Back To School

19 апреля 1999 год

Новая рабочая неделя началась девятнадцатого числа. В тот день, я с трудом отсидела на работе законные восемь часов, каждую секунду думая только об одном – как мне чертовски нехорошо и как жутко хочется поскорее оказаться дома. Когда на часах высветилось заветное 17:00, я тут же схватила под руки Кэтрин и попросила её поскорее увезти меня домой. Подруга немного обеспокоилась моим состоянием и согласилась отвезти меня. Хоть в нашем общении все еще чувствовалась небольшая неловкость из-за нашей последней ссоры, мы старались не вспоминать о ней. Итак, в двадцать минут шестого мы с Кэт уже подъезжали к моему дому. Я взяла в руки свою сумочку и уже было собиралась выйти из машины, как почувствовала, что Кэтрин положила руку ко мне на плечо. Я непонимающе развернулась к ней лицом. – Ивс, позвони мне сегодня вечером хорошо? – брюнетка сочувствующе смотрела на меня, не убирая руку с плеча. – Ты выглядишь не совсем здоровой в последние дни, так что я переживаю за тебя. Невольно я улыбнулась на заботу подруги. Было приятно, что после всего, что мы с ней пережили, она все ещё дорожит нашей дружбой и все ещё переживает обо мне: – Конечно, Кэт. Спасибо тебе за заботу и за то, что довезла. Хопкин дружески похлопала меня по плечу, и я вышла из машины. С минуту я наблюдала за тем, как она заводит автомобиль и уезжает в сторону своего дома. Мне в лицо дул прохладный ветер, спутывая мои волосы и заставляя неприятно жмуриться. По телу забегали мурашки, и я поспешила поскорее зайти в дом. Подойдя к двери, я достала из сумочки ключ и принялась проворачивать его в замочной скважине, но дом оказался не заперт. Немного насторожившись этим, я открыла дверь и вошла внутрь. Бросив сумочку на полку, я прошла в коридор и громко крикнула: – Эй? Кто дома? В ответ на мой вопрос послышались быстрые шаги из кухни. Я двинулась в их сторону и столкнулась лицом к лицу с мамой. Она держала в руках кухонное полотенце и выглядела весьма по-домашнему, хотя сегодня у неё обычный рабочий день, который заканчивается не раньше шести. – О, мам, привет, – я почувствовала, что у меня вновь разболелась голова, но все же постаралась выдавить из себя улыбку. – А ты чего дома? – Сегодня отпустили пораньше. У шефа день рождения, и коллектив решил организовать ему небольшой корпоратив. – А ты почему не осталась праздновать? – я облокотилась на одну из стен, скрестив руки на груди. – Захотелось провести этот вечер дома, – мама улыбнулась и слегка наклонила голову в бок. – Пойдем кушать? – О, нет-нет, мам. Спасибо, но мне совсем не хочется. – Я приготовила твою любимую пасту, – она все не унималась. – Спасибо, но я поем немного позже, – я виновато улыбнулась и двинулась в сторону лестницы. – Извини, я хочу немного полежать. Очень устала на работе. Мама с недоверием посмотрела мне вслед, но больше ничего не сказала. Наверное, я немного обидела её, ведь она ушла с праздника, чтобы провести этот вечер со мной и папой. Но сейчас я правда не могла остаться с ней. Голова целый день буквально раскалывалась, да и никакого аппетита нет. Оказавшись наконец в своей комнате, я закрыла за собой дверь и облокотившись на неё спиной, скатилась вниз. Сидя на корточках, я закрыла лицо руками, делая равномерные выдохи и вдохи. Сегодня я выпила уже две таблетки – от головы и обезболивающие, но ничего так и не помогло. Я с трудом поднялась на ноги и пошла к своей кровати. Плюхнувшись на неё, я закрыла глаза и попыталась отвлечься. Если беспрестанно думать о том, как тебе плохо, то лучше вероятно никогда не станет. Я думала обо всем, что происходило со мной в последние недели. Я никому не говорила об этом, но после того, что было на дне рождения Эрика, не было еще ни одного дня, чтобы я чувствовала себя нормально. Всё это очень беспокоило меня, но я не могла ни к кому обратиться. Родителям я ничего не говорила, потому что просто не смела говорить им о том, что пробовала кокаин. В разговорах с подругами я также предпочла умолчать об этом факте. Самому Харрису я пару раз говорила о том, что периодически чувствую себя нехорошо – бывает тошнит и чувствую себя раздражительной. Реб очень забеспокоился обо мне и предложил вместе сходить в больницу, но мы так и не сходили. Не из-за него, из-за меня. Я боялась туда идти. Я понимаю, чем это чревато, но пока я ничего не хочу знать. Я дала себе еще одну неделю на то, чтобы прийти в норму. Если ничего не поменяется, то иного выхода, кроме как обратиться к врачам, у меня не будет. Да, и вообще, я не совсем понимала к какому врачу идти и что говорить. Я даже толком не помню того, что было в тот день. Помню только начало в баре, как Эрик поругался с Заком, и как мы втроем нюхали кокаин. Все остальное было очень расплывчатым и смутным. Черт его знает, что там происходило со мной за это время. К слову, я не одна не смогла связать в голове события того вечера. Реб и Водка на утро были в том же состоянии, что и я. Мы даже не смогли вспомнить причин того, почему у Дилана были разбиты губа и нос. Хоть мне и показалось, что сам блондин догадывался о причинах произошедшего, вслух он так ничего и не рассказал. Но в отличие от меня, парни очень быстро оклемались. Пролежав с головной болью и тошнотой утро и день десятого числа, к вечеру они уже чувствовали себя значительно лучше и выглядели вполне здоровыми. Я была рада, что с ними всё в порядке, но в то же время немного пугалась тому, что сама так тяжко переносила последствия дня рождения Харриса. Я громко вздохнула и открыла глаза. Устремив свой взгляд в потолок, я вспоминала нашу вчерашнюю встречу с Эриком. Мы с ним сходили в кино на какой-то заурядный фильм и немного прогулялись по городу. Если честно, то я и сегодня не отказалась бы освежиться и прогуляться с ним, но он сказал, что будет очень занят сегодня вечером и не сможет уделить мне время. Что ж ничего. Увидимся завтра или послезавтра, ведь у нас еще целая вечность впереди. Череду моих рассуждений прервал стук в дверь. Я крикнула «входите» и даже не сдвинувшись с места, продолжала разглядывать потолок, лежа на кровати. – Ты не против поговорить? – мама вошла в комнату и села на стул рядом с моей кроватью. Я уже расстроила её тем, что не согласилась поужинать вместе, так что теперь отказываться было просто непозволительно. Поэтому я утвердительно закивала, на что мама лишь сухо улыбнулась. – Как ты себя чувствуешь? Тебе нездоровится? После её вопроса я слегка поджала губы и отвела взгляд в сторону. Она это сразу заметила, и соври я ей сейчас, что все в порядке, обман бы тут же раскрылся. Я не всегда могу откровенно лгать человеку прямо в лицо. Особенно, когда это мои родители. – Да, есть немного, – я печально посмотрела на неё, а потом опять отвела взгляд в сторону. Я очень боялась того, что она спросит о том, как все началось. – А что происходит? – мама придвинулась к кровати и взяла меня за руку. – Болит что-нибудь? – Голова иногда побаливает, – отстранено ответила я. Головные боли были лишь поверхностью всего того, что я испытывала, но мне не хотелось пугать свою мать этим. – А ещё у тебя пропал аппетит, ты раздражительная и позавчера тебя тошнило, – она совершенно точно перечислила всё то, что меня беспокоило. – Это так? – Так, – виновато ответила я. Мама громко вздохнула. Несколько секунд она неотрывно смотрела в одну точку, а потом крепче сжала мою ладонь: – Знаешь, Иви. Ты у нас уже совсем большая девочка и вправе делать то, что ты хочешь, но все же, я должна кое-что знать. После этих слов, мама вынула из большого кармана в халате какую-то коробочку и передала её мне. Взяв в руки коробку, первое, что бросилось в глаза это фраза – «Тест на беременность». Я удивленно перевела взгляд с теста на свою мать. Всё это время я и подумать не могла, что беременна. Хотя это вполне имело место быть после той ночи, когда Эрик принудил меня к сексу. Испугавшись, я закрыла рот рукой и почувствовала, что внутри поднимается легкая паника. Мама сразу же заметила моё замешательство. Положив на мою руку свою вторую ладонь, она спокойно продолжила: – Внутри есть инструкция и всё, что тебе нужно. Все ещё находясь в возбужденном состоянии, я понимающе закивала и встала с кровати. Мне необходимо было сейчас же узнать, правда это или нет. Действительно ли у меня и у Реба теперь может родиться ребенок. Действительно ли всё это время было так плохо только потому, что когда я напивалась и пробовала наркоту на дне рождения Эрика – я была беременна. Оставив маму одну в моей комнате, я побежала в ванную, расположенную на втором этаже. Закрывшись на щеколду, я распаковала коробочку и достала оттуда инструкцию. Изучив почти всё, что там было написано, я немедля сделала всё, что было нужно. Дожидаться результатов нужно было всего лишь минуту, но тогда мне показалось, что это была самая долгая минута в моей жизни. Когда результат был ясен, я схватила с собой тестер и побежала обратно в комнату. Мама всё также сидела на стуле, взволнованно глядя на то, как я ворвалась в комнату. – Иви? – Я беременна, – выпалила я, демонстрируя две полоски на тестере. – Ох, я так и думала, – она вздохнула и закрыла лицо руками. Не передать словами, насколько бешено тогда билось моё сердце. Эта информация перевернула для меня весь мир с ног на голову. Меня все ещё не покидал небольшой приступ паники. В голове крутилось столько мыслей, что я и не знала на какой остановиться. – Ты беременна от Эрика? – мама встала со стула и двинулась в мою сторону. Я утвердительно кивнула ей в ответ, а она приобняла меня за плечи. – Что будешь делать? Оставишь ребенка или хочешь сделать аборт? – Я… Я не знаю, – я опустила стеклянный взгляд в пол, всеми силами стараясь собраться с мыслями. – Для начала мне нужно все рассказать ему. Я не смогу принять решение без него. – Верно-верно… Но знай, что ты в любом случае можешь рассчитывать на мою поддержку, хорошо? – Хорошо. И спасибо тебе, мам, – я обняла её и почувствовав какой-то неожиданный прилив эмоций, заплакала. В ответ она только крепче обняла меня, а потом дождавшись, когда я немного утихну, погладила меня по спине и ушла. Оставшись одна, я бессильно повалилась на кровать. То что только что произошло действительно очень шокировало меня. Я и подумать не могла, что всё так обернется… Теперь у меня будет куча забот. Какое решение мы бы с Ребом не приняли – это теперь навсегда поменяет мою жизнь. Сколько бы не старалась, я не могла себе представить того, как отреагирует Харрис. Наверное, он не захочет оставлять этого ребенка. Ему уже есть восемнадцать, но ведь вся его жизнь еще впереди. Ему нужно будет поступить в университет и выучиться. Да, и я сама толком не уверена в том, что готова к такой ответственности. Я никогда не думала о том, чтобы родить раньше двадцати пяти. Потому что мне всегда хотелось пожить для себя хоть немного. Я не уверена в том, что я уже достаточно нажилась для себя… Но теперь передо мной стояла ещё одна проблема – нужно было как-то рассказать обо всем Эрику. Как назло, он сегодня не может встретиться со мной. Хотя, можно позвонить ему и рассказать обо всем. Но он же говорил, что занят сегодня и вообще, о таких вещах, наверное непринято говорить по телефону… Черт. Не знаю, что делать. Вдруг, на всю комнату раздался телефонный звонок. Сердце сильно ёкнуло, потому что я решила, что звонил Ребел. Схватив с кровати свой мобильный, я увидела, что на дисплее написано «Кэтти». Узнав, что это Кэтрин я почувствовала и разочарование, и облегчение одновременно. Я нажала на кнопку ответа и прислонила к уху телефон. Из трубки сразу же понеслось щебетание моей подруги: – Привет, Ивс. Как ты там себя чувствуешь? Тебе лучше? В голове возник небольшой ступор от того, что я не знала, стоит сказать ей правду или нет. Но скрывать от Хопкин ничего не хотелось. Поэтому я решила, что стоит ей обо всем рассказать: – Привет, Кэт. Мне стало немного лучше. И спасибо, что интересуешься. – Я очень рада, если это действительно так. – Это действительно так, но… – у меня перехватило дыхание, и я так и не смогла договорить эту фразу. – Но??? – Кэт, я беременна от Харриса, – наконец выпалила я. В трубке послышалось непродолжительное молчание, после которого я услышала ошеломленный голос подруги: – Вот дерьмо… Ты ведь не шутишь, нет? – Нет, Кэтти. Это было бы не смешно. – И что ты собираешься делать? – голос подруги звучал удивленно и очень заинтересованно. Она, как и я, вероятно даже не могла подумать о таком. – Сначала расскажу все ему, а потом посмотрим, – ответила я, снова плюхнувшись на кровать. – Наверное, ты права… – Хопкин снова замолчала. – Ивс, держи меня в курсе вещей, ладно? – Конечно, Кэт. – Ладно, думаю, что тебе нужно время, чтобы обо всем подумать, так что не буду тебя больше беспокоить. Звони мне в любое время дня и ночи, если вдруг что. Я уверила Кэтрин, что так и будет и, ещё раз поблагодарив её за заботу, отключилась. Я положила телефон рядом с собой и стала водить руками по кровати. Я раздумывала над тем, что возможно все же стоит рассказать Ребу обо всем прямо сейчас. Я как раз привела несколько доводов в пользу того, что этого делать не стоит, как мой телефон вновь зазвонил. Я моментально решила, что это вновь Хопкин, поэтому даже не глядя на то чей это номер, нажала на кнопку ответа. – Привет, – с другого конца послышался мягкий голос Эрика, который моментально заставил всё мое нутро сжаться, а меня саму соскочить с кровати. – Привет, Реб. Я… Я очень рада, что ты позвонил. – И я рад, – он странно усмехнулся в трубку, и мне показалось, что прямо сейчас я в точности знаю какое у него выражение лица – ухмылка одним кончиком губ и усталый взгляд. – Как твоё состояние? Уверена, что не стоит сходить в больницу? На какое-то время я замешкалась, не зная, что отвечать. Мне хотелось кричать «Я БЕРЕМЕННА, Я БЕРЕМЕННА, Я БЕРЕМЕННА» на каждую его реплику, но я все ещё старалась придерживаться версии о том, что нам стоит при встрече обсуждать такие важные вещи. – Мне уже лучше, спасибо, – ответила я, закусив губу. – Приятно слышать это… Иви, я… Я хотел извиниться. – За что? – За всё, – моментально ответил Эрик. – За то, что не встретился с тобой сегодня. За то, что бывал с тобой очень грубым. За то, что я притащил наркоту на день рождения. Я… Я просто хочу, чтобы ты простила меня за всё. Реб снова вгонял меня в тупик. Он уже извинялся передо мной миллионы раз, но теперь это особенно тронуло. Наверное от осознания того, что теперь этот человек не простой парень, с которым я встречалась, а отец моего ребенка. Он почти властитель моей судьбы, ведь по большей степени от него зависело – рожать мне или нет. – Ивс?.. – Конечно, я прощаю тебя, – мой голос едва дрогнул, когда я говорила это. Из глаз невольно брызнуло несколько слезинок. – Спасибо. Знаешь, наверное, я заберу тебя завтра после работы. Если хочешь, можем приехать ко мне и слушать песни Нирваны, пока тебе самой не надоест, – я с удивлением слушала то, что говорил Харрис, и на секунду мне показалось, что его голос тоже дрожал. – Но ты ведь ненавидишь Нирвану, – со слезами на щеках, я улыбалась, отвечая ему. – Это неважно, потому что ты любишь. Я улыбнулась ещё шире и поняла, что не знаю, что ему отвечать. Мне была очень приятна такая забота с его стороны, в особенности в этот день. Мне хотелось рассказать ему. Очень хотелось. Но я думала, что не прощу себе, если не смогу вытерпеть всего лишь сутки. – В общем, встретимся завтра? – Ребел первым начал разговор после моего молчания. – Да, конечно, – быстро ответила я, а потом выпалила, – Эрик, ты должен знать, что я… – Что такое, Ивс? – Всё в порядке, – поспешила заверить я. – Просто хочу сказать, что мне немного не хватает тебя сейчас. Он промолчал. Странно шмыгнул носом, а потом поспешил закончить наш разговор. – В таком случае, до завтра. До завтра, Иви. Я попрощалась с ним и положила трубку. После этого разговора на душе остался странный осадок. Слишком многое казалось мне непонятным, поэтому искренне хотелось только одного – поскорее дожить до завтра, до нашей встречи, до того самого момента, который многое для меня решит. Я взяла в руки свой мобильный и посмотрела на дату. Девятнадцатое апреля. Завтра будет двадцатое апреля, и этот день определенно должен стать действительно важным в истории моей жизни.