Танго втроем

Элайджа сквозь дремоту ласкал взглядом свернувшуюся у него на животе брюнетку. Она была ошеломляюще прекрасна! Он так и не смог заснуть, любуясь совершенством линий, и поражаясь гениальности природы. Он всегда считал себя сдержанным, слегка бесчувственным, не поддающимся страстям. Так было, пока он не встретил его Катерину. Она ежеминутно бросала вызов его натуре, подвергая сомнению одни из важнейших постулатов его существования. И даже сегодня ночью, когда он полностью потерял контроль, и отдался своему внутреннему, варварскому, животному Я, подчинившись ему, она проверяла его пределы каждое мгновение. В итоге он так и не понял, кто из них был ведущим, а кто ведомым. И он ли подчинил ее, или она полностью завладела его рассудком, и он уже даже не понимает, что просто делает то, что ей угодно. Исследуя границы, он в одном из мрачнейших уголков своей души надеялся, что она не выдержит, и сорвется. Он надеялся, что быстрый финал этих отношений положит конец раздирающим его на части страстям. Он видел миг в ее глазах, когда она в шоке от его грубости была готова отпрянуть, и послать его к чертям собачьим. И когда через минуту она признала его власть над ней, над ее телом, он был на мгновение потрясен. Ровно до тех пор, пока не поднял ее лицо, и не увидел эту еле заметную улыбку на устах. Она действительно была истинной женщиной, которая даже в подчинении тебе, незаметно подчиняет тебя самого. И он, как последний болван, был счастлив подчиниться, и положить к ее ногам весь мир. Она была совершенством. Его полусонные размышления были прерваны скользящим по животу к области паха острым коготком. Опустив взор на губы возлюбленной, он увидел довольную, слегка хищную улыбку на ее лице. - По какому поводу улыбка? – его голос был слишком охрипшим после ночи страсти, и он подумал, что вряд ли в ближайшую пару часов сможет нормально говорить. - Разве можно не улыбаться, после ночи, когда твоему телу поклонялись с такой страстью и мастерством, - довольно промурлыкала Кэтрин, и положила нежный поцелуй на мягкую плоть его живота, заставив мышцы сократиться. Элайджа подумал, что в этом вся Кэтрин. В своем гневе вчера он намеревался ее наказать, заставить признать его власть над ней, и в итоге он сам поклонялся ее телу, ее духу. Рука непроизвольно скользнула в гриву ее волос, и слегка потянула вверх. - Иди сюда, Катерина, я хочу, чтобы ты поприветствовала меня. Я нуждаюсь в твоем «добром утре». Кэтрин расплылась в лукавой улыбке. - Извини, мой падишах, солнце давно взошло, закончилось время твоей власти надо мной. Это время моего царствования. И сейчас я буду решать, как и где тебя приветствовать. И кстати, ты можешь кричать все, что тебе вздумается, хотя я предпочту, чтобы это было мое имя. Рука Элайджи расслабилась, и он со стоном проследил за тем, как его любовница прокладывает поцелуями по его животу дорожку вниз. - Кэтрин, - он выдохнул, чувствуя, как ускоряется его пульс. Раздавшаяся трель телефонного звонка вырвала разочарованный стон из уст обоих. Элайджа проследил, как естественно и изящно поднялась с кровати Кэтрин. Абсолютно не стесняясь своей наготы, Катерина двигалась с грацией танцовщицы. Подойдя к телефону, она раздраженно закатила глаза, и своим непререкаемым, командным голосом рявкнула, - Слушаю. Мелькавшие на ее лице эмоции явно указывали на то, что настроение ей с утра уже подпортили. - Поняла, - она кивнула каким-то своим собственным мыслям. – Будет сделано. Я думаю, что смогу добраться до места сегодня. Как прикажете, капитан, вы босс. Да, спасибо, я буду ждать координаты. Положив трубку, Кэтрин раздраженно нахмурилась. - Что случилось, Катерина? – - Еще одно убийству в нашей серии. На этот раз в Вашингтоне. Я должна ехать. Элайджа внимательно следил за Катериной, и видел, что она слишком раздражена для обычного вызова по делу. - И ты такая взвинченная в эту минуту, потому? Кэтрин поморщилась, и нервно заломила руки. Было очевидно, что это действительно что-то важное, что затрагивает ее слишком сильно. - Я отпустила вчера Кэролайн с твоим братом, потому что была уверена, что сегодня мы тем или иным образом встретимся в Мистик Фоллс. Ей нужно было личное пространство, я это понимаю, но я не готова при этом подвергнуть ее жизнь опасности. А пока я не засажу за решетку ту тварь, что однажды добралась до нее, я не чувствую себя уверенно, когда она не рядом. Прости, но я неплохо знаю Кола, как бы Стефан его не натаскивал, он все еще легкомысленный мальчишка. А Клаус и Стефан слишком заняты своими чувствами к ней…. Раньше я отпустила ее с ними более спокойно, потому что даже приблизительно не представляла масштабы этого дела. Ну разве могла я подумать, что мою девушку преследует самая могущественная корпорация в мире! Но теперь, когда я знаю, что поставлено на карту, я просто не могу спокойно ехать на дело, зная, что она где-то там, в Вирджинии в самом центре всего этого кошмара! Выступающие слезы на глазах Кэтрин были последним, к чему Элайджа был готов сегодня утром. - Я поеду к ней, - неожиданно для себя перебил возлюбленную Майклсон. - Что? – потрясенно нахмурилась Кэтрин. - Я сейчас же выеду в Вирджинию, и не оставлю Кэролайн одну, пока все не закончится. Встав с кровати, он начал методично собираться. Кэтрин растеряно следила за двигающимся по комнате роскошным мужчиной, поражаясь его пластике и собранности. Ни одного лишнего движения, каждый шаг, каждый жест нес в себе смысл. Было такое ощущение, что этот человек просто не знаком со словом бессистемность. И этот мужчина, несущий себя с достоинством короля, просил ее стать его спутницей. Они были знакомы три-четыре дня, а он бросил все свои дела, ради того, чтобы поддержать ее в один из тяжелейших моментов ее жизни. - Элайджа, как бы я не была благодарна тебе за это предложение, я не могу не думать о том, что ты не мальчик на бензоколонке, ты сенатор. У тебя есть свои обязанности. Ничто в его лице или действиях не выказало смущения или недовольства. - Я вчера взял двухнедельный отпуск, как только узнал, с чем мы имеем дело. - Всегда на два шага вперед, да? – восхищенно хмыкнула Кэтрин. - Стараюсь, - едва улыбнувшись уголками губ, пробормотал Элайджа. - Спасибо, тебе за то, что даришь мне это чувство покоя и уверенности. – Кэтрин не помнила, когда последний раз благодарила кого-либо за пределами их с Кэролайн семьи искреннее. В этот момент она поняла, что уже воспринимает Элайджу, как часть своей семьи. Заметив навернувшиеся на глазах возлюбленной слезы, Майклсон остановился, подошел к ней поближе и скупым движением приласкал пальцем нежную кожу ее щечки. Чтобы хоть чуть-чуть приподнять девушке настроение, он нежно коснулся губами ее губ, с улыбкой прошептал. - Я рад, что вызываю у тебя доверие, превосходящее трех профессиональных убийц. Услышав ее всхлипывающую ухмылку, Элайджа направился к своему пиджаку. Достав из кармана уже знакомую Кэтрин коробочку, он слегка уязвленно взглянул на Кэтрин. - Я знаю, что это не черный бриллиант, обрамленный платиной, и ты сказала, что дашь мне три дня, чтобы доказать тебе, что я достоин, чтобы надеть кольцо тебе на палец. Прошел только один день, и я не уверен, что на третий я буду рядом. Поэтому я хочу, чтобы, оно было у тебя. Если завтра к вечеру, ты решишь, что готова дать нам шанс, надень его. Надень его как символ того, что я достоин, подарить тебе обручальное кольцо с черным бриллиантом и сделать своей женой. В ожидании ответа он смотрел на самую бесподобную женщину в мире. Она стояла обнаженная, одетая лишь в лучи солнца, с достоинством и осанкой королевы и внутренней силой богини. Он был готов провести жизнь на коленях перед ней. Он сам не осознал, что уже опустился на одно. Кэтрин подошла к нему и рукой подняла с колен. - Как бы моему самолюбию не было приятно видеть преклоненного сенатора Майклсона, - с игривой улыбкой начала она, - я хочу, чтобы в наших отношениях мы были равными партнерами. И единственная ситуация, когда я хочу видеть тебя на коленях, это когда ты, поклоняясь моему телу, изучаешь его языком. А теперь надень это неприлично дорогое, вызывающе большое кольцо на мой палец. Мне не нужно кольцо с черным бриллиантом, когда то, что ты предложил мне просто совершенно. И мне не нужно три дня. Я знала ответ через три часа после того, назначила срок. Как только смогла забыть о твоем присутствии в одной комнате и постели со мной, и начала работать. За всю мою жизнь был только один человек, к которому мое подсознание проявляло такую же степень доверия. Так что уже сделай меня своей невестой, пока нас в очередной раз не прервали. Кэролайн разочаровано стучала ножкой по полу. По приезду в Greenville им сообщили, что интересующая их заключенная повесилась предыдущей ночью. Сейчас она была вынуждена тратить время на ожидание, чтобы Кол выбил ей допуск к телу. Последние полчаса, она торчала в комнате досмотра, ибо на улицу ее отпускать Кол категорически отказался. Раз их противники успели побывать здесь буквально накануне, они все еще могут оставаться здесь. И подставлять ее под пулю он не готов. Появившийся Кол самодовольно улыбался, - Доктор Старлинг, вы получили полный доступ к телу, и всю возможную поддержку. Я подготовил вам маленький сюрприз. Надеюсь, вам понравится. – Подойдя в упор, Кол игриво склонился к ее ушку, и тихо прошептал, - попробуй не убить его. Мне это обычно с трудом удается. Кэролайн выдохнула, только сюрприза от Кола ей не хватало. Она и так была на грани, в ожидании разрешения осмотреть труп. Ни то, чтобы она ожидала увидеть что-то уж совсем беспредельное, но упустить возможность, увидеть распотрошенным тело той, что превратила ее последние полгода жизни в кошмар, позволить себе не могла. Пройдя бесконечные процедуры оформления допуска, она, наконец, попала в помещение, которое если не напоминало ей дом, хотя бы пробуждало чувство комфорта. Встретивший ее доктор вызвал у Кэролайн шок. - Судя по вашему потрясенному выражению лица, мы либо были супругами в прошлой жизни…. - Либо? – полушепотом поинтересовалась Кэролайн. - Либо вы знакомы с моим кузеном Стефаном. Мир тесен, доктор Старлинг. Позвольте представиться, доктор Эвери, для такой красавицы, просто Том. Наши со Стефаном матушки сестры-близнецы, вот и получилось, то, что вы наблюдаете. Согласитесь, сходство феноменальное, а уж если учесть, что мы одногодки, сами понимаете, все еще забавней. Самое смешное, что у нас 65-процентное совпадение отпечатков пальцев. Мы со Стефом по молодости хорошо покуралесили. - Мда, бывает же. - А вы, простите, кем кузену приходитесь? - Жертвой, - проходя к столу с трупом, пробормотала Кэролайн. - В каком смысле жертвой? – напрягся доктор Эвери. - Я жертва его очарования. Как в девять лет влюбилась, так до сих пор не могу освободиться от его чар. Говорят, что это взаимно, но, наслышавшись о его беспутном, не сильно разборчивом прошлом, я с трудом в это верю. - О Боже! Вы Кэролайн Форбс! – глаза коллеги восхищенно загорелись. - Конечно, я Кэролайн Форбс, вы же не думали, что я на самом деле Кларисса Старлинг? - Эээ, нет! Конечно, нет! – По тому, как он растерянно замямлил, было очевидно, что он именно так и думал. - Но я просто…. Я мечтать не мог о встрече с вами! Вы же легенда! Кэролайн утомленно закатила глаза к потолку. - Доктор Эвери, - Том, да? – игриво перебила словоохотливая копия Стефана. - Доктор Эвери, я должна попросить вас остановиться с восторгами и комплементами. Последний человек, который был готов пасть ниц перед моим талантом патологоанатома, расстался с половиной черепной коробки, благодаря выстрелу снайпера. Хищно ухмыльнувшись, Том сделал шаг вперед, явно вторгаясь в ее личное пространство. Кэролайн наблюдала перед собой классического Казанову на охоте. Затуманенный взор, низкий, вызывающий дрожь голос, нежное касание руки…. Ее собирались весьма профессионально соблазнить. Кэролайн с трудом сдерживала хохот. - Вообще-то, я говорил о вас как о женщине, а не как о докторе. В нашей семье имя Кэролайн Форбс это имя нарицательное. Даже самые маленькие члены нашей семьи знают, о блондинке, голубизна глаз которой ярче чем небо над Акапулько. Ибо дядя Стефан, даже рассказывая сказки на ночь своим малолетним племянникам и племянницам, способен говорить только о роковой красотке, разбившей его сердце. Представители старшего поколения утверждают, что он такой непроходимый бабник из-за любви к вам. Никак не может найти женщину, способную затмить вас. А женская часть нашей семьи абсолютно уверена, что вы ведьма. И его любовь к вам, результат наложенных на него чар. – Последние слова двойник Стефана почти шептал ей на ушко, стараясь вызвать ответную реакцию на его потуги. – Лично я всегда мечтал встретить вас и бросить вызов любимому кузену в борьбе за ваше сердце. – Кэролайн с раздражением смотрела в глаза красавчика, и ждала, когда он поймет, что его «заклинания» на нее не действуют. К ее абсолютному разочарованию парень просто не мог допустить мысль, что кто-то может быть равнодушен к его очарованию. - Дорогая, скажите, вы свободны сегодня вечером? В Мистик Фоллс бал по случаю дня рождения жены мэра, я хотел бы представить вас в обществе. Кэролайн молчала, пытаясь справиться с ощущением, что перед ней стоит Стефан, но с манерой поведения девятилетнего мальчишки. Ее попытки не расхохотаться были бы безуспешными, если бы она не боялась обидеть кузена Стефана. Собравшись, Кэролайн тоном строгой учительницы отрезала. - Извините, но ваше предложение мне не интересно. И в любом случае, старайтесь держаться от меня подальше, а вдруг выживете. Мне не хотелось бы сообщать Стефану, что я лишила его не только названного брата, но еще и кровного кузена. - Вы говорите о Малькоме? – Том тут же нахмурился, и сделал шаг назад. – Печальная история. Он был отличный собутыльник. Хотя и молчун. Кэролайн тяжело вздохнула. Жить с мыслью о том, что из-за тебя гибнут люди…. - Мне очень жаль, что он попал на линию огня. К сожалению, в последние дни так происходит со многими, кто оказывается рядом со мной. Поэтому я вас очень прошу, постарайтесь, чтобы общаясь с доктором Старлинг, вас волновали исключительно профессиональные вопросы. - Как скажет моя Королева проклятых, - неохотно сдался Том. - Господи, и кто придумал это дурацкое прозвище! Что у нас тут? – Кэролайн натянула перчатки, и дождалась, когда Том уберет покрытие с трупа. - Анализ крови готов? - Да, чисто. Никаких наркотиков, снотворного, ничего такого, что могло бы навести на мысль, что она действовала в неадекватном состоянии. - На чем была повешена заключенная? - На спинке кровати. - Что? Удобнее для само-повешенья в камере ничего не нашлось? Решетки на окнах или еще что? - Никаких решеток, так как никаких окон. - Жестко, - Кэролайн тщательно осматривала след от шелкового шнура, которым была задушена жертва. – Фотографии есть? - Да, минуточку. Кэролайн быстро просмотрела на экране стоящего рядом компьютера фотографии и задумчиво пробормотала, - Том, ты заметил? - Ты имеешь в виду угол наклона веревки на фото и двойной след на теле жертвы? - Угу, значит, мне не показалось. Что же, много нам это не дает. Но давай будем продолжать двигаться дальше. Исходя из высоты спинки, ей бы это физически не удалось. Совершенно очевидно, что дамочке помогли. Руки целы, ни пятнышка. Никаких синяков, а значит, ее отключили до повешения. Вполне возможно, что анализ не выявил быстро-растворимые паралитики в крови. Давай перевернем ее, и осмотрим на предмет следов от укола. А вот и он, родимый. А камера у нашей девушки, конечно, была одиночная. - Здесь только одиночные камеры, - сухо ответил Том. - Одиночные камеры, отсутствие окон, прозекторская, штатный патологоанатом, - это все обычные атрибуты тюрем? Я раньше с таким не сталкивалась. - Нет, конечно, необычные. Похоже, до сего момента ты бывала только в федеральных тюрьмах, в частных все по-другому. Они часто соответствуют тем требованиям, которое выдвигает государство для содержания преступников. Но ты права, эта тюрьма сильно отличается и от других частных. Впрочем, кое в чем ты ошиблась. Я не штатный патологоанатом, а врач из больницы Мистик Фоллс. Они приглашают меня от случая к случаю. - И часто здесь случается «от случая к случаю»? – смущенно спросила Кэролайн. - Ну, скажем так, на прибавку к зарплате я не жалуюсь, - мрачно заметил Том. - Насколько хорошо ты знаком с местными условиями? В камерах бывать приходилось? Том задумчиво нахмурился. - Бывал пару раз, когда местный фельдшер вызывал для консультаций. - У заключенных есть доступ друг к другу в камеры? - Исключено. - Значит, мы имеем дело с кем-то из персонала? - Доктор Старлинг, вы часто бываете в тюрьмах? - Очень редко, буквально пару раз. А что? - В пятидесяти случаях происшествий в тюрьмах из ста мы имеем дело с кем-то из персонала. Остальные случаи даже расследовать не приходится, ибо это или заточка в бок на прогулке, или удушение полотенцем в прачечной, или «несчастный случай» в душе с пробитой головой. Дверь в прозекторскую открылась, и вошедший мужчина с фальшивой улыбкой на устах поприветствовал присутствующих, - Добрый день! Я слышал у нас здесь консилиум медиков. Не слишком ли масштабно для бытового самоубийства. - Вынужден вас разочаровать, господин комендант, в данном случае мы имеем дело с убийством. – Немного агрессивно ответил Том. - Да что вы говорите, поверить не могу, что на вверенной мне территории это возможно. - Я надеюсь, вы не ожидаете, что мы изменим свою точку зрения по этому вопросу, на основании вашего неверия? Уверенность в голосе кузена Стефана несколько смутила Кэролайн, ибо сама она чувствовала себя несколько напуганной грузным мужчиной, обладающим безграничной властью на данной территории. - Конечно нет, мистер Эвери. Мне в голову не пришло бы ожидать подобного от сына мэра нашего города. Я так же признателен за приглашение на бал в честь дня рождения вашей матушки. - Еще бы, ведь она приходится любимой сестрой Лилли Сальваторе, семейству которой принадлежат пятьдесят процентов акций данного заведения, - Том расплылся в такой же фальшивой и жесткой улыбке, как и его собеседник. Кэролайн поняла, что непроизвольно расслабила мышцы спины. – И в связи с чем, я думаю, у вас не возникнет никаких проблем предоставить все материалы по делу о заключенной мисс Старлинг и ее коллеге доктору Лектору. - Я не уверен, что…. - Я уверен, что вы перемените свою точку зрения, когда узнаете, что перед вами будущая миссис Стефан Сальваторе. – Сладость в голосе Тома могла вызвать острый приступ диабетической комы у самого здорового человека. - Гм…. Да, я не уверен, что смог бы отказать такой прекрасной леди хоть в чем-нибудь. - Отлично. Кларисса, дорогая, что-нибудь еще? – Кэролайн с трудом удержала улыбку. - Спасибо, Том. Я бы хотела провести еще пару минут наедине с телом покойной. - Конечно, звезда моя. Все что пожелаешь, я пройду с комендантом за материалами. А потом я отвезу вас пообедать, на тебе лица нет. Когда двери за вышедшими мужчинами закрылись, Кэролайн быстро вернулась к работе. Она тщательно осмотрела тело, сосредоточившись на щиколотках. Ее разочарованию не было предела. Вокруг левой щиколотки трупа отсутствовала почти стертая татуировка пожирающей свой хвост змеи, которую она на мгновение увидела на ноге убийцы отца, когда та присела и у нее задралась штанина. Это была единственная примета, которую они с Кэтрин не указали в деле. А значит, перед ней была не убийца ее отца. Но заключенная в тюрьме Марион указала именно на Greensville. Можно было попробовать использовать все имеющиеся связи и осмотреть всех заключенных, но на это и дня не хватит. Можно было запросить у коменданта личные дела, или просто потребовать указать, кто из заключенных обладает подобной татуировкой. А можно было попросить Кэтрин залезть в базу данных тюрьмы, и посмотреть все по-тихому. И только потом, назначать встречу с ее обладательницей, чтобы услышать голос. Последний вариант понравился Кэролайн больше всего. На автомате завершив осмотр, она стянула перчатки бросила в корзину и вышла из мед-отсека. Подпиравший стеночку Кол ехидно улыбнулся, - Как тебе доктор Эвери? Ошеломляющее впечатление, не правда ли? - Мог бы и предупредить, что у Стефана есть уверенный в своей неотразимости двойник. - Ну, прости, я хотел тебя удивить. - Считай, что тебе это удалось. Том сказал, что отвезет нас поесть. В Мистик Фоллс появились приличные рестораны? - Я тебя умоляю. Это Мистик Фоллс. Там был, есть и будет только Мистик Гриль. Мне кажется, что появление чего-либо еще будет считаться нарушением конвенции о сохранении исторических памятников ЮНЕСКО. Мистик Фоллс это застывшая форма, в которой ничего не меняется, кроме показателя смертности и тот растет довольно стабильно. Кэтрин прибыла на место. За три часа езды на машине Элайджи, она смогла оценить все преимущества его неприлично дорогого автомобиля, особенно скорость. Представляя себе реакцию коллег на машину и кольцо на пальце, она удивленно нахмурилась, не обнаружив обычных ограждений и суеты на месте преступления. Стоило ей выйти из машины, как к ней направился молодой человек в костюме, который вряд ли мог позволить себе сотрудник полиции. Тревожный звоночек, раздававшийся в голове пару минут назад, превратился в выносящий мозг набат. Медленно развернувшись, она пошла обратно в сторону автомобиля, когда ей на плечо легла рука. - Мисс Пирс. - Извините, я спешу. Нажим на плечо был еле ощутим, но при этом сделать шаг дальше было сложно. - Мисс Пирс, мистер Кеннеди просил проводить вас до места встречи. - Боюсь, что встреча с моим отцом не внесена в мое расписание на сегодняшний день. - Боюсь, что речь идет не о Патрике, а об Эдварде Кеннеди, мэм. - О нет! – потрясенно замерла Кэтрин. Последний раз, когда она видела деда, он объявил, что отрекается от нее, и не хочет видеть до тех пор, пока она не покончит с лесбиянкой-никрофилкой. Кэтрин сказала, что в следующий раз, она согласится встретиться с ним, только после того, как он тесно пообщается с Кэролайн, то есть на его похоронах. - Скажите ему, что он может отправляться в ад! Кэтрин стряхнула с плеча руку, и сделала еще один шаг к машине, когда перед ней оказался еще один молодой человек. - Боюсь, у нас приказ, мэм, доставить вас к нему, вне зависимости от ваших пожеланий. Кэролайн ошеломленно перешагнула порог потрясающего особняка. Двигаясь в соответствии с направлением, которое задавала рука Тома, лежащая у нее на пояснице, она с любопытством озиралась по сторонам. Когда они зашли в большую, светлую гостиную, она удивленно замерла, увидев развалившихся на диване Стефана и Клауса, погрузившихся в чтение газет. За столом так же с газетой сидел Элайджа. Картинка была просто ошеломляющая. На мгновение показалось, что она попала в начало двадцатого века. Никаких мобильных, планшетов, телевизоров. На античной треноге стоял классический телефонный аппарат, который нынче можно увидеть только в музеях. Кэролайн была так поражена, что даже не заметила, как рука Тома обвилась вокруг ее талии, и прижала ее к своей груди. Низкое рычание, раздавшееся с дивана, заставило что-то внутри нее завибрировать. - Убери от нее свои руки, - ярость сказанного отразилась на лице Стефана с удвоенной силой. - Заставь меня, - ухмыльнулся Том. Через несколько секунд она наблюдала клубок сплетенных тел, катающихся по полу. В ужасе прикрыв рот рукой, Кэролайн судорожно думала, как остановить этот кошмар. - Добрый день, Кэролайн, - безмятежный голос Элайджи казался оксюмороном в полном хаосе происходящего. - Элайджа, сделай же что-нибудь! – пытаясь справиться с ужасом, прошептала Кэролайн. - В этом нет никакой необходимости, мисс Форбс. Смею вас уверить, здесь есть кому справиться с этой задачей и без меня. И словно в подтверждение его слов в комнату влетело трое мальчишек, в среднем от четырех до восьми лет, и присоединились к катающемуся клубку. - Папа, папа, бей его! Через пару секунд Стефан лежал на спине, словно цепями, прикованный детьми к полу. - Боже мой, вы опять! Кареглазая брюнетка, держащая на руках полугодовалого ребенка, вошла в комнату и закатила глаза. - Стефан, мне достаточно моего придурошного мужа и четверых оболтусов! Неужели, ты серьезно считаешь, что мне не хватало еще одного возмутителя спокойствия! Клаус! - А что я? – раздраженно рыкнул Клаус, - Елена, если ты не заметила, я сижу спокойно, читаю газету, ничем не нарушая общественный порядок. И в защиту Стефана, это твой блудливый муж положил руки на нашу девушку. - Вашу девушку? Взгляд брюнетки растеряно скользнул по комнате, и, наконец, признал присутствие незнакомки. Кэролайн поняла, что ее только что прожгли лучом яростной ревности. Когда она почувствовала у себя на пояснице успокаивающую руку Кола, Кэролайн словно вышла из ступора. Стараясь не пялиться на мать четверых детей, она перевела взгляд на кучку буйствующих мальчишек. Глядя на хихикающего на полу Стефана, заходящегося от щекотки, она невольно улыбнулась. Это было необычно видеть его таким беззаботно веселящимся. Лежащий на полу, облокотившись на локоть Том игриво ей подмигнул. Кол, слегка нажав, подтолкнул ее к Клаусу на диван, и прошел к столику с напитками. - Кэролайн, дорогая, извини Елену за столь негостеприимный прием, но сама понимаешь, пять мальчиков это тебе не фунт изюма. А когда появляется в доме Стефан, тут, как правило, все просто сходят с ума. Виски, бурбон? - Виски, - все еще не придя в себя, пробормотала Кэролайн. - Девчонка, - презрительно фыркнул Кол. Кэролайн с беспокойством поглядывала на Стефана. - Они скоро его отпустят, - шепотом она поинтересовалась у Клауса. - Ревнуешь, любовь моя? – с ухмылкой поинтересовался Клаус. - Беспокоюсь, длительные приступы щекотки на самом деле не очень полезны. - Не волнуйся, Стефан абсолютно невосприимчив к щекотке. Он просто слишком любит этих оболтусов, чтобы отказать им в таком невинном удовольствии. Кэролайн бросила взгляд на раздраженную Елену, и поежилась от едва прикрытой ненависти в глазах девушки. - Не обращай внимания, любовь. Это давняя история. Кэролайн недоуменно взглянула на Клауса. Закатив глаза, он неохотно начал. - Елена, как кошка, была влюблена в Стефана чуть ли не с пеленок. Он в свойственной ему манере вышел с ней пару раз на свиданья и забыл, ибо никогда не задерживался долго в объятьях одной и той же девушки. И как ты догадываешься, в семье все прекрасно знают, почему и кто в этом виноват. Так что, не смотря на то, что ты узнала о существовании Елены пару минут назад, она уже очень давно и основательно ненавидит тебя. Кстати, и меня заодно, так как, считает, что это мое существование в жизни Стефана поддерживало его любовь к тебе пару десятков лет. Ну, в виду того, что я ее сам на дух не выношу, как ты догадываешься, не очень страдаю от ее неприятия моей личности. - Ты заметил, что она еле заметно похожа на Кэтрин? Один типаж? - Одни гены, они троюродные сестры по материнской линии. - Господи, как это вообще возможно, такая степень переплетенности всех и вся? - Мистик Фоллс хоть и волшебный, судя по названию, но очень маленький город. И здесь все со всеми состоят в некой доле родства. Семейство Пирс, из которого происходит Кэтрин, и семейство Гилбертов, из которого происходит Елена, были среди основателей города. Наряду с Майклсонами и Форбсами. Я уверен, если покопаться, то между нами всеми можно найти ту или иную связь. Мы как королевские дома Европы давно перемешались так, что уже не поймешь, кто от кого происходит. Видишь, даже разъехавшись по всем штатам, мы в итоге все равно собрались все вместе. Не хватает только позвать кого-нибудь из Беннет. - О! Давайте, позовем Бонни! – Тут же вклинился в разговор Кол. - О Боже, началось! – простонал Клаус. - Что тебя связывает с моим терапевтом? – изумленно поинтересовалась Кэролайн. - Любовь и ненависть, - усмехнулся Клаус. – Кол страдает от безответной любви к очаровательной Бонни, а она его люто ненавидит, за то, что он дергал в детстве за косички и разрушил их с Еленой замок из песка. В общем, это история полная драматизма и страданий, так что не советуют в нее соваться. Достанется всем. Я как-то раз попробовал поговорить с Бонни по просьбе Кола, и потом горько пожалел об этом. - Почему? - У меня неделю в квартире то взрывались трубы, то ломалось техника, в последней точке мне в окно среди ночи влетела стая разъяренных ворон, и украла мой телефон. Пришлось звонить Бонни и просить прощения. - Не понимаю…. - Да брось, любовь, а то ты не знаешь, что все Беннет ведьмы. - Послушай, я, конечно, слышала эту ерунду…. - Я бы на твоем месте осторожнее выбирал слова, любовь моя. А вдруг она тебя может слышать, - осторожно под нос пробормотал Клаус. Кэролайн, не выдержав, расхохоталась. А вместе с ней расплылся в самодовольной улыбке Клаус. Он уже не верил, что после вчерашнего сможет увидеть на этом прекрасном лице улыбку. Они встретились взглядами, и Кэролайн замерла, попав в ловушку его русалочьих глаз. Она никак не могла понять, голубые они или зеленые. Но какого бы цвета ни были глаза Ника, интенсивность, с которой он смотрел на нее, разжигала внутри нее с трудом поддающийся контролю пожар. Непроизвольно облизнувшись, она сглотнула, когда неожиданно раздался детский визг. Кэролайн смогла оторваться от магически-завораживающего взгляда Майклсона, и перевела взор на освободившегося от детей Сальваторе. Они встретились взглядами, и ее тело будто прошиб электрический ток. Стефан неуловимо быстро перекатился по полу к ним с Клаусом, и, не отпуская ее взор, стал снимать с ее усталых ног туфли. Освободив ступни, он поставил ее ноги себе на колени и начала нежно массировать. Только в этом мгновение она осознала, что рука Ника давно уже лежит у нее на шее, и мягкими, успокаивающими движениями массируют ее, избавляя от боли. От смущения и экстаза ее оторвала громко фыркнувшая Елена, покидающая зал. Все это было дико неудобно, противоречиво и вызывающе порочно. В голове промелькнул ночной разговор с Колом, и она растерянно повернулась к нему, словно спрашивая «Господи, что же мне делать? Как же я в это вляпалась!»