Легенда о Гробовщике

      Для своих наивно-юных лет и достаточно богатого состояния, Люси Хартфилия оказалась вполне милой девушкой, и деньги сыщика, на которые она вела собственное содержание как в доме Нацу, так и на окраине Магнолии в отдельной квартире, не вскружили блондинке голову, как того можно было бы опасаться.       На следующий день после весьма и весьма продуктивной прогулки по кладбищу Нацу Драгнил, желая познакомиться с редким в Магнолии гостем, а тем более журналисткой поближе, пригласил Джувию и Леона Бастию к себе на обед, пообещав представить Локсар свою девушку. Джу от предложения отказаться не посмела, но перед выходом юной особе пришлось истязать свое лицо всплесками холодной воды буквально до посинения: после тех невероятных чудес, что она повидала на городском кладбище, а именно живой легенды, призрачного Гробовщика, вдохновленная журналистка провела всю ночь за пишущей машинкой. Но ей жизненно необходимо было вновь взбодриться и с достоинством встретить новый день. Все-таки появился шанс познакомиться с еще одной городской личностью, девушкой самого влиятельного сыщика города. Если повезет и Люси Хартфилия в самом деле окажется приятной и интересной женщиной, как многие о ней отзываются, то она непременно станет частью ее рукописи.       В половину второго Джувия уже стояла у высоких дубовых дверей, безмерно благодаря чуть смущенного Леона за то, что он заказал такси. Погода, как и прежде, становилась только хуже, столбик термометра не подымался этим утром выше нуля, а дождь, леденея на пути к столкновению с землёй, больно хлестал в лицо. Пешком пройти полтора квартала в такую погоду — то еще испытание.       — Добрый вечер, — приветливо улыбнулась миловидная блондинка, отворившая дверь. Джувии очень даже приглянулось ее простое голубое платье, шитое в районе груди сеточкой, а карие глаза не выражали притворства. Видно было, что Люси, чьи золотые волосы сыпались по плечам, в самом деле была заинтересована новым знакомством. — Ты, должно быть, Джувия? Привет, Леон.       — Приятно познакомиться, — поздоровалась Джувия. Бастия приветливо махнул Хартфилии рукой.       — Вы, наверное, ужасно продрогли. Ну и весна в этом году… Проходите, нечего топтаться на пороге.       — Это точно, погода нынче просто ужасная, — согласился Леон, без всякого смущения подтолкнув порозовевшую от нового общества Джу в прихожую, когда Люси посторонилась, и вошел сам. Только Локсар распахнула пальто, как услужливый Бастия принялся помогать ей стаскивать его с плеч. Она поблагодарила его кивком и чуть посторонилась, когда промокший парень также принялся высвобождаться из куртки, путаясь во влажных рукавах. Сразу видно, что в этом доме Леон бывал не так уж редко, чтобы поддаваться заразительному смущению Джувии. — Ты сегодня снова у Нацу остаешься?       — Да. Мы даже подумываем о том, чтобы начать жить вместе, — без должного конфуза сообщила она, и Локсар вспыхнула, резко опустив взгляд в пол: только сейчас она разглядела за слоем тонального крема, что покрывал шею Хартфилии, очертания красных пятен, оставленных жаркими поцелуями Драгнила. — Что толку ему платить за мою вторую квартиру, если мы так часто проводим время вдвоем?       — А где же Нацу? — поинтересовался Бастия, когда Хартфилия жестом руки пригласила их последовать в гостиную. Джувия любопытно огляделась по сторонам и отметила, что Драгнил, несмотря на скромную одежду, в пафосной обстановке дома себе не отказывал. Его широкая квартира была сплошь и рядом обставленна какой-либо диковиной мебелью, а из гостиной веяло теплом электронного камина.       — Он в своём кабинете, разгребает бумаги. Говорила же ему, не заниматься этим перед приходом гостей, — чуть устало покачала головой Люси, и пояснила заинтересованной Джу: — Его кабинет напротив кухни. Он все чаще предпочитает заниматься расследованиями дома, нежели на рабочем месте в полицейском участке.       — Почему же?       — Сейчас у него непросто с коллегами, — пояснил Леон. Люси отворила дверь в гостиную, и из комнаты сию же минуту вырвались самые соблазнительные запахи жаренного мяса. Все трое прошли к столу, богато накрытому изысканными блюдами, какими-то — домашними, какими-то — вероятно, взятыми в супермаркете, что вовсе не портило картину предстоящей трапезы. Джу чуть помялась, покраснев до корней волос, когда блондинка попросила ее сесть во главе стола, но, улыбнувшись столь теплому приему, покорно уселась, стараясь не задеть коленками дорогую скатерть. Леон сел рядом, невольно отметив, что Джувия в своем нежно-розовом платье с цветной лентой по контуру талии выглядит необычайно милой. Люси ненадолго оставила гостей, чтобы поторопить Нацу к обеду.       — Непросто с коллегами на работе? — не поняла Локсар.       — Не то слово. Из всего отдела полиции он предпочитает доверять только Джерару Фернандесу и Эльзе Скарлетт. Они собирались пожениться, но незадолго до свадьбы Джерар был дважды обвинен в убийствах, происходящих в Магнолии.       — В тех самых, в которых виновно якобы проклятье?!       — Именно, — подтвердил Бастия, пододвинув к себе пустующую тарелку. — Но его оправдали. Однако… Его бывшая невеста по-прежнему не доверяет Джерару, а потому отказалась выходить за него замуж. Сейчас у них очень напряженные отношения, поэтому Нацу не любит часто появляться в офисе.       — Вот как… — Джу, действуя на автомате, извлекла из сумочки карманный блокнотик. — А что сам Нацу думает по поводу вины Джерара?       — Господи, ты каждый разговор собираешься превратить в интервью? — усмехнулся Леон.       — Для журналистов это вполне нормально, — заметил Драгнил, что внезапно возник в дверях гостиной в сопровождении подружки, и оба повернулись к нему. — Здесь нет ничего плохого… Но было бы неплохо пообедать в спокойной обстановке, без записулек, верно? Отдохни от работы, Джувия, и спокойно поешь.       Джу чуть пристыженно спрятала блокнот обратно в сумку, но достаточно быстро согнала с лица румянец, принявшись рассматривать сыщика в его домашней обстановке. Несмотря на то, что он и вчера показался ей достаточно юным, сейчас, без своего поношенного пальто, Драгнил и вовсе оказался примерно одного с ней возраста. Глядя на Нацу и не подумаешь, что он уважаемый в полицейском участке сыщик, потому как в целом являлся обыкновенным парнем. Его простая белая рубашка не была заправлена в брюки, волосы покрывали голову достаточно небрежно, да и игривые красные следы на шее Люси говорили о том, что он, как и всякая молодежь, ведет обыкновенный развратный образ жизни, не стесняясь лишний раз затащить свою девушку в постель.       Какое-то время Локсар молчала, с лёгкой участливой улыбкой следя за дружескими переговорами своего сопровождающего и хозяина дома. Люси переглядывалась с гостьей, иной раз прося ее оказать помощь по хозяйству, и Локсар охотно помогала блондинке раскладывать обед по тарелкам.       — Скажите, — подала голос журналистка, когда они прикончили половину кушанья, — почему вы так радушно меня приняли, несмотря на суеверное представление о том, что я могу быть в скором времени убита?       — Я ведь сыщик, — пожал плечами Нацу. — Мне крайне интересны новые знакомства. К тому же, я намерен за тобой следить, чтобы не допустить смерти… Или с помощью тебя же отыскать преступника.       — Нацу, — укоризненно позвала она. Тот, как ни в чем не бывало, вонзил зубцы вилки в крупный ломоть мяса. Джу ухмыльнулась, в который раз удивившись его открытой наглости. — Ты не можешь использовать новых друзей в качестве наживки.       — Формальности, формальности…       — А что насчёт Гробовщика? — спросила Джу, обратившись к Люси. — Ты тоже веришь, что он… Н-ну…       — Что-то вроде призрака? — подсказала Хартфилия. — Может быть и так.       — Мистика — довольно обыденное дело в нашем городе, — заметил Леон.       — А ты к ней, по всей видимости, не привыкла. Наверное, частенько бываешь в Канто?       Джу удивленно вытаращилась на хихикающую блондинку:       — Откуда тебе это известно?       — Канто — самый густонаселенный район Японии. По тебе сразу видно, что ты привыкла быть среди толпы, потому что по-настоящему одиноко как раз-таки среди огромной массы людей, которой нет до тебя дела. Подумала, что раз ты так неуверенно держишься за столом в небольшом обществе, привыкла бродить среди толпы, где нет необходимости с кем-либо разговаривать.       — Какая интересная формулировка, — восхитилась Джувия, хотя и пристыдилась своей необщительности.       Та спокойно пожала плечами:       — Когда твой парень — сыщик, невольно начинаешь внимательнее присматриваться к людям. Главное, не докатиться до паранойи.       — Вот что я хотел спросить, — немного погодя обратился к гостье Нацу, поднявшись с места. Присутствующие проводили его взглядом, когда тот направился к высокому деревянному шкафу и распахнул дверцы — на полках покоились сервизные бокалы. — В какие сроки ты планируешь написать свою рукопись?       — Сложно сказать. А что, тебе не терпится воспользоваться моими трудами для своих дел? — съязвила она.       — Не без этого. Но есть и вторая причина, по которой мне узнать это будет достаточно интересно: я не могу уловить хронологическую последовательность. Имею ввиду, что приезжие люди живут в Магнолии разные сроки, между их приездом и смертью нет чёткого временного отрезка, что создаёт мне некоторые неудобства. Никогда не знаешь, когда ожидать напасти: кому-то не удаётся провести в гостях Магнолии и месяц, а кому-то улыбается удача спокойно прожить несколько лет.       — И что же?       — Полагаю, если ты управишься за месяц, то тебе ничего не грозит. Но если срок работы затянется... Как знать, стоит ли предоставить тебе охрану?       — Никакой охраны не нужно, — помотала головой Джу. — Я не изнеженная девочка, и даже несмотря на то, что собираюсь задержаться в Магнолии на неопределённый срок, уверена, что Леона вполне достаточно.       Бастия польщено выпрямился на стуле, косо глянув на девушку, что не укрылось от Люси. Она незаметно усмехнулась: уж не проникся ли Леон к гостье симпатией?       Вдруг в шум разговоров вторглись тяжёлые шаги, свойственные крупной псине, и Нацу удивленно поставил бокалы на стол, поприветствовав волкодава Скотта энергичными поглаживаниями:       — Вот так дела, Скотт дома!       — А разве не должен быть? — спросила Джу.       — Скотт редко сидит дома, раз уж умеет отворять входные двери и окна, — ответил Драгнил, вернувшись за стол. Люси разливала сладкое вино по фужерам, а волкодав остановился, остро глянув на Джувию. Локсар сжалась под хищным, вовсе не приветливым взглядом крупной собаки, но Скотт, как и вчера, лишь фыркнул в её сторону, пообещав хозяину не трогать самозванку. — Обычно его действительно трудно застать дома. Я вижу Скотта всего пару раз на дню. Он предпочитает разгульный образ жизни и не любит сидеть в четырёх стенах.       Джу благодарно взяла со стола бокал вина, синхронно со всеми приподняв его над головой, и приникла губами, сделав несколько неспешных глотков... И взгляд ее вновь возвратился на собаку. Скотт улегся на пол подле Нацу, но даже будучи лежа, размерами напоминал небольшое кресло. Его глубокие, умные глаза мёртвой хваткой вцепились в Локсар, не выпуская приезжую из фокуса ни на секунду.       Она как могла незаметно бросила ему небольшой кусок мяса со стола, надеясь получить расположение волкодава. Скотт неподвижно глядел на нее какое-то время, а чуть погодя, все также не сводя с нее глаз, настороженно склонил голову к полу и крупным языком пододвинул к себе подачку, после чего та благополучно исчезла за стальными челюстями. Локсар неуверенно улыбнулась псу, а тот умно прищурился, положив морду поверх лап, словно прикидывал, что из себя представляет эта незнакомая особа.       Джу отвлеклась, но после вновь не смогла не заметить на себе чудовищно-сосредоточенный взгляд собаки. Было в волкодаве что-то, что заставляло девушку неприятно отводить взгляд. Почему-то с виду спокойный пес по-прежнему не казался ей...       ...дружелюбным.