Мокрые спички

      Был ли я когда-нибудь счастлив так же сильно, как в эту самую минуту, когда мы всей дружной «шоблой» собрались за ужином, приготовленным Кёнсу?       Мы здесь. Все вместе. Как бывало уже далеко не в первый раз, но воспоминания о слишком реалистичном сне заставляли меня думать иначе. Мы виделись вчера, позавчера… неделю назад… После того, как мы стали трейни, и особенно после того, как нас официально объявили новой группой, мы виделись слишком часто и порой даже вынужденно, но почему-то сейчас мое сердце бешено колотилось, словно тоска по ним убивала меня уже долгие годы изолированной от Exo жизни.       Я задумчиво колупал вилкой спагетти, по очередности разглядывая каждого из мемберов, кого каждая моя молекула считала семьей.       Звонким голосом Бэкхен заставил меня дернуться:       — Спасибо, Кё-…! Ой… Дио. Когда-нибудь я привыкну к этому… — и он принялся перечислять всех рядом сидящих по взятым ранее псевдонимам.       Их имена казались мне настолько привычными, как если бы каждый день я произносил их на камеру с фальшивой улыбкой на лице. Как будто они не придумали их только недавно. Это уже их второе «я», вросшее в образ, который они вручили себе сами.       Но я никогда не называл их по псевдонимам прежде… Отчего же они не режут мне слух? Отчего же кажутся мне настолько родными?       Минсок осторожно толкнул меня локтем:       — Ну что? — тихо спросил он, — Ты как?       — Мне уже намного лучше, — ответил я, снова принимаясь за спагетти и стараясь пробудить в себе аппетит.       — Теперь мне куда интересней, как себя чувствует Сехун, — заговорил и Чунмён, — Сегодня он на удивление тих.       Во мне зазвенел сигнал тревоги.       Я взглянул на брюнета, который за все время совместного ужина, казалось, даже не притронулся к тарелке. Он лишь витал где-то в облаках до тех самых пор, пока в разговоре не прозвучало его имя. Он тут же пробежался вопросительным взглядом по всей группе.       Его лицо привычно вытянулось в изумлении.       — Недоволен ужином наверно, — Бён посчитал своей прямой обязанностью ответить за парня, — Он ведь не так сладок как губки Лухана.       — Ты точно сегодня отхватишь! — разозлился я.       Хочу заранее предупредить — вы в большой опасности. Хватит провоцировать меня.        Смех парней, что были в курсе моего нелепого поцелуя с Осехом, озарил комнату. Брови макнэ раздраженно поползли вниз, и он бросил на меня осуждающий взгляд, словно шутка, которая привлекла к нему столь ненужное внимание, была брошена моими устами.       — О… — протянул Сухо, — Я что-то пропустил?..       Не советую вам приближаться к нему — моя дикость уже вырывается на волю.       — Нет! — вскрикнули мы разом.       Я рычу.       Я рычу.       Я рычу…       — Да, ничего особенного! — отмахнулся Пак и непринужденно ляпнул, — Только процесс передачи слюней изо рта одного мужика в рот другому.       Если вы не уберетесь — пострадаете…       Сехун крикнул обиженное «Хён!» в лицо парня, и у меня закололо в сердце.       Нужно признать, описание Чанеля даже меня заставило недовольно скривиться, пусть, как мне казалось ранее, я действительно хотел поцеловать макнэ.       Я виновато поджал губы, разглядывая брюнета, ставшего сегодняшней мишенью очередных шуток ЧанБэков.       Прости…       — Почему когда меня нет, всегда происходит что-то интересное? — протянул недовольно Тао.       Парни все-таки объяснили, что поцеловал я макнэ только из-за того, что был не в себе. Смех не унимался, но я знал, что всё закончится с первыми лучами солнца. Должно закончится. Именно поэтому я решил поскорей ретироваться.       Я включил свет в спальне и снова осмотрел привычную для глаз мебель. В окне на фоне ночного Сеула ясно вырисовывалось мое отражение — отражение парня, ничем не выделяющегося из людской толпы, за исключением одного небольшого «но»: отныне я один из пока еще почти никому неизвестной группы. Да, мы записали пару песен, но еще ни разу не выступили с ними на сцене, пусть одна из них и привлекла достаточно внимания на музыкальных серверах. Рано или поздно слава подберется к нам незаметно. Рано или поздно мы будем скрывать лица за очками и выбираться на улицу подышать свежим воздухом лишь темными ночами.       Это обратная сторона той самой медали, которую мы так сильно хотим заполучить.       Пусть за стеной все еще слышался хохот, но, казалось, в эту самую минуту я расслышал, как звучит тишина. Почему-то даже она показалась мне до боли знакомой, будто не раз я возвращался в холодную квартиру одинокого холостяка поздно вечером: так же зажигал свет и слушал, как за стеной раздаются голоса неизвестных мне соседей. Мой график не позволял мне познакомиться с лицами, создающими мое пространство. Нет, я говорю не о группе. Говорю даже не об этой реальности. Ведь я все еще мыслями в той самой, которую создала моя фантазия.       Дверь в комнату тихо скрипнула и прямо за моим отражением, показалось изображение Сехуна в дверном проеме. Я обернулся.       Когда ты пристально смотришь на меня вот так, у меня темнеет в глазах.       — Лухан-хён! — донесся голос Бэкхена из гостиной, — Не забудь поцеловать нашего малыша на ночь!       Рано или поздно все забудут об этом недоразумении, но при условии, что этот идиот когда-нибудь уймется.       И, похоже, ненависть к нему сейчас разжигалась не только в моих глазах.       — Я убью его сейчас — рыкнул Сех, громко захлопывая за собой дверь.       Давай по одному избавимся ото всех, кто нас окружает. Да, давай притворимся, как будто в мире остались только ты и я.       Я проследил за движениями парня, злобно забирающегося к себе на второй ярус нашей общей кровати и притягивающего ближе к носу ноутбук.       — Я немного припозднился, но… — громко вздохнув, я пробубнил, — Прости, Сехун-а. Мне, правда, неловко. Не понимаю, зачем я сделал это.       — Да все в порядке, ты просто ударился головой, — пусть он и сказал так, но выглядел по-прежнему раздраженно.       Это всего-лишь поцелуй… Невинный. Я лишь коснулся его губами.       Неужели ему настолько противно?       — Кто пойдет со мной душ?! — прокричал Тао из соседней комнаты.       — Мойся один, заколебал!!! — так же прозвучали, казалось, голоса всех остальных мемберов.       Сехун внезапно похихикал, в очередной раз заставляя меня взглянуть на него.       Безусловно, он очень красивый парень. Слишком красивый и наверняка будет пользоваться большим спросом у фанаток. Но все же, он не настолько красив, чтобы по нему сходил с ума и я. Глядя на него, я испытываю теплые чувства, но чувства, какие сродни чувствам старшего брата. Я хочу заботиться о нем всегда. Хочу оберегать его и видеть, как он улыбается.       Это не та любовь, которую я увидел во сне.       Медленно стянув с плеч кофту, я услышал глухой стук по полу.       Все те пережитые чувства — лишь глупый сон, который я должен поскорей забыть.       — У тебя что-то выпало.       Я проследил за источником шума, но…       На полу лежал спичечный коробок.       Измятый и мокрый.       За собой он оставил грязные следы на паркете.       В эту секунду я забыл как дышать.       Тот самый коробок, который я подобрал с земли с болезненными воспоминаниями о своем счастливом прошлом. Тот самый коробок, который я выбросил в никуда из-за собственной безысходности, ведь я так сильно хотел вернуться в прежнюю жизнь. Тот самый коробок, который отдал мне Гао, читая нравоучения, что я ненавижу мокрые спички лишь потому, что они стали не пригодны для использования.       Ненавижу свои чувства, потому что в них я тоже не вижу никакого смысла.       Но ведь это было сном...       Разве нет?..       — Что с тобой? — внезапно подал голос сверху Сехун, — Что это?       Только лишь сном.       — Спички… — все так же не выдыхая, выпалил я. Отвести взгляд от вещи я уже не был в силах. Так же, как и ровно дышать.       — Ты куришь?       — Нет…       — С тобой все нормально?..       — Д-да... — я произнес это настолько неуверенно, что сам себе не поверил.       Резко схватив коробок с пола, я спрятал его от глаз парня, словно это было чем-то секретным. Чем-то запретным, о чем я хотел, чтобы он никогда не узнал.       Точно.       Все это время я винил инцидент с фонарем, но, если вспомнить…       Все эти галлюцинации, которые я уже привык называть сном, и стали причиной того, что я ударился о столб. Меня так перепугало происходящее, что я постарался сбежать от страшной действительности. В итоге просто потерял сознание.       Эти мокрые спички…       Сех следил за мной с подозрением. Он напрягся, приподнимаясь, как будто еще одно мгновение — и он позовет мемберов, чтобы в очередной раз усмирить меня.       Но переживать это снова я не собирался…       — Я, правда, в порядке, — повторил я более уверенным тоном, делая шаги назад, — Всё круто.       Открыв дверь спиной, я выбежал из комнаты.       Неужели все это не было сном? Неужели я действительно был звездой мирового масштаба? Неужели стал предателем и корил себя за это долгие годы единоличной славы?       Неужели я действительно страдал по Сехуну и выслушивал лекции друга о том, что не должен отказываться от чувств из-за банального страха получить отказ. Не должен следить за ним издалека и мечтать о возможности вернуться обратно, чтобы все исправить. Но если это так, то каким образом я снова оказался здесь? Это немыслимо...       Я…       В тот вечер я сказал, что хочу вернуться в прошлое. Тогда Лао Гао схватил меня за руку и выкинул под колеса машины.       Значит, я не сошел с ума! Во всем виноват именно он!       — Возвращай меня обратно, демон! — спустя пару минут злобно кричал я ему по телефону.       Лао Гао же умело строил из себя идиота:       — Если СМ отпустит, то приезжай, конечно, — он зевнул так заразительно, что только мое неистовство не позволило мне за ним повторить, а он всё продолжал, — Сходим куда-нибудь. Пятьсот лет уже не виделись.       — Не знаю, как ты сделал это, но я хочу, чтобы всё встало на свои места! — я топал ногами, игнорируя слова парня и ловя себя на мысли, что если бы поганец в эту минуту стоял передо мной, то я не побоялся бы взять грех на душу.       — О чем ты? — все так же сонно поинтересовался Гао.       Я даже подавился желчью:       — Верни меня обратно, говорю! Что непонятного?!       — Лу… — он мастерски показывал свое недоумение, но я не успокаивался:       — Вчера ты всучил мне гребанный коробок в руки и перенес в прошлое! Не ври, что такого не было!       — Было-было! — парень вскрикнул, — Конечно, было. Ты только никому об этом не рассказывай, ладно? — и тихо посмеялся в трубку, чем, казалось, вывел меня сильнее прежнего, — Перенес в прошлое, говоришь… Значит, все это правда.       Я вопросительно хмыкнул.       — Сегодня меня на улице выловил волосатый великан в лохмотьях и вручил письмо из школы волшебников. Я пока не дал согласие, но, видимо, в будущем я все-таки научусь кудесничать!       — Он представился?       — Хватит быть таким доверчивым простачком, Лу! — возмутился друг, фыркнув, — Не знаю, серьезно ты или нет, но иди, лучше, отоспись. Уже ночь. И я сплю давно. Я не послал тебя только потому, что мы друзья.       Я рыкнул:       — Да, такие друзья, что ты толкнул меня под машину!       — Ну супер, теперь еще и оклеветал, — он в очередной раз заразительно зевнул, — Короче, вали спать. Извинишься утром.       Послышались гудки.       Я продолжал выдыхать пар из ноздрей, яростно сминая коробок в руках, пока под пальцами все так же скрипел мокрый песок. Но даже это пламя ненависти стало угасать, в конце концов, я остался жив. Кроме того, Гао дал мне то, чего я действительно желал, пусть я и не знаю, как ему это удалось.       Мистика… Но рано или поздно он обо всем расскажет, а я…       Я могу получать удовольствие от переживания всех эмоций заново.       Ведь я так хотел этого…       Тогда почему же я сопротивляюсь?