Мой персональный ад

Когда я прихожу наконец на работу, я вдруг сталкиваюсь с Шивон в коридоре. Почему сейчас? Неужели снова… Мне удается поговорить с ней и все заканчивается хорошо. Смешно и грустно – теперь когда ничего не имеет смысла –любая проблема решается так просто. Она просто уходит. Я ни то прошу прощения у нее, ни то даю совет жить дальше. Возвращаюсь. Кэт просит принести макеты. Она замечает, что в моем взгляде слишком много грусти, но предпочитает это игнорировать, как обычно теперь, после того как я попросила ее о дистанции. Оставляю бумаги на ее столе и просто иду к выходу. Зачем я делаю это день за днем? Не смотря ни на что я привязана к этому месту. Я просто не могу иначе. Мне приходится не просто, но я все еще могу по крайней мере взглянуть в ее глаза. Удаляясь на свое рабочее место, я просто опускаюсь на стул и наблюдаю. Как она поднимается, обращая взгляд к экранам, как закусывает дужку очков, как затуманивается ее взгляд когда она видит что-то, что ей не нравится. – Где Супергерл, да ради бога! Все же погибнут! Тогда и я смотрю на экран – мне интересно, чем же она так раздосадована. Снова авария, снова злополучный мост. Я не хочу. Но она ждет, что Супергерл появится и мне все еще нестерпимо разочаровывать ее. Я тихо выскальзываю из офиса. Ее взволнованное лицо стоит перед глазами. Но я вдруг резко меняю направление. Хватит. Я не буду никого спасать больше. Просто незачем. Это один из тех дней, когда я не вижу смысла вообще ни в чем. Я не вижу как она прижимает ладонь к губам в немом ужасе, когда замечает в том хаосе что-то слишком знакомое. Как бежит к выходу ничего не замечая, как ее губы шепчут, только успей, девочка! Я лечу долго в обратном направлении, кружа где-то в облаках. Там меня никто не увидит. Выныриваю из своих мыслей лишь когда, мне кажется, так отчетливо слышу - я ненавижу тебя, Супергерл! Бесполезная ни на что неспособная девчонка! – слишком больно, слишком надломленным родным голосом. Мне кажется у меня подогнулись бы ноги, благо я в воздухе, лечу что есть силы к проклятому мосту. Меня обдает потоком ледяного воздуха, а сердце, кажется, опускается куда-то в желудок, когда я оказываюсь достаточно близко чтобы понять. Тонкая фигура подобно фурии пытается прорваться сквозь ограждения. Кто-то хватает ее за плечи, пытаясь отстранить подальше от края… я не смотрю на нее больше – так как пытаюсь сканировать толщу воды в направлении ее взгляда – школьный автобус. Я до отказа набираю в легкие воздуха и ныряю. Пытаюсь поднять автобус целиком, но это невозможно, слишком повреждена конструкция, придавлена оторванными частями моста. Я отрываю люк – там полно воды, и тел.. мне нужна секунда чтобы заставить себя, я даже физически неспособна втиснуться между ними, пытаюсь сканировать, определить есть ли еще кто-то живой, обязан быть. Иначе как я вернусь и как буду жить с этим после – если в ее жизни, хорошо в имитации ее жизни, не станет самого дорогого. Продолжаю пробираться к задней части автобуса, перед лицом то и дело проплывают чьи-то распластанные руки, головы, лица, только бы не он, переворачиваю каждое бездыханное тело. Легкие горят, даже мои возможности не безграничны. Я не справляюсь. Когда я, путаясь в неподвижных детских лицах, думаю,что уже нет смысла пытаться выбраться и я не прочь действительно остаться здесь чтобы не быть тем кто скажет ей.. я вижу его.. я уверена, что вижу его – я протягиваю руку, ухватившись за ворот рубашки и тяну изо всех сил. Когда я выныриваю на поверхность, мне нужна целая вечность, кажется, чтобы склеившиеся так плотно легкие могли снова впитать кислород. Я так сильно сжимаю хрупкое тело, что будь он все еще жив, я наверное уже раздавила бы его. Вот так я и зависаю над поверхностью с мальчиком, в лицо которому так боюсь посмотреть. Чьи-то руки тянут нас к берегу, когда я снова могу улавливать смысл в наваливающихся со всех сторон звуках, я понимаю что от меня хотят чтобы я помогла достать и другие тела, выживших там уже нет. Я смотрю в лицо ребенка и вздох сначала разочарования, - не он, это не Картер, а потом жгучего облегчения накрывает меня, - возможно.. просто возможно… я разжимаю свои холодные пальцы, продолжающие накрепко быть сцепленными на клетчатой ткани и шепчу, - конечно я помогу. Но только поздно помогать. Никого уже не спасти. Но я продолжаю возвращаться в тот ад снова и снова пока последний пассажир не оказывается в черном мешке на поверхности. Я оглядываюсь, ее машины уже нет, только неимоверное количество медперсонала суетится среди тех, кого уже не нужно спасать. Мои руки трусятся, губы дрожат, а в голове одна мысль, где мне искать ее теперь. Я больше не слышу ее голос, я даже боюсь прислушиваться так как уверена, что она снова плачет сейчас. До офиса я добираюсь без каких-либо приключений. Ее там ожидаемо нет. Мне нужно увидеть ее. Возможно дома. Не абсолютно не важно что она скажет на это вторжение, я боюсь так боюсь не найти ее и там. Я плохо осознавала на что надеялась когда отключила слух и суперзрение и глаза бы с удовольствием закрыла, если бы не риск причинить еще больший ущерб. Я подобралась вплотную к их дому, тихо приземляясь на открытую мансарду. Приняла устойчивое вертикальное положение и только тогда позволила себе глубоко вдохнуть, так как мне до сих пор казалось, что я в той водной ловушке, косвенной причиной которой я оказалась не придя вовремя. Они пили чай. Господи, они оба, замотавшись в теплое одеяло пили чертов чай! Я уселась прижавшись лбом к стеклу и не могла прогнать искушение просидеть так до рассвета – наблюдая как она крепко прижимает ребенка к себе, как поправляет сбившиеся кудрявые пряди с его лба и как неслышно воздает хвалу господу что он опоздал на автобус. Они уже давно ушли спать, а я так и сижу, уткнувшись лицом в колени. Она попросила Супергерл о помощи, а я, так увлеченная собственными переживаниями, предпочла упиваться горем. Так нельзя. Я прибыла сюда помогать людям и даже если мне не удалось спасти самого нужного мне человека, я не позволю больше погибнуть никому, кто от меня мог бы получить помощь, но не получит так как я сижу здесь и жалею себя. Кэт не хотела чтобы я работала у нее, дабы не отбирать у людей шанс на спасение, она была бы очень разочарована мной. Я зависла над открытым окном ее комнаты. Хорошо, мисс Грант, пусть будет по вашему. Я возвращаюсь. Еще один день и я возвращаюсь.