История преданной

Пять месяцев тренировок показались Кушине не менее, чем пятью годами. Хотя, конечно, ещё по предыдущему опыту она знала, что в процессе обучения время не летит незаметно, как многие говорят, а наоборот, ползёт, словно черепаха. И хорошо, если это самое обучение не требует большой физической и умственной отдачи. К несчастью, в её случае тренировки полностью состояли из упомянутых элементов, причём, не по отдельности, а вместе. Кушина уже неоднократно поражалась фантазии своего учителя. Хотя первые два месяца результат был едва ли не нулевой. Она никак не могла почувствовать чакру, даже намёка на неё. Соответственно, ни о каком контроле речи и не шло. Видя безрезультатность всех тренировок, Акитакэ, в конце концов, просто загрузил девочку непонятно откуда взявшимися книгами по теории. Все они были довольно интересными, весьма понятными, а некоторые ещё и сопровождались картинками, однако, и тут не обошлось без подковырок. Акитэ велел не просто читать книги, но при этом выполнять задания по контролю чакры. Если первую неделю это не казалось таким уж сложным, то вот дальше стало банально надоедать. Ежедневные неудачи, множество синяков и ссадин, периодические вывихи и совсем уж редко переломы, тоже не добавляли радости или энтузиазма. У любого нормального человека нервы начали бы отказывать, но… едва ли подобное сильно беспокоило Кушину. Она молча и беспрекословно выполняла одно и то же задание изо дня в день, не жаловалась, наоборот, словно бы всё это помогало ей успокоится и расслабиться. Хотя, отчасти, так оно и было. Сдвиг в тренировках произошёл довольно внезапно. Просто в один день Кушина неожиданно, даже для самой себя, почувствовала «тёплую, почти горячую энергию, что струится по всему телу». Поначалу о своих успехах девочка не говорила Акитакэ, решив убедиться в них, но тот и так почти сразу заметил всё. Никакой похвалы юная Узумаки не услышала, хотя, не сказать, что она вообще понимала, что это такое, так что и расстроена не была. Однако после тренировка неожиданно изменилось. Новым требованием стало забраться на дерево без использования рук. На закономерный вопрос девочки «как?», Акитакэ самым будничным тоном ответил, что это ей и необходимо понять, а после исчез в непонятном направлении на несколько дней. К слову, такое происходило периодически. Акитэ просто уходил, даже не думая сообщать, куда именно, а через несколько дней, куда реже — недель, возвращался. Кушина даже не пыталась спрашивать, заранее понимая — не ответит, ещё и нагрузку увеличит за «не имеющие значения и тратящие драгоценное время вопросы». К концу третьего месяца у девочки потихоньку начало получаться. Однако в первую неделю если что и выходило, то чисто на интуитивном уровне. Со временем же она потихоньку начала понимать, что значит «контролировать чакру». Проблемой было лишь то, что кроме сухой теории книг у неё не было абсолютно никакой информации, хотя, надо отметить, что именно эта теория и создавала фундамент для дальнейших знаний. По словам Акитакэ, очень малое количество шиноби перед началом тренировок читали книги про свойства и возможности чакры. Именно поэтому около восьмидесяти процентов пользователей не могут, или, вернее сказать, даже не подозревает о том, как ещё её возможно использовать. Хотя значение этих слов Кушина поняла много позже, лишь через несколько лет, но даже тогда она осознала главное — учитель никогда ничего не делает просто так. На четвёртый месяц пошли первые успехи по забиранию на дерево. Честно признаться, Кушина и без помощи чакры весьма и весьма плохо лазала, так что перспектива обучиться подобному казалась ей довольно привлекательной. Однако тут её тайную радость обломали — первую половину дня девочка должна была лазать без помощи чакры, а вторую, уже после полудня, когда тело устанет, необходимо было учиться контролю. В результате, к вечеру юная Узумаки буквально вырубалась на ходу, но уже на следующее утро чувствовала себя живее всех живых. Поначалу это казалось странным, но после девочка списала всё на невероятную регенерацию Узумаки и, почти наверняка, медицинские навыки учителя. Впрочем, в последнем она не была уверена, так как сама ещё ни разу не видела, чтоб он использовал какую-либо технику. И лишь на пятом месяце девочке удалось таки освоить контроль чакры. Хотя сама она была не слишком довольна таким медленным продвижениям, да и Акитакэ говорил, что ей это даётся на редкость тяжело. Весь месяц она продолжала тренироваться. Теперь задания были в духе «заскочила, взяла книжку, читаешь, запоминаешь, а в конце недели рассказываешь всё от начала до конца». После бега, постоянных карабканий и травм это для Кушины стало настоящим отдыхом, пусть и приходилось весь день проводить вниз головой. Впрочем, она понимала, что именно для расслабления Акитакэ и дал это задание. В конце концов, материал во всех книгах действительно был интересным и полезным, по мнению юной Узумаки знать его надо. А так как просто сидеть и учить ей уже давно стало скучно, возможность при этом ещё и контроль продолжать развивать неплохо так скрашивала жизнь. Правда, Акитэ задавал ей уйму литературы! Она всегда читала довольно быстро, матушка об этом позаботилась, но даже с её навыками одолеть ту гору книг было практически нереально, особенно если учесть, что всё это ей было необходимо запомнить. Думая так Кушина всё же ничем не выдавала свои мысли. По сути, она уже понимала, какую цель преследует сейчас учитель. Он стремится развить её память и возможность быстро запоминать огромное количество информации, при этом не ослабляя защиту и не теряя концентрации на основном. Полезный навык в военное время, вот только… Кушина нахмурилась, вглядываясь в сухие строчки очередного явно древнего фолианта. Она вовсе не хочет сражаться, да и желания бороться за что-то никогда не было. Девочка не любила высказывать своё мнение, не любила принимать чью-то сторону, да и просто любые конфликты терпеть не могла. Так сказать, от рождения пацифист. И перспектива сражаться с кем-то лично её отнюдь не прельщала. Вот только она уже давно поняла, что этой участи не избежать, если конечно… если она не умрёт раньше. Или же её убьют. Второй вариант… ну, не сказать, что ей было не всё равно, как умирать, однако от чьих-либо рук, особенно если этот кто-то настоящий слабак… не очень хочется. Её учили не этому. Она умрёт лишь по собственному желанию, как бы странно это ни звучало. Но вот прошло полгода с тех пор, как они покинула Узушио. Теперь Акитакэ объявил о начале тренировок рукопашного боя. Начинается всё, конечно же, с основ, а по мере успеха будет переходить к полноценным тренировкам. Можно было бы радоваться, да только эти тренировки будут проходить не на земле, а на дереве, причём вниз головой. «Чтоб не разучилась, » — так пояснил учитель свои действия. Кушина лишь зубами скрипнула и в один прыжок оказалась на наиболее крепкой с виду ветке. Поначалу ничего серьёзного не было. Всего лишь стойки, в которых приходилось задерживаться по пару часов. После такого на земле у любого нормального человека будет тело болеть, что уж говорить про положение вверх тормашками? Акитакэ был требовательным, не просто заставляя девочку держаться лишь на одной ноге, так ещё и напрягать всё тело, тянуть руки и носки. Ощущение было скорей как на занятиях танцами, хотя ими девочка занималась лет так в пять-шесть, так что чётких воспоминаний по этому поводу не было. Но в результате, уже через шесть недель Кушине настолько осточертело подобное, что она чуть ли не на зло выполнила все упражнения настолько хорошо, насколько вообще было возможно. Не сказать, что до этого юная Узумаки халтурила, но определённо не выкладывалась настолько. М-да, довели до белого каления! И это с её-то терпением! Однако Акитакэ определённо заметил её старания. — Заканчивай, Кушина, — сказал он, как всегда неожиданно появившись под деревом. Девочка послушно расслабилась и опустила руки/ноги, но с дерева слезать не торопилась. Заметив это, мужчина хмыкнул. — Основу, как я погляжу, ты уже выучила. Конечно, это лишь один боевой стиль. И он определённо не подойдёт тебе. — Почему это? — равнодушно поинтересовалась юная Узумаки. Видеть всё вверх тормашками ей было уже почти так же привычно, как и по нормальному. — Потому что я разрабатывал его под себя, — терпеливо пояснил Акитакэ. — Под мои сильные и слабые стороны, особенности организма и его строения. Ты, как минимум, ещё слишком маленькая, как максимум, вообще девочка. Ясно? — последовал молчаливый кивок. — Отлично. Тогда предлагаю тебе опробовать выученные положения и удары на практике. — А… — хотела было спросить юная Узумаки, но её неожиданно прервали. — Нет, тебе незачем учить комбинации, — улыбнулся краешком губ Акитэ. — Это, опять-таки, приведёт к тому, что я повлияю на твой стиль. Сама подумай, что за чем тебе будет проще и удобней использовать. Обычно это задание выполняют на манекенах, но в твоём случае, думаю, продуктивней будет сразу перейти к практике. — Что ж, как скажете, — после недолгого молчания пожала плечами Кушина. — Что мне необходимо делать? — Попробуй хотя бы раз коснуться меня. Я не буду использовать техники замещения, барьеры и прочее. — Это смешно, — фыркнула девочка, поджав губы. Акитэ вскинул брови, намекая, чтоб она пояснила свои слова. Кушина развела руки в сторону, весь вид говорил — её подобным не провести. — Я по скорости даже близко с вами не стою. Наш уровень различен, как небо и земля. У меня нет и шанса. Акитакэ не читаемым взглядом рассматривал Кушину, пока она недовольно взирала на него снизу вверх. Наконец, он усмехнулся и сказал: — Действительно. Но всё же забудь про это и просто попробуй достать меня. — Я не стану вступать в сражение, если оно заранее проиграно. Намного мудрее уйти от битвы в таком случае, — сухо заметила юная Узумаки. По её лицу невозможно было понять, о чём она в этот момент думает. — Не спорю, но сейчас не сражение, — Акитакэ говорил таким голосом, будто ему резко наскучил этот разговор, ну или же он считал, что это абсолютно не имеет смысла. — Сейчас ты тренируешься. — Конечно, это тренировка, — кивнула Кушина, пристально смотря на учителя. — Но не держите меня за глупую маленькую девочку. Я понимаю, чего вы пытаетесь добиться — хотите, чтобы я привыкла сражаться с противниками, во много раз превосходящими меня по силе. Думаю, это разумно и логично, но… именно из-за осознания ситуации я не стану пытаться выполнить это задание. — Вот видишь, Кушина, — неожиданно развеселился Акитэ. — Ты даже не пытаешься что-либо сделать, если осознаешь, что противник превосходит тебя. Сразу идёшь на попятую, или же ищешь все возможные пути отступления. — И что в этом плохого? — в глазах девочки вспыхнули ледяные огоньки. — Можно сказать ничего, но… это не так, — пожал плечами мужчина. Его голос на мгновение стал усталым, словно он вспомнил о чём-то давно забытом и печальном. — Позже, когда ты будешь отправляться на миссии вместе с командой, это подведёт всех. Когда-нибудь ты предашь и бросишь близких тебе людей. Эти слова вызвали довольно неожиданную реакцию. Кушина выглядела равнодушной. Даже слишком. Её лицо превратилось в каменную маску неестественно бледного цвета, словно бы вся кровь разом отхлынула от него. Обычно светлые глаза будто бы потемнели, но в них по прежнему была лишь бесконечная пустота. Акитэ со скрытым интересом наблюдал за реакцией девочки, ожидая, что она попытается возразить, или же просто недовольно фыркнет, но… ничего подобного не происходило. Юная Узумаки стояла неподвижно, смотря в одну точку затуманенными глазами, казалось, она вообще не видела ничего перед собой. На мгновение в её глазах вспыхнули яркие огоньки, но они сразу же погасли. Девочка глубоко вдохнула, успокаиваясь и полностью возвращая контроль. Её взгляд прояснился, она посмотрела на Акитэ, но заметив, насколько пристально он следит за ней, нахмурилась. — Ладно, — после долгого молчания всё же произнесла Кушина, поджав губы. Она была крайне недовольна тем, что всё же необходимо принять это решение, но этот человек… затронул весьма важную тему. — Ты согласна начать тренировку? — Да. — Отлично, — кивнул мужчина. На мгновение он довольно улыбнулся краешками губ, но сразу же справился с собой, и его лицо приняло обычное, скучающее выражение. Секунда — и Акитакэ уже стоит вниз головой на ветке ближайшего дерева, ровно напротив Кушины. Девочка повернулась к мужчине, не напрягая тело, да и вообще было не похоже, чтоб она торопилась принять какую-либо из разученных стоек. — На землю спускаться нельзя. Прыгай по деревьям, скрывайся в листве, используй внезапность — что угодно, но достань меня. Начинай! Тренировка началась...