Танго втроем

Закончив разговор, Кэролайн смущенно посмотрела на Элайджу. - Спасибо, что помогаете мне. Я для вас чужой человек, и у вас столько хлопот из-за меня. - Нет, проблем. Кэролайн как получилось так, что о серии убийств, с 54 трупами до сих пор не трубят на телевиденье, и дело до сих пор не передано ФБР? - Дело в том, что серийные убийства передаются в ФБР только в том случае, если они совершаются в более чем одном штате. - А это не так? - Нет, в нашем случае, все убийства были совершены не только в одном штате, но даже в одном городе. - И в каком же? – прищурившись, поинтересовался Элайджа. - Мистик Фоллс, штат Вирджиния. Не думаю, что вы об этом городе когда-нибудь слышали, это маленький ничем не примечательный город. - Очень даже слышал, и теперь понимаю, почему об этом деле никто не знает. Знаменитый совет основателей Мистик Фоллс предпочитающий не выносить сор из избы, и хранить свои грязные секреты в собственных стенах. – Заметив изумленное выражение лица Кэролайн, он поторопился объясниться. – Наша семья, да и семья Стефана из этого города. Родители уехали оттуда сразу после окончания средней школы. Но нам приходилось приезжать туда пару раз, навещать друзей семьи. - И кого же если не секрет? - Вы знакомы с кем-нибудь из Беннет? - Дружите с ведьмами, - лукаво улыбнулась Кэролайн. - Эбби Беннет была хорошим другом наших со Стефаном матерей. Наша мама Эстер, Эбби и Лилли были не разлей вода в школьные годы. - Бонни Беннет, дочь Эбби мой терапевт. Не то, чтобы мы были сильно дружны, но любим, посидеть пятничным вечером с бокалом белого вина, где-нибудь в баре. – Кэролайн устало потерла виски. И Элайджа тут же встал. - Молодые люди, я думаю, что наша гостья нуждается в некотором отдыхе. Никлаус, проводи мисс Форбс в гостевую комнату и позаботься, чтобы она получила все, в чем нуждается. И не задерживайся. Вам со Стефаном необходимо проехать в полицейский департамент. У них много вопросов по поводу сегодняшней перестрелки, и я с трудом сдерживаю поводок начальника полицейского управления города. Лучше дать им объяснения как можно скорее. Я буду у себя. Переговорю с Фином и Сейдж. Они должны быть готовы отвечать прессе, когда на пресс-службу отца обрушится поток звонков. Мисс Форбс, постарайтесь отдохнуть. Кэролайн зашла в светлую, дорого обставленную, но немного безликую комнату. Было видно, что здесь никто не живет. Клаус молча открыл дверь в ванную комнату, и проверил наличие комплекта чистых полотенец, и принадлежностей для душа и умывания. Он чувствовал себя немного неловко, впервые оставшись наедине с Кэролайн, после того как их личности были обнародованы. От этого Клаус вел себя суетливо, и говорил чрезвычайно быстро и много, что в обычной жизни было ему совершенно не свойственно. - Ээээ, здесь на тумбочке питьевая вода. Я бы предложил тебе поесть, но уверен, что ты откажешься. Но в какой-то момент тебе придется смириться с тем, что ты должна питаться. Поэтому можешь нажать на телефоне кнопку четыре, это связь с кухней. На мою семью работает отличный повар со своей бригадой, так что заказывай, что хочешь. Можешь попросить сюда, можешь пойти в столовую. Как тебе будет удобнее. Кэролайн наблюдала за его нервными, неуверенными движениями. Было видно, что ему жутко неловко. Куда делся жесткий, стремительный мужчина, который сегодня вытащил ее из-под пуль убийцы? - Ник, у меня не было возможности поблагодарить вас со Стефом за то, что вы сегодня для меня сделали…. Поверь, это не потому что я не испытываю чувства благодарности. Просто я несколько дезориентирована…. - Любовь моя, ты прекрасно держишься! На твоем месте любая другая уже развалилась бы на кусочки. - Да, я примерно так себя и ощущаю, - горько усмехнулась Кэролайн. - Я понял намек, и оставляю тебя одну, передохнуть, - Клаус с улыбкой направился к двери. - Ник, как вы со Стефом там оказались? – с ноткой стали в голосе спросила Кэролайн. Клаус неожиданно усмехнулся. - Что? – настороженно спросила Кэролайн. - Ты называешь меня Ник. Это…. Так меня зовут только члены семьи. - Прости, я не знала. Это просто то, как мне представил вас Стефан. Помнишь «привет, я Стефф, а этот хмурый парень мой лучший друг Ник». Для меня вы все эти годы были Стефф и Ник. Так что будет несколько проблематично переучиваться. - В этом нет необходимости, любовь моя, - покачал головой Клаус, пытаясь осознать, что эта Кэролайн, действительно та самая Кэролайн. - Ты не ответил на вопрос, что вы делали у нашего дома. - Искали тебя, как и последние два месяца. – Пожал плечами Клаус. – Тебе удалось привлечь наше внимание. Не хочешь объяснить, что за игру затеяла? Кэролайн виновато поморщилась. - Извини, я знаю, что играла грязно, но мне это было нужно как глоток свежего воздуха, - усталая улыбка коснулась ее губ, и взгляд явно уплыл в воспоминания…. – Стыдно признаться, но вы произвели неизгладимое впечатление на меня. Я была буквально одержима вами двумя и следила за вашей жизнью с того самого дня, как мы встретились в парке у качелей. – Лукавая улыбка на ее губах заставила Клауса перестать дышать. – Я радовалась каждому вашему успеху, переживала все ваши невзгоды. И хотя в этом не было моей заслуги, безумно гордилась, какими прекрасными личностями вы стали. Такие сильные, такие красивые, мужественные…. Это было так трудно отказаться от соблазна встретить вас лично, но я никогда не позволяла себе приблизиться к вам. - Но почему? – смущено покачал головой Клаус. – Учитывая то, что мы были несколько навязчивы в своем детском желании найти тебя. Все эти звонки и письма. Уверен, ты о них знала. - Конечно, знала, - Клаусу казалось, что у ее улыбки есть миллионы оттенков. – Я не отвечала, потому что боялась разрушить сказку, которую сочинила сама для себя. Сказку, где я принцесса, а вы два моих рыцаря, влюбленных меня и готовых спасти мою жизнь в любую минуту. - Это не сказка, любовь моя. Это реальность. Кэролайн печально покачала головой. - Ник, это сказка реальна до тех пор, пока мы не встретились снова, и я не оказалась перед выбором. Клаус нахмурился, пытаясь понять, о чем она. Увидев его замешательство, Кэролайн посмотрела на него с сочувствием. - Выбор, который в любом случае бросит тень на вашу дружбу, кого бы из вас я не выбрала. Это в девять лет, я могла кокетничать с вами обоими, и не задумываться над последствиями. А потом, твой отец очень популярно мне объяснил, какое негативное влияние я могу оказать на вашу дружбу. - Прости, что? – замер Клаус. - Уверена, что ты не знал об этом. - Кэролайн понимающе кивнула. - Где-то через пару лет, после нашей первой встречи, мой отец был приглашен на благотворительный бал полицейского департамента Нью-Йорка. Мы с папой были представлены мэру города, коим тогда был твой отец. Он пригласил меня на танец. Я была на седьмом небе от счастья! Представляешь, мне двенадцать, я на балу, танцую с мэром! – Кэролайн покачала головой. – Твой папа не терял времени даром. Он сразу сказал мне, что не раз слышал обо мне, и, хотя мы не были до сих пор знакомы лично, я уже принесла слишком много неприятностей его семье. Представляешь мой шок? – Кэролайн усмехнулась, - он рассказал мне, о твоем побеге из дома и попытке найти меня, он рассказал, что Стефан вызвал волну негативной критики в адрес его матери, после того интервью, и он рассказал мне о том, что вы не разговаривали полгода из-за какого-то спора обо мне. Это правда? - Да, - потрясенно кивнул головой Клаус. - Вот поэтому я не ответила ни на одно ваше письмо и ни на один ваш звонок, когда они начали поступать. Я не хотела разрушить такие светлые и прекрасные отношения. Я и так чувствовала себя ужасно, что из-за меня вы не разговаривали полгода. – Но в этом не было твоей вины. Мы были просто глупы, и импульсивны и…. - И влюблены, да? - И влюблены, да. – Мальчишески улыбнулся Клаус, подумав о том, насколько же она очаровательна. – Так, как же, тогда, ты оказалась в нашем любимо баре в Чикаго? Кэролайн понимающе кивнула, и продолжила рассказ. - День выдался не легкий. Я вышла после двухдневной отсидки в тюрьме штата Иллинойс, очередная бесполезная попытка опознать убийцу отца…. Я несколько пострадала в тот раз, пока охранники добрались, и вытащили меня из лап одной уголовницы. Я была на краю. Мне было нужно что-то. Что-то светлое, чистое, надежное. Гарантированно не связанное с этими чертовыми убийствами. Я знала, где вы проводите вечера, и миллион раз прокручивала в голове, как подойду к вам, как объясню, кто я такая, как вы с трудом вспомните меня. Как мы вместе посмеемся над нашими детскими приключениями…. Но когда я зашла в бар, то струсила. Испугалась, что вы возненавидели за то, что я не отвечала на ваши звонки и письма. И пока я заливала свой стресс водкой, произошло то, что я меньше всего ожидала. - Я подошел к тебе? - Ты подошел ко мне. И хоть я сперва и пыталась сопротивляться твоему обаянию, и моей необходимости почувствовать себя нормальной девушкой, флиртующей с парнем в баре, в конце концов, я сдалась. Я подумала, что ты не сахарный, и один раз можно позволить себе расслабиться за чей-то счет. И мы провели чудесное время, и я даже подумала, что возможно при других обстоятельствах, в другой жизни…. И, конечно, я не собиралась возвращаться через полгода, как ты правильно предположил…. - А на следующий день ты встретила Стефана,- с пониманием кивнул Клаус. - Когда я увидела его в самолете, у меня аж сердце остановилось. Я поверить не могла, что это происходит на самом деле. Судьба словно издевалась надо мной, говоря «неужели ты думала, что сможешь пойти против меня». И я сдалась. Я так быстро упала в легкомысленный треп и флирт с ним. Это было так легко и просто - забыть про все мои беды, про бесчисленные трупы, про мелькавшие в голове, как фотографии в старом альбоме, тюрьмы, которые я уже посетила. Когда мы прилетели в Нью-Йорк, Мэтт чуть не убил меня. Мало того, что я сбежала в Чикаго от маршала Зальцмана, и они чуть с ума не сошли, пока я с тобой гуляла, и они не знали где я, так еще мое заигрывание со Стефаном. А уж когда вы начали столь активно разыскивать меня, тут уж мне досталось на орехи. - Представляю, как крепко мы осложнили работу твоего брата, - осознавая, что происходило на самом деле, Клаус искренне сочувствовал Мэтту. - Да уж. Они так старательно пытались скрыть меня от всего мира, а тут одновременно мной начинает интересоваться ФБР и Интерпол. Не самый лучший расклад для участника программы защиты свидетелей. - Да уж, пожалуй, мы не были подарком в глазах Мэтта. Кэролайн несколько мгновений помолчала, и потом робко спросила. - Вы злитесь на меня? Господи, вы должны ненавидеть меня за то, что я была не искренна с вами! - Нет, любовь моя, о чем ты! Мы действительно не сахарные. Ты серьезно думаешь, что легкий флирт и пара поцелуев могут разбить наши хрупкие сердца? Мы уже не маленькие мальчики, готовые отправиться в крестовый поход в поисках своей любимой и кричать о своей любви на всю страну. - Так что, друзья? – мягко, с надеждой спросила Кэролайн. - Ну, я не знаю, любовь моя, - игриво протянул Клаус. – Сможем ли мы найти в себе силы быть только друзьями…. - Ник, - раздраженно зарычала Кэролайн. - Шучу, шучу. Отдыхай. Мне надо действительно поехать со Стефаном в участок, а ты постарайся расслабиться. Здесь тебе ничего не грозит. Наше родовое гнездо охраняется лучше, чем Форт-Нокс. - Приятно слышать, и еще раз спасибо. - Всегда, пожалуйста, любовь моя. Элайджа раздраженно пролистывал на планшете доклады своих помощников, и сверял свое расписание на завтра, чтобы понять, куда можно втиснуть то, что пришлось экстренно отменить сегодня. Конечно, его личный ассистент уже сделала несколько предложений, но по правде сказать, все они его совершенно не радовали. Прошло уже несколько часов работы, и он глубоко погрузился в процесс планирования и, поэтому не сразу осознал, что слышит некое постукивание, и периферийным зрением заметил силуэт в дверях. Медленно осознание привлекло его внимание, и он обратил взор к двери. Заходящее солнце светило из прохода прямо ему в глаза, и поэтому он мог видеть только женственный силуэт, объяснявший раздраженное постукивание, производимое ножкой незнакомки. О, эти ножки! Бесконечно длинные, изящные, упакованные в черные обтягивающие джинсы и сапожки со шпильками головокружительной высоты, они вызвали непреодолимое желание упасть перед ними на колени и целовать от щиколоток до широких, женственных бедер. Взгляд скользнул по изящной талии, которую не скрывала, а только подчеркивала короткая кожаная куртка. Элайджа судорожно сглотнул, и, наконец, решился перевести взор выше. Копна темных, вьющихся волос дополняла умопомрачительный, демонический образ гости. - Вы так и будете на меня смотреть, как на второе пришествие, или пригласите в дом? Низкий голос с хрипотцой заставил Элайджу сжать руки в кулаки, чтобы удержаться от желания пройтись ими по каждой кривой ее фигуристого тела. - Гм…, простите, но вы просто ошеломительно прекрасны. Раздавшееся шипение навело хозяина дома на мысль, что его гостья женщина-кошка, столь характерен был изданный звук. - Мужчины, неужели так трудно воспринимать женщину не только как кусок мяса. Вы даже моего лица не видели, но уже считаете прекрасной. - С чего вы взяли…. - Солнце. Оно светит мне прямо в спину, а вы сидели в полумраке. Ни при каких условиях, вы не могли увидеть мое лицо. - Вы еще и умны, - с неверием покачал головой Элайджа. – Откройте загадку, кто же вы? - Кэтрин Пирс, - резко бросила девушка, выходя из тени, и позволяя солнцу из окна осветить свое лицо. Элайджа стиснул зубы, она была болезненно красива. - Очень приятно, Элайджа Майклсон к вашим услугам. Мисс Пирс, могу я узнать, чем обязан удовольствию принимать вас в нашем доме? - Я приехала к Кэролайн Форбс. - О! Вероятно мисс Форбс ваша подруга, простите, я ожидал, что она пригласит своего молодого человека или мужа - улыбнулся Элайджа. - Мисс Форбс моя девушка, мистер Майклсон, - медленно, и протяжно ответила брюнетка. И увидев, отвалившуюся челюсть хозяина дома, раздраженно спросила, - у вас с этим какие-то проблемы? Элайджа нервно усмехнулся, - Пожалуй, да. При этом целых три проблемы. Во-первых, своим последним заявлением вы дали ясно мне понять, что не свободны. В виду чего, с моей стороны было бы абсолютной наглостью пригласить вас на свидание, что я намеревался сделать минуту назад. Во-вторых, это известие разобьет сердце моего младшего брата, ибо его чувства к госпоже Форбс трудно переоценить. И в-третьих, это причинит не меньшую боль другу нашей семьи господину Сальваторе, по той же причине, что и моему брату. - А, знаменитые Стефф и Ник, - ухмыльнулась Кэтрин, - конфетка мне про них все уши прожужжала. - Вы знаете о них? - Каждый человек, который провел в обществе малышки Кэр больше чем час, знает историю о ее двух рыцарях, - не смущаясь, подходя к столу с напитками и наливая себе виски, пропела Кэтрин. - Э, я запутался. Я так понял, что мисс Форбс отдает предпочтение женскому полу…. Как же…. - О! Только не обманывайтесь этой белокурой головкой, голубыми глазками и розовыми губками. Под этой ангельской внешностью скрывается богатый внутренний мир, который предпочитает обходиться без рамок, ограничений и запретов. - Катерина Петрова, - раздраженный голос Каролины заставил вздрогнуть захваченную беседой парочку, - я была бы признательна, если бы ты ограничила поток информации о моем внутреннем мире. Вряд ли он столь интересен нашему гостеприимному хозяину. Из того, что я успела услышать, твой внутренний мир ему интересен значительно больше. - Конфетка, - Кэтрин облегченно прошептала, и тут же бросилась в объятья Кэролайн. Сжимая ее со всей силы, она тихо прошептала, - ты так меня напугала! Больше никогда не исчезай! - Прости, я просто ничего не соображала, - так же шепотом ответила Кэролайн, вытирая непрошеные слезы. – Кэт, ты же заберешь меня отсюда? - Прости дорогая, - вздохнула Кэтрин, - но я бы предпочла, чтобы ты оставалась в стенах этой цитадели как можно дольше. - Ты знаешь, что я не смогу торчать здесь вечность. – Капризно захныкала Кэролайн. - У меня есть график посещения тюрем, и ты понимаешь как никто другой, что я никогда не откажусь от этого расследования. - Я знаю, что ты упряма как мул! – раздраженно зарычала Кэтрин. – Какой в этих гребанных визитах смысл? Ведь совершенно очевидно, что все эти материалы днк были подброшены на места преступлений! У всех подозреваемых идеальное алиби! Они все сидели во время убийств в тюрьме! - А я считаю, что одна из них имеет возможность выходить на время из тюрьмы. И все остальные просто попытка замаскировать настоящее, которое случайно было оставлено на месте преступления. - Конфетка, но тогда это должно было быть первое, или хотя одно из первых преступлений. И ты посещаешь подозреваемых строго в порядке совершения убийств. Если бы это было правдой, мы бы уже знали. Пора прекратить этот дурацкий крестовый поход! - Кэтрин, мы уже обработали больше половины списка. Я не намерена останавливаться, чтобы ты не говорила. Я не смогу спокойно жить, если не сделаю все возможное, чтобы найти убийцу отца. Заметив, что разговор переходит на повышенные тона, Элайджа нервно потер переносицу. - Дамы, почему бы нам все не успокоится, не взять паузу и не поужинать. Думаю, что трудно переоценить степень истощения мисс Форбс, и все мы здесь согласимся, что ей необходимо питаться для ее же благополучия. Кэтрин раздраженно фыркнула и, слегка смягчившись, добавила. - Это очень любезно с вашей стороны сенатор Майклсон. - Просто Элайджа, мисс Пирс, хорошо? – игривая улыбка на устах и шаг в сторону Кэтрин хозяина дома заставили Кэролайн раздраженно зашипеть. - Сенатор Майклсон, просто для информации, я не привыкла делить с кем-либо внимание моей девушки, и не намерена эту привычку менять. Так что будьте любезны, упакуйте все это ваше семейное очарование, обворожительный акцент, и превосходные гены и обратите внимание на другой объект. - А я на мгновение подумал, что могу сделать доброе дело для своего брата, - ничуть не смутившись, заметил Элайджа. Опустившаяся на лицо Кэролайн стальная маска заставила бы отступить храбрейшего из храбрых. - Сенатор, я настоятельно не рекомендую вам играть со мной в игры. Поверьте, я умею защищать свои интересы, и вынуждена признать, что имею тенденцию играть грязно. - Конфетка, - самодовольно улыбнулась Кэтрин, - я знаю, что твоя ревность иногда переходит границы разумного, но думаю, что сенатор ни в коем случае не пытался разрушить наши с тобой отношения. Скорее всего, он таким неловким способом давал понять, что хочет присоединиться к нам в нашем союзе. Элайджа нервно подавился бурбоном. - Не думаю, что многоженство может положительным образом повлиять на карьеру политика в этой стране, - ехидно заметила Кэролайн, окидывая оценивающим взглядом потенциального кандидата в члены их маленькой семьи. И с ноткой вожделения задумчиво протянула – Хотя… - Э…., мисс Пирс, - робко начал Элайджа, пытаясь подобрать слова, когда девушки не выдержали, и расхохотались. - Элайджа, простите, это просто нервы, - продолжая хихикать, пробормотала Кэролайн. – Конечно, мы и не думали, что вы пожелаете присоединиться к нам. Уверена, что у такого красивого, успешного политика стабильные, крепкие отношения с какой-нибудь очаровательной девушкой, которую будет не стыдно через пару десятков лет ввести в Белый дом и представить, как первую леди страны. - А вот здесь, конфетка, ты ошибаешься. Сенатор Майклсон позволяет себе некоторые вольности. Такие как связь с небезызвестной моделью Хэйли Маршалл, чья репутация вряд ли подходит для Белого дома. - Не ожидал, что моя личная жизнь столь широко известна, - недовольно пробормотал Элайджа. - Я криминальный следователь, сенатор. И когда я узнаю, что моя девушка находится в доме неизвестного мне мужчины, я естественно делаю все, чтобы иметь о нем и его семье хоть какое-то представление. – Усмехнулась Кэтрин, пополняя свой стакан. – Впрочем, в одном вы правы. Я голодна и не прочь впиться зубами в сочный кусок, желательно чего-нибудь твердого и наполненного соками. - Стейк подойдет, мисс Пирс? Или вы хотели бы чего-нибудь более твердого и сочного? В этом случае, я боюсь, вам придется быть более конкретной. Впрочем, уверен, что смогу удовлетворить любые ваши запросы. - Стейка будет достаточно – протяжно промурлыкала Кэтрин. Элайджа нервно сглотнул, кивнул, и молча покинул комнату. - Господи, Кэт, ты могла бы быть хоть немного менее пошлой и развратной, - Кэролайн шлепнула подругу по ее упругой заднице. - А ты могла бы быть чуть менее ревнивой, - проворчала Кэтрин. – Не каждый день я встречаю столь потрясающий образец мужчины, способный с таким достоинством носить костюм. - Кэтрин, ты же знаешь, как только ты решишь…. - Конфетка, я знаю. Расслабься. Я люблю тебя, и не хочу ничего менять, по крайней мере, на данном этапе. - Но он такой сладкий, - мечтательно протянула Кэролайн. – И у вас были бы такие красивые дети! О! И ты бы так хорошо смотрелась в роли первой леди, ты смогла бы забить за пояс даже Джеки!!! Безудержный полет фантазии подруги заставил усмехнуться Кэтрин. - Мне кажется, или ты только что примеряла мужа своей собственной девушке. Тебе не кажется это немного странным. - Нет, если при этом я смогу навещать тебя в Белом доме. Всегда хотела заглянуть в закрытую часть и узнать, что там происходит. - Ты готова продать меня сенатору за гипотетическую возможность через пару десятков лет осмотреть личные апартаменты президента в Белом доме? - Э, где я могу подписать сделку? – игриво подмигнула подруге Кэролайн. - Наглая девчонка, - сквозь усмешку проворчала Кэтрин, - ты за это ответишь этой же ночью. - Жду не дождусь, Кэт, жду не дождусь. Кэролайн вышла из комнаты, соблазнительно покачивая бедрами. И Кэтрин покачала головой, все что угодно, лишь бы не видеть на фарфоровом личике Кэролайн эту смесь из ярости, боли и бессилия. Стефан и Клаус смущено сидели за столом и нервно оглядывали неожиданную гостью. Когда Элайджа встретил их на пороге, и предложил присоединиться к трапезе мисс Кэролайн Форбс и ее девушки, они подумали, что это была глупая шутка. Но когда сама Кэролайн представила Кэтрин как свою спутницу жизни, отрицать очевидное было бесполезно. Стефан пришел в себя первым. - Так что же, Кэтрин, как давно вы вместе и как познакомились, с нашей очаровательной Кэролайн. Кэтрин сделав глоток вина, расслаблено откинулась на спинку стула, собственнически положила руку на бедро Кэролайн и своим низким, хрипловатым голом начала отвечать. - Мы познакомились двенадцать лет назад. Когда поступили в Гарвард я на юридический факультет, а Кэролайн в гарвардскую медицинскую школу. Кэролайн нашла квартиру на двоих, и искала с кем ее разделить. Я откликнулась на объявление. И вот, мы до сих пор вместе. - Хотите сказать, что ваши отношения длятся двенадцать лет? – с ужасом спросил Клаус. В душе он надеялся, что это просто легкий, ничего не значащий роман. - Если вы имеете в виду, наши романтические отношения, то одиннадцать. Мы не сразу пришли к этому, - покачала головой Кэтрин. - Ты очень сильная личность, если смогла отбить Кэролайн у какого-то горячего парня, - задумчиво жевал нижнюю губу Стефан. - Надо признать, что я отбила ее сразу у двух парней. И это действительно было сложно. С тем большим удовольствием я могу им об этом сообщить прямо в этом минуту, - самодовольно улыбнулась Кэтрин. - Постой…,- начал Клаус. - Кэт, - покраснев, опустила глаза Кэролайн, - слишком много информации. - Прости, конфетка. Но я двенадцать лет боролась за внимание, и конкурировала с призраками девятилетних пацанов. Неужели я не заслужила пару минут гордости и славы. - Я правильно понял, что вы первая и единственная любовь Кэролайн? – напрямик спросил Клаус, отбросив всякое стеснение. - Ага, - игриво вздернув брови, ответила Кэтрин. – Причем во всех смыслах первая. - Катерина! – возмущенно вспыхнула Кэролайн, еще больше покраснев, и приложив руки к горящим щекам. Робко подняв взор она столкнулась с таким вожделением в глазах уставившихся на нее Стефана и Клауса, что была готова сбежать. Катерина нежно обхватила ее лицо рукой, притянула ее рот к своим губам, нежно поцеловала. - Конфетка, ты не должна стесняться. - Я понимаю это, но просто зачем, Кэт? – с легким упреком спросила Кэролайн. - Просто мальчики должны знать, что ты целиком и полностью принадлежишь мне. И ты так плохо вела себя последнее время, дорогая. Мне придется тебя наказать. - Длинные пальцы Кэтрин нежно ласкали шею подруги, заставив ту на мгновение забыться от удовольствия и закрыть глаза. – Я думаю, мы закончили с основными блюдами, - сексуально пробормотала Кэтрин, - мне не терпится добраться до моего десерта. - Да, конечно, - с трудом прокашлялся Элайджа. Он не был пуританином, и смотрела на жизнь открытыми глазами, но когда минуту назад он увидел один из самых красивых и эротичных моментов в его жизни, он действительно был готов пожертвовать своей политической карьерой, ради этого маленького, но такого завораживающего гарема. Впрочем, взглянув на выражения лиц, своих собратьев по несчастью, он ухмыльнулся. Лица Клауса и Стефана в это мгновение было так легко читать. Известие, что любовь всей их жизни до сих пор не была ни с одним мужчиной, взорвало их крошечные мозги в кашу. А мысль о наказании, которое властная брюнетка придумал для своей возлюбленной, окончательно и бесповоротно превратила их в пускающих слюни дебилов.