История преданной

Стоило Акитакэ закончить говорить, как противники возникли напротив Кушины. Высокий мужчина, весь замотанный во что-то чёрное, из-за метели было невозможно понять, во что именно, и мальчик, одетый в дорожную одежду. По виду пацан был на пару-тройку лет старше девочки. Стоило противнику завидеть юную Узумаки, как он что-то негромко спросил у своего учителя. Девочка даже на расстоянии видела, как он слегка повернул голову и начал быстро шевелить губами. К несчастью, сам вопрос она понять не смогла, однако сама, не поворачиваясь и прикрыв рот руками, сказала: — Я должна убить мальчика? — Да, — легко ответил Акитэ. Он внимательно наблюдал за реакцией Кушины. — А его учитель? — Посмотрим по ситуации, — беззаботно пожал плечами мужчина, переводя взгляд на противников. — Ты готова? Тебе придётся убить настоящего человека, а не тень. — К такому никогда нельзя быть готовым, — со вздохом покачала головой Кушина. В голове всплыли воспоминания из прошлой жизни — множество бездыханных тел с разорванными или сломанными шеями, некоторые из них ещё совсем маленькие дети, тело мужчины, изуродованное скальпелем, а затем и мальчик, надрывно кричащий от боли. Его крик девочка до сих пор слышала по ночам, хотя прошло уже… почти двадцать лет? Можно ли быть готовым к тому, чтобы увидеть, как прерывается чья-то жизнь? Или прервать её собственными руками? Нет… никогда… спрятать чувства — конечно, и это девочка умела как никто другой, но рано или поздно всё то, что она скрывала, таила в самых дальних и тёмных уголках души, сдерживать не получится. Когда-нибудь её маска треснет, и тогда… тогда она выбросит её, надев новую. — Хн? Да… ты права, — негромко согласился Акитакэ и склонил голову, словно бы задумавшись о чём-то. В его глазах застыло странное выражение, которое юная Узумаки так никогда и не смогла понять, но тогда ей показалось, что она увидела в нём… печаль? Скорбь? Боль? Кушина не знала точно, что это было. Учитель больше не сказал ни слова, и юная Узумаки поняла — дальше самой. Перепрыгнув на следующую довольно крепкую с виду ветку, она прищурилась. Парень сделал почти то же самое, но сразу встал в боевую стойку. « Как глупо, — мрачно подумала Кушина, не торопясь делать что-либо ещё. — Он же с самого начала показывает, как будет атаковать. Чему его учил наставник?» Однако эта стойка… да, девочка видела её в одной из книг. Подробное описание стиля, позиций и связок ударов. Предупреждён — вооружён. Но тут другое дело. Этот стиль довольно опасен, особенно если оппонент превосходит тебя в росте и массе, как в данной ситуации. Кушина краем глаза принялась искать возможные варианты отхода, просчитывая, как и где лучше всего спрятаться. Но неожиданно она вспомнила один разговор, произошедший полгода назад: — Ты даже не пытаешься что-либо сделать, если осознаешь, что противник превосходит тебя. Сразу идёшь на попятую, или же ищешь все возможные пути отступления. — И что в этом плохого? — Можно сказать ничего, но… это не так. Позже, когда ты будешь отправляться на миссии вместе с командой, это подведёт всех. Когда-нибудь ты предашь и бросишь близких тебе людей. Акитакэ считает, что она предаст близких людей, если это будет единственным способом выжить. Предаст…, но у неё нет близких. Ей некого предавать и не из-за кого рисковать. Она одна. Именно поэтому у неё есть шанс победить. Парень атаковал первым. Начал с атаки в лоб, которую Кушина с поразительной лёгкостью отбила. Тут же последовал удар по рёбрам, но и его девочка без проблем остановила. Следующую атаку она уже могла предугадать. Высокий прыжок вверх, кувырок в воздухе, и раскрыться, касаясь ногами довольно крепкой с виду ветки, к которой она тут же «приклеилась», а руки протянуть вниз. Стоило пацану осознать, что его атака провалилась, как он решил было ретироваться, но неожиданно сильный удар пришёлся ему на блок, который он чудом успел подставить. Следующий удар противник остановить уже не мог, атака отбросила его на несколько метров, впечатав в ствол дерева. Кушина легко «отклеилась» от весьма ненадёжной опоры, сделав сальто, и бесшумно приземлилась на более крепкую ветку. Юная Узумаки прищурила фиалковые глаза, смотря на то, как парень, тяжело дыша, поднимается на ноги. Неужели всё будет так просто? Неужели более взрослый, и, казалось бы, опытный ученик проиграет ей? Но, кажется, противник тоже смог сделать выводы из результатов начала битвы. Он сделал несколько шагов вперёд, остановился, замер, словно к чему-то прислушиваясь. Затем парень поднял руки и… принялся складывать цепочку печатей. Кушина с сожалением подумала, что ещё почти ничего не знает про ручные печати и техники, кроме самого основного. Соответственно, понять, к чему готовиться, девочка тоже не могла, но всё равно запоминала на будущее цепочку. Она казалась ей знакомой, только вот пара печатей в начале определённо ещё не использовались в такой комбинации. Кушина напряглась, хоть с виду это было незаметно. Девочка неотрывно следила за движениями противника. С одной стороны, стоило прервать его действия, ведь мало ли, к чему это приведёт, но с другой, ей было слишком интересно, что же это за техника, кажущаяся столь знакомой? Вот он завершает цепочку, юная Узумаки чувствует колыхания чакры. В ту же секунду появляются две точные копии мальчика и тут же скрываются в лесу. Кушина еле слышно выругалась. Как она сразу не поняла? Ведь ей известно не столь много техник с подобной последовательностью! Похоже, те несколько новых печатей в начале отвлекли её внимание. Но уже не важно. Теперь придётся разбираться с тремя. Кушина замечает удар намного раньше, чем он достигает цели. Поразительно, но движения мальчика-клона кажутся ей медленными, по крайней мере, её собственные тени двигались куда быстрее, да и учитель не строил из себя статую. Девочка перехватывает руку, а затем, одним точным ударом в сердце развеивает клона. Уже после битвы она осознает, что всегда могла отличить оригинал от копии, и неосознанно корректировала свои действия в зависимости от оппонента. Но пока оставалось ещё двое противников. Неожиданно она ощущает удар, пришедшийся по затылку. Как так? Почему она не почувствовала? Не давая себе пуститься в размышления, Кушина, уже падая, проворачивается через голову и, сгруппировавшись, довольно легко приземляется на мягкий снег. Мгновенно поднявшись, девочка осматривается, пытаясь найти противника, однако он и не скрывается. Парень просто двигался по кругу, развивая довольно большую скорость. Сейчас Кушина с удивлением осознала, что не может отследить его. Юной Узумаки казалось, что над её головой, прямо в ветках деревьев, закручивается дымчатое серое кольцо, и не сразу она поняла, что двигается не только пацан, но и его клон. Внезапно в девочку что-то полетело, хотя уклонилась она без особого труда. Юная Узумаки кинула взгляд на торчавший из снега предмет — сенбон. Точно, наставник рассказывал ей про виды метательного оружия. Кушина нахмурилась, осознавая своё положение. Пока противник двигается с такой скоростью, пусть и на пару с клоном, шансы достать его почти что равны нулю. Нет, так не пойдёт. Но что же делать? Девочка против воли кинула взгляд на Акитакэ. Учитель довольно усмехался. Это почему-то сильно поразило его ученицу, сразу же забывшую про свои не самые весёлые мысли. Невольно она раздражённо фыркнула. Похоже, наставник считает её действия несерьёзными. Ну что ж, почему бы действительно не показать ему, чего она достигла за полгода? Из-за своих постоянных отлучек Акитэ дал Кушине прекрасную возможность для своих собственных тренировок и отрабатывания некоторых комбинаций, про которые он бы не знал, по крайней мере, определённое время. Конечно, поначалу девочка предполагала, что он оставляет клонов присматривать за ней, но позже эта теория не подтвердилась, и она спокойно могла тренироваться хотя всё равно каждый раз проверяла наличие учителя. Качая головой, Кушина перевела взгляд на беспрерывно движущегося противника. Её удар был достаточно сильным и не мог пройти без последствий, да и бег на такой скорости, в такую погоду, да ещё и с поддержанием теневого клона абсолютно не то занятие, которое можно делать долго. Скоро парень начнёт уставать, и у неё появится шанс. А до этого… до этого придётся отбиваться от сенбонов. Это продлилось не дольше минуты. Девочка неотрывно следила за серой тенью, стараясь засечь парня, и даже не обращала внимание на летящее в неё железо, которое, впрочем, в большинстве случаев, даже не могло попасть в цель. Глаза Кушины ярко полыхнули голубоватым огнём, она довольно улыбнулась, хотя улыбка эта скорее напоминала оскал.

***

Заметив изменившееся выражения лица ученицы, Акитакэ хмыкнул. Как он и думал, она всё-таки смогла собраться. Вот только несколько порезов от нашедших свою цель сенбонов его беспокоили. Вряд ли, конечно, они будут смазаны ядом, ученикам обычно не дают подобное оружие, так как они могут навредить сами себе по неосторожности, но не стоит недооценивать врага. Особенно такого… Сложив руки на груди, мужчина перевёл взгляд на наставника мальчика. Тот стоял неподвижно и, казалось, вообще не заметил усилившееся внимание к его персоне. После того, как Кушина закончит, ему необходимо разобраться с ним. Что ж, вряд ли это вызовет проблемы.

***

Кушина заметила его. Попался. Быстро сложить печать, и тень сразу же скрывается в метели. Через пару секунд теневой клон противника развеивается с негромким хлопком, а тень исчезает беззвучно. Заметив это, мальчик, однако, не останавливается. Чего он добивался? Юная Узумаки не знала этого, да ей и незачем было знать. Подхватив один из сенбонов, воткнувшихся в снег, она метко пустила его в парня. Тот уклонился, но поскользнулся на ветке, покрытой льдом, в который сам же и превратил ещё недавно мягкий снег. Совершив немного неуклюжий прыжок, противник приземлился в паре метров от Кушины и развернулся, готовый обороняться, но… не успел. Маленькая рука с поразительной лёгкостью пробила грудную клетку, а затем безжалостно пронзила сердце. Издав непонятный, булькающий звук, парень попытался вдохнуть, но неудачно, и замертво рухнул на землю. Из открытой раны фонтаном брызгала кровь, её капли попали на лицо девочки. Кушина безразлично оглядела окровавленную руку. Почему она убила мальчика именно так? Ведь рядом есть ещё немало сенбонов. Девочка покрутила ладонью перед глазами. Быть может, всё дело в памяти, поразительно чётко хранившей воспоминания о том, как мама мучила людей скальпелем или же ножом. Точно! Кушина не хочет быть такой же. Поэтому она не хочет использовать металлический предмет для того, чтобы лишить кого-то жизни. Конечно, юная Узумаки понимала — если станет шиноби, у неё не получиться брезговать сенбонами или чем-то подобным. Но если есть возможность, уж лучше она убьёт противника собственными руками… Раздался приглушённый крик. Кушина вскинула голову. Акитакэ стоял рядом с наставником мальчишки. Она успела как раз вовремя, чтобы увидеть, как учитель одним ударом куная лишает мужчину жизни. Мда, у него это вышло куда быстрее. — Нам не стоит больше здесь задерживаться, — сообщил ей Акитэ, пряча оружие. — Поторопись. Никакой похвалы или одобрения, да и вообще какой-либо реакции по поводу её успеха. Впрочем, юная Узумаки и не ожидала подобного. Девочка кинула взгляд на тело, неподвижно лежащее у её ног. Кровь заливала чистый белый снег. Алая жидкость была и на руках, и на лице, и на волосах Кушины. Немного подумав, она склонилась над телом, принявшись рыться в сумках на поясе, обнаружив там несколько десятков сенбонов, которые девочка поспешила спрятать в потайных карманах дорожного плаща, уже не помогавшего согреться в усиливающуюся метель. Поднявшись, она быстро подобрала валяющееся на земле оружие и добавила его к основной кучке. Как бы юная Узумаки к этому не относилась, будет глупо оставлять боеприпасы здесь. Убедившись, что ничего не упустила, она вскочила на дерево. Акитакэ терпеливо ожидал её. — Готова? Поспешим, — не дожидаясь ответа, сказал он и первым тронулся в путь, мгновенно растворившись в метели. Впрочем, девочке не требовалось полагаться на зрение, она прекрасно чувствовала учителя. Перед тем, как последовать за учителем, Кушина, поколебавшись, бросила через плечо взгляд на место недавнего сражения. Тело мальчика, лишь на несколько лет старше её, неподвижно лежало в луже крови на снегу. Метель не стихала, наоборот, лишь усиливалась, но снежинки таяли, коснувшись ещё не остывшей кожи. Юная Узумаки прикрыла глаза. Постояв ещё несколько секунд, Кушина развернулась, и скрылась в сгущающихся сумерках, лишь усиливающихся от плотных туч и снегопада. Спустя несколько часов, когда уже совсем стемнело, они прибыли в поселение. Кушина молчала и, казалось, даже не замечала ничего происходящего вокруг. Её глаза были как обычно пусты, но всё-таки, что-то в них изменилось, но Акитакэ не мог понять, что именно. Гораздо больше его беспокоило другое - девчонка мелко дрожала от холода. Он заметил это ещё в пути, и незаметно повесил одну печать на дорожный плащ ученицы. Это должно было не дать ей замерзнуть и простудиться. Они замерли на крыше минка*, осматривая пустеющую улицу. Люди не замечали их, две тёмные фигуры, во время снегопада приобретшие сходство с призраками. Неожиданно раздался колокольный звон. Кушина подняла голову и глазами поискала, откуда он исходит. Маленькая часовенка на краю деревни была не сразу заметна. Кажется, звук колокола привёл девочку в чувство, по крайней мере, теперь в её глазах не было пугающей пустоты, она смотрела равнодушно. — Почему бьют в колокол? — негромко поинтересовалась Кушина, вновь переводя взгляд на улицу. Никакой паники не было, так что не похоже, что что-то случилось. — Сегодня праздник, — так же тихо ответил Акитэ. Он огляделся, затем вздохнул и добавил: — Я должен отлучиться. Можешь пока прогуляться по деревушке. Вот, держи, — учитель протянул девочке небольшой мешочек. Внутри звякнули монетки. — Зачем это? — вскинув левую бровь, спросила юная Узумаки, однако мешочек взяла. — Твоя награда за выполненное задание. Можешь купить себе что-нибудь, — пожал плечами мужчина. — Сегодня торговые лавки будут работать чуть дольше. — М-м-м, — промычала что-то невразумительное Кушина, но кивнула. — Я найду тебя сам, через час, — добавил Акитакэ и буквально исчез. Кушина негромко вздохнула и соскочила с крыши. Кажется, её никто даже не заметил, словно призрака. Девочка скривилась от этого, но маска равнодушия быстро вернулась на лицо. «Что ж, вот и первый заработок, — отстранёно подумала она. — И это золото равно по ценности жизни того мальчика.» Юная Узумаки, не торопясь, двинулась по улице. Учитель не соврал, большинство торговых лавок были всё ещё открыты. В воздухе витал восхитительный запах пищи. Неожиданно девочка осознала, что не прочь чего-нибудь перекусить. Покрутив головой, она обнаружила поблизости лавку с тусклой надписью «Рамен». Несколько секунд поколебавшись, Кушина вздохнула. Ничего, один раз в жизни можно.