Осколочки

      Электричка плавно затормозила у станции, и Аня с Денисом, беспрестанно хохоча, выпрыгнули на платформу через едва открывшиеся двери. Наперегонки подбежали к турникетам, замахали руками, только заметив по ту сторону знакомые лица. Проскочили и бросились в объятия.       Василий и Марго давно их не видели. Приезжали под Новый год на два дня в Питер и всё. Как Лера ни упрашивала сестру, та никак не соглашалась, дескать, билет обратно уже куплен и сдать его нельзя. Этих двух дней хватило, чтобы обменяться всеми скопившимися впечатлениями.       Началось всё с того, что ни Аня, ни Марго с Василием не узнали друг друга на вокзале. С лица мужчины исчезла вечная колючая сизая щетина, он перестал сутулиться и, видимо, действительно завязал с алкоголем. Ушли отёки, вернулся здоровый цвет лица, он помолодел лет на десять. Добавить ко всему этому новое пальто, ботинки, отглаженную белую рубашку и — вуаля! — совершенно другой человек. Дочка узнала его исключительно по голосу — они созванивались каждые выходные. Марго тоже преобразилась, пусть и не так разительно, как муж. С поезда она сошла в коротенькой шубке из искусственного меха и новых сапожках на невысоком каблуке. Вуаль терпкого табачного запаха значительно ослабела и теперь почти не перебивала сочный аромат апельсинов, так удачно дополняя рыжие кудри женщины.       Если бы не Лера, Аня долго стояла, высматривая в толпе родителей и нервничая. Сама она тоже изменилась до неузнаваемости. Лера заплетала её отросшие до середины спины волосы в удивительные косы, очки в тонкой оправе, подаренные Денисом, не перекрывали тонких черт лица девушки. Да-да, девушки, уверенной и очаровательной. Серое пальто, чем-то похожее на суконное, но значительно теплее, сидело на Ане, как влитое, а забавная шапочка с кошачьими ушками оставляла частичку детской наивности.       — Неужели? — восхитился тогда отец. — Анютка, ты просто принцесса!       За два дня они обошли все новогодние ярмарки, прогулялись по нескольким музеям, познакомились с Денисом, обменялись миллионом новостей, придумали множество планов на будущий год и тепло распрощались на всё том же вокзале. Уезжая, Василий и Марго взяли с дочки слово обязательно приехать летом, по окончанию учебного года.       И вот экзамены позади, наступил июль, и Денис предложил устроить группе небольшие гастроли.       — Я списался со знакомыми в Москве, — с жаром сказал он после концерта в одном из уютных кафе. — они помогут с площадкой. Вы только представьте — выступление в московском клубе и, может быть, не в одном!       Саня и Васька, устало развалившиеся на диванчике, попробовали его проигнорировать. Аня разминала натруженные пальцы и тоже не расслышала, увлечённая своим делом.       — Можно попробовать, — вскинулась Таня, и Денис воспрянул духом. — Это будет хороший опыт!       — Слышьте, энерджайзеры, вы не устали типа? — проворчал Саня и запустил в скрипачку подушкой. — Дайте перекурить хотя бы часок!       Аня усмехнулась и неторопливо проговорила:       — Просто он не хочет ехать только со мной, а я всё равно к родителям собираюсь.       — Ты её стесняешься? — возмутилась Таня и легонько потрепала подругу по щеке. — Как можно стесняться этой милахи?!       Денис надулся.       — А ещё он хочет показать группу своей московской родне, — прибавила Аня. — и немножко похвастаться.       — Что ж ты сразу не сказал! — расхохотался обычно молчаливый Васька. — Тогда точно едем!       Так и было решено.       Ребята с оборудованием остались в небольшой гостинице, а Денис с Аней поехали в пригород к родителям. Концерт был назначен через неделю, потому группа успевала выбрать репертуар и как следует его отрепетировать.       — Знаешь, Ань, а у меня в Подмосковье брат живёт двоюродный, — сообщил парень, когда они только сели в поезд. — Заскочим?       — Почему бы и нет? — улыбнулась Аня, подставляя лицо ветерку из форточки. — У твоих родителей мне понравилось, думаю, и у брата понравится.       Родители Дениса, юристы и владельцы собственной фирмы, жили в своём коттедже в Озерках. Мать парня обладала не самым крепким здоровьем, вечно усугбляющимся нервной работой, потому лет пять назад семья переехала за город. Поначалу отец будни проводил с сыном в Петербурге, а потом, когда потомок продемонстрировал ответственность и самостоятельность, перебрался к жене.       Год назад, весной Денис нанёс родителям визит, познакомив их со своей девушкой. Аню они сразу приняли, как родную, мать даже то ли в шутку, то ли всерьёз поинтересовалась по поводу свадьбы.       — Тогда завтра и съездим, — обрадовался парень. — Я у тебя сегодня переночую?       Дома тоже изменилось многое. Сначала Аня подумала, что просто вернулась на два года назад, в тот самый тёмный замусоренный подъезд с ободранными дверями и не самыми уютными квартирами. Каково же было её удивление, когда она остановилась перед опрятной металлической дверью с резным номером над глазком.       — Это ты ещё внутри не видела, — засмеялась Марго. — Там скромненько, но в целом уютно. Только…       — Что? — опешила Аня.       Денис прыснул и, во избежание дальнейших расспросов, прибавил:       — У тебя такие глазищи, как блюдца! Огромные такие, с голубой каёмочкой.       В квартире совсем недавно завершили ремонт. Комнаты посветлели, стены будто раздвинулись, впустили воздух под потолок. Заново отделали кухню, установили новый простой гарнитур, облагородили окошко, посадив зелень в горшочках. В гостиной появился небывалый простор, исчез весь хлам и кое-что ещё.       — Нам пришлось выкинуть пианино, — продолжила мачеха прерванную на пороге фразу.       Аня была настолько поражена переменами, что ни капельки не расстроилась. Только диван и паркет, поразительно похожие на те, что она видела два года назад, остались знакомыми. Очень уж гармонично они вписывались в новый интерьер. Некая нотка винтажности.       — Здесь было пианино? — удивился Денис. — Где?       — Вот здесь. — Аня указала на рабочий стол под окном. В центре стоял ноутбук, рядом принтер, лежала стопка бумаги и коробка с ручками и карандашами. — Вообще, инструментом назвать это было трудно, оно вместо полки использовалось. Помнишь, я рассказывала?       Но больше всего ей хотелось оказаться в своей комнате. Той самой, с маленьким круглым окном — странной фантазией архитектора, — со шкафом во всю стену, со скрипящей кроватью и серыми стенами. Что там теперь?       Отец поспешил вернуться на работу, Марго тоже засобиралась на вторую смену в больницу. Поцеловавшись на прощание с Аней, они рука об руку вышли в подъезд, крикнув напоследок «Не скучайте!»       Девушка стояла перед белой филёнчатой дверью с причудливой железной ручкой и не решалась её толкнуть. Боялась столкнуться с собой прошлой. Трусливой, безропотной, согласной на любые унижения, прячущейся в серых мешках и за толстенной роговой оправой очков.       — А там что? — спросил Денис, указывая на дверь.       — Моя комната.       — Можно зайти?       Аня кивнула. Да, пусть он зайдёт первым, покажет, что в прошлом нет ничего страшного. Прошлое оно потому и прошлое, что оно далеко позади. Из него остаётся только делать выводы, но бояться его — худшая из всех затей.       — Н-да… — протянул парень, и Аня, вздрогнув, обнаружила, что он уже в комнате. — Депрессивненько так… Хотя пространство интересное, можно поработать. Ты не против?       Девушка мотнула головой.       — Я только «за».       — Тогда тащи карандаши и бумагу! — Денис довольно потёр руки. — Сейчас набросаем пару проектов!       Отец с Денисом сидели за кухонным столом и изучали отрисованные парнем эскизы. Василий делал на листочке какие-то пометки, порой упоминал цены и адреса. Мужчины придумывали, как добиться результата малыми средствами, оба были увлечены и захвачены работой.       Марго ужинала, Аня ополаскивала посуду, прислушиваясь к разговорам. Её поражало, как изменились мысли людей. Мачеха, шесть лет отчитывавшая за вечно бьющиеся очки, за беспомощность, за всё подряд, вдруг будто открыла глаза. Быть может, на неё так повлиял случай с таблетками, может, она стала меньше уставать на работе, может, что-то изменилось в отношениях с мужем. Во всяком случае, полгода назад в Питере она миллион раз извинилась перед Аней при всех и два миллиона раз наедине.       — Аня, кричи «ура», мы придумали, как тебе комнату сделать! — радостно сообщил Денис. — До конца гастролей всё готово будет!       — Гастролей? — удивился Василий, предлагая гостю чай. Тот поблагодарил и хватанулся за кружку. — Каких гастролей?       — Мы с группой приехали, — ответил парень. — Через неделю концерт, я вам два билета закажу, приходите!       Мужчина переглянулся с женой, та, подумав, согласно кивнула.       — И надолго у вас? — полюбопытствовала она, передавая Ане свою тарелку.       — Недельки на три, — отозвалась девушка. — Как пойдёт, но к августу мы уже вернёмся в Питер. В целом, на ремонт должно хватить.       — Ремонтом дня через два займёмся, — сказал ей Денис. — а завтра сгоняем к моему брату.