Решающий обмен

— Значит вот как… — Курапика ударил кулаком о стол, сквозь зубы шипя на свою беспечность. Он предполагал, даже не так, был уверен, что Коуэн попросит что-то взамен, но что его ставка будет так высока… Он даже не подозревал. — Кстати, Курапика, прости, что перебью тебя. — Ничего страшного, что такое? — Ты прости пожалуйста, но кажется, что мне твои линзы не очень подходят, после того как я их надела, через некоторое время у меня началось раздражение или типа того, можешь дать мне свой контейнер для них? — А, да, конечно! Вот, держи, — Курапика поспешно передал девушке маленький белый контейнер с синими крышечками, коря себя за такую оплошность, как он мог только не заметить, при выходе из кабинета у нее слезились глаза, но он подумал, что это на эмоциях и от дыма сигареты. Сняв линзы, Юми, блаженно прикрыв глаза, потерла их руками. — Не волнуйся, у меня на все линзы такая реакция, поэтому и не ношу их. Но это была безвыходная ситуация. С детства перепробовала все фирмы линз, которые только есть на этом чертовом острове и абсолютно на все у меня аллергия, так что можешь не волноваться. — Ох, хорошо, но в следующий раз, лучше предупреждай о чём-нибудь подобном. — Конечно, — улыбнувшись, девушка слабо хлопнула в ладоши, — продолжим? — Да! Если бы я предвидел это, то не позволил тебе идти туда, лучше бы сдал лицензию и… — И тогда бы ты, во-первых, остался без глобального и достоверного источника информации, во-вторых, Рэю не составило бы труда выкупить у банка твою лицензию, а в-третьих уже поздно вообще что-либо решать. Бумаги подписаны, договор оформлен, мне остается только следовать ему. — Нам. — Что? — Бумаги подписаны, договор оформлен, нам остается только следовать ему. Я послужил причиной тому, что ты сейчас в таком трудном положении, поэтому я не оставлю тебя одну. Будем решать эту проблему вместе, — девушка даже не заметила, как мягкая улыбка расползлась на губах, а в глазах так и начала плескаться всеобъемлющая благодарность. — Хорошо, раз ты настаиваешь, то не буду препятствовать, — Юми подняла руки в примирительном жесте, показывая, что сдалась, после чего с губ сорвалось тихое хихиканье. Курапика сначала не понял, а в следующую секунду и его безмятежный смех разнесся по комнате. — Думаю, на этом моменте можно закончить, нам рано вставать, а время два часа ночи, — обратив внимание на настенные, промолвил парень. — Хорошо, я пойду спать, спокойной ночи, Курапика. — Спокойной, Юми.

***

— А потом Ичиро как начнет мне пальцем в глаз тыкать! Я его спрашиваю: «Зачем ты это делаешь? Мне больно вообще-то», — а он, представляете, отвечает: «Я вчела увидел в книжном книжку с калтинками, там были такие клутые дяди с пелевязанным глазом — пилаты. Я подумал, ты будешь классно выглядеть с повязкой, Нэтсу-тян, ты же клутая!», — ну вы только подумайте, восемь лет ребенку! — С возмущением, размахивая руками, рассказывала Нэтсуко истории из прошлого Акайо-сану, чуть подпрыгивая на кровати и изображая картавость младшего брата, пока старичок с изумлением открыл рот, а лицо его приняло вытянутое выражение. — Ой, да как так-то! А, Кейджи, ты где тогда был? — Акайо повернулся корпусом к мальчишке, что лежал под одеялом и кипой разноцветных подушек, чуть похрипывая при дыхании. Он немного оживился, зашевелился под всем этим ворохом тепла, пока на сухих губах расплылась улыбка. — Я помогал Юми-чан с посевом цветочного садика перед домом. Юми-чан сказала, что маме очень понравится, когда она увидит разные цветочки. Мы сажали их, когда мамочки не было дома — она ходила за лекарствами Ичиро, потому что за день до этого тоже был дождь, а братик выбежал на улицу… — У него был очень слабый, как сказали мама и Юми-чан, им-му-ни-тет. Вот! Иммунитет слабый, поэтому почти сразу на следующий день он слег с температурой. У Кейджи тоже иммунитет слабый, поэтому теперь у него температура. — Я скоро поправлюсь, вот увидишь! Бе-е, — мальчик возмущенно высунул язык и показал его старшей сестре, пока она давала ему щелбан. — Ну-ну, Нэтсу, Кейджи, не ссорьтесь. Кейджи, Нэстуко о тебе заботилась и сейчас заботится, поэтому не надо так себя вести. А ты, Нэтсу, старшая сестра, не обижай братика, тем более он болен. И сейчас нуждается в твоей поддержке, как никогда раньше, — Акайо пересел со стула рядом с кроватью на саму постель, поглаживая рукой, что покрыты мозолями от многолетней работы в саду, спину девочки, успокаивая. — Он первый начал, — в свое оправдание обиженно пробубнила девочка, скрестив руки на груди. — А ты первая закончи, — со смехом аргументировал старик, на такое у девочки не нашлось ответа. — Кстати, Юми-чан когда должна будет приехать? — Ну-у, вроде сегодня. Юми-чан сказала, что в середине дня должна будет мерить платье, которое сшил дядя Танабэ. Она будет самой красивой принцессой, самой настоящей! Я в этом уверена! Все с ног упадут на балу! — Из-за переполнявших ее эмоций, Нэтсуко, не переставая, хлопала в ладоши и хихикала, пока ее щеки зарделись алым. — А Курапика будет в темном костюме и будет сопровождать Юми на протяжении всего бала, как настоящий рыцарь, защищать принцессу от назойливого дракона! — Ты так рада видеть их вместе, Нэтсу-чан? — добро смеясь, уточнил Акайо, пока девочка попискивала себе в кулачки. — Конечно! Они будут там самой красивой парой! Только… жаль нас там с Кейджи не будет, чтоб порадоваться за них… Эх… — Нэтсуко скорчила грустную рожицу и посмотрела на старичка, что постучал ей ободрительно по спине. — Ну-ну, у вас еще вся жизнь впереди, успеете увидеть Юми-чан в платье и Курапику-куна в костюме. Вместе с ними танцевать будете! — И вы тоже, Акайо-сан! — резво, насколько мог, отозвался Кейджи под одеялами. — Вы будете танцевать с нами: с Юми-чан, с Курапикой, с Нэтсуко и со мной! Мы будем танцевать всеми! — О-о, да куда мне, я подпрыгну, у меня все косточки прохрустят, ве-есь песок высыплется, нетушки, тут без меня! Я со стороны постою, посмотрю на вас — красивых. — Тогда мы будет танцевать и за вас, Акайо-сан! — быстро сориентировалась Нэтсуко, уверенно сжимая кулачки и слегка подпрыгивая на кровати под задорный смех старичка. Эта идиллия могла продолжаться еще долго, пока в следующую секунду в дверь не постучались. — Да, заходите. — Девочка шустро соскочила с кровати и вприпрыжку достигла двери, открывая. В комнату зашла женщина в белом халате, держа в руках аптечку. Та обвела тяжелым взглядом присутствующих, останавливая взгляд на мальчике, что от ее взора зарылся с головой под одеяло. — Я пришла проверить состояние Кейджи-куна, — медсестра спокойно подошла к прикроватной тумбочке, раскладывая все необходимое, после чего повернулась к садовнику и посмотрела на того темными глазами. Ни один мускул не дрогнул на ее лице, она была похожа на камень. Хотя даже он эмоциональнее будет. — Старшая сказала, что вы можете идти и дальше выполнять свою работу. — О… Хорошо, тогда… Нэтсуко, Кейджи, не скучайте сильно, если что, я прямо под окном! — Акайо весело помахал ребятам руками, хохотнул и поспешил ретироваться из комнаты обратно в сад. Дети громко ответили ему прощанием, пока медсестра давала Кейджи градусник — померить температуру.       В это время к поместью подъезжали две темные машины. Из одной сначала вышел статный мужчина, на зализанных волосах которого красовались темно-коричневые очки. Легкая желтоватая рубаха, расстёгнутая на три верхние пуговицы, идеально сидела на нем, как и темные брюки. Постукивая каблуками по плитке, мужчина направился ко второй машине, из которой вышел парень, после чего обошел машину и открыл дверь девушке. За мужчиной резво-неумело выбежал паренек, что в руках держал одежу, скрытую за плотным чехлом. Поправив фиолетовую кофту с непонятными надписями, он догнал мужчину, который остановился рядом со вторым автомобилем. — Рад вас приветствовать, моя прекрасная и утонченная розочка, не думал я, что мы встретимся так рано! — Мужчина отвесил поклон и, взяв кисть Юмироу, поцеловал в тыльную ее сторону. — А, з-здравствуйте, Такаюки-сан, а почему вы так рано? — обескураженная, Юми даже не поняла, что Танабэ взял ее руку себе под локоть и пошел с ней в сторону поместья, задорно стуча каблуками. Курапике и другому парнишке ничего не оставалось, кроме как последовать за ними. — О-о, моя прекрасная и утонченная роза, как только я закончил пошив, под стать вам, платья, не утерпел и тут же сорвался отдать его вам на примерку. Мне не терпелось увидеть прекрасную вас в этом великолепном платье, не обессудьте уж. — Засмеявшись в голос, Такаюки похлопал другой рукой по кисти девушки и ускорил и без того широкий шаг. Из-за этого Юми пришлось перейти на легкий бег, так как практически не поспевала за мужчиной. — Вы не спали всю ночь? — удивленно посмотрела на сопровождающего Юми, пока тот согласно кивал. — Красота требует жертв, а искусство — бессонницы! — торжественно объявил тот, заходя в уже открытые двери поместья. — Вперед же, на примерку! — Ого… Это правда чудесное платье, Танабэ-сэнсэй! Вы — волшебник! — оседая на колени, паренек, что нес платье, удивленно раскрыл рот и глаза, больше не в силах вымолвить что-то еще.       В это время Юми выполняла поручения Такаюки, чтобы он смог со всех сторон рассмотреть, верно ли он рассчитал. Он был уверен в себе и точно знал, что всё идеально, однако привычки прошлого и пословица «семь раз отмерь…» всё еще крутились в голове. Поправив пышные рукава, мужчина отошел назад и довольно замычал себе под нос. — О-о-о да-а-а, теперь я точно уверен, моя прекрасная и утонченная розочка, вы и ваше платье — самое идеальное и лучшее, что происходило в моей жизни! Я родился для этого момента! — девушка и могла, что только смущенно кивать на каждый комплимент, сказанный Такаюки, и отвечать на вопросы «не жмет ли?» «не слишком ли глубокий вырез?» и всё в таком духе.       Будь у Юмироу возможность написать на лбу «Все хорошо, мне удобно», то она бы так и сделала, потому что это платье и правда сидело просто идеально: оно облегает в груди и талии, но не стесняет движения и можно спокойно вдохнуть полной грудью, подол в пол, но если ходить на каблуках, то длина прямо такая, какая нужна, оттенки зеленого тоже, как кажется Юми, прекрасно подходят ей, подчеркивая алые волосы и голубые глаза. Рукава из капрона, расклешенные книзу придавали эффектный вид. — И это ваше колье как раз кстати здесь! Вы будто лесная фея, моя утонченная роза! — Мужчина чуть ли не влюбленными глазами рассматривал каждый стежок на платье, — под нос всё перечисляя и подмечая детали, проговаривал мужчина, уже сам обходя девушку вокруг, пока та смирно стояла и ждала следующих указаний, боясь шелохнуться. — Но всё равно чего-то не хватает. Хм… Точно! — сорвавшись с места, Танабэ подбежал к столу, открыл стоявшую там большую коробочку и, подтанцовывая своим мыслям, начал выбирать. В это время Юми пересеклась взглядом с Курапикой, что стоял столбом в стороне, восторженно смотря на девушку. — Нашел! — Танабэ повернулся и с торжественным видом подал девушке украшения. Серебряные серьги и такое же украшение на голову.       Даже не глянув в сторону удивленной Юмироу, мужчина начал сам надевать украшения на нее, начиная с волос. Закончив, он отошел назад, рассматривая получившуюся картину. — Да-а, идеально, остались только эти перчатки… Они совершенно не подходят под фасон, — Юми с ужасом сжала руки, не желая снимать их. Заметив ее замешательство, Такаюки подошел ближе — Что-то не так, Юми-чан? — А… Да нет, просто, эти перчатки… — девушка не знала как ему объяснить. Курапика, наблюдавший со стороны, решил вклиниться в разговор. — Несчастный случай, там нарушено кровообращение, из-за чего руки постоянно мерзнут. Если можно, было бы замечательно подобрать перчатки под этот наряд? — Ага, так вот в чем дело, — мужчина ободряюще улыбнулся и направился к своему столу с тканями, — Вы можете не показывать мне свои руки, можно обойтись перчатками, что на вас сейчас. Они сидят идеально, так что я смогу с их помощью сшить вам подходящие к платью перчатки, что скроют ваши руки. — Буду очень благодарна… — Юми поклонилась. разглядывая свои руки. После произошедшего, как только она сняла бинты, ужаснулась, в каком состоянии были ее ладони. Чтобы не пугать детей, она начала носить белые плотные перчатки. — Я бы счел за честь, если бы вы, моя утонченная и прекрасная роза, посмотрели в зеркало на себя, — удовлетворительно кивнув, Такаюки показал рукой на зеркало в пол, подталкивая тем самым Юми взглянуть на себя. — Вау, действительно красиво, вы мастер своего дела, Танабэ-сан, — с неприкрытым восторгом Юми крутилась вокруг своей оси, разглядывая платье. Она действительно была похожа на фею, что вышла из леса. Особенного шарма ей придавали украшения на шее, волосах и в ушах. — Конечно, никто и не сомневался! Но самое главное, что нравится вам, моя прекрасная и утонченная розочка. Если клиент доволен, то доволен и я во сто крат! Украшения можете оставить себе и после бала. — Что? Нет, извините, я так не могу… — Можете, моя прекрасная и утонченная. Я буду вне себя, если узнаю, что вы в этом платье, но не с этими украшениями! Я сойду с ума! Если вам так не удобно, то сочтите это моим подарком на вашу с Иоширо свадьбу, хорошо? — Ладно, хорошо, спасибо, Танабэ-сан, — после напоминания о том злополучном дне Юми передернуло, однако она все равно слегка улыбнулась и поклонилась в знак благодарности. — Итак, ассистент, подожди, пока моя прекрасная розочка переоденется, собери платье и украшения, после чего отнеси их в ее комнату, понял? — мужчина резко повернулся на сто восемьдесят градусов в сторону парнишки, что с криком «Понятно!», бодро поднялся с пола и направился в сторону ширмы, где уже переодевалась Юми. — А я поеду к себе, сошью подходящие перчатки вам, моя утонченная роза, а так же разрабатывать новые модели одежды на следующий сезон, чао, розочка! Ассистент, не забудь закрыть кабинет! — Д-до свидания! — Юмироу, чуть забывшись, резко выкрикнула прощание в закрывающуюся дверь, так как параллельно слушала просьбы служанки, что помогала ей с платьем. — Ох, он же должен быть вымотанным ужасно, раз не спал всё это время, почему Танабэ-сан такой энергичный? — Наверное, госпожа, это потому, что он горит своим делом, оно его вдохновляет и дает силы двигаться дальше, даже несмотря на жуткие круги под глазами и в целом явные проблемы со сном, — молодая служанка незаметно для себя ускорилась, как в говоре, так и в действиях, поэтому сильнее нужного потянула бегунок сбоку платья, — ой-ой! Извините, госпожа, заболталась я совсем! С платьем всё в порядке, не волнуйтесь! — Аха-ха, не переживай Лийшу, я всё понимаю. Ты так ярко о нем рассказываешь. Он тебе нравится? — Ч-что?! Нет, совсем нет! Просто… Просто он меня вдохновляет, как портной и дизайнер, огромное количество чудесной одежды, что производит фирма Танабэ — его дизайн. Он прошел очень тернистый путь, чтобы достичь таких высот, особенно на нашем острове. Вергерос же не связан напрямую с другими материками — кроме как дирижаблями и кораблями — так что раскрутиться здесь большая сила воли и труд. Я давно занимаюсь кройкой и шитьем, так что хорошо знаю человека по имени Такаюки Танабэ. Он чудесный человек… — А, тогда понятно, — Юмироу наконец выходит в своем повседневном легком платье из-за ширмы, продолжая разговаривать со служанкой, — а, кстати, Лийшу, не знаешь, почему у него фамилия Танабэ? Вроде он брат со стороны жены — Аризу Танабэ, разве у него не должно быть другой фамилии? — О, это потому, что он изначально хотел себе такую фамилию, а еще Танабэ-сан хотел продолжать быть ближе к своей сестре, — после девушка перешла на шепот, — кто-то говорил, что таким образом он хотел позлить госпожу Танабэ, что-то вроде «и даже брак не разлучит нас». Но это всё сплетни, так что неизвестно точно, почему он взял эту фамилию. — Хм, ну тогда ладно. Хорошо, Лийшу, иди, занимайся своими делами, я пойду к себе в комнату. — Хорошо, госпожа, до встречи, — девушка низко поклонилась, после чего скрылась за проемом, что вел в столовую. Юмироу и Курапика направились к лестнице. — Тебе правда идет это платье, — Курапика улыбнулся Юми, на что та чуть покраснела. — С-спасибо.