Something blue

К безмерной своей радости, Бильбо просыпается первым и несколько минут наблюдает за спящим Торином, стараясь запечатлеть в памяти каждое мгновение. Торин спит спокойно и глубоко, совсем не так, как отдыхал в походе. Он лежит, наполовину зарывшись лицом в подушку, чёрные волосы разметались по плечам, седые пряди незаметны в тусклом свете зашторенного окна. В камине потрескивает огонь — должно быть, час назад незаметно в комнату заходил слуга, и, неслыханное дело, ни Бильбо, ни Торин от этого не проснулись. Бильбо убирает с лица гнома выбившуюся прядку. Торин вздрагивает и переворачивается на спину, но продолжает мирно спать. Он очень красив, думается Бильбо, или ему так кажется просто потому, что он любит Торина? Это станет ещё одной бережно хранимой в сердце тайной, решает Бильбо. Он никогда по-настоящему не целовал своего мужа, и пускай он даже не мечтал о браке, сейчас ему хочется большего. Он знает, это не оправдание, но всё равно наклоняется и прижимается губами к губам Торина. Неправильно красть поцелуй, который ему не предназначен, Бильбо прекрасно это понимает, но в это самое мгновение накопившиеся душевные муки толкают его на безрассудно эгоистичный поступок. Неудивительно, что, стоит ему коснуться Торина, тот обхватывает лицо Бильбо ладонью, отстраняет от себя и открывает полные удивления глаза. В груди хоббита что-то со звоном разбивается. — Что?.. — невнятно спрашивает Торин, не отпуская его. — Прости, — бормочет Бильбо, вырываясь и спрыгивая с кровати. — Торин, мне так жаль, не знаю, что на меня нашло, я просто... Я не знаю, мне правда жаль. — Тебе жаль? — эхом повторяет гном, глядя на Бильбо из-под полуприкрытых век. — Да, Торин, прости, что я ещё могу сказать? — Хоббиту хочется обругать себя самыми последними словами за то, что позволил своей слабости взять верх и совершил непростительную ошибку. — Прости, пожалуйста. Торин молча сидит на кровати, и Бильбо хоть убей не может понять, что за выражение застыло на его лице. От неизбежного выяснения отношений их спасает громкий настойчивый стук в дверь. Оба вздрагивают, услышав первый удар, но Бильбо не удивляется, когда в комнату размашистым шагом заходит Дис с плетущимся позади неё Кили. Кроме неё, никто не осмелится зайти в его покои без разрешения или вежливого стука в дверь самой спальни, если уж на то пошло. Дис в ярости, но как только замечает, что Бильбо в комнате не один, во взгляде к решимости примешивается любопытство. На губах Кили расцветает ухмылка, и Бильбо в который раз жалеет, что ему не хватает роста, чтобы отвесить тому полноценный подзатыльник. — Дис, что случилось? — спрашивает Бильбо, пытаясь взять ситуацию под контроль. Он слышит шуршание ткани за спиной — Торин встаёт с постели и поправляет одежду. — А где Фили? — О, тебе тоже интересно, где мой старший сын и наследник престола? — Дис хватает за загривок своего младшего отпрыска. — Кили, почему бы тебе не рассказать дяде, где твой брат? Но Бильбо уже и так всё ясно. Он делает глубокий вдох, сжимает пальцами переносицу и пытается удержаться от гневной вспышки. Что бы ни задумал Фили, Кили наверняка ему помогал, однако винить его одного во всём бесполезно, поэтому Бильбо не собирается орать на Кили. Кроме того, раннее утро — неподходящее время для ссоры. — И где твой брат? — интересуется Бильбо. Торин молча стоит у него за плечом и, судя по тому, как Кили переминается с ноги на ногу, испепеляет его взглядом. — Торин, не мешай. Кили, отвечай сейчас же! Его супруг спешит мимо него в гостиную, Бильбо не успевает рассмотреть его лица. На столе в другой комнате аккуратно разложены свежая одежда и парочка мелочей вроде расчёски Торина. Расторопный слуга, скорее всего, догадался, что у Торина не будет времени отправиться в собственные покои и переодеться, особенно если учесть, что именно он мог предположить о том, как король провёл ночь. Торин возвращается и вопросительно смотрит в сторону ванной комнаты, примыкающей к спальне, а Кили всё ещё пытается собраться с мыслями. Бильбо согласно кивает, отступая в сторону. Ванная в его покоях значительно больше той, что была в Бэг-Энде, и уж куда лучше, чем те условия, в которых они мылись в походе. Как минимум в ней всегда есть горячая вода. Как только Торин скрывается за дверью, Кили успокаивается, но лишь самую малость, ведь мать его никуда не делась. — Где твой брат? — уже гораздо мягче снова спрашивает хоббит. Кили передёргивает плечами и с виноватым видом признаётся: — Фили удрал после ужина. Он обещал, что вернётся к утру, поэтому я никому ничего не сказал. Дис выдаёт такую длинную и красочную тираду, что впору бывалому вояке-гному залиться румянцем, не то что хоббиту. — Да что с вами обоими такое? — в отчаянии накидывается она на сына. — Вы хоть на минуту задумались, что будет, если он не успеет вернуться вовремя? Или вы всерьёз считаете, что мир крутится вокруг вас двоих, а дела Эребора вам побоку? — Он всего лишь хотел побыть немного с Ори, а ты знаешь, какой Дори строгий, — говорит Кили, стараясь разжалобить Бильбо. — Он никуда их вдвоём не отпускает, поэтому им приходится встречаться в библиотеке. Прошлой ночью Дори задержался в гильдейских залах, а Фили так переживал из-за сегодняшнего совета. Ори всегда помогает ему расслабиться, — Кили замолкает, но под строгим взглядом матери начинает лихорадочно оправдываться. — Да не в этом смысле! Хотя я точно не знаю... Не то чтобы они решили под боком у Дори, они ж ещё даже не помолвлены толком... — Чувствуя, что закапывается во враньё всё глубже, Кили начинает вить историю заново: — Ори любит думать обо всём на свете, ты ведь знаешь. Он и Фили помогает всё хорошенько обмозговать, вот Фили и хотел провести с ним несколько часов. Он наверняка просто проспал, ничего страшного, он скоро вернётся. — В любом случае тебе не стоило его отпускать, — говорит Бильбо. В сущности, вины Кили в случившемся нет, но Дис с Торином, похоже, искренне хотят придушить обоих мальчишек, и Бильбо их прекрасно понимает. — Мне нужно переодеться. Дис... — Чаю? — сочувственно предлагает она. — Да, пожалуйста, — с чувством благодарит хоббит. — Я на минуточку. Он выпроваживает их и скрывается за дверью. Ванная ещё закрыта, из-за двери доносится звук тяжело льющейся воды. Бильбо этому только рад. Он понятия не имеет, что сказать Торину, как объяснить свой непростительный поступок. Всё, что он так долго выстраивал с Торином, вся лёгкость и уют теперь безвозвратно утеряны. Бильбо быстро переодевается и присаживается к туалетному столику. Он ждёт Торина, чтобы почистить зубы, но время поджимает, а ему ещё нужно привести в порядок волосы. Он вздыхает и стучится в ванную. Торин отпирает, по счастью, почти полностью одетый и с ещё влажными волосами, перекинутыми на одно плечо. Бильбо, не глядя на него, проходит внутрь. Умывшись и почистив зубы, он чувствует себя взбодрившимся и готовым к приходу нового дня. Бильбо расчёсывает волосы и возвращается в спальню, где Торин заканчивает одеваться. Гном решает облачиться в доспехи и оружие, которые носил вчера и оставил у Бильбо в комнате, но свита Даина от него другого и не ждёт. Торин надевает свои любимые наручи, те, в которых он прошёл весь путь до Эребора. Меч он подвешивает к поясу, а не за спину, но, кроме этого, разница между королём и тем гномом, что однажды вечером появился у Бильбо на кухне, небольшая. — Прости меня, — бездумно повторяет хоббит, извиняясь не только за поцелуй, но и за свою любовь, за то, что ему мало одной дружбы, за то, что хочет от своего короля невозможного. Этого всегда будет недостаточно, понимает Бильбо, глядя, как Торин застывает у зеркала, как замирают его пальцы, переплетающие косички. — Мы поговорим об этом позже, — отвечает он, и сердце Бильбо обрывается. Ему абсолютно не хочется ничего обсуждать, но просто так Торин этого не спустит. Он наверняка захочет узнать, почему Бильбо позволил себе такую вольность, когда у него не было на это никаких прав. И какая к балрогу разница, что он его супруг. — Когда разберёмся с Фили и Кили. — Как хочешь, — говорит Бильбо и хватает со столика кольцо. Торин провожает его движения глазами, и хоббит неловко крутит кольцо на пальце. — Пойду посмотрю, не нашёлся ли Фили. — Если нет, мы знаем, где его искать. — Торин заканчивает плести косичку и перевязывает её, чтобы не распустилась. Бильбо невольно улыбается. — Мёртвым в какой-нибудь канаве после того, как Дори застукал его в спальне Ори? — Король Кили, — посмеиваясь, поддакивает Торин. — Пожалуйста, Торин, не доводи меня до обмороков с утра пораньше, — выговаривает ему хоббит. Возвращение привычной лёгкости, с которой они перебрасываются фразами, вселяет в него надежду на то, что о сегодняшнем инциденте ещё можно будет забыть. А впредь Бильбо всего лишь придётся быть аккуратнее со своими чувствами к гному. Дис и Кили с чайником чая дожидаются их в гостиной. Судя по растрёпанным волосам Кили, мать вытащила его из комнат до того, как он успел переодеться и причесаться. Да на нём ведь даже ни одного кольца нет! Бильбо чувствует, что им до завтрака придётся заняться ещё и внешним видом Кили. Бильбо успевает выпить полчашки чая, как дверь в комнату вновь распахивается и на пороге появляются Фили и Нори. Нори ведёт принца под руку, и, видя, как тот почти не сопротивляется, Бильбо догадывается, что где-то, незаметно для всех, в спину Фили упирается остриё ножа, и это можно было бы считать изменой со стороны Нори, сочувствуй Бильбо ему чуть меньше. — Вы только посмотрите, кто сегодня поутру улепётывал в окно спальни моего младшего братишки, — встряхивая Фили за плечо, произносит Нори. — Надо же, целый принц. Не ваш, случайно? — Он заталкивает Фили в комнату, и Бильбо успевает заметить, как скользит по лезвию вновь запрятанного в рукав ножа утреннее солнце. — Доброе утро?.. — оглядывая собравшихся, неуверенно спрашивает Фили, но, увидев выразительно изогнутую бровь своей матери, понуро добавляет: — А может, и нет. — Фили, мой драгоценный, — тянет Дис, улыбаясь так, что даже Бильбо становится не по себе, а Кили и подавно вжимается спиной в кресло, стараясь слиться с обивкой. — Какую славную ночь ты, должно быть, провёл сегодня. Твой брат как раз рассказывал мне, что вечером ты улизнул из покоев и пошёл в квартал ремесленников. Полюбоваться на вновь зажжённые фонари на Улице Ткачей, как я поняла. Ах, это всегда было дивное зрелище. Фили и Кили молча обмениваются красноречивыми взглядами, Фили злобно зыркает на младшего брата, а Кили в ответ лишь косится то на Дис, то на Бильбо, то вообще на закрытую дверь спальни. — Вы совершенно правы, Ваше Высочество, — согласно кивает Нори. — К счастью, сегодня ни у кого больше желания любоваться ночными улицами не возникло. — Он имеет в виду, что поздний визит Фили остался незамеченным. Очень хорошо, лишних слухов им сейчас совершенно не нужно. — Тебе крупно повезло, что первым домой вернулся я, а не Дори, иначе ты бы тут такой красивый сейчас не стоял. — Он бы вообще больше стоять не мог, — хихикает Кили, но под четырьмя мрачными взглядами тут же затыкается. Наконец из спальни выходит Торин в доспехах и при оружии, косички аккуратно заплетены и уложены. Если Нори и удивлён его появлением, то виду не подаёт, лишь посылает Бильбо короткую скабрёзную ухмылку. Фили переводит глаза на Торина и едва заметно бледнеет. — Дядя, — приветствует он короля уважительным поклоном. Торин поднимает бровь, но, прежде чем он может начать гневную перепалку, в разговор вступает Бильбо. Он шагает к Торину и кладёт ему руку на сгиб локтя, привлекая внимание. Его супруг смотрит на него сверху вниз и ждёт, что же он скажет. — Торин, ему нужно умыться и переодеться к завтраку. Ещё будет время его отчитать. Торин колеблется, это заметно во взгляде. — Дай мне сперва поговорить с ним, — продолжает уговаривать Бильбо. — Пожалуйста. — Торин знает, что он прав. Знает, что хоббит гораздо лучше него самого может справиться с гневом, а Фили больше не ребёнок, чтобы орать на него и угрожать наказаниями. С ним нужно говорить как со взрослым, и Бильбо для этого подходит как никто лучше. — Пожалуйста. Наступает тишина, и Бильбо уже начинает беспокоиться, что Торин всё равно примется читать Фили нотации, но вместо этого гном кивает и уходит к окну, молчаливо смотрит вдаль и сцепляет руки за спиной. Бильбо с облегчением переводит взгляд на принцев. — Фили, Кили, за мной. Живо. — Он берёт Фили под руку, гораздо аккуратнее, чем держал его Нори; Кили следует за ними по пятам. — Или вы хотите остаться с ними? — шипит Бильбо, и мальчики сереют лицом. Они сами почти выталкивают Бильбо из покоев в коридор и тянут за собой в комнаты Фили. — Сейчас вы умоетесь и приведёте себя в порядок, а ты, Кили, причешешься! — Да, что это случилось с твоими волосами? — спрашивает Фили, дёргая брата за спутанную прядку. — Мама. И ты мне за это должен, — отвечает Кили, и Фили понимает всё без лишних объяснений. Стоит им оказаться в комнатах Фили, Кили падает на кровать и принимается раздирать пальцами перепутавшиеся волосы. Бильбо кидает ему расчёску и пару шнурков для косичек с заваленного чем попало туалетного столика Фили. — И не забудь про бусины. Ты принц Эребора и должен выглядеть соответственно, иначе, небесами клянусь, я тебя ножницами обкорнаю, — угрожает Бильбо. Кили вздрагивает всем телом и подчиняется. В дверях появляется абсолютно ошалевший слуга с тазиком, кувшином горячей воды и свежими полотенцами. — Её Высочество послала передать вам это, — заикается он, и Бильбо устраивает его ношу на туалетном столике, но сперва, закатив глаза, отодвигает в сторону набор кинжалов. — Можете быть свободны, — отпускает его Бильбо, и бедняга чуть не бегом покидает комнату. — Фили, давай-ка умойся. — Ладно-ладно! — Фили раздевается по пояс и идёт к тазу, а Бильбо в это время принимается перерывать его шкаф в поисках чистой и отглаженной одежды. — А теперь, если ты не возражаешь, объясни мне по порядку, что происходит, если хочешь, чтобы я выгородил тебя перед матерью и дядей. И если ты думаешь, что Нори ничего не расскажет Дори, то ты, похоже, последние мозги растерял. — Я проспал! — Фили, отфыркиваясь, трёт лицо и чистит зубы. — Я не хотел оставаться на ночь, но мне не по душе уходить потом просто так. Я будто веду себя с ним как... Как с обычной... — Шлюхой? — весело подсказывает Кили. — А ты вообще заткнись, ябеда! — Фили, глядя в зеркало, посылает брату полный негодования взгляд, сплёвывает и вытирает рот. — Ну, извините, а? Я ведь успел вовремя. Бильбо ничего не отвечает, слишком занятый осмотром его косичек, но когда он понимает, что именно нашёл в волосах Фили, хватает его за здоровое ухо и тянет вниз, вровень со своими глазами, так что Фили вскрикивает от резкой боли. — Так тебе и надо, — довольно тянет Кили с кровати, глядя, как брат старается удержать равновесие. — Фили, — убийственно тихим и опасным голосом спрашивает Бильбо, — это что, свадебная лента у тебя в косе? Он чувствует, как любопытно привстаёт на кровати Кили и как внимательно следит за реакцией старшего брата. — Зависит от того, — пытается победоносно улыбнуться Фили, — скажешь ты Торину или нет. — Торин — последний, кто тебя должен сейчас беспокоить! — Бильбо напоследок ещё раз выкручивает ему ухо и отступает назад. Принц расправляет плечи, недовольный тем, что с ним только что обошлись как с нашкодившим мальчишкой. Бильбо в этом его не винит, однако вплести в косы свадебную ленту — это уже ни в какие ворота не лезет. — Король Кили, — злорадствует Кили. — А что, мне нравится, как это звучит! — Заткнись! — ворчит Фили, рывком натягивая синюю рубашку. — Ну, или Бильбо, или Торин тебя прибьют. Или вообще Дори, когда узнает. Я лично поставил бы на Дори... — но закончить тираду ему не даёт накинувшийся и сваливший его с постели Фили. Бильбо с минуту наблюдает, как братья клубком дерущихся кошек катаются по полу, но потом Кили удаётся прижать Фили животом к полу, и Бильбо решает их разнять. — Ну, хватит уже, одевайся и причешись. — Он кидает Фили расчёску, а потом вспоминает про Кили, достаёт из кармана сложенный листок бумаги и протягивает его гному: — А ты прочти вот это. — Хорошо, Бильбо, — послушно отвечает Кили и, беззвучно шевеля губами, вчитывается в слова. Он лучше запоминает, если читает вслух, но со временем научился вести себя тихо. Фили расплетает косы и расчёсывает гладкие волосы. Свадебная лента с ещё не успевшими пожухнуть цветами лежит на столике. — Где ты их достал? — устало спрашивает Бильбо. — Сейчас же не сезон. — Из теплиц в Дейле, — отвечает Фили, переходя к косичкам на усах. Бильбо усаживает его на стул, чтобы не терять времени, принимается помогать с причёской и через зеркало заглядывает ему в глаза. — Прости. Не надо было так злиться. — Похоже, сегодня у него утро сплошных извинений. — Так он наконец-то согласился? — Вот так сюрприз. Когда Ори отказал ему в первый раз, Фили почти разнёс тренировочную арену, он крушил чучело за чучелом, и даже Кили боялся близко к нему подойти. — В самом деле согласился? — Поменьше удивления в голосе, он меня действительно любит, — ядовито отвечает Фили. — Он собирался ответить «да» — со временем. Вот вчера и ответил. Ори ещё не готов назвать точную дату, но мы поженимся. Кили сопровождает его слова мученическим стоном. — Что ж ты наделал, к маме теперь мои потенциальные невесты строем ходить будут, тупой ты засранец. — Кили, — предупреждает его Бильбо. — Не хочу я жениться! — Кили переворачивается и зарывается головой под подушку. Фили доплетает косички в усах и принимается быстро и туго заплетать бороду. Бильбо заходит сбоку, чтобы ему помочь, но тот лишь отмахивается. — Ты не знаешь, как вплетать бусины для помолвки, — объясняет он, вынимая их из маленькой деревянной шкатулки. Он показывает Бильбо изящные, изукрашенные резьбой бусины с одной дырочкой наверху и двумя снизу. — Они предназначались Торину, но вы с ним пропустили помолвку, и он отдал их мне. Они раньше принадлежали нашему деду. Бильбо представляет, как выглядел бы Торин с этими чудесными бусинами в волосах. Их ковали специально для короля и наследного принца, размышляет Бильбо, глядя на выточенные в них символы. Бусины Ори наверняка попроще. Бильбо касается своих волос, представляя, как мучился бы с ними каждый день. — Дори не даст своего благословения, — произносит он, поигрывая кольцом Торина. — Особенно после того, как Нори поймал тебя улепётывающим через окно, точно воришку. — Да он давно уже украл у Ори его... — Кили! — предостерегающим тоном перебивает его Бильбо, а Фили посылает ему весьма недружелюбный взгляд. — Я — наследный принц Эребора, так что они могут пойти лесом. — Фили слишком привычно и аккуратно вплетает бусины. Шельмец практиковался. — Даин попытается выставить меня дураком перед своими советниками? — Должно быть, удивление слишком чётко читается на лице Бильбо, потому что Фили недовольно фыркает: — Вы меня все за идиота держите. Но я ведь не слепой и понимаю, что они задумали. Они меня терпеть не могут и знают, что и я к ним никакой любви не питаю. Советники хотят, чтобы Даин стал королём. Что ж, они тоже могут идти лесом. Королём буду я, а Ори — моим консортом. И ничего им с этим не поделать. — Ты всё слишком упрощаешь, — пытается вразумить его Бильбо. Иногда он забывает, что Фили уже взрослый, да только их с братом выходки напоминать об обратном не спешат. Но, как и в день приезда Даина, он видит, каким Фили может стать, если действительно захочет. — Но да, ты прав, кто-нибудь обязательно пройдётся по поводу помолвочных бусин. Ты решил проблему по-своему и обеспечил нам с твоим дядей в будущем не одну бессонную ночь. Как думаешь, справишься ты с кашей, что заварил? — Когда-нибудь я взойду на престол, — твёрдо отвечает Фили, поднимаясь со стула и заканчивая одеваться. — Если я не могу выстоять перед кучкой каких-то советников и их лицемерными выпадами, я его недостоин. И я не стыжусь своего выбора. — Он затягивает шнурки на красивых кожаных наручах с вытесненным на них узором из перьев и находит подходящие к ним кинжалы. Вместо подарка Даина он вкладывает в них свои привычные клинки. Фили, наследный принц Эребора, стоит перед ним, и Бильбо чувствует, как сердце переполняется любовью. Он всегда и всем говорит, что тепло относится к мальчикам. Очень тепло. Можно даже сказать, они ему безумно дороги. — Дядя? — неуверенно спрашивает Фили, и Бильбо уже хочет обернуться и проверить, не зашёл ли в комнату Торин, но потом вспоминает, что теперь он сам приходится им дядей. Он подходит к Фили и, молясь, чтобы голос звучал ровно, поправляет его наруч. — Надень какие-нибудь кольца. Ты тоже, Кили. Вы оба должны выглядеть безукоризненно. — Он выбирает для Фили серебряное кольцо с аметистом, что подходит к синему и зелёному в его одежде, и разрешает ему надеть ещё одно, с изумрудом, на другую руку. — Вот, так будет лучше. — К нему подходит Кили, он взял кольцо брата и заплёл в волосы выложенные крохотными камнями бусины. — Торин вами сейчас недоволен, но, по крайней мере, упрекнуть вас внешним видом он не сможет. — Кхм... А я сижу справа или слева от Торина? — переминается с ноги на ногу Кили. Бильбо вздыхает и качает головой. — Слева, Кили, — напоминает он. — Слева. — Точно... — кивает он и получает тычок в бок от Фили. — Слева! — шипит его брат. — Справа я сижу! — Да понял я! От очередной потасовки их спасает стук в дверь, в приоткрытую створку заглядывает Торин. Стоит ему зайти, как Фили невольно расправляет плечи, будто ждёт, что же он скажет, но Торин лишь молча оглядывает наследника с ног до головы. Бильбо видит, что Торин заметил бусины, и легонько касается кончиками пальцев тяжёлой ткани его рукава, когда тот проходит мимо. Торин чувствует его прикосновение, на мгновение переводит глаза на хоббита, взгляд немного теплеет, — и снова поворачивается к Фили. — Ну, — тяжело вздыхает Торин, — и как сильно тебе пришлось его напоить? Кили взрывается смехом, и Фили мрачно хмурится, но Торин лишь привлекает его в тесные объятия. Фили на мгновение превращается в статую, а потом расплывается в улыбке и обнимает дядю в ответ. Торин отпускает его и хлопает по плечу, однако всякое веселье слетает с лица Фили, когда тот говорит: — Матери об этом сам расскажешь. Кили, задыхаясь от хохота, хватается руками за столбики кровати, чтобы не сползти на пол. Фили, кажется, отчаянно борется с тошнотой. — Пойдём, супруг мой. — Торин протягивает руку, и Бильбо с радостью её принимает. — Пора затмить собой мои огрехи и представить меня в лучшем свете. — А луну тебе с неба не достать? — отвечает Бильбо, опираясь на его руку чуть сильнее, чем следовало бы. Фили и Кили, всё ещё посмеивающийся в рукав, следуют за ними. — Кто уже внизу? Даин, наверное. Торин передёргивает плечами, но кивает. — Да, Даин. И он, похоже, спрашивал о тебе. — В самом деле? — Бильбо очень хочет сморщить нос, но воспитание не позволяет. — А ещё кто? — Враин, Лиир, их супруги и та дама — как её имя? — Балар? — задумавшись на мгновение вспоминает Бильбо. — Точно-точно, она. Ты не знаешь, она не замужем? — спрашивает Торин, многозначительно оглядываясь на Кили. Тот заметно бледнеет, а Фили немилосердно хмыкает. — Ни слова. Если бы твой брат хоть примерно знал, что такое приличия, твоя голова на плахе не оказалась бы, так что, если хочешь кого-то винить, вини его. Бильбо посылает в сторону Торина укоризненный взгляд и встречается с полными невинного непонимания глазами. Им придётся плотно потолковать об этом после, вместе с Дис и Балином. Если Дис не понравится девушка, смысла в переговорах нет, а Балин лучше всех разберёт, достойная ли она кандидатура в невесты. Им крупно повезёт, если Кили удастся женить на красивой воительнице из ближнего окружения Даина, и, насколько Бильбо может судить, та без особого труда сможет приструнить юного принца. — Ну всё, как увижу Дори, первым делом расскажу ему про ту историю после Солнцеворота в Эред Луин, — слышит Бильбо недоброе шипение Кили и странный, задушенный вскрик Фили. Торин, посмеиваясь, идёт рядом, и Бильбо остаётся только глубоко вздохнуть. Что бы там ни говорили про Фили, он уверен, в молодые годы Торин ничуть не отличался от своих племянников, просто все предпочли об этом забыть. Бильбо легонько щиплет его за руку, напоминая о том, как нужно себя вести, но на губах Торина по-прежнему играет слишком уж довольная улыбка. Они заходят в залу, Торин незаметно касается его ладони своей, поглаживая камень в кольце, и Бильбо накрывает почти нестерпимым желанием его поцеловать. Это всё утренние переживания, Фили и его глупые бусины, это ничего, просто ему нужно впредь научиться лучше себя сдерживать. Если бы он только сумел пересилить себя раньше. Эх ты, дурачина, выговаривает себе Бильбо, а ведь всё было так хорошо. — Доброе утро, — приветствует их Даин, улыбаясь этой своей странной улыбочкой. Однако сейчас разговор с ним приходится очень кстати, Бильбо оставляет Торина и направляется к нему и его советнику Лииру с супругой. Она не особо жалует Бильбо, но и не ненавидит открыто, поэтому сейчас собеседница из неё получится неплохая. Враин и его муж, к примеру, Бильбо терпеть не могут. — Доброе-доброе, Даин, — отвечает Бильбо и тут же мысленно награждает себя оплеухой за то, что в компании сановников напрочь забыл назвать его титул. Чему тут удивляться, он с самого пробуждения совершает одну ошибку за другой. — Простите меня, милорд, миледи, — он поочерёдно вежливо кивает Лииру и его жене. — У меня была долгая ночь. — Да уж, не сомневаюсь, — говорит Даин, а супруга Лиира, Баша, щурится, однако не от раздражения, а с любопытством, хотя почему, Бильбо пока не понимает и додумать не успевает — Даин, и сам забыв о приличиях, громко спрашивает, указывая расширившимися глазами на Фили: — Мастер Бэггинс, это что же, свадебная лента в волосах у принца Фили? — Он смаргивает и расплывается в улыбке: — Ох, извините, Ваше Высочество, я просто немного удивлён. Я не знал, что он за кем-то ухаживал. Торин занимает место во главе стола и увлечённо что-то обсуждает с Балином, мальчики как привязанные идут за ним, Фили садится справа, Кили — слева, а Балин встаёт за спиной короля. Дис располагается рядом с младшим сыном, оставляя место по правую руку от Фили для Бильбо. Гости начинают рассаживаться, и Фили поднимает на него умоляющие глаза. — Его наречённый не любит внимания двора, — легко отвечает Бильбо. — Но вы скоро сможете с ним познакомиться. — Да, вот оно, нужно устроить для Ори и принцев скромный вечер, чтобы отпраздновать помолвку, и, разумеется, пригласить Даина и его свиту. Кили как раз получит возможность пообщаться с Балар, а советникам Даина польстит, что их сделали частью семейного события. Мысли о празднике крутятся в голове, с лёгкостью отвлекая внимание Бильбо от ошибок этого утра. Даин садится за стол рядом с Бильбо и посылает Дис лучезарную улыбку. Та делает вид, что абсолютно его не замечает. Он вздыхает и поворачивается к Бильбо: — Моя милейшая сестрица так и не простила меня за то, что я сломал её игрушечный меч. — Ты зашвырнул его в реку, — резко отвечает Дис, следя за тем, как слуга наливает ей чай. Даин снова вздыхает и глядит на него такими несчастными глазами, что из груди Бильбо невольно вырывается смешок. Дис настолько злопамятна и непримирима, что по сравнению с ней Торин — образец дипломатичности. Бильбо подозревает, что, как и Кили, ей не прочили корону, поэтому она так и не научилась сдерживать свои порывы. К тому же, как он успел убедиться, у хоббитов и гномов разные понятия о хороших манерах, и от её презрительной гримасы улыбка Даина лишь разгорается ещё ярче. Кто-то щиплет Бильбо за бедро, и он как ни в чём не бывало оглядывается на Фили и просит его передать сахарницу, взглядом спрашивая, что случилось. Фили едва заметно кивает в сторону Торина и многозначительно поигрывает бровями. Его супруг не сводит с него тяжёлого, невыносимо мрачного взгляда, и сердце Бильбо пропускает удар. До сих пор ему вполне удавалось отвлечься от воспоминаний об утре, но Торин, самой собой, ничего не забыл, и Бильбо отчего-то не горит желанием узнать, чем обернётся их отложенный до поры до времени разговор. Чувствуя себя паршивей некуда, он крутит кольцо на пальце, но потом берёт себя в руки и, вежливо улыбаясь, снова поворачивается к Даину. Ни у него, ни у Торина сейчас нет времени на эти глупости. Бильбо никогда по-настоящему не целовался со своим супругом, и от этого сердце ноет в груди. Но сейчас не время, настойчиво напоминает себе Бильбо, у них дел невпроворот с Даином и его советниками. Потом, когда с приёмами будет покончено, он сможет позволить себе окончательно раскиснуть в своих покоях, но не теперь. Как только завтрак заканчивается, наступает пора приниматься за настоящую работу. Слуги уносят тарелки и прибирают стол, их сменяют писцы, Ори в их числе нет. Бильбо чувствует, как огорчён Фили. Скорее всего, он попросил Ори прийти, но тому не нравится окунаться в политические игры королевства. Ори предпочитает тишину библиотеки и своё ремесло. Бильбо надеется только, что Фили в самом деле не принудил беднягу к чему-то, что тому совсем не по душе. Фили мог сделать это ненамеренно, у Ори не такой стальной характер, его легко переубедить. Бильбо понимает, что именно ему придётся в этом разобраться. — Гильдейские залы Эребора похожи на поле боя, Ваше Величество, — говорит Даин. — Посланец, которого я отправил вчера, вернулся поутру избитым. — Посмеиваясь, он продолжает: — А ведь я посылал его в Учительскую Гильдию. — Вам повезло не попасться на глаза Гильдиям Ткачей, Портных и Вышивальщиц. Они сейчас немного заняты спором между собой. Знаете, таким спором, когда в ход идут топоры и отточенные иглы, — шутит Фили и получает благосклонную улыбку от Лиира и его жены, которую та деликатно прячет за салфеткой. — Приносим извинения, если пострадал кто-то из ваших спутников. Торин посылает Фили довольный взгляд. — Ничего, поправится, когда нос срастётся, — принимает его извинения Даин. — В каком состоянии Гильдия Ювелиров? — спрашивает Балар, и Бильбо с облегчением замечает, что Кили наконец-то начинает прислушиваться к разговору. — Это моё ремесло, и я не боюсь, что в меня прилетят щипцы или молоток. — Дела идут неплохо, — отвечает Кили, выглядывая из-за Лиира, чтобы встретиться с ней глазами. — Они выкупили свою территорию и наняли Гильдию Кузнецов, чтобы те охраняли границы квартала от посягательств. Балар горделиво усмехается. — Да, мы, ювелиры, знаем, как нужно устраиваться, — говорит она Кили. Должно быть, Балар заметила в его косах бусины, выдающие в нём собрата-ювелира. В её волосах бусин больше, но оба они носят простые серебряные колечки на концах кос, отметки звания мастеров. — Как там гильдейский зал? — Чистый и ухоженный, — отвечает Кили, и оба улыбаются, а Бильбо переводит на Торина полный надежды взгляд. Если эти двое хорошо поладят и у Балар нет наречённого, может, им всё же удастся наладить отношения с народом Даина. Ну, хоть какая-то приятная новость за всё утро. — Тогда я отправлюсь к ювелирам, Даин, — твёрдо заявляет Балар. — Не желаете взять провожатого, миледи? — Бильбо кивает на Кили. — Я уверен, Его Высочество будет рад показать вам Гильдию. После этого переговоры проходят гладко. Хвала небу, Фили и Кили ведут себя безупречно. Поднимается шум, когда Враин делает нелестное замечание по поводу помолвочных бусин Фили, но тот не поддаётся на провокацию. — Я долго шёл к обручению, милорд, — улыбаясь и поигрывая бусиной, отвечает Фили на почти оскорбительные слова Враина о скороспелой любви и неприличной спешке. — Мы с моим наречённым знаем друг друга с самого детства, ещё с тех пор, как в Эред Луин я был простым музыкантом. Я много лет ждал, пока смогу дать моему избраннику и его семье то, чего они заслуживают. Намёк тонкий, но Враин его прекрасно понимает и, судя по лицу советника, дальнейших споров не будет. Разговор переходит на обсуждение того, как переправить в Эребор учеников и подмастерьев из Железных холмов. Дис, Фили и Кили высказываются против того, чтобы в Одинокую гору съезжались другие мастера, чтобы не рассориться со своими подданными, Торин поддерживает их решение. Он сам кузнец, но не может говорить за всю Гильдию, тем более что не является её главой. Дис входит в Гильдию Оружейников, Кили — в Гильдию Ювелиров, а Фили — Музыкантов, поэтому у них обширные сведения о положении дел в ремесленном квартале. Бильбо делает мысленную пометку поговорить с Дори и Нори о Гильдии Ткачей, когда те придут наконец обсудить помолвку Фили и Ори. Ох, им с Дис и Торином придётся разгребать ещё и это. Бильбо надеется, что Нори удастся подостудить пыл Дори. Нори, может, и недоволен тем, что Фили пытался сегодня утром выскочить в окно, но принц ему нравится, и Бильбо не замечал за Нори такого ярого сопротивления, какое демонстрирует Дори. Переговоры прерываются обедом, Даин и его советники расходятся, чтобы обсудить между собой их результаты. Торин, Дис и Балин пытаются придумать, как убедить Гильдии допустить к обучению подмастерьев из Железных холмов. Задача это непростая, но деваться им некуда. Новые отряды воинов в Эребор пускать нельзя, однако мирно сотрудничать с Даином как-то нужно, кроме того, Бильбо искренне сочувствует гномам, которых не принимают в Эреборе. Они всего лишь хотят вернуться домой, как и все остальные. — Мастер Бэггинс, — зовёт его Даин, останавливая на полпути из залы. — На два слова? Бильбо чувствует на себе взгляд Торина и понимает, что он, скорее всего, попытается с ним поговорить, а Бильбо к обсуждению утренних событий совершенно не готов, поэтому дружелюбно улыбается Даину и остаётся, позволяя тому придержать себя за локоть и отвести в сторону. — Что-то случилось? — Нет, ничего. Я просто хотел бы подарить моему родичу и его наречённому что-нибудь по случаю помолвки, но, сдаётся мне, последний подарок пришёлся ему не по душе. И я понятия не имею, что подойдёт его избраннику. — Оскорблённым, что Фили не по вкусу подаренные им изукрашенные клинки, Даин не выглядит. Уже хорошо. — К сожалению, я ничего не могу вам ответить, — говорит Бильбо. Ори терпеть не может сюрпризов, тем более таких, и вся вина наверняка падёт на Фили. — Надеюсь, до отъезда вам выпадет возможность познакомиться с наречённым Его Высочества. Надо будет что-нибудь придумать. — Ну вот, опять прикосновения. На этот раз Даин кладёт ему руку на плечо. Торин и остальные дожидаются Бильбо, на лице Фили вновь появляется отчаянное выражение. Он знает, что Бильбо всегда и во всём придёт на помощь, но Фили страшно, что на этот раз он остался без поддержки матери. Торин, скорее всего, постарается защитить принца от неё, и в итоге разругаются уже эти двое. Бильбо и Балину придётся бороться с их взрывными характерами, особенно во время встречи с Нори и Дори. — Простите, Даин, — говорит Бильбо. — Меня ждёт муж. — Да, похоже на то, — ухмыляется он. Бильбо возвращается к Торину и опирается на протянутую руку, едва ли замечая, как тот накрывает его ладонь своей. Бильбо старательно пытается вообще не видеть Торина, предпочитая смотреть куда угодно, лишь бы не на него. Он никак не может отделаться от того жуткого ощущения, что не даёт ему покоя с самого утра, когда Торин отстранился от его глупого поцелуя. Если он продолжит терзаться мыслями о нём, то просто-напросто разревётся. В его покоях за накрытым к чаю столом Бильбо дожидаются Нори и Ори. Нори, по виду которого не скажешь, что он готов сию минуту придушить Фили, с поразительной ловкостью крутит между пальцев острый нож. — Ори. — Дис шагает ему навстречу и, положив руки на плечи, касается его лба своим. Ори смущённо ей улыбается и повторяет её жест. — По крайней мере, мой глупый отпрыск выбрал тебя. Рада, что ты вошёл в нашу семью. — Спасибо, Ваше Высочество. — Дис отпускает его и уступает место Торину. — Ваше Величество. — Не стоит, — говорит Торин, хлопая его по плечу. — Даже если бы ты не удостоил моего племянника такой чести, ты и твои братья входят в число тех немногих, кто может обращаться ко мне по имени. Ори кивает, улыбаясь. — Торин, — исправляется он и улыбается ещё шире, когда к нему наконец подходит Фили и нежно убирает за ухо заплетённую в честь помолвки косичку. — Ну раз уж всё идёт так замечательно. — Нори демонстративно кладёт нож на стол и переводит взгляд на Фили. Широким жестом он указывает принцу на дверь, ведущую на террасу. — Пойдём, Фили, самое время нам хорошенько обо всём потолковать. Фили невольно прижимается спиной к Торину, но тот лишь легонько подталкивает его вперёд. — У каждого поступка есть последствия, Фили. Пора бы тебе это понять. Фили переводит глаза на Бильбо, но тот совершенно не намерен вызволять его из передряги на этот раз, а Дис лишь выразительно приподнимает бровь. — Нори, — раздаётся обеспокоенный голос Ори. — Не волнуйся, братишка, я верну твоего наречённого в целости и сохранности и даже с полным набором причиндалов, — уверяет его Нори и плотно закрывает за собой дверь террасы. Бильбо видит, как Нори закидывает руку Фили на плечи и уводит его подальше — по крайней мере, агрессивно этот жест не выглядит. — С одним разобрались, — говорит Торин своей сестре. Та лишь вздыхает и ерошит волосы младшему сыну. — Обещай, что не женишься втайне от своей бедной матушки, милый, — умоляюще произносит она. — Не думаю, что это возможно, если учесть, что ты наверняка сама организуешь мою помолвку. Дис и Торин принимаются что-то тихо обсуждать, Кили уходит налить себе чаю, а Бильбо осторожно подводит Ори к столу. Он выглядит искренне счастливым, будто что-то вдруг зажглось у него внутри, и Бильбо убеждается, что им с Фили будет хорошо вместе. Бильбо надеялся, что Торин всего лишь пошутил насчёт того, как Фили готов был принудить Ори к браку, и рад, что видит подтверждение своим мыслям. Ори доволен своим выбором, хотя на лице его ясно читаются понятные страхи и опасения. — Дори знает? — спрашивает он, и Ори кивает. — Нори ему рассказал, но Дори пока не может уйти из гильдейских залов. В споре за территории между Портными и Вышивальщицами наконец-то видны какие-то подвижки. — Ори с благодарностью принимает предложенную Кили тарелку бутербродов. — Дори пришлось сломать главе гильдии нос, но это не страшно. Иногда Бильбо совершенно не понимает гномов. — Приятно слышать, — говорит он из чистой вежливости. — Как он принял новости? Нори не рассказывал? — Лучше, чем я думал. Дори не угрожает вызвать Фили на поединок, так что всё нормально. — Ори ест гораздо аккуратнее Кили, который обожает окунать печенье прямо в чай. — Он понимает, что это значит для меня, что я на самом деле не хотел отказывать Фили в первый раз. — Ори нервно сглатывает. — Просто... Я не знаю, что делать, понимаешь? Не знаю, каково это... — Быть консортом? — участливо спрашивает Бильбо. — Да, это нелёгкая работа. Надеюсь, ты ещё нескоро узнаешь, что это такое. А пока что — долгая помолвка тебя устроит? Ори согласно кивает. — Так будет лучше, Дори как раз успеет привыкнуть. Он был рад, когда я отказал Фили ещё в тот первый раз. — Ори теребит пальцами косичку с заплетённой в неё лентой и тихо улыбается. — Ему никогда не нравилась эта идея женитьбы на Фили. — Он наконец решается посмотреть на Бильбо и старательно борется с улыбкой, должно быть, чтобы казаться серьёзнее и старше. — Но ты и сам знаешь, что это бесполезно. Фили всегда добивается своего. А я... — Ори закусывает губу. — Почему я должен снова и снова ему отказывать, если я этого на самом деле не хочу? Это просто бессмысленно. — И правда, — соглашается Бильбо. — Ну, а ты сам успел свыкнуться с мыслью, что стал наречённым принца? — Не очень, — признаётся Ори. — Я знаю, мне никогда не стать таким хорошим консортом, как ты. Ты столько всего делаешь, везде успеваешь. Но, может, ты сможешь меня чему-нибудь научить? Я буду стараться. — Ори убеждённо кивает. — Да, точно. По крайней мере ради Фили. Мне не очень-то всё это нравится, понимаешь? Но я хочу быть с ним. Хорошо сказано, ничего иного от будущего супруга Фили Бильбо и не ожидал. — Что ж, тогда тебе повезло, что я рядом. Мы, хоббиты, умеем приспосабливаться лучше всех на свете. Сегодня это его умение подвергнется настоящему испытанию. И в будущем их будет ещё немало. Торин продолжает о чём-то разговаривать с Дис, лица обоих заметно посерьёзнели. Бильбо не знает, о чём они говорят, но он уверен, им с Торином ещё предстоит собственная обстоятельная беседа. По крайней мере, Бильбо надеется, что Торин всё ещё захочет с ним разговаривать. Возвращаются Нори и Фили, последний слегка бледен, но видимых повреждений на нём нет. — Вот и славненько, — говорит Нори своему брату. — Фили теперь всё понимает, так ведь? Конечно понимает... — Он хлопает принца по спине и поворачивается к Торину и Дис. — А сейчас, пока не появился Дори, пришла пора настоящих переговоров. Ваше Величество, миледи, прошу. Ори без лишних напоминаний поднимается с места и следует за старшим братом. Дис идёт вслед за Торином, что неудивительно, ведь он заменил мальчикам отца. Должно быть, это часть обычая, когда семьи дают друг другу обещания и договариваются о приданом. Традиции хоббитов мало отличаются от гномьих, хотя в качестве приданого наречённые обмениваются другими подарками. Бильбо сильно сомневается, что Фили и Ори стали бы спорить из-за узоров на скатертях. Кили такое развитие событий, похоже, ничуть не беспокоит. — Ты же не против, что Фили и Ори женятся? — Никто толком не озаботился поинтересоваться его мнением, а поскольку это значит, что Кили придётся в скором времени искать себе супругу, Бильбо решает: самое время его спросить. — Мне нравится Ори. Он любит Фили, а Фили любит его. — Видимо, это всё, что его волнует. У Кили заканчиваются печенья, и он с тоской поглядывает на свой чай. Принц так и не проникся вкусом, но Дис ни за что не позволит ему пить эль до вечера. — Думаю, Балар мне подойдёт. Мы оба ювелиры, и она всего на пару лет старше меня. — Она тебе приглянулась? — спрашивает Бильбо, добавляя сахар в чай. Кили неопределённо пожимает плечами. — Пока не знаю. Если надо, могу и жениться. — Это не совсем то, что нужно для хорошего брака, Кили, — тихо признаётся Бильбо. — Мы хотим, чтобы ты был счастлив, а не принуждал себя и женился просто потому, что от тебя этого ждут. Я не говорю, что ты обязан полюбить Балар, я знаю, этого может никогда не случиться, но, по крайней мере, попробуй стать её другом. — Да, наверное, ты прав, — кивает Кили. — Знаешь, у меня нет Единственного, поэтому мне проще. — Как это? — в замешательстве спрашивает Бильбо. — Я думал, они есть у всех гномов. — Нет, — качает головой Кили. — Я никогда не чувствовал Зова и, честно признаться, весьма этому рад. По мне, так это слишком хлопотно — всю жизнь искать и ждать своего Единственного. Мама такая же, как я, а они с отцом любили друг друга ничуть не меньше других пар. — Кили откидывается на спинку стула. — А вот Фили всегда чувствовал Зов. Он знал, что его сердцу чего-то не хватает. А потом однажды Дори пришёл поговорить с мамой насчёт какой-то ткани и привёл с собой Ори. Он был чуть младше нас и большую часть времени помалкивал, но Фили рассказывал потом, что всё понял уже тогда. Стоило ему просто взглянуть на Ори, как Зов затих. Он узнал его. — Узнал? — поднимает бровь Бильбо. Кили кивает. — Легенда гласит, что когда Махал вырезает из камня наши сердца, он иногда ударяет по резцу слишком сильно, и камень распадается на две половинки. Он вкладывает эти половинки в два разных тела и потом вдыхает в них жизнь. Поэтому никогда не будешь чувствовать себя целым, пока не найдёшь свою вторую половинку. Ну да ты это знаешь лучше меня, правда? — Почему это? — смущённо спрашивает Бильбо, и Кили поднимает на него непонимающий взгляд. — Ты же Единственный Торина, — хмуро произносит он. — Разве ты этого не почувствовал, когда встретил его? Бильбо внезапно понимает, что разговор зашёл совершенно не туда, и, чтобы скрыть своё замешательство и поспешно придумать достойный ответ, делает глоток чая. — У хоббитов всё по-другому, Кили. Да и твой дядя в тот вечер в Бэг-Энде произвёл не самое лучшее впечатление. Любовью с первого взгляда наши отношения не назовёшь. Подумать только. Кили не знает? Что Торин им рассказал, во что заставил поверить его и Фили? А Дис? Как бы Торин ни злился из-за треклятого утреннего поцелуя, Бильбо выскажет ему всё, что думает по поводу вранья семье о таких важных вещах. — Хм... — Кили, святая простота, верит его словам и выуживает среди прочей еды последнее шоколадное печенье. — Хоббиты такие странные. — На этом замечательном выводе мысли его перескакивают на другую тему. — Как думаешь, раз уж Ори теперь станет моим братом, Дори свяжет мне перчатки, как у него? В них так удобно ездить верхом, поводья не натирают ладони. Бильбо в этом сильно сомневается. Что бы там ни говорил Ори, первым делом его старший брат попытается придушить Фили. — Попробуй его попросить, — отвечает Бильбо. — Но лучше тебе держаться подальше от братьев Ри, пока идут официальные церемонии. — Я что, по-твоему, совсем дурак? — Кили макает печенье в чашку, и Бильбо на этот раз его не одёргивает. Пока никто не видит, пусть ест, как хочет. — Интересно, что Нори попросит в качестве приданого... Ты что думаешь? — Ткани, пряжу. Новый ткацкий станок, может быть, Ори ведь самый младший, — говорит Бильбо, прикрывая глаза и вспоминая свадебные законы, которые просматривал несколько месяцев назад. Про бусины он забыл потому, что, наверное, просто пролистнул эту часть. — Потом он соткёт из них одеяла и ковры для свадебного подарка, чтобы украсить новый дом Ори и Фили. Тебе тоже нужно будет придумать какой-нибудь подарок. Кили качает головой. — Уже придумал. Я сделал его давным-давно, когда Фили просил его руки ещё в первый раз. — Он замечает удивлённый взгляд Бильбо и картинно закатывает глаза. — Да, я знаю свадебные традиции. Не настолько мы беспомощные. Я сковал Ори перочинный нож и сделал их свадебные бусины. Мне не терпелось поскорее свести этих двоих. — Очень предусмотрительно с твоей стороны, — хвалит Бильбо. Он решил, что подарит Ори бумагу и набор новых перьев. Они отлично дополнят подарок Кили. — А Фили ты ничего не подаришь? — Нет. Видишь ли, подарки дарятся только другой семье, — пускается в объяснения принц. — Если я подарю что-то Фили, это будет значить, что я сомневаюсь, достоин ли Ори его руки. Дори и Нори дарят Фили подарки, чтобы поприветствовать его в новой семье, а мы дарим подарки Ори, чтобы показать, что принимаем его в нашу. — Рассказывая, он размашисто жестикулирует забытой в руке ложкой. — И ещё: Фили из благородной семьи и значительно выше Ори по статусу, поэтому мы дарим им... — Кили недовольно морщит нос. — Как же это сказать, на всеобщем звучит не очень, мы вроде как платим семье Ри выкуп, потому что вместе с Ори они потеряют часть достатка, а они дарят Фили всякие мелочи, чтобы отблагодарить за этот брак. Если Ори решит оставить работу писца, Фили придётся выплатить Гильдии неустойку, но, зная Ори, думаю, такого никогда не случится. Он не сможет и дня прожить без своих книжек в библиотеке. — Он наконец-то замечает ложку в своей руке и, смущённо улыбаясь, аккуратно кладёт её на салфетку. — Само собой, ты — единственный Бэггинс, а Торин — глава семьи, поэтому у вас такой канители не было. Бильбо улыбается в чашку с чаем. — Ну, нашу женитьбу вообще традиционной не назовёшь. В ответ Кили лишь передёргивает плечами и намазывает разрезанную напополам булочку щедрой порцией варенья. — Торин — король и может делать всё, что ему захочется. К тому же, у вас особая история. Он взял тебя в супруги на пороге смерти и надел тебе на палец своё собственное кольцо. Даже я считаю это до одури романтичным. Бильбо вдруг нестерпимо хочется сказать Кили правду: что всё это ложь, всего лишь красивая сказка, чтобы спасти Торина от возможного удара в спину, что Бильбо не его Единственный и что сердце его разрывается на части каждый раз, когда он об этом вспоминает. Ему хочется признаться, как сильно он любит Торина, но Торин уже был влюблён в кого-то задолго до встречи с ним. Ему хочется рассказать, что он целовал его всего один раз, да и то украдкой. Но он молчит, потому что Кили ещё очень молод, а красивые сказки должны заканчиваться хорошо. — Кажется, они закончили, — говорит он вместо этого. Спустя некоторое время все расходятся, мальчики уходят на тренировочную арену, Нори и Ори — в свои Гильдии, Дис вместе с ними, а Торин отправляется на встречу со своими военачальниками. Бильбо рад наступившей тишине и возможности побыть в одиночестве, собраться с мыслями. Он пишет Дори записку, спрашивая его мнение по поводу небольшого вечера, дабы отпраздновать помолвку, и ждёт его ответа прежде, чем подойти с этим же вопросом к Дис. Если Дори против, ни о каких празднованиях и речи быть не может. Он переодевается и идёт в сад. По локоть в земле он чувствует себя гораздо лучше, кипящую мыслями голову остужает поднявшийся с закатом прохладный ветерок. Терраса расположена на северо-западном склоне, поэтому Бильбо успевает насладиться солнечными лучами, но со временем холод берёт своё, и приходится собираться обратно. Когда Бильбо наконец поднимается и отряхивает землю с перчаток, то замечает стоящего в дверях Торина. — Нам нужно устроить небольшой праздник по поводу помолвки, — говорит Бильбо, собирая инструменты. — Тогда Ори не захочется спрятаться и отсидеться где-то под столом, а Даин и его советники почувствуют себя желанными гостями. Я уже спросил, что на этот счёт думает Дори, теперь осталось только дождаться его ответа, но в целом, думаю, всё получится. Пусть Нори позаботится о том, чтобы все услышали, как Фили и Ори были вместе ещё в Эред Луин. Так мы закроем рты недовольным, и помолвка Фили перестанет казаться намеренным оскорблением Даина. С мгновение Торин молчит, а потом согласно кивает: — Ты всегда знаешь, как лучше сгладить острые углы. — Я же тебе говорил, хоббиты — прирождённые дипломаты. — Бильбо хочет принять ванну и спокойно поужинать. В любой другой вечер он бы не отказался от компании Торина за столом, но не сегодня. Он пока не готов к разговору по душам. Он не знает, что сказать, как объяснить свой поступок, если Торин наконец спросит его. — Что ты хочешь подарить семье Ори? Я думаю, кроме всего прочего, нужно подарить кашемировую пряжу, Дори должно понравиться. — Сомневаюсь, что Дори сейчас вообще хоть что-нибудь способно понравиться, — усмехается его супруг. — Он ещё в Эред Луин ясно дал понять, что против этого союза. Я почти уверен, он пошёл за мной отвоёвывать Эребор не только чтобы уберечь Ори от тлетворного влияния Нори, но и чтобы проследить за Фили. — Но он же знает, Фили не стал бы играть чувствами Ори, — недоумевает Бильбо. — Он знает, что они друг у друга Единственные. Почему он так противится их свадьбе? — По многим причинам. Дори лишь хочет защитить своего младшего брата, — отвечает Торин, забирая у него ворох инструментов и складывая их в специальный сундучок. — Ори не похож на тебя или нас с мальчиками. Счастливее всего он чувствует себя в компании книг, ему не нравится быть в центре внимания, постоянно с кем-то общаться. Он старается, но душа его к этому не лежит. — О тебе можно сказать то же самое, — напоминает ему Бильбо. — Ты терпеть не можешь сборища. — Неправда. Бильбо, улыбаясь, тычет его пальцем в плечо. — Ещё какая правда. — Ладно, согласен, — вздыхает Торин. — Но как-то же ты справляешься. — Бильбо гадает, где можно найти служанку, но в комнате его уже дожидается стол, накрытый к ужину, и разожжённый камин. С лёгким неудовольствием он замечает, что слуги принесли два прибора и от общества Торина теперь никак не отвертеться. Сегодня у них на ужин говядина, всё ещё исходящая паром, тушёные овощи, красный картофель и мягкий ржаной хлеб с маслом. В кухне стали следить за тем, чтобы к столу подавали побольше зелени, за что Бильбо несказанно благодарен. И всё же его гораздо больше порадовали бы овощи из собственного огорода, для хоббита это дело чести. Его король идёт вслед за ним, на ходу сбрасывая тяжёлый плащ на диван рядом со столом. — Только потому, что рядом со мной есть ты, мой полурослик. Я бы совсем пропал без твоей помощи. — Со временем ты бы разобрался, — отвечает Бильбо и решает, что перед ужином не помешает освежиться. — Можешь начинать без меня. Я хочу сначала немного привести себя в порядок. — Кроме всего прочего, это даст ему возможность собраться с мыслями. Бильбо наскоро принимает ванну: где-то глубоко внутри он не хочет терять ни минуты, проведённой вместе с Торином, хотя он и расстроен из-за того, что Торин врёт своей семье. А ещё он очень проголодался. Торин, что неудивительно, даже не притронулся к еде и, когда Бильбо в халате возвращается к нему, ворошит угли в камине. Они принимаются за ужин, и Бильбо всё же спрашивает Торина, как тот относится к помолвке Фили: — Я знаю, ты сказал, что не против, но что ты думаешь на самом деле? — Я никогда бы не лишил Фили возможности быть со своим Единственным, — отвечает Торин, скептически тыкая вилкой в овощи. Они обсуждают детали свадебных традиций, заканчивают ужинать и выкуривают одну трубку на двоих, пока слуги убирают со стола. Стоит им вновь остаться наедине, Бильбо набирается духу задать вопрос, который мучил его с тех самых пор, как Торин признался, что у него есть Единственный. — Значит, ты встретил его? Своего Единственного? — Пусть так. Зовите это болезненным любопытством. Его супруг, не отрываясь, следит за ним, и Бильбо приходится отвести взгляд. Ему стыдно и больно оттого, что он не тот, с кем Торин хочет быть, что этим утром он предал его доверие и переступил черту. Бильбо не уверен, хочет ли, чтобы тот сейчас заговорил о поцелуе, и хочет ли обвинить Торина во лжи собственной семье. Одно ему известно точно: он хочет знать, с кем ему никогда не сравниться. — Да. Он очень умный, — в конце концов произносит Торин, глядя в огонь. — Очень тактичный. Начитанный. Так непохож на меня. Будто создан, чтобы восполнять те черты, которых мне недостаёт. Подходит мне во всём. Я не знал, что способен так любить, пока не встретил его. — Ох... — Что ещё он может сказать, когда сердце разбивается на куски, когда он чувствует, что стоит ему ещё минуту пробыть с Торином в одной комнате, и из глаз потекут слёзы. — Понимаю... — В самом деле? — спрашивает Торин. Бильбо скованно кивает и поднимается, плотно обхватив себя руками за плечи. К горлу подкатывает тошнота. Нет, так дело не пойдёт. — Бильбо? — Торин тоже встаёт и тянется к нему рукой, будто ему не всё равно. Он очень красив, его супруг... И, небеса, как же Бильбо его любит. Но всё, чем ему отныне придётся довольствоваться, это одним украденным поутру поцелуем. Да и то вор из него получился никудышный. — Извини, — говорит он, уворачиваясь от ладони Торина. Бильбо сейчас не вынести его прикосновения, иначе он разлетится тысячей осколков. — Прости, Торин, мне нехорошо. Думаю, мне лучше прилечь. Он не смотрит в его сторону и лишь различает по дороге в спальню тихое “конечно”. Бильбо слышит, как за Торином плотно закрывается дверь, но только оказавшись в одиночестве, свернувшись на кровати, он наконец позволяет себе расплакаться.