Мой персональный ад

Сегодня именно тот день. Я спросила себя как хочу провести его. И даже других вариантов не увидела. На работе. Мне хотелось оставить в памяти CatCo со всеми его обитателями - именно такой, какой эта компания была для меня всегда и какой она уже никогда не будет. Моим домом. С нерешаемыми поручениями, на которые у меня было несколько часов, с верными понимающими друзьями, с летучками, утренним латте, с легкой ностальгией, которая никогда не пройдет, так как я просто не представляю, что смогло бы занять в моем сердце их место. И с моим литл босси во главе. Конечно все здесь о ней. И обо мне, но совсем немного. Больше о ней, конечно. Я устраиваюсь за своим столом, запоминая мельчайшие детали, как тогда – в первые дни, когда все это только начиналось. Перекладываю статьи, водружая их аккуратной стопочкой, провожу по словам, выведенным размашистым почерком, испещряющим все полотно страницы – ее комментарии, чувствуя кончиками пальцев шершавость бумаги, загогулины то и дело забегают за поля, выдавая раздражение своей хозяйки. Перебираю скрепки, так и норовящие разлететься по всему столу, замуровывая в коробочку. Заправляю степлер, водружаю в общую кучу. Беру в руки телефон, откуда голос Джеймса окутывает меня приятным предвкушением встречи. Спускаюсь к нему. Прощаться. Я понимаю, что с Джеймсом все хорошо, по крайней мере я очень надеюсь что это так, но уже никогда мы не будем обсуждать с ним очередной макет для обложки, с таким перфекционизмом раскритикованный мисс Грант, никогда уже я не услышу от мисс Грант подтруниваний по-поводу моей якобы влюбленности в него в стенах ее кабинета, да и влюбленность осталась где-то на краю сознания далекой дымкой все той же ностальгии. Я сжимаю его руку, говорю что-то о поручении Кэт, но он, видимо, чувствует что-то неладное. - Все в порядке, Джеймс, - говорю скорее для себя, так как он мне все равно не верит. Улыбаюсь и спешно ретируюсь, пока его журналистское чутье не рассекретило мое желание тихо попрощаться. Чувствую печальный взгляд, упирающийся мне в спину. Болтаю с Уинном. Люблю болтать с Уинном. Он мой лучший друг. И я скучала, вот сейчас, когда от моего маленького мирка остаются лишь осколки, я понимаю это особенно отчетливо. Хорошо, что где-то там еще существует мой Уинн. Возможно нам удастся не потерять связь. Хотя не уверена, что готова сейчас иметь в своей жизни что-то, что так тесно было связано с CatCo. Возможно, однажды... Но пока я могу, я обнимаю его. Слишком крепко, он смеется, - полегче, Кара! Я тоже тебя люблю. И я смеюсь в ответ, и мне кажется на миг, что все действительно будет хорошо. Когда-нибудь. У меня есть еще несколько незаконченных дел сегодня. Что-то, что мне приятно будет вспомнить позднее, когда я пойму, что все же неспособна переступить порог этого здания. Это светлое прощание. Но это именно оно. Когда все, что я спланировала готово, уже почти стемнело, и мне не остается ничего как только сделать то, зачем я собственно пришла сюда. Не просто. Будет еще сложнее. Уже чересчур - даже просто зайти в ее кабинет, зная, что никогда больше не зайду. Но я тянула и так слишком долго. Я знаю, что должна отпустить ее. Наконец-то я просто понимаю, что ДОЛЖНА. Прежде всего ей. Мне почему-то кажется, что я не позволяю ей двигаться дальше, удерживая тут, не знаю откуда появилась эта мысль, но она не покидает меня уже несколько дней. И у меня есть лишь несколько часов. Сейчас и никогда больше. Так что пора прекратить тратить время впустую. Захожу в кабинет. Поднимает на меня взгляд. Слишком внимательный, слишком осторожный для количества выпитого ею, отчетливо вижу, что бокал она наполняла не раз. – Пришло и мое время, да, Кара? - склоняет голову, улыбается, но в глазах нет и намека на улыбку, пальцы все еще сжимают недопитый стакан, встает, покачивая янтарную жидкость, что плещется на дне, из стороны в сторону, - прощаться. Я едва не спотыкаюсь от ее слов, в последний момент опираясь о диван. – Тебя не было видно весь день, – обходит стол, останавливается, слегка присаживаясь на край, - и до меня долетают странные слухи... Это правда? - со стуком, который резко бьет по обостренному слуху, опускает стакан на глянцевую поверхность, – а я все гадаю, придешь ли ты сказать мне лично или я найду заявление об увольнении среди бумаг. Слежу за ее руками, когда она заламывает пальцы. Останавливает себя усилием воли и снова ищет мой взгляд. Я продолжаю неподвижно стоять на месте, осмысливая услышанное. Это не должно было быть так. Я просто хотела тихий разговор на прощание, а сейчас она что просто выставит меня за дверь… - Пойдемте со мной, Кэт, – звучит почти умоляюще и в то же время не лишенным вызова. Она снова вскидывает голову, пораженная таким обращением, – ооо! Все плохо, я полагаю, – но все же поднимается, кивает на выход, готовая следовать за мной. Слегка покачивается. - Довольно! - отстраняет мою попытку поддержать ее, походка снова на удивление ровная. Мы едем в лифте. Не нарушая молчания. В ее лифте, куда я захожу, вспоминая тот первый раз когда она позволила сопровождать ее, когда я раскрылась перед ней как Супергерл. Смотрю себе под ноги, пытаясь спрятать улыбку, она хмурится, не понимая причины моего веселья. Прожигает взглядом дыру в стене рядом с моим лицом. Что тоже не кажется мне чем-то новым. Когда она понимает, что мы едем на крышу, я чувствую как непроизвольно напрягается ее спина. - Не переношу крыши… - шипит себе под нос, замешкавшись в дверях, сомневается стоит ли вообще покидать безопасное укрытие. Подхожу ближе, опуская руки на плечи, - пожалуйста закройте глаза. - И не подумаю, - огрызается, но в словах нет даже толики былого ехидства. - Конкуренты заплатили тебе чтобы я была скинута с крыши собственного здания или ты брала уроки у Супергерл? - от ее смеха совсем не веет весельем. - Напомни мне, Кира, чем вызвано помутнение моего рассудка, сподвигшее меня прийти сюда? – ворчит, нетерпеливо поводит плечами, пытаясь показательно скинуть мои руки. - Количеством выпитого, - хочется сказать мне, – просто сделайте как я прошу, - касаюсь ее руки чуть выше локтя, - пожалуйста, мисс Грант. Поднимает руки, ладонями вверх, показывая - ок, я проиграла. Шагает, подталкиваемая... поддерживаемая мною. Останавливается как вкопанная, замечая так тщательно подготовленный мною сюрприз. – Оооооу! Свидание! - хлопает в ладоши. И снова ее голос совсем не соотносится с выражением глаз. Разворачивается, ударяя меня кулачком куда-то в предплечье, - надо же, Кира, как мило, - губы кривятся в ухмылке. - Просто ужин, мисс Грант. – Ой ли, Кира? – уверенно шагает к столику, сервировка которого на крыше уже не кажется мне такой уж хорошей идеей. Ветер слишком сильный, хотя я, казалось, все предусмотрела. Бегу рядом, едва поспевая. - Замечательно, тут и вино! Да ты подготовилась, девочка! - хватает бутылку, резко разворачивается, подворачивая каблук. Успеваю подхватить ее и вино, едва не долетевшее сантиметры до пола. Обнимать ее приятно. Благодарю неизменное виски, причину неровности ее походки, за то, что у меня есть это прощальное объятие. И хотя все сразу пошло не так, я счастлива просто быть рядом этим вечером, это все чего бы я хотела. Она все же, не смотря ни на что, моя мисс Грант. И мне сейчас так жаль, что я поддалась своей депрессии. А сейчас у меня лишь эти пару часов. Осторожно отпускаю, следя способна ли она держать равновесие. - Присядьте, мисс Грант, - отодвигаю перед ней стул. Придерживая за руку. – Премного благодарна, дорогая, но учти - ты не прощена. Вытащить меня на крышу, поверь мне, далеко не самая блестящая идея. – Сожалею, - я и сама уже понимаю свою ошибку, - если хотите – спустимся обратно... – Ну уж нет, открывай вино. Послушно тянусь за бутылкой. Разливаю, присаживаюсь на стул напротив. Я заказала ей салат и фрукты, но она тянется через весь стол к моей печеной картошке. – Не будь ханжой, Кира, это вкусно, - сразу два ломтика пропадают у нее во рту. – На здоровье, мисс Грант, пододвигаю тарелку поближе и протягиваю вино. Берет, наклоняет бокал к моему. - За честность! - не успеваю я осмыслить сказанное, делает глоток. - Хорошее вино, одно из моих любимых. Ах, да, ты же знаешь, верно? Ты все обо мне знаешь, - подпирает рукой щеку, печально ковыряя салат. - Достаточно чтобы помнить, - не могу не согласиться я. Наши взгляды снова пересекаются, но я отвожу свой первым. Беру ее руку, сжимаю, она не отбирает, сидит уставившись на костяшки, по которым я неосознанно вожу большим пальцем. - А я знаю о тебе слишком мало, все еще непозволительно мало. Когда я оставляю ее руку, осознав свои действия, печально вздыхает, явно не зная куда ее деть, лишенную тепла. – Расскажи. И то ли под ее приказным тоном слишком явно читаются просительные нотки, то ли потому что это Кэт, но я не успеваю осознать, как уже говорю ей... о детстве, о маме, о тете, о том как боготворила отца. О Кал Эле. Тяжело врать ей, пусть не врать, но не договаривать в каждой фразе. Но вдруг я понимаю, что мое повествование давно уже касается Криптона и ни один мускул не дрогнул на ее лице. Она лишь сама тянется ко мне, сжимая руку у локтя, когда мой рассказ доходит до взрыва. – Мне безумно жаль, Кара. Я киваю. И это так хорошо рассказать кому-то. О Криптоне. Обо всем. Даже если это Кэт, особенно если она. - Спасибо. Я рада, что рассказала Вам. – Я тоже, Супергерл. И это так нормально, что она знает. Так естественно доверять ей. Она понимающе кивает мне, потягивая свое вино. Я едва касаюсь своего стакана. Спрашиваю ее о Картере, мне хочется знать о нем больше. Я уверена, что мы с ним будем друзьями – он как раз то, от чего я не планирую отказываться, вернувшись в мир без нее. Я все же оставила его сиротой. Кэт видит, что мои глаза наполняются слезами. – Кара, что..? – Вы так любите его.. а я.. мне ..так жаль.. не важно, просто мне очень нужно чтобы вы простили меня. И еще.. что бы вы сказали ему.. если бы.. ну если бы вдруг не успели сделать это вовремя... как моя мама... то есть... - я заикаюсь и снова прячу глаза. Она приподнимается, касается моего подбородка, вынуждая смотреть на нее. – Я люблю тебя, - я застываю. – Я сказала бы, что люблю его, - тут же поправляется она и снова отстраняется, садясь, утыкается в бокал. А я едва скрываю облегчение. - Я передам, - шепчу. Погруженная в тяжелые мысли, не сразу замечаю, что она поднялась. Вижу ее уже достаточно подошедшую к краю. Моментально вскакиваю, перехватывая ее в метре от обрыва. Неровная походка постепенно превращается в совершенно нормальную, когда она подходит в плотную. - Мисс Грант! - Да, милая, не беспокойся, пара глотков вина не делает меня смертельно пьяной, - она улыбается. Я понимаю, что попалась как дурочка. - Вы специально сделали это? Претворялись!! - слегка толкаю ее в плечо. - Не честно! - она так похожа на себя прежнюю в этот момент. Пожимает плечами, - мне хотелось чтобы ты расслабилась. – Отличный способ вы выбрали, спотыкаться на этих высоченных шпильках, зачем же было подворачивать ногу на каждом шагу над стометровой пропастью, это было опасно и явно не позволяло мне расслабиться. – Всего лишь маленькая месть за крышу. Зато я держала тебя в тонусе, Супергерл! - Кэт не может спрятать улыбку. – С вами я всегда в тонусе,- мы обе переглядываемся, так двусмысленно звучит эта фраза. Тем временем обходит меня, останавливаясь у самого края. Я обхватываю ее руками, прижимая ближе, убедившись, что ей ничего не грозит, могу оценить наконец насколько потрясающа панорама, простирающаяся под нами. Город светится миллионом огней. Даже видя его сотни раз – снова замираю очарованная. – Восхитительно, правда? - Лишь киваю. - И все же ты прощаешься, - откидывает голову мне на плечо, так что я вижу как звезды отражаются в ее глазах. Я не способна солгать ей сейчас, поэтому я просто молчу. Она не продолжает. Но вопрос словно зависает в воздухе. Мы стоим так довольно долго. Пока я не чувствую, что она начинает дрожать. Она непонимающе пятится, лишившись опоры, когда я снова появляюсь за ее спиной, укутывая плечи в плед, утягиваю вглубь. Не слишком далеко, но достаточно чтобы унять сердцебиение, мне не нравится пропасть под ее ногами. На полу уже заботливо расстеленное мною покрывало. Я усаживаюсь, притягиваю ее ближе. Мои руки все еще сжимают края пледа на ее груди когда она накрывает мою ладонь своей, переплетая пальцы. Она выпила достаточно. А я слишком трезва. Мы сидим обнявшись в темноте, а впереди наш город светится миллионом историй. Миллионом судеб, которые мне совершенно не интересны сейчас. Ночь и лишь мерное биение наших сердец пронизывает совершенную тишину вокруг. Проходит достаточно времени, и я даже думаю, что она заснула, должно быть, когда, чуть отстранившись, она прикасается тыльной стороной ладони к моей щеке. Я прикрываю глаза, это не об удовольствии, это о доверии. И слышу: – ...ты не должна. - Опускаю взгляд, вижу лишь ее профиль, слабо выделяющийся на фоне ночного неба. Рука скользит ниже, останавливаясь на моей груди, где-то над сердцем, - это не о сексе, это о близости. – Что бы ты там не решила для себя, - она даже не спрашивает о причине, ни слова, только судорожно сжимает мои руки, снова переплетенные с ее, - это ошибка, ты просто не можешь. Я накрываю ее губы своими, заставляя затихнуть - это не о желании, это о необходимости. – Не смей, - шепчет, пряча голову в складках одеяла… Я целую ее в висок и шепчу: «прости», едва шевеля губами, - это даже не о боли, это о безысходности. О понимании что так будет нисколько не лучше – но это именно то, что я сейчас делаю. И снова молчание, которое я не способна облегчить ни для одной из нас. Я не хотела такого прощания, я хотела просто есть брокколи, слушать ее колкие замечания, возможно проводить ее домой, укрывая плечи от ветра. Я не хотела плакать сегодня. Я не хотела чтобы все становилось еще тяжелее чем есть. Сумерки умело скрывают мои слезы когда ты упрямо продолжаешь твердишь: - Ты не посмеешь оставить меня, Кара, - снова и снова. В тот миг я как никогда близка к провалу. Я обнимаю еще крепче и обещаю, что никогда. Никогда не оставлю. Больше никогда – это самый последний раз. Ты все чаще моргаешь, веки становятся слишком тяжелыми чтобы держать их открытыми. И слава Рао, я не вижу больше твоих глаз, это выше моих сил, видеть в них подступающие слезы. Снова сжимаю плечи, перед тем как отпустить навсегда, кажется я продолжала цепляться за них, еще с того дня когда все началось на полу твоего кабинета, и, мне кажется, я тогда так и не разжала пальцев. СЕЙЧАС. Я сделаю это сейчас. Засыпает. Она не сделала ничего чтобы облегчить для меня этот день. Но сделала все возможное, чтобы мне было что помнить. Склоняюсь над ней. Ладонью накрываю глаза, будто бы лишая себя возможности надеяться, что увижу их еще раз открытыми когда-либо еще. Вижу как луч восходящего солнца скользит по ее скулам, подбородку, ключицам. Просто сижу над ней неподвижно, склонив голову. Жду когда он потухнет, оставляя легкое свечение в волосах. Когда она умирала каждый вечер было тяжело, но стократ тяжелее отпускать, когда эта иллюзия, что она еще жива так реалистична. Сегодня я действительно отпускаю. Не знаю смогу ли.. но возможно я должна наконец попытаться. Решение окончательное. На миг закрываю глаза. И все исчезает: вечер, она, атрибуты нашего свидания. Остаюсь лишь я, стоящая на краю небоскреба. И рассветное солнце так ярко окрашивающее небо. Я расставляю руки и падаю, возможно так я смогу заставить себя сделать вдох, застрявший где-то в горле, когда мозг приходит к осознанию – что это мир, в котором ее больше нет. И уже никогда не будет..