Влад Дракул (Алукард)

Ещё немного ООС и АУ захотелось написать по Хеллсингу, о временах, когда Влад жил как Алукард при Интеграл. Возьму сильный ООС Интеграл! *  *  * Шёл двадцатый год жизни Интеграл Фэ́йрбрук Уи́нгейтс Хе́ллсинг, когда молодая, но уже твёрдая, как железо, леди Хеллсинг решилась на опасную авантюру. Идея о ней посетила Интеграл ещё в её юные семнадцать, но от воплощения в реальность её останавливали только письменные предупреждения в дневниках предшественников, что шли от самого Абрахама ван Хеллсинга – не спрашивать Алукарда о том, о чём тот не помнит. Но Интеграл не собиралась идти против этого предупреждения, а осторожно прощупать почву вокруг. И ради этого она выбрала подходящее время, чтобы разобраться с основной частью работы, которую в лучшем виде могла сделать лишь она, а остальное перепоручила Волтеру и другим доверенным лицам. Всё ради того, чтобы этой ночью остаться в гордом «одиночестве» наедине с тенью рода Хеллсинг. -Алукард, - позвала леди Интеграл своего ручного пса. Вампир послушно явился на её зов, в уже коленопреклонённой позе. -Хозяйка, - с довольной улыбкой на своём заострённом лице прошептал тот. -Расскажи мне больше о…кхм, «Воле Крови», всё что тебе придёт на ум. Меня интересует всё до мельчайших деталей, - описала свой запрос леди Хеллсинг. Редкое изумление проскользнуло на лице вампира, и тот некоторое время смотрел вроде бы на хозяйку, но похоже, что сознанием тот впал в прострацию от шока из-за приказа. -Хозяйка…задаёт странный приказ. Разве посредник не должен знать о «Воле Крови»? – с некоторым замешательством промолвил Алукард. -Скажем так, я знаю не так много, как ты думаешь. Я условно знакома, но ты явно знаешь больше, - уклончиво ответила Интеграл. -Хм, понятно. Значит, говорить всё что на ум придёт? – ещё раз уточнил приказ у госпожи, вампир. -Именно. Меня интересуют твои мысли на счёт «Воли Крови», - с довольной улыбкой ответила Интеграл, искреннее надеясь, на полезную информацию. -Что ж, тогда я начну, наверное, с банального. Любая кровь, что льётся на землю, остаётся в ней словно на дне кубка вина. Мы – рабы Воли Крови, существуем чтобы собрать этот нектар и преподнести Ему. Поэтому не важно, что не я являюсь кубком, в котором собирается кровь, я всё ещё могу извлечь её из земли, чтобы усладить ЕМУ, когда ОН и без посредника прикажет мне, - с радостным благоговением в голосе и огнём в глазах начал свой пылкий рассказ Алукард. -Ты можешь описать того, кого называешь «Волей Крови»? – перебила Интеграл. Ответом на вопрос стало то, что Алукард явно сильно напрягался, чтобы вспомнить, но эти попытки причиняли боль. Когда боль достигла такого уровня, что вампир начал угрожающее громко утробно горчать, леди Хеллсинг вмешалась. -Мне не важна точность, только то, что ты итак знаешь. Не пытайся вспомнить всё, до чего не можешь дотянуться, Алукард! Не сразу, но мужчина прекратил стенать от боли, а когда окончательно пришёл в себя, то поникшим тоном от усталости промолвил. -Ненасытность, страсть, ярость, ненависть…. Право сильного и бесправие слабого. Люби мужчин, используй женщин. Кровь должна литься рекой. Это всё, чем я могу описать Волю Крови: Его желания, Его законы, Его Волю! -Воля Крови не любит женщин? – удивилась Интеграл. -Да. Женский род - мерзость для Него, но и вы можете приносить свою пользу, - с кривой улыбкой ответил Алукард, чувствуя гнев хозяйки. А Интеграл едва сдерживалась, чтобы не сорваться с места, достать шпагу или что-нибудь ещё, а затем искромсать вампира. Железная воля с напоминанием самой себе о том, что это было запланировано, помогли леди Хеллсинг устоять перед собственным гневом и соблазном. -Скажи, ты когда-нибудь спал с женщиной? – резко спросила Интеграл, чтобы узнать, насколько глубоко это женоненавистничество у вампиров, конкретно у Алукарда. -Было много их. Но то не более чем кратковременное развлечение. Страсть к мужчине иная, чем удовольствие от временного пользования женщиной, - охотно ответил Алукард. -Ты можешь мне показать разницу? – поинтересовалась леди Хеллсинг, неосознанно думая о том, что, наверное, хотела бы увидеть что-то порочное и горячее. -Охотно, моя хозяйка. Вот только, желательно, чтобы партнёры для демонстрации были смертниками. Если хозяйка позволит, это будет намного слаще, - облизнувшись несколько раз между фразами, промолвил Алукард, предвкушая в любом случае возможность не просто в очередной раз безыдейно поиграться с добычей, чего в прошлом было в избытке, сколько факт того, что он это сделает при «ней»! -Хорошо, тогда не позднее послезавтра, тебе достанут двух смертников разного пола, - согласилась Интеграл Фэ́йрбрук Уи́нгейтс Хе́ллсинг. -С нетерпением буду ждать, моя хозяйка, - склоняясь ниже, будучи и без того в коленопреклонённой позе, прошептал вампир. *  *  * Организация «Хеллсинг» выкупила двух молодых и здоровых людей разного пола, которые содержались в тюрьме на пожизненном заключении. Алиби для выкупа – будут отрабатывать в организации, чтобы искупить свои грехи, за которые бы всю жизнь просидели на шее налогов граждан. Если кто-то решит узнать об их судьбе в Хеллсинг, то задним числом они уже погибли на задании. Основной состав будет предупреждён о таких кадрах, что те были зачислены и почти сразу ушли на личное задание, в ходе которого погибли, поэтому их никто не видел. Вот так мужчина тридцати лет по имени Джон Шрауд и женщина двадцати четырёх лет по имени Сьюзен Пратчер, оказались в особняке семьи Хеллсинг в подвальном помещении, скованные наручниками около железной колонны, с повязкой на глазах. Собачились между собой громко и яростно, отчего не заметили, как в их общую «камеру» кто-то зашёл, пока не почувствовали пробирающий до мурашек ужас, похожий на то, что кто-то превратил помещение в холодильник. -Шумный же корм достали твои псы, хозяйка, - прокомментировал Алукард. -А ты что же ожидал, что мы добропорядочных граждан приведёт тебе? – с саркастической улыбкой язвительно промолвила Интеграл. -Отнюдь, просто даже среди бунтовщиков вашего общества бывают…не такие глупые щенки. Эти же дилетанты, раз не умеют вести себя как подобает хищнику, - в своей манере высказался вампир. Леди Хеллсинг уже более-менее привыкла к лексикону Алукарда и поэтому примерно понимала, что тот имеет ввиду. -Может хватит уже обсуждать нас? – гневно рявкнул мужчина. -Верно, Алукард, приступай, - согласилась Интеграл с тем, что начало этого вечера затянулось не в то русло. -Хозяйка позволит мне снять ограничения, хотя бы до седьмого уровня? – полюбопытствовал Алукард. -Зачем это тебе? – с недовольством спросила Интеграл. -Для упрощения использования базовых сил, чтобы не тратить на них слишком много своего внимания, - кратко описал вампир. -Разве это так работает? – засомневалась Интеграл. -Да, хозяйка. Это сравнимо с тем, чтобы пытаться тащить обеими руками то, что можешь понести одной, если не ставить себе же палки под ноги, - попытался в человеческую аналогию, Алукард. -Хорошо. Даю разрешение на снятие ограничения печати до седьмого уровня, и снятие ограничений продлится до полного упокоения этих двух целей, - властно промолвила Интеграл. -Приказ принят, - томно прошептал Алукард, облизываясь. Что-либо сказать два пленника просто боялись, присутствие ауры не абы какого вампира с течением времени привело не подготовленных и не защищённых людей к такому состоянию – насмерть запуганная жертва, которая даже вдохнуть свободно не может. -Начну с женщины, - огласил своё решение Алукард, приближаясь к паре, но со стороны пленницы. Схватив грубо за волосы одной рукой и сорвав повязку второй, Алукард тут же перехватил девицу за подбородок, покрутил её лицо со всех сторон и без тени эмоций оценив свою «партнёршу», вновь дёрнул за локоны, заставляя добычу встать и смотреть на себя. Хватило одного короткого мгновения соприкосновения взглядов, как женщина по имени Сьюзен тут же попала под чары вампира. Теперь Алукард мог лишь мановением мысли сделать с ней всё что пожелает. Поэтому Сьюзен в тот же миг начала раздеваться, а затем встала на колени поближе к вампиру, умело расстёгивая ширинку штанов, доставая холодный, но внушительный бледный пенис, и без капли сомнений, которых не могло быть у порабощённого сознания, начала усердно ласкать во рту член, используя все приёмы и техники, какие были в арсенале, всё ради того, чтобы вызвать отклик у партнёра. На взгляд Алукарда, это отродье вполне неплохо работала ртом, вот только возбудить его одними лишь ласками невозможно. Это вызовет максимум – лёгкое раздражающее возбуждение, которое не туда и не сюда. Истинная возможность полноценно возбудится и получить удовольствие от сношения с подобным существом была иная, но не гоже торопится. Пусть хозяйка посмотрит на подобное, полезно иногда видеть грязную изнанку людского рода, особенно женщин. -И это всё? – ровно через пять минут начала терять терпение Интеграл, чувствуя не только стыд, но и гнев за то, что Алукард форменно издевается над ней. -Отнюдь, хозяйка. Это лишь прелюдия. И раз ты столь нетерпелива, я не посмею заставлять тебя ждать, - наглым тоном прошептал Алукард. Схватив кудри Сьюзен, вампир вновь поднял женщину на ноги, а затем убрал руку от головы и отменил контроль сознания. Мгновение как женщина пришла в себя и осознала какой кошмар творится и ничего не понимая, за исключением крика инстинктов «беги», попыталась сбежать. Мгновение, незаметное человеческому глазу, и локоть девушки оказался в цепком захвате длани вампира. -В иной ситуации, я бы хотел послушать твои крики, но вряд ли они понравятся хозяйке. Цени моё милосердие и вкуси бессилие, ведь бесполезно пытаться избежать очевидной участи… Жуткий шепот вампира пробирал до костей несчастную Сьюзен. Девушка хотела кричать, но страх был так силён, что мешал ей даже дышать свободно, поэтому всё что можно было услышать это сдавленное хныканье, которое вот-вот перейдёт в плач. Слёзы текли по щекам давно в три ручья. -Да-а, всё именно так. Ты можешь умереть просто от страха. Но тем слаще будет твоя кровь. Столь сладкой, что сможет возбудить меня… Говоря это Алукард неспешно сблизился с жертвой, которая застыла словно кролик, парализованный взглядом кобры, не в силах пошевелится из-за страха. Медленно, давая крови напитаться страхом и ужасом, он погрузил клыки сначала чуть ниже ключицы, затем плечо, и под конец финальный долгий укус был в шею. Добыча давно потеряла сознание от кровопотери, но ещё была жива. Алукард не просто так просил о снятии нескольких уровней печати. Своей силой он способен поддерживать жизнь в едва живой душе. Эта Сьюзен ему ещё нужна для дальнейшего сценария. Томно простонав от экстаза из-за поглощения крови запуганной собственноручно жертвы, Алукард огладил свой полностью возбуждённый пенис, чуть приоткрывая головку, на которой выступало несколько капелек прекума. По мановению мысли с него исчезла вся одежда, после чего вампир направился к прикованному мужчине, которого давно била крупная дрожь, было слышно шумное и частое дыхание, всё тело покрылось холодным потом от ужаса. -Твой страх также сладок, - прошептал Алукард на ухо человеку, но не спешил снимать повязку, а вместо этого лизнул от подбородка до щеки, и только после зацепил преграду клыками, разрывая её. Теперь Джон мог видеть монстра, из-за ауры которого тело дрожало от страха и рассмотрев алые глаза, окровавленный рот и клыки, у мужчины сами собой навернулись слёзы, а в глазах безмолвно читалась мольба о пощаде. -Ш-ш, не бойся. Будь послушным, и, если постараешься, быть может, я смогу упросить хозяйку сохранить тебе жизнь, - ласково и нежно промолвил Алукард, с такой же нежностью поглаживая человека от лица до груди. Это обещание зажгло скромную искорку надежды, за которую мужчина зацепился, как утопающий за соломинку. -Давай сначала согреем тебя, - предложил Алукард, и по мановению мысли исчезли оковы на руках, и сам вампир поддался вперёд, вынуждая человека лечь на холодный каменный пол. Прежде чем мог встать вопрос, как тут можно вообще согреться, Алукард избавил и партнёра от одежды, а затем тут же накрыл ладонью пенис мужчины, медленно поглаживая интимную плоть. В такт этому действию вампир склонился к груди и принялся ласкать соски языком и губами, умело избегая того, чтобы не проколоть кожу клыками, даже не задеть кончиками дабы лёгкое покалывание не вызвало у мужчины новую волну паники. Вскоре рот вампира переместился ниже к почти полностью возбуждённому пенису, а пальцы что были на нём, ушли ниже к девственному анусу. Жаркая ласка начала быстро приносить свои плоды, и вскоре Джон был совершенно не против, когда Алукард безмолвно, лишь лёгкими толчками велел человеку встать на четвереньки, а затем накрыл его сверху, неспешно проникая в подготовленного партнёра, размеренно двигаясь внутри, чтобы и мужчина привык, распробовал это удовольствие на вкус сквозь первичный дискомфорт. Через несколько минут Джон продемонстрировал ответную реакцию в виде безудержной страсти, активно и яростно подмахивая на встречу пенису и кажется полностью забылся с кем сношается, получая невероятное ослепляющее разум наслаждение. Поэтому мужчина даже не заметил, когда вампир начал местами кусать своего партнёра, делая лишь один глоток, пока под конец, когда они оба достигли оргазма, именно тогда Алукард пронзил клыками шею, жадно глотая горячую от похоти кровь, издавая невнятные, но яростно-довольные звуки. Мужчина также был оставлен на последнем издыхании, едва живой, но ещё живой. Отстранившись от второго партнёра, Алукард довольно облизнулся и потянувшись, посмотрел на Интеграл, которая всё ещё держалась, но вампир ясно слышал этот аромат, что она всё мокрая между ног и жаждет большего. Если бы не вбитые правила, то давно хотя бы ласкала себя, а быть может позволила себе и нечто большее… -Хозяйка. Никто не узнает. Не сдерживайся, - напомнил вампир ей о том, что она имеет право позволить себе любую слабость и каприз, по крайне мере на время этой ночи. -Ты…ах, сначала закончи начатое, - решительно воспротивилась его предложению, Интеграл. -Я в каком-то смысле уже закончил. Тебе ясна разница в моей страсти к мужчине и женщине? – чуть склонив голову на бок, спросил Алукард. -Нет, не совсем. Ты же говорил, что спал с женщинами, так почему… - ответила Интеграл, пытаясь доказать вампиру, что тот не закончил наглядное пояснение. -Хозяйка, - позволил себе прервать молодую леди Хеллсинг, Алукард. –Ты кажется заблуждаешься на счёт сексуального влечения вампиров. Нам совершенно не нужно примитивное сношение, чтобы испытать оргазм. Нам достаточно играть с едой, и каждый играет по своему вкусу, чтобы вознестись к вершинам блаженства. Так что мой акт с этой женщиной и был интимным актом, который принесёт удовольствие прежде всего мне, - подробно пояснил Алукард всё от и до. -Ладно, но почему ты оставил их живыми? – с осуждением спросила Интеграл. -Чтобы не завершилось снятие печати, а также я пообещал ему, что попрошу тебя… -Алукард, ты… -Не заблуждайся хозяйка, я помню первичный приказ. Поэтому моя просьба относится к другому вопросу. Позволь мне забрать его душу с собой, - уточнил вампир чего именно хочет. -И почему ты просишь об этом? Из-за обещания? – с угрюмым выражением лица спросила леди Хеллсинг. -Отнюдь. Просто он заслужил моё признание. Я не контролировал его разум, а он сам согласился полностью доверится мне и подчиниться, а когда познал вкус страсти и похоти, окончательно стал моим… таких питомцев я хочу держать при себе. Но сейчас его судьба предрешена, ему не жить в этой эпохе. Однако, я могу забрать его душу в море своей крови и когда придёт время, вернуть послушного раба, - разъяснил Алукард как видит всю картину своими глазами. -Я бы хотела знать, хочет ли он этого сам, - сомневалась Интеграл в том, чтобы разрешать Алукарду подобное, потому что он просил о поглощении, на которое уже ни одно поколение лежит запрет, если новый глава рода, признанный печатью Кромвеля, не забывает обновить приказ. -Он не захочет иного. Всякое животное жаждет одного – выжить. Впрочем, если тебя это так интересует… - Алукард сблизился с женщиной и вновь картинно погрузив клыки, осушил девицу насмерть, оставив лишь иссохший от обезвоживания труп, после чего отбросил разваливающуюся требуху и тут же коснулся ладонью груди мужчины, точно в зоне сердца, и место прикосновения засияло тёмно-багровым светом. Недолгий миг сияния и мужчина очнулся, как от долгого сна. Джон в мгновение ока припомнил всё произошедшее: узнал и жуткого вампира, вспомнил, что монстр говорил о «хозяйке». Шрауд быстро встал на колени, низко прогибаясь в спине к полу, а затем робко дрожащим голосом промолвил. -Госпожа, пожалуйста. Пожалуйста, помилуйте! Госпожа! -Умолкни. Ты даже не знаешь о чём просишь, - гневно выкрикнула Интеграл. -Пожалуйста, - едва слышно прошептал, давясь слезами. -Алукард, объясни ему, - не смогла сама рассказать то, что недавно ей пояснил вампир, слишком эта информация была неприятной и шокирующей. -Да, хозяйка, - откликнулся вампир. Взяв лицо мужчины с обеих сторон в обе руки и вынудив посмотреть на себя, Алукард с ласковой улыбкой промолвил. -В этом времени тебе действительно не места для жизни. Но если хозяйка разрешит, я заберу твою душу в море душ в своей крови и позже, когда представится удобный шанс, ты снова будешь жить. Я смогу восстановить тебя человеком и будешь со мной, моя послушная игрушка, - под конец Алукард нежно коснулся губами губ мужчины, но не углублял поцелуя. После монолога вампира, тот отпустил человека и наступила долгая паузы, во время которой Джон пытался осознать, что всё сказанное означает. Долго думал, пока в итоге, не преодолел ком в горле, обратился к леди Хеллсинг. -Госпожа. -Ты всё ещё с этим согласен? – с мученической болью от шока спросила Интеграл. -Да, госпожа. Я. Я боюсь смерти. И я чувствую, что моя жизнь…обречена. Но если это шанс. Я…я хочу жить, - под конец мужчина безмолвно разрыдался и слёзы потекли в три ручья по щекам, но человек не отвёл взгляда от хозяйки самой смерти, моля о пощаде её. -Ладно, ты сам выбрал свою судьбу, - сдалась Интеграл. Алукард от довольства широко улыбнулся и его мягкое выражение лица приобрело ту самую форму – алчущего монстра, который наслаждается резнёй. Этого не видел Джон, но видела Интеграл и понимала, что её пёс именно такой. Джон боялся оборачиваться, и продолжал смотреть в лицо женщине, что является хозяйкой этого невообразимого чудовища. -Спасибо, - всё что он мог сказать, и мысленно готовился к плохому, при этом надеясь на то, что будет не так больно, как он опасается. Алукард обнял мужчину, одно рукой отклонил голову, прошептал на ухо «молодец», а затем медленно вонзил клыки в шею, даруя человеку эйфорию от этого действа. Поглощая кровь, вампир забирал самое важное в ней в то море душ, что течёт в его венах, но тело мужчины осталось не тронутым внешне, он остался таким же красивым и полным сил, просто сознание окончательно ушло во тьму сна без сновидений. Когда обе цели были мертвы, печати вернулись на своё место, вновь сковывая несколько слоёв могущества того, кто не помнит своего имени. Но Алукард был в полной мере доволен этой долгой и сладкой ночью. Вампир надеялся, что хозяйка всё поняла, а главное, что она не будет глупить и позволит себе толику ласки, чтобы неправильно погасшее напряжение в паху не привело к неприятному послевкусию. Впрочем, на её проблемы ему всё равно, совет он дал, но только хозяину Воле Крови решать, воспользоваться или нет. А тем временем самой Интеграл Фэ́йрбрук Уи́нгейтс Хе́ллсинг стоило огромных усилий то, чтобы не поддаться искушению и не позволить себе такой глупости как… «Даже если мне он не причинит вреда из-за печати, но вряд ли это будет хорошей идеей. Я буду жалеть если позволю себе эту противоестественную близость. Быть может мне вообще не понравится. Он же вампир, чудовище! Даже если выглядит так…притягательно» Вытерпев до утра, пока жар похоти не спадёт сам собой, к полудню Интеграл пришла к неутешительным выводам относительно того, что из себя представляют вампиры в целом, и этот индивид Алукард в частности. Больные ублюдки женоненавистники. Фраза «люби мужчину, используй женщину» оказалась слишком буквальной. С женщиной они ведут себя куда более грубо, считая её не более чем вещь, которой можно воспользоваться по своему усмотрению и даже брезгуют идти на контакт больше, чем просто выпить крови измученной жертвы. С мужчиной другая ситуация, хотя и не сильно лучше, чем у женского пола. Мужчин они психически ломают и делают послушной игрушкой, жертвы подобной ломки навсегда остаются больны Стокгольмский синдром. И если припомнить, что всё это было ответом на то, что такое «Воля Крови», становилось не по себе от догадок, что речь о ком-то, кто был несколько раз хуже Алукарда, и что это кто-то вроде божества, который сформировал такое вот мировосприятие у вампиров. О вампирах в прошлом известно было лишь одно – люди были рабами вампиров, и только смелая авантюра с неизвестной ныне техникой, которую нигде не записал никто из великих семей прошлого, помогла сковать сильнейшего из этой расы – правителя по имени Владислав Дракул и было строго запрещено упоминать это имя при Алукарде. Ныне тот является оружием семьи Хеллсинг против всей нечисти угрожающей людям. Но иметь с ним дело всё ещё трудно, не в последнюю очередь из-за халатности прошлых поколений. Просто какое-то чудо, что на её веку ничего плохого не случилось. Печать цела, вампир слушается её, так она ещё смогла лучше узнать этого пса. Всё-таки быть главой рода Хеллсинг, это не прогулка в детском саду, напротив, здесь тот, кто получил признание печати Кромвеля, обязан отказаться от всего и даже от детства и юности, лишь бы нести это нелёгкое бремя и не поддаться никаким опасным искушениям. Тем более что похоже именно это больше всего забавляет и веселит вампира. Что ж, пусть будет так. Чем потешней будет ручному псу, тем послушней он будет.