История преданной

Тёплое весеннее солнце только показалось из-за горизонта, и лучи его медленно нагревали остывшую за ночь площадь. Ветра не было, и морская гладь замерла неподвижной лазурной массой, величественной и незыблемой. Только чайки, кружившие в вышине и время от времени стрелой пронзающие воду, охотясь за неосторожной рыбой, заставляли безмятежную поверхность вздрогнуть. Кушина стояла на каменном заборе, окружавшем площадь, и пустыми глазами смотрела на море. О чём она думала в этот момент? На детском лице не было эмоций, которые могли бы натолкнуть случайного наблюдателя на мысли, но оного и не оказывалось поблизости в такой час. Через плечо у неё была перекинута льняная сумка. Несмотря на её простой, даже бедноватый вид, на самом деле, такую вещь мог позволить себе далеко не каждый. Впрочем, Кушина и не покупала её. Сумка обнаружилась в доме матери, явно никому ненужная и всеми позабытая. Поэтому она без зазрения совести взяла её для того, чтобы сложить некоторые вещи, необходимые в предстоящем путешествии, хранить которые в специальных свитках было не так удобно. Неожиданно Кушина чуть качнулась, теряя вид каменного изваяния, легко и бесшумно спрыгнула с ограждения и направилась навстречу мужчинам, только ступившим на площадь. — Доброе утро, — первым поздоровался Фукаши. Ответом ему послужил едва заметный кивок. Нагаши, стоявший рядом с братом, тоже кивнул Кушине. Очевидно, он вспомнил, какое впечатление она произвела на него прошлой ночью. Надо заметить, сейчас она выглядела несколько иначе. Хотя глаза по-прежнему были пусты, но ужасающую ауру больше не проявляла и находиться с ней рядом уже казалось вполне реальным. — Нам только сегодня рассказали о том, что ты отправляешься в Коноху, — продолжил Фукаши. После общения со своим братом, он не очень надеялся на реакцию, однако на этот раз мужчина ошибся. Кушина чуть склонила голову на бок. Её вид не выражал ничего, но каким-то шестым чувством он догадался, что означает это жест. — Конечно, нам было известно об этом, но о точном времени сообщили только на утреннем Совете. Больше никакой реакции не было. Молчание становилось гнетущим, и Нагаши еле заметно нахмурился. Кушина неотрывно смотрела на бывших учителей, явно понимая, что они хотят сказать что-то ещё. — Ну, удачи тебе в твоём задании, — наконец произнёс Фукаши, решив закончить этот немой диалог, в котором он решительно ничего не понимал. Мужчина развернулся, намереваясь удалиться, но близнец неожиданно остановил его, положив руку на плечо. — Через полгода-год нас отправят в качестве новых послов в Коноху, — вкрадчиво сказал он, внимательно смотря на Кушину. Та отвечала равнодушным молчанием, но, несмотря на вид, уже обдумывала сказанное. — Я не особо понимаю, к чему всё это ведёт, но… ты-то понимаешь? В голосе Нагаши не было эмоций, однако его вид говорил больше слов. Брови сошлись у переносицы, на лбу и возле губ залегла резкая складка, а глаза смотрели необычайно жёстко. Несколько минут он ждал ответа, или хотя бы какой-то реакции, но ничего подобного не последовало. Наконец, уверившись в том, что Кушина не желает с ними разговаривать, он кивнул своему брату. Оба тут же буквально растворились в воздухе. Им не хватило всего секунды, чтобы заметить, как она чуть нахмурилась, продолжая смотреть прямо перед собой. Ей не долго позволили быть в одиночестве. Вскоре с главной улицы на площадь вышли Узукаге и Узумаки Ринтаро. Внешность второго ни капли не изменилась за прошедшее время. Всё тот же проницательный взгляд бойца, шрамы на лице, коротко подстриженные тёмно-алые волосы, а правый глаз по-прежнему скрывала повязка. Их шаги по гладко выложенному камню гулким эхом разносились по площади, но, несомненно, они могли бы идти совершенно беззвучно. Мужчины приблизились к Кушине. Если Каосу лишь мельком окинул её взглядом, то вот Ринтаро внимательно осмотрел, даже не скрываясь. — Осталось меньше получаса, — вместо приветствия заметил дядя. — Как ты понимаешь, мы не позволим шиноби Конохи ступить в Узушио. Кушина молча смотрела в пространство перед собой. Каосу ждал, уверенный в том, что определённая реакция должна последовать. И, в какой-то степени, он не ошибся — девочка скосила глаза на его сопровождающего, кажется, совершенно точно поняв, зачем он здесь нужен, но требуя удостоверить свои выводы в слух. — Ринтаро отправится в Коноху в качестве твоего опекуна, — подтвердил её мысли Каосу. Он чуть заметно усмехнулся, прежде чем продолжить. — Так как Касуми отказалась от тебя, фактически, сейчас твой статус не позволяет нам выделить тебе защиту. Кушина не сказала ни слова. Лишь по тому, как долго она вглядывалась в своего новоявленного смотрителя, можно было бы предположить, что она поняла всё, ещё как только увидела отличающуюся от обычной одежду мужчины и его небольшую боевую экипировку. — Вам пора отправляться, — наконец произнёс Каосу. На это Кушина лишь молча развернулась, положив руку на сумку. Только сейчас Узукаге заметил эту вещь и против воли чуть удивлённо поднял брови, вероятно раздумывая о чём-то. — Откуда она у тебя? — чуть прищурившись, спросил он. Несомненно, у него были догадки, но он хотел услышать точный ответ. Несмотря на не самую понятную формулировку, Кушина всё-таки поняла вопрос дяди. — Нашла, — негромко ответила она, даже не думая поворачиваться к собеседнику лицом и, чуть помедлив, добавила. — В доме Касуми. Узукаге прикрыл глаза, обдумывая что-то своё. На его счастье никто особо не интересовалась реакцией, а Ринтаро уже поравнялся с Кушиной и смотрел в сторону моста. — Значит, ты не спускалась к воде? — внезапно поинтересовался Каосу. Он внимательно смотрел на Кушину, надеясь непонятно каким образом понять, будут её слова ложью или нет. Она обернулась и посмотрела на него пристальным взглядом всё таких же пустых глаз. « Так понять истинность её слов будет ещё проще, » — подумал Узукаге. — Кто знает, — без тени улыбки пожала плечами Кушина и, не дожидаясь ещё каких-либо вопросов, пошла прочь. Ринтаро молча поклонился Каосу и последовал за своей новой подопечной, уже не видя, как он недовольно морщится. С берега море прекрасно просматривалось до самого горизонта. Не было ни намёка на облачко или дымку. Но стоило двум Узумаки ступить на мост, как их тут же окружила плотная пелена густого дымчато-серого тумана, взявшегося словно из ниоткуда. Он клубился и двигался, подобно живому существу. Его неестественная природа сейчас как никогда была очевидна. Кушина бросила на него быстрый взгляд. Она шла достаточно близко к краю, чтоб суметь дотянуться до него. Удостоверившись, что Ринтаро не особо обращает на неё внимание, вероятно, пребывая в раздумьях о чём-то, она незаметно протянула руку. В тот же миг серая пелена потянулась к забинтованным пальцам как живая, быстро обволакивая их. Кушина задумчиво наблюдала за тем, как туман стремительно покрыл её ладонь, и уже подобрался к запястью. Она подумывала над тем, чтоб попытаться зачерпнуть его, но тут произошло нечто странное. Чакра, как известно, протекает по каналам, расположенным по всему телу. Даже не используя её, она продолжает циркулировать, усиливая и поддерживая организм, пусть и слишком слабо, чтоб эффект был заметен. Это было ещё одним противоречивым свойством данной энергии — невероятно разрушительная, она способна и защищать, а если изменять соотношение её составляющих, даже лечить. Зная это, Кушина сразу же поняла, что туман начал повреждать каналы чакры в ладони, как только резкая боль пронзила всю руку ниже локтя. Кроме того, чакра стала стремительно исчезать, даже быстрее, чем при использовании защиты. Она быстро отдёрнула конечность, отчего волосы качнулись чуть сильнее, чем при обычной ходьбе. Конечно, Ринтаро сразу же заметил это и сфокусировал взгляд на всё таком же равнодушном лице. Несмотря на острое желание осмотреть запястье, Кушина даже не пошевелилась, продолжая идти как ни в чём не бывало. Но даже после того, как она вырвала свою руку из тумана, боль не исчезла. Ощущение было таким, словно кто-то стремился поменять положение всех костей в конечности на живую, без всякого наркоза или обезболивающего. Чтобы хоть как-то уменьшить боль, Кушина сжала руку в кулак, и с удивлением осознала, что сделать это может с трудом. Лишь через несколько секунд борьбы с самой собой ей удалось сомкнуть все пальцы вместе. Этот факт несколько удивил её. Пусть она хоть трижды восприимчивей к боли, чем остальные, но потеря чувствительности — совсем другое. Этот туман явно имел куда большую опасность, чем ей говорили, и теперь она убедилась в этом на собственном опыте. Одна проблема — ощущения не исчезали, и у неё стало закрадываться подозрение, что эффект воздействия тумана может оказаться длительным, в худшем случае, вовсе необратимым. Кроме того, попытка покрыть ладонь чакрой также провалилась. Лишь малая часть энергии смогла собраться в руке, но тут же исчезла. « Это плохо, » — мысли крутились в голове, подобно взбешённому рою пчёл, одна быстрее другой проносясь в сознании, но не давая ни ответа, ни большего понимания ситуации. Несмотря на это, никакие чувства не появились в связи с данным происшествием, поэтому и лицо Кушины осталось равнодушным, и Ринтаро так ничего и не понял. И когда он обратился к ней, она даже не допускала мысли, что опекуну удалось заметить её маленький проступок. — Кушина, — мужчина говорил тихо и весьма просто. — Ты ведь умная девочка и понимаешь, что твоё поведение неестественно для восьмилетнего ребёнка? — она не видела выражение лица Ринтаро и не могла точно сказать, ждал ли он от неё какой-то реакции, поэтому даже не посмотрела на него. Через несколько секунд последовало продолжение. — По прибытии в Коноху постарайся не выбиваться из рамок. Намного лучше, если враг будет недооценивать тебя. — Враг? — повторила Кушина. Она скосила глаза и внимательно всмотрелась в исполосованное шрамами лицо. — О каком враге вы говорите, Ринтаро-сан? Мужчина чуть поморщился, услышав её слова. — Прошу прощения, я оговорился, — всё ещё морща нос, пробормотал он. Кушина подумала, что он кривиться вовсе не из-за оговорки, а из-за того, что сказал куда более важные слова, чем хотел. « Остаётся лишь понять, кто из всех кандидатов является врагом именно для него. » Из-за тумана невозможно было понять, как далеко находится земля, но она знала, что уже скоро они сойдут с моста. — И ещё, следи за своей речью, — быстро добавил Ринтаро, подтверждая её мысли насчёт того, что они уже скоро встретятся с сопровождающим. — Теперь я твой опекун, и не стоит обращаться ко мне столь официально. Кроме того, твой стиль слишком сложен для детей, поэтому, будь так любезна, разговаривать более естественно. Кушина раздумывала над тем, что же подразумевает это человек под словами «более естественно»? Несколько секунд размышлений, и она негромко сказала: — Тогда, как насчёт Рин-кун*? — Отвратительно… — мигом нахмурился Ринтаро. Однако спорить у него о более подходящем варианте уже не было времени. Туман исчез также внезапно, как и появился, стоило их ногам коснуться земли. Часовые уважительно поклонились двум Узумаки и отошли в стороны, пропуская. В нескольких метрах перед мостом стоял человек. На нём была боевая одежда, грудь и руки защищали пластины, а к ноге крепилась небольшая сумка с кунаями. Лицо мужчины скрывала маска. Кушина, из-за слов Ринтаро прикрывшая веки, чтобы спрятать глаза, незаметно рассматривала его. В конце концов, его маска была очень похожа на те, что она сняла с трупов напавших возле Небесной башни шиноби. Даже одежда была почти идентичной. « У него тоже есть печать? » — размышляла она, прикидывая, как бы можно было это узнать, оставив этого человека в живых. — Приветствую, — раздался приглушённый маской голос. — Называйте меня Рису*. Полагаю, мы уже можем отправляться? — Сразу к делу, хм? — едва слышно пробормотал Ринтаро, и уже куда громче ответил. — Да, конечно. Первые несколько часов темп, в котором они двигались, был не слишком быстр. Это дало Кушине возможность провернуть несколько махинаций. Во-первых, она убедилась, что Асанохи тут же стала следовать за ними, стоило отдалиться от моста на пару километров. Этот приказ был отдан ещё до возвращения в Узушио, и Кушина не сомневалась в том, что птицу не обнаружат, даже если она подлетит слишком близко, благодаря печатям, что она использовала. В конце концов, даже учитель не смог проследить за ней, а сколько раз пытался… Во-вторых, она всё же поняла, что помимо Рису за ними следуют ещё семь человек. К сожалению, она не была сенсором и не могла точно определить расположение, но всё-таки ей удалось заметить их присутствие, и Асахи подтвердила её предположение. Кроме того, это давало ей шанс узнать, есть ли у этих людей та же печать, что и у обладателей похожих масок. Вероятно, никто не спишет на неё исчезновение одного из отряда. Несомненно, будут определённые последствия, но это не так важно. В-третьих, благодаря всё той же Асанохи, Кушина рассчитала, когда, как и кто поможет ей добыть информацию. Для этого необходимо было кое-что подготовить, но, в целом, план можно было выполнить в любой момент. Конечно, Ринтаро наверняка поймёт, что и из-за кого произошло, когда Рису попросит их быть более осторожными, но у него не будет причин выдавать её. Хотя, безусловно, по прибытии он наверняка будет недоволен её действиями, но это не имеет значения. К концу первого дня пути они начали двигаться более быстро, и Кушина уже не могла слишком часто обмениваться с Асанохи информацией так, чтоб этого никто не заметил. В конце концов, даже Ринтаро не знает о её существовании. Рису скомандовал остановиться на ночлег только тогда, когда перевалило за полночь. Разводить костёр не стали, просто перекусив сухим пайком. Кушине было бы достаточно привычно спать в таких условиях, но она даже не думала так поступать. Но и действовать ещё было рано. Зато ей удалось понять, что следят за ними на самом деле восемь шиноби. Последний, вероятно, лишь недавно вернулся с разведки. На рассвете Рису «разбудил» Кушину и Ринтаро. Впрочем, оба не сомневались, что никто из них не спал в эту ночь. Однако если Узумаки смогут обойтись без сна при таком темпе ещё четыре-пять дней, то вот шиноби Конохи, скорее всего, не выдержит уже на третий. Всё же это было достаточно изматывающе. Ещё семь дней прошли точно также. Как Кушина и ожидала, нормально спать они стали лишь на шестые сутки, когда силы уже заканчивались у всех. Впрочем, при всём желании, она не могла уснуть, пока вокруг них кружила почти дюжина сомнительно союзных шиноби. А вот Ринтаро, кажется, не волновался на этот счёт, изредка усмехаясь, глядя на поведение своей подопечной. Однако он не заметил, когда она использовала укрепляющую смесь, чтобы продержаться в таком ритме до конца. Всё-таки, даже для неё неделя пути без сна была серьёзным испытанием. Кроме того, раны, полученные от Кайто, хоть и удалось залечить, но саморегенерация никогда ещё не практиковалась Кушиной в столь сложных ситуациях, вершиной её умения было устранять усталость, поэтому для окончательно восстановления не хватало навыков, а на одной логике и понимании процесса далеко не уедешь. Тем не менее, результат показал, что даже так она смогла существенно улучшить своё состояние, ведь никто не заметил её травм. Помимо этого, ей ещё необходимо было привести свой план в действие, то есть обвести вокруг пальца восьмерых взрослых шиноби. На десятые сутки Рису сообщил им, что через четыре дня они, наконец, доберутся до Конохи, что послужило сигналом для Кушины, ведь это значило, что они уже достаточно углубились в страну Огня.

***

Ночь встретила Кушину звенящей тишиной. Как назло, желтоглазая луна ярко светила на небе, делая видимость почти такой же, как днём. Лес с гигантскими деревьями просматривался просто великолепно, и именно в этой его части подлесок совсем отсутствовал. Это могло бы существенно усложнить выполнение плана. Но она уже рассчитала всё так, чтобы ничто не могло ей помешать. Кроме того, за десять дней она успела изучить привычки и научиться отличать всех восьмерых тайных наблюдателей. Помимо этого, с помощью Асанохи удалось разведать всю окружающую местность. Теперь ей ничего не стоило схватить одного из сопровождающих. Однако она не могла исчезнуть из поля зрения Рису. Это, безусловно, стало бы слишком очевидно. Поэтому теперь, когда наступила ночь, Кушине оставалось только ждать. В пол третьего ночи внезапно вскрикнула неизвестна лесная птица. Рису, сидевший на «карауле», сразу же приказал Ринтаро следить за Кушиной и оставаться на месте, спешно скрылся среди деревьев. Она же даже не трудилась делать вид, что спит: села, тут же встретившись взглядом с опекуном. Мужчина прищурился, внимательно смотря на неё. — Всё-таки советую тебе поспать, — наконец произнёс он. — Они не посмеют тронуть нас. Всё-таки, ты — гарантия мира. Она никак на это не отреагировала, словно бы и вовсе не слышала укола в свою сторону. Промолчав, Кушина всё-таки легла на спину, устремив взгляд в небо, при этом всё её тело было напряжено, готовое в любой момент сорваться с места. Нигде не было слышно ни шороха. Характерный свист от полёта куная Кушина расслышала раньше, чем заметила исчезнувший в кроне металлический отблеск, показавшийся прямо над головой. Последовал короткий жалобный птичий вскрик, и она, вскочив куда быстрее, чем ожидал Ринтаро, бросивший кунай, высоко подпрыгнула, первой заметив медленно падающий свиток. Пожалуй, только это помогло ей ухватить его лишь на долю секунду раньше. Приземлившись на расстоянии около десяти метров, оба Узумаки неотрывно следили за действиями друг друга. — Что это, Кушина? — вкрадчиво спросил Ринтаро, внимательно наблюдая за тем, как она прячет свиток в потайной карман на одежде. — Это от Акитакэ? Кушина даже удивилась этому вопросу. Однако, если он считает это посланием от учителя, то пусть, так будет даже лучше, раз уж не получилось сделать всё незаметно. — Кто знает, — пожала она плечами. От дальнейших расспросов её, как ни странно, спас вернувшийся Рису. Он, вероятно, удивился тому, что они оба на ногах, но промолчал. К счастью, им удалось успеть принять более непринуждённый вид, и всё выглядело так, будто их просто взволновала внезапная отлучка сопровождающего. Несмотря на то, что его лицо скрывала маска, Кушина почувствовала, насколько он обеспокоен. Ринтаро также сразу понял это и нахмурился. Однако она не считала нужным ещё больше привлекать к себе внимание, поэтому действительно легла спать. Всё же, укрепляющая смесь — это, безусловно, хорошо, но последствия её применения достаточно тяжёлые, пусть и появляются только спустя продолжительное время.

***

Следующие четыре дня пути прошли ещё более скучно, чем ожидала Кушина. Теперь она даже не имела возможности связаться с Асанохи. Несмотря на произошедшее той ночью, она не испытывала беспокойство, хотя была совершенна уверена в том, что кунай задел птицу. В последний день их пути Кушина стала замечать следы патрулей часовых и просто множества шиноби. « Значит, мы уже достаточно близко, » — заключила она, заметив, как расслабился Рису. Последняя ночь в походных условиях прошла без сна, а утро сумело поразить всех. Когда они уже собирались тронуться в путь, на месте их ночлега внезапно появился незнакомый Кушине мужчина, на которого, впрочем, все отреагировали слишком спокойною. Она никогда не видела его. Высокий, крепко сложен, в странной одежде, состоящей из чёрных штанов и водолазки, поверх которой одет жилет с множеством карманчиков болотно-зелёного цвета. Примечательным было лишь то, что на чёрном рукаве была вышита алая спираль — символ Узушио, а волосы этого человека были тёмно-бордового цвета. Кроме того, так как он находился достаточно близко, Кушина могла сказать, что его чакра была идентичной жителям её страны. На фоне трёх Узумаки особенно отличался их таинственный сопровождающий. — Ринтаро-сан, — проигнорировав присутствие Рису и коротко кивнув Кушине, обратился неизвестный Узумаки. — Мито-сама просит вас немедленно явиться к ней. — Настолько неотложно? — Ринтаро чуть нахмурился. Она понимала причину его вопроса, ведь он был обязан следить за ней. — Да, — кивнул посланник. Опекун Кушины помрачнел ещё больше. Кажется, он понимал что могло быть столь неотложным делом. Постояв несколько секунд в раздумьях, он обернулся. — Я найду тебя в Конохе, — сказал он и, кивнув их дальнему родственнику, быстро скрылся среди листвы вместе с ним. Проводив его задумчивым взглядом из-под полуприкрытых век, Кушина чуть заметно пожала плечами. Судя по всему, у неё будет возможность осмотреть деревню. Она скосила глаза на молчавшего Рису. Странным казалось то, что он абсолютно не препятствовал уходу Ринтаро. Кроме того, одежда этого Узумаки не была стандартной для Узушио, более того, Кушина раньше не видела такую. Или видела? Конечно, же, она уже встречала людей в таком облачении! Те трое мужчин, устроивших ловушку в лесу, были шиноби Конохи. Эта форма — их стандартная одежда, а символ Узушио вышивается на рукаве в честь давней дружбы и родства Кланов. « Итак, не все Узумаки подчиняются, Каосу, » — рассеянно подумала Кушина. — Поторопимся, осталось совсем чуть-чуть, — позвал её голос Рису. Она молча последовала за ним.