Держи меня за руку

POV Мелони Уолтер Лежа на кровати, мы уже минут тридцать рассматривали потолок. Хана несколько раз прерывала наше бездействие поднимая то руку, то ногу. Эван, прикрыв глаза и закинув одну руку за голову, почти спал. Его рука мне жутко мешает (мы лежим в форме пирамиды, если смотреть сверху). Хана мурлыкает себе под нос какую-то мелодию, которая расслабляет и меня. Такая теплая и приятная обстановка. Давно такого не было. Как сказала тётя Эмили: "Три друга снова вместе". Я скучала по такому времяпровождению: когда мы ничего не делали, а просто лежали рядом, рассматривая потолок, как сейчас. Эван изредка кидал шутки, которые по сути даже и смешными не были, но мы смеялись. И было непонятно, почему. То ли они действительно были смешные, то ли на нас так действовала обстановка. — Может, пора поесть?! — перевернувшись на живот и посмотрев на нас сверху-вниз, предложила Хана. — Тебе бы только поесть… — недовольно отозвался Эван, открывая глаза. — А что? Я люблю кушать! — По тебе видно, — продолжал бубнить друг. — Ну если тебя что-то не устраивает, найди себе стройную! — отрезала девушка и опять легла на спину. Ой, как она хмурится. Эвану стоит скорее извиниться, а не то случится конец Света. — Я пойду что-нибудь пг'иготовлю, — сползая с кровати, говорю я. Закрыв за собой дверь, спускаюсь на кухню. Пусть они пока там помирятся. Внизу меня уже поджидал мохнатый друг. Он настойчиво продолжал крутиться вокруг шкафа, в котором находился его корм. Должно быть, тоже проголодался. Так, и что же я приготовлю? В холодильнике почти ничего нет, а то что всё-таки есть, думаю, никто есть не станет. Какая-то баночка с чем-то коричневым и пакет с зеленью - явно не лучшая идея. — Ну, хоть ты сможешь поесть, — потрепав пса за ухо, я достаю его корм и насыпаю в миску. И пушистый комок, энергично махая хвостом, тут же принимается за поглощение своего обеда. — Г'экс, поделишься с нами едой? — Ну уж нет, пусть сам его ест! — усмехнулась Хана, неожиданно оказавшись рядом. — Пг'осто больше нечего есть, — улыбнувшись, признаюсь я. — Мелони, — подруга кладет мне руку на плечо, — с тобой всё нормально? — Что? В смысле? — Просто, ты в последнее время сама не своя, ходишь какая-то растерянная, постоянно задумываешься о чем-то. Ты... признаться, после переезда очень сильно изменилась, но то, что происходит с тобой сейчас — это ещё более странно. — Я-я... со мной всё в порядке, — отвечаю, виновато опустив голову. — Врешь. Испуганно смотрю на Хану, она сейчас как будто открыла страшную тайну, которую я хранила несколько веков подряд. Она немного прищурила глаза и сморщила нос. — Расскажешь? — Я... эм-м... — Я не настаиваю. — Пг'осто... кажется, я отвратительна человеку, котог'ый мне нг'авится. — С чего ты это взяла? Почему она спросила именно это? Почему не удивилась, что мне кто-то вообще в принципе мог понравиться. Почему она не начала расспрашивать об этом парне? Хотя это даже хорошо, что она не задает именно эти вопросы, просто, я понятия не имею, как на них отвечать. — Он сам это сказал. — ЧТО?! — Хана возмутилась так, как будто это ей отказали в чувствах, а не мне. — Он сказал, что я для него всего лишь благотвог'ительность. — Что за моральный ублюдок тебе это сказал?! Покажи мне его, и я из него всю душу вытрясу! — Ты чего тут орешь? — спускаясь с лестницы, спросил Эван. — Да тут... — я успела дернуть подругу за руку, чтобы та замолчала. Хана с недоумением посмотрела на меня, я лишь мотнула головой, намекая, что это чисто наш с ней секрет, и Эвану не обязательно его рассказывать. — Что тут? — Холодильник тут пустой, совсем есть нечего, — выкрутилась подруга. — Пойдемте тогда куда-нибудь перекусим? — предложил парень. — Да, отлично! — поддержала Хана. — Мы с тобой ещё поговорим, — шепнула она мне. Широко улыбнувшись, киваю.

***

С моим везением не следует играть в "камень-ножницы-бумага". Такой игрой мы решили выяснить, кто будет заказывать. И кто пошел делать заказ? Конечно же, я. Стоя в очереди, я долго раздумывала, что заказать. Наконец, решившись с выбором, покупаю пару бургеров и колы, иду к столику. Но не успеваю толком отойти от стойки, как невольно замираю. — Кто это тут у нас? — звучит перед самым носом. — Ничего себе?! Оказывается шлюшка иногда выползает из своей норки! — отзывается второй верзила, что проворно перегородили мне путь, будто бы вынырнув из ниоткуда. Двое перекачанных парней из школьной команды по футболу недобро и как-то предвкушающе смотрели на меня, то и дело переглядываясь и снова бросая на меня многозначительные, красноречивые и не обещающие мне ничего хорошего взгляды. На их лицах играли гадкие усмешки. Наконец, один из них пришёл в движение. Лениво достав руку из кармана, он потянулся за моей едой. — Как мило с твоей стороны, я как раз голодный, — взяв один из бургеров, он демонстративно его развернул и откусил приличный кусок. Предприняв попытку обойти их, я неуверенно шагнула в сторону, но они тут же ступили следом, вновь загораживая мне путь. Ну, а что мне ещё делать. Столик, за которыми сидят друзья, далеко, так как ближе свободных не было. Начать кричать при всех? Так эти качки мне мигом рот закроют. Вновь чувствую себя кроликом, которого волк загнал в угол. — Эй, куда ты? Мы же ещё не закончили, — гадко усмехнувшись, сказал один из них. — Прогуляешься с нами? — продолжил второй, - тебе понравится. Только не это. Что делать? Бежать, прятаться? Неожиданно на плечо приземляется чья-то рука. Сначала я подумала, что это Эван пришел мне на помощь, но эта ладонь намного шире, чем у него, да и сама рука как-то тяжелее что ли. Внутри всё трясется. И затаив дыхание, едва нахожу в себе силы повернуть голову. За спиной стоит Мэт, с непривычной для моего глаза злобой глядя на парней. Его взгляд будто говорит о том, что он готов разорвать их в любую секунду. Парни же в свою очередь были очень удивлены и растеряны, увидев своего капитана. — Мэт? Парень кивает им, чтобы они ушли. Его ладонь сильнее сжимает моё плечо. Качки в смятении и ничего не понимают, но всё-таки уходят, напоследок скосившись на меня. Как только они исчезают из поля зрения, Мэт отступает. — С-спасибо, что помог, — повернувшись лицом к парню, говорю я. Он лишь улыбается и кивает. Уходя, он опять не произносит не слова.