Three Days

— Кейт, ты должна сказать Каслу о своих чувствах, — наставительно говорит Рой Монтгомери, глядя ей в глаза. — Что?! — возмущается она. — Какого чёрта? Почему сейчас? Этот разговор запланирован только на середину четвёртого сезона! — Они переписали сценарий. Ты должна сделать это сейчас. — Но я не могу, я даже не видела ещё новый сценарий. Я не знаю, что говорить. Чёрт, да я просто не могу этого сказать, я не готова! — Импровизируй, ты же это умеешь. — Не собираюсь. Я уже настроилась на середину сезона и не стану перестраиваться заново. Думаете, это так легко? Нужна тщательная подготовка. Нет, я не стану говорить ему это сейчас. — Тогда, боюсь, у меня нет выхода, — печально разводит руками капитан и достаёт револьвер. — Прости, Кейт. Пуля врезается ей в лоб, мир вместе с Монтгомери разлетается на брызги цветного стекла. Она лежит на зелёной траве, её держит на руках Касл, остальные столпились вокруг. — Кейт, я люблю тебя, Кейт! — шепчет Рик. — Ну что тебе стоит ему ответить? — укоризненно качает головой Лэйни. — Касл, пойдём. Если она такая упрямая, пусть одна и остаётся. И они уходят, а Кейт остаётся истекать кровью на траве, не в силах даже позвать на помощь. Она открыла глаза и попыталась успокоить сердцебиение. Это просто сон, Кейт. Обыкновенный кошмар, один из тех, что снится тебе почти каждую ночь с того самого дня, как ты пришла в себя в больнице. Кошмары всегда был разные, но в них неизменно повторялись три элемента: Рой, дающий ценные указания (не обязательно насчёт Касла), выстрел и признающийся в любви Касл. Кто бы мог подумать, что то, чего она на протяжении двух лет ждала с такой отчаянной надеждой, в которой боялась признаться самой себе, превратится в её самый страшный кошмар? Голова болела адски, как будто её и правда разнесли выстрелом, но это не было единственной проблемой Кейт. Болело всё: спина (и угораздило же её заснуть в кресле), руки, ноги и, что было особенно неприятно, послеоперационный шрам, уже почти заживший, как ей вчера казалось. А ведь Касл предупреждал... Она нахмурилась, пытаясь вспомнить, о чём таком он её предупреждал, — и в её памяти тут же всплыл твистер. Она со стоном откинулась обратно в кресло, не сумев, однако, удержать торжествующую улыбку: головная боль была результатом наложения убойной дозы виски Jameson на выпитые до того коктейли. В финал импровизированного турнира вышли Касл, Беккет, Дженни и приятель Райана по имени Чарльз. Чарльз и выбыл первым, почти сразу за ним — Касл. Сказать по правде, Кейт не ожидала даже, что он выйдет в финал, поэтому была впечатлена отчаянной борьбой своего напарника. И вот они с новоиспечённой миссис Райан остались один на один. Что было дальше — Беккет почти не помнила, но когда всё закончилось, её, уже едва стоящую на ногах, но зато абсолютно довольную собой, крепко обнял Касл, вложил в её руку бутылку виски и куда-то увёл. Видимо, недалеко, потому что, оглядевшись, Кейт поняла, что находится в библиотеке — игра проходила в соседней комнате. Она грустно улыбнулась. Касл, как всегда Касл. Настоящий напарник, заставляющий иногда забывать о том, что он не коп, — чтобы в следующий момент отколоть очередную детсадовскую шутку. Человек, на которого она всегда может положиться и который не раз демонстрировал, что готов пожертвовать своей жизнью ради неё. Её мысли снова вернулись к недавнему кошмару, и она неожиданно подумала, что чувства Касла к ней действительно очевидны для всех, тем более теперь, после того, как она чуть не погибла у него на глазах. Она представила на миг, что снайпер стрелял не в неё, а в Ричарда, и невольно вздрогнула — слишком яркой была картинка в её сознании. И она прекрасно знала, что точно так же проводила бы часы, дни и ночи возле его постели, ни на секунду не выпуская его ладонь из своей, не находя себе места от тревоги и виня себя за случившееся. Тогда бы для всех стали очевидны её чувства к нему. Но призналась бы она в любви, если бы считала, что он может умереть у неё на руках? Дело не в том, хватило бы ей смелости и стоило ли это делать, а в том, было бы ли это правдой. Касл не заговаривал о своём признании, потому что уважал её отношения с Джошем и считал свои чувства неуместными. Но Беккет, хоть знала, что спасли её Лэйни, делавшая ей массаж сердца всю дорогу до операционной, и Джош, вытащивший пулю, всё равно почему-то была уверена, что выжила лишь потому, что Касл её об этом попросил. И именно ему она чувствовала себя обязанной жизнью — уже в который раз, но никогда раньше это чувство не было таким сильным и глубоким. Кейт заметила, что после выхода из больницы намного спокойнее стала относиться к его выходкам, шуточкам и детскому поведению, как будто осознав, наконец, что всё это — лишь внешнее. Она сама сказала ему когда-то, что его присутствие рядом делает её работу чуточку веселее и легче. Всё так. Но если раньше ей казалось, что её собственные чувства к Каслу серьёзнее, чем его — к ней, то недавние события заставили её усомниться в этом. Любит ли она его так же сильно, или же относится лишь как к близкому другу и напарнику? А чрезмерное количество свободного времени сначала в больнице, а потом и дома, способствовало всестороннему рассмотрению сложившейся ситуации. Но чем дольше она думала, тем сильнее запутывалась, пока в какой-то момент не поняла, что проще выкинуть всё из головы и дать самой себе время и пространство. Если она не может разобраться в своих чувствах, значит, они просто ещё не дозрели. Поздравляю, Кейт Беккет, ты в кои-то веки проявляешь чудеса женской логики: раньше ты динамила Касла, потому что считала его чувства игрой и детским садом, теперь же боишься разбить ему сердце. — Ты что, собираешь вещи? — удивилась Лэйни, переступая порог комнаты и глядя на лежащий на полу чемодан. — Дверь была открыта, и я решила заглянуть, — пояснила она, встретив мрачный взгляд подруги. — Да, я собираюсь. В понедельник мой первый день, сама знаешь, и я подумала, что мне стоит выспаться перед этим. Чтобы произвести на нового босса пристойное впечатление, а не радовать похмельным видом. Она решительно закинула в чемодан ещё стопку футболок и две блузки и направилась в ванную. — Кейт, что-то случилось? — заботливо спросила патологоанатом. — Всё отлично, — крикнула из ванной Беккет. — Мне просто действительно нужно в город, — добавила она, возвращаясь в комнату с косметичкой. — Кейт, не пытайся меня обмануть. Я же вижу, что что-то случилось. Что-то произошло между вами с Каслом? Кейт замерла возле чемодана, затем медленно положила косметичку и обернулась к Лэйни. — Нет, между мной и Каслом ничего не произошло. И чтобы ничего не происходило и дальше, я уезжаю. Он об этом не знает, я его вообще ещё сегодня не видела. — Кейт, тебе не кажется... — Не надо, — оборвала её Беккет. — Я знаю, чего вы все от меня ждёте, но я не могу, понятно? «- Тогда, боюсь, у меня нет выхода, — Рой печально разводит руками и достаёт револьвер». Кейт на секунду закрыла глаза, прижав пальцами веки, прогоняя наваждение. Это не сон и даже не книга, это как раз реальность, и в реальности всё по-другому. — Я не могу этого сделать, Лэйни, — уже мягче продолжила она. — Я слишком долго заставляла себя не думать об этом, чтобы теперь в один миг принять решение. Доктор Пэриш смотрела на неё так, как будто видела впервые в жизни. До этого момента Кейт никогда, ни разу не говорила с ней о своих чувствах к Каслу, избегая подобных разговоров всеми возможными способами. И вот эта её нынешняя неожиданная откровенность скорее напугала Лэйни, нежели обрадовала. — Кейт, да что с тобой? — она подошла к подруге и приобняла её за плечи. — Что с тобой, милая? Беккет досадливо поморщилась. — Я просто устала, ладно? — Кэтрин Беккет, не делай глупостей. — Что ты, я как раз пытаюсь сделать самое разумное, что могу. Она захлопнула крышку, застегнула молнию и подняла чемодан. — Ты дашь мне пройти? Лэйни молча подняла руки и посторонилась. Кейт стащила чемодан вниз по лестнице и, никем не замеченная, прошла через весь холл к дверям. Если бы она столкнулась с кем-то ещё, пришлось бы снова объясняться, и не дай бог ещё, чтоб это оказался Касл. Она коленом толкнула дверь — и едва не упала, налетев на Райана. Райан удивлённо моргнул, заметив её чемодан. — Ты что, уезжаешь? — потерянно спросил он, и Кейт ощутила резкий укол совести. Чёрт возьми, это его свадьба, запоздало подумала она. Это его праздник, и он совершенно не виноват в том, что один из его друзей не в состоянии разобраться в самом себе. — Я... нет, я... Я собираюсь уехать завтра утром, пораньше, вот и решила собраться заранее. А то — сам знаешь, вечером будет не до того, да и забыть можно что-нибудь важное. — О да, — рассмеялся Кевин. — Забыть можно всё! Я вот никак не могу найти свой телефон. Дженни его вчера куда-то спрятала от меня, а куда — не помнит. И звонить бесполезно — он, похоже, разрядился. — За что же она его у тебя отобрала? — насмешливо спросила Беккет. — Кажется, мне кто-то позвонил... — Райан на миг наморщил лоб, но потом улыбнулся и покачал головой. — Вот видишь — не помню! Тебе помочь донести чемодан до машины? — Знаешь... — задумчиво ответила Кейт, — лучше помоги отнести его назад. Я совсем забыла, что собиралась на пробежку, и убрала в него кроссовки. — Вот, даже на тебя алкоголь действует как на всех! Пробежка оказалась очень верной идеей. Отравленная кровь разогналась по телу, и хотя первый километр дался нелегко, потом стало легче, и под конец Кейт снова почувствовала себя живым человеком. Вернувшись к дому, она остановилась, немного не доходя до него, чтобы отдышаться. Задумчиво достала из кармана спортивных шорт мобильным телефон, немного поколебалась, но всё же набрала номер — четвёртый в меню быстрого доступа. — Джош, привет. Как дела? — Отлично, а у тебя? Как прошла свадьба? Жаль, что я не смог приехать вместе с тобой. — Брось, всё в порядке. Я даже слегка завидую тебе: ты сейчас работаешь. Из трубки донёсся смех. — А я завидую тому, что ты отдыхаешь. В кои-то веки. Но, к сожалению, без меня. — Ну, думаю, у нас ещё будет возможность провести отпуск вместе, — заметила Кейт, улыбнувшись. — Тем более — когда ты уйдёшь из полиции. — Джош, прошу, не начинай опять. — Что? Я думал, ты и сама согласна с тем, что твоя работа становится слишком опасной. — Но это моя работа, — возразила Кейт. — Я прекрасно знала, на что иду, и не намерена от этого отказывается. Мы же уже всё это обсуждали, зачем спорить опять, тем более, по телефону? — Потому что ты не даёшь мне ни единой возможности поговорить об этом лично. Послушай, — мягко сказал он, — я тоже не хочу с тобой ссориться, но я хочу застать тебя живой и здоровой, когда вернусь. И если для этого мне придётся убедить тебя уйти в отставку — я сделаю всё возможное, даже по телефону. Она закрыла глаза и опустила руку с телефоном. Вот, о чём ей должны были сниться кошмары. Выдохнув, она снова поднесла трубку к уху и тихо произнесла: — Знаешь, мне кажется, тебе стоит задержаться на Гавайях подольше. К вечеру основная часть гостей разъехалась, кто-то уехал на своих машинах, других увёз предусмотрительно заказанный Каслом автобус. Остались лишь родственники и самые близкие друзья новобрачных, включая коллег Райана, и в доме воцарились долгожданные покой и тишина. Самые стойкие собрались у бара, две парочки уселись смотреть кино на шикарной плазме, несколько человек плескались в бассейне. Касл, которому неожиданно пришла в голову очередная идея, полдня провёл с ноутбуком, записывая первую главу новой, четвёртой книги про Никки Жару. Выход «Heat Rises» был запланирован на октябрь; в ожидании этого события издательство дало писателю небольшую передышку, однако вдохновение, как с ним обычно и бывало, настигло в самый неожиданный момент. И Касл уже знал: вне зависимости от сюжета, в книге обязательно будет сцена с игрой в твистер. Когда он, наконец, выключил компьютер и спустился вниз, то нашёл Кевина, Дженни, Хавьера и Лэйни оживлённо режущимися в карты. Игра была в самом разгаре; позабытый в ажиотаже кальян сиротливо стоял в стороне, являясь единственным зрителем. — Эй, а где Беккет? — поинтересовался Касл. — Она, вроде, ушла к себе, — отозвалась Лэйни, не отрывая взгляда от своих карт. — Ты не видел её наверху? — Нет, я заглядывал в комнату, её там нет. — Тогда не знаю. Касл немного постоял в стороне, наблюдая за игроками, затем подмигнул кальяну — «Остаёшься за главного!» — и, развернувшись, пошёл обратно наверх. Уже заходя в свой кабинет, он заметил, что люк, ведущий на крышу, открыт, и лестница спущена вниз. Матовые металлические ступеньки терялись в полумраке, царившем на втором этаже, поэтому Ричард и не разглядел её сначала. Он нерешительно посмотрел наверх, не уверенный до конца, что люк открыла именно Кейт, а даже если она, то кто сказал, что она всё ещё там, а не просто забыла убрать лестницу, и уж тем более — что она хочет кого-то видеть. На крышу посреди вечеринки не сбегают от хорошей жизни. Но и оставлять её там одну было бы неправильно. Касл сбегал вниз, где взял бутылку текилы, распихал по карманам пару лаймов, солонку и две рюмки, прихватив в последний момент ещё и нож, затем вернулся наверх и, с трудом удерживая свой драгоценный груз, начал подниматься по складной лесенке. — Привет, я так и знал, что ты здесь. Кейт повернула голову и обречённо вздохнула. — Касл, сейчас не время. Я бы хотела побыть одна. — Ты приехала, чтобы провести время с друзьями. И я, как распорядитель свадьбы и хозяин дома, считаю своим долгом проследить за тем, чтобы каждый гость в полной мере насладился этим праздником. Так что, детектив Беккет, если вы не желаете праздновать со всеми, мне придётся развлекать вас лично. С этими словами он продемонстрировал ей свою ношу. — Всегда мечтал распить с тобой на пару бутылку текилы. Как в «Heat Wave». — Сцена на крыше, помнится, была в «Naked Heat», — улыбнулась Кейт, понимая, что сопротивление бесполезно и что её настроение будет выправлено даже против её воли. — О, так ты читала! — довольно воскликнул Касл, многозначительно подвигав бровями. Беккет, с показной досадой покачнув головой, подняла руки, признавая, что он её подловил. — Держи, — он протянул ей обе рюмки, помогая себе зубами, открутил крышку от бутылки и наполнил их до краёв. Затем он гордо вытащил нож, ярко блеснувший в свете далёких фонарей, горевших вдоль подъездной аллеи, и нарезал один из лаймов. — Соль? — с любопытством спросила Беккет, за что была вознаграждена широченной улыбкой. — А как же! — Касл достал из кармана мельничку с крупной солью и кинул её Кейт. — Я предусмотрел всё. — Ну что ж. Сегодня, класс, я покажу вам то, что называю «маргарита своими руками», — торжественно произнесла она, насыпая соль на сгиб ладони между большим и указательным пальцем и беря в руку рюмку. — Эй, это моя фраза! — возмутился Касл. — Ну, зато в книге текила была моя, — Кейт подмигнула ему, затем, не отрывая взгляда от его глаз и не переставая насмешливо улыбаться, кончиком языка слизнула соль, залпом выпила текилу и в след ей отправила в рот ломтик лайма. Только после этого она позволила себе оборвать зрительный контакт, закрыв глаза и проследив мысленно путь обжигающего напитка по пищеводу. Сделав глубокий вдох и столь же длинный выдох, она снова посмотрела на Касла. — Твоя очередь. От бутылки оставалось уже чуть меньше половины, когда снизу неожиданно донеслись звуки музыки. — Хм, похоже, кто-то добрался до моего музыкального центра, — прислушался Касл. — У тебя есть диск Black Eyed Peace? — удивилась Беккет. — Алексис одно время увлекалась. И я даже не стану спрашивать, откуда ты знаешь, что это Black Eyed Peace, — усмехнулся Рик в ответ. Музыка умолкла, затем, чем пару секунду заиграло что-то другое. — О, а это Maroon 5, — обрадовалась Кейт. — Люблю это песню. — Хм, — Касл оценивающе посмотрел на бутылку. — Как насчёт того, чтобы сыграть в «угадай мелодию»? Проигравший допивает текилу. — У тебя совсем нет фантазии, — многозначительно проговорила Беккет. — Давай хотя бы на желание. — Ок, договорились, — не раздумывая, согласился он. — Итак... Как по заказу, кто-то снова поменял диск, и на весь дом разнеслось «Despite the lies that you’re making, your love is mine for the taking...» — Skillet, — выпалила Беккет. — Чёрт, я даже не могу проверить, потому что понятия не имею, что это! — Верь мне, я знаю эту группу. Даже как-то раз была на их концерте. «No, you’ll never be alone, when darkness comes, I’ll light the night with stars...» — гремело внизу. — Они там что, заснули, что ли? — нетерпеливо возмутился Касл. — Я хочу следующую песню. Кейт тихо рассмеялась, закусывая лаймом очередную рюмку текилы. Однако совсем скоро песня сменилась вновь, и Касл на первых же звуках прищёлкнул пальцами: — Jefferson Airplain! — А это слушает твоя мама, скажешь? — Нет, это слушаю я, — в голосе Ричарда послышался намёк на обиду. — Я люблю разную музыку. Он заново разлил текилу по рюмкам и поболтал остатки на дне бутылки. — Как думаешь, две рюмки или четыре? — Ты бы спросил ещё, сколько пальцев я вижу. Думаю... — Кейт прищурилась и склонила голову набок, — тут хватит на три. Либо на четыре, но неполные. — А лайм закончился, — печально сообщил Рик, разрезая пополам последний кусочек. — Тебе тот, где больше шкурки или мякоти? — Давай со шкуркой. — Она привычно насыпала соль на руку, слизнула её, осушила рюмку и протянула руку за долькой лайма. Но Касл просто вложил её в приоткрытые губы Кейт. Она проглотила лайм, слегка запрокинув голову, и облизнулась. Касл, встретившись с ней взглядом, просто выпил текилу, наплевав на ритуал. — А это что за песня? — чуть хрипло спросил он. Кейт нахмурилась, прислушиваясь, затем нехотя ответила: — Хм, не знаю... «I was at the top and I was like I’m in the basement. Number one spot and now you found your own replacement...» — Тоже из коллекции Алексис, полагаю? — Да, точно. Nelly, «Just a Dream». Я очень люблю эту песню, — тихо произнёс Касл. А потом добавил: — Ты проиграла мне желание. И, не дожидаясь ответа, он взял её за запястье, притянул к себе и поцеловал, обхватив второй рукой за шею. «I was thinkin about you, thinkin about me, thinkin about us, what we gonna be? Open my eyes; it was only just dream.»