не нужны. Тишина не угнетает. Тишина — тоже диалог. — Алекс сказал, что у тебя есть два дня на сдачу экзамена, — наконец нарушаю молчание я. — Значит сдам. Сегодня Кита едва не перерубило пополам, а он обещает за два дня вернуться в игру? Он либо преувеличивает свои возможности, либо же я недооцениваю его силу духа. — Те, кто наберет хорошие баллы, получат компас или карту. Алекс сказал, что не исключено, что мы получим навигатор, — рассказываю я, тем самым еще и имея ввиду, что наша карта — не слишком-то и ценный элемент, как получается. — Знать направление — еще не залог успеха. Кит, конечно же, прав. Будь у каждого из нас трижды карта, против скрытых ловушек и диких зверей она будет бессильна. Мы снова молчим, но на этот раз не больше минуты. — Я сегодня выжила в симуляции, — признаюсь я. Не для того, чтобы похвастаться, а для того, чтобы признаться, как именно я этого добилась, потому что совесть уж слишком настойчиво терзает меня. — ЗдОрово, — Кит крепче сжимает мои пальцы. — Поздравляю! — Угу, — мычу я. — Только то, как я это сделала… Парень хмурится. — Убила кого-то? Не в бровь, а в глаз. — Да, — честно отвечаю я. — Тебя. Кит в недоумении, слегка склоняет голову набок. Мне нравится, когда он делает так. Он похож на щенка, заинтересованного игрушкой. — Это было нечто вроде: «умри несчастный!»? Я смеюсь. Киту бы быть актером, если бы в нашем мире снимали фильмы. — Почти… — я потупляю взгляд. Все же, этот разговор не простой для меня. — Мы должны были сразиться со своим страхом, — рассказываю я. — И я видела, как все наши друзья погибают. И когда остался только ты, я поняла, что для преодоления своего страха… — Ты должна убить меня, — заканчивает за меня Кит, поглаживая мою ладонь. — Да. Только… Есть еще кое-что… Я не планировала говорить про Майю, но чувствую, что слова комом стоят в моем горле. Я выплевываю их, пусть даже Кит теперь не захочет знать меня. — Нужно иметь необычайную храбрость, чтобы принять такое решение, — отвечает Кит после некоторых раздумий. — Я бы тоже спас Тебя, я думаю. Надеюсь, такого выбора у меня в жизни не будет. Играть роль Бога занятие очень сложное и неблагодарное. Становясь спасителем одного человека, ты при этом становишься убийцей другого… Мне жаль, что тебе пришлось ощутить это, пусть и нереально. Чего-чего, а понимания я не ожидала. — Спасибо. Это все, что я могу сказать. В двери стучит медсестра, напоминает, что нам осталось не более пяти минут. — Я собираюсь украсть твое одеяло, — говорю я. — Чтобы нюхать? — улыбается Кит. — Чтобы спать на нем, — дуюсь я. — И нюхать. Кит в точности повторяет наш с ним разговор. — Возможно, — улыбаюсь ему в ответ. — Оставь и мне что-то от себя, — просит парень. Оставить что? На мне потная форма, ничего больше. Разве только счастливую куртку, что лежит на моих коленях? — Возьми ее, — я трогаю красную ткань, Кит кивает и перетаскивает куртку себе на постель. — Сладких снов, рыжая, — тыльной стороной ладони он гладит меня по лицу, заправляет выбившийся локон мне за ухо. — И тебе, Кит, — желаю я. — Отдыхай. Я пробую встать, но парень удерживает меня. — Приснись мне, — шепчут его губы. Я чувствую, что краснею. Хорошо хоть, что при освещении одной лишь настольной лампы это не будет так заметно. — Тогда и ты мне, — неестественно бодро отзываюсь я. — Договорились, — улыбается Кит и разжимает пальцы. Я ухожу, но очень хочу остаться. Эту ночь я провожу не только с одеялом Кита, но и в его постели. К счастью, Блэка и Шону это мало волнует.