***
На другом конце города это же сообщение слушали родители Вики. Обычно, никто из них по утрам не смотрит новости, но сегодня будто что-то заставило включить первый же попавшийся канал, где говорили эти страшные слова. Слишком смешанные чувства. Последние слова были снова упрёком, но именно в эти секунды внутри все перевернулось. Казалось впервые за столько время наконец пришло осознание страшных ошибок. Страшно, что столько время они так и не стали ближе, Вика постоянно слышала от них только упрёки. И последнее, что Виктория услышала от самых близких людей были далеко не милые слова и пожелание удачи. Родители не обмолвились не словом между друг другом, повисла гробовая тишина. Это был шок, самый настоящий шок. Они ссорились из-за таких мелочей, самые родные люди обвиняли дочь в том, что она осуществила свои мечты.***
Для любого человека, который работал в авиации новости об авиакатастрофах воспринимаются совсем иначе. Ведь это совсем другие люди, которые совсем по-другому воспринимают жизнь и многие вещи. Но ещё страшней, если у такого человека на том самом борту летел сын. Когда об этой страшной новости узнал Николай Гущин, в его душе снова все сломалось. Ведь один раз он смог обмануть смерть, но неужели дважды это невозможно. Он помнил, что Леша летел в Египет не в качестве пилота, так почему же он снова оказался в этой злополучной кабине. И все-таки человек, который сам столько лет пролетал, он верил, что должна жить надежда. Гущин, профессионал, у него крылья за спиной, и просто так он бы не дал упасть в свободном полёте стольким людям. После того, как у него получилось спасти столько человек, просто так слепо поверить новостям было невозможно. Тем более Николай привык верить только фактам, а сейчас по телевизору не было ничего, кроме слов журналистов и ведущих. Нет ничего страшней, чем видеть в этих списках своего сына. Единственного и самого родного…***
На часах ранее утро. Девушка со светлыми волосами нащупывает ключом замочную скважину, чтобы открыть дверь. Сегодня их рейс задержат почти на сутки в связи с техническими неполадками, поэтому у неё появилась возможность хоть немного отдохнуть от бесконечных перелетов. Снова Воронеж, она уже сбилась, сколько рейсов было выполнено внутри России. Девушка берет телефон и набирает номер, который уже наизусть сумела выучить. После развода с Гущиным ей довольно быстро удалось снова найти вторую половину. Они не смогли долго уживаться под одной крышей, оба настолько упёртые люди и оба пилоты. — Саша?- раздался голос с другого конца телефонов линии — Да. Я долетела. Нам рейс задержали, прилечу сегодня вечером или завтра утром. — Ты смотри там аккуратней, слышала новости, что самолёт вроде как разбился. И вроде из вашей авиакомпании. Посмотри в интернете, может знаешь кого там? Списки вроде опубликовали. — Чёрт, не особо хорошие новости. Ладно, сейчас посмотрю. Она сбросила телефонный звонок. Заходя в поисковик, Саше достаточно было только начать вводить первый слова, как новости уже начали высвечиваться. Она вычитала все, что только можно. Номер рейса, технические характеристики самолёта, Метеоусловия, последние данные от диспетчеров, мнение специалистов, все что угодно, но только не список членов экипажа и пассажиров. И только читая последний информационный сайт, она нашла ссылку на список людей. Она начала шёпотом проговаривать фамилии пассажиров в надежде, что там никого не будет из знакомых, хотя девушка прекрасно понимала, что самое страшное чего стоит ожидать, это другой список. «Капитан воздушного судна- Савельева Виктория Владимировна » Саша на секунду отложила телефон, она знала Вику, поскольку так мало девушек пилотов, а девушек-капитанов ещё меньше. Они не были близко знакомы, не разу не летали вместе, и даже учились в разных институтах. Они познакомились однажды, когда рейс Савельевой задержали, а Александра только ждала свой. Но разговор продлился всего несколько минут, после чего Саша ушла на рейс. Девушка вернулась к списку, но следующая фамилия заставило сердце стучать ещё сильнее. «Гущин…» Лёша… Она перечитала несколько раз эту строчку, не веря своим глазам. После развода она старалась не вспоминать о нем, но тем не менее ничего плохого в её памяти об Алексее не осталось. Он был хорошим человеком. В её голове сразу всплывали воспоминания о нём. Он обманул смерть один раз, но неужели не сможет второй. Таких профессионалов как Лёша можно пересчитать по пальцам. Ей не верилось, что тот человек, который спас её и ещё десятки жизней, не смог сделать того же самого снова. Так не может быть… По коже пробежали мурашки, а сердце билось с бешеной скоростью. Она не любила Гущина, но бесконечно уважала его и была благодарна за то, что он спас её. Такие люди как Лёша не должны погибать.***
По всей стране, по всем новостям, на всех заголовках новостных лентах были только одни и те же слова. «Российский борт потерпел крушение…» В соц.сетях появлялись слова соболезнования и скорби. Людям так тяжело было поверить, что снова такие новости. Представители других стран начинали выражать соболезнования, а люди несли цветы к посольству России, несмотря на то, что прошло так мало времени после объявления этих страшных новостей. И только лишь единицы писали на своих страницах в интернете, что будут верить до последнего, что выжившие есть. В стране повисло ожидание… Ожидание новости. Любых. Ведь неизвестность пугает ещё больше. Родственники стали приезжать в аэропорт в надежде узнать что-то новое. Их рейс давно исчез с табло. Людям, находящимся в большей депрессии, психологи пытались оказать помощь. Вместе с родными людьми пассажиров и членов экипажа , которые были на борту самолёта, в аэропорту дежурили журналисты, которые пытались взять интервью или также узнать последнии новости. Это ужасная атмосфера, казалось может свести с ума любых… Когда родные продолжают надеяться на чудо, вопреки всему, что говорили в аэропорту и по телевизору, у других уже был траур. Что может быть страшнее, чем надежда, которая пытается бороться с суровой «реальность».