Не хочу...

POV Куроко. Я мчался по улицам, скользя на мокрых участках дороги и чуть не падая, задыхаясь потоками морозного озона. Гром становился всё яснее, его грохот буквально отдавался в моем теле, пробивая его насквозь и переворачивая все внутренности. Меня никто не замечал, меня не для кого не существовало. Мне сейчас и не хотелось существовать, мне не хотелось, чтобы меня кто-то видел или замечал. Ни к чему людям видеть мое отчаяние, мои скупые слезы (но были ли они? Быть может, это просто дождь...) - они никому не нужны. А мне тоже ничего не нужно... Я такой же человек, как и все, во что-то верящий, во что-то - нет... Я потерялся. Я верил собственному сердцу, и оно солгало мне. Трудно... и больно... * * * Оказавшись у себя дома, я кинул на пол у порога свою сумку, разделся и вышел на кухню, споткнувшись и отбросив в сторону коробку из-под хлопьев случайным ударом ноги. Выкидывать её у меня не было сил и желания. Потом. Когда-нибудь... Не зная, что делать теперь, я остановился около раковины и стал смотреть на посуду в ней, слушая, как из крана тихо капает вода и как тикают висящие на стене над плитой часы. Их стук становился то громче, то тише, и я не мог понять ритм стрелок, который менялся, будто играя или подшучивая надо мной. А мне было всё также больно. Эти противные ощущения никуда не делись, и они просто так, сами по себе, не уйдут. А что с ними делать, я не знал. Не знал. Не знал! НЕ ЗНАЛ!!! Вмиг ослабевший, я рухнул на пол, с неким отчаянием понимая, что это похоже на замкнутый круг, на некую петлю - забывать, видеть, вспоминать, убегать, рыдать, избегать, забывать и снова, и снова - бесконечно!Перед глазами внезапно всплыла сцена, когда Аомине прижал меня к себе, а затем прикоснулся к моему лицу. Казалось, щека ещё помнила, с какой нежностью и с каким теплом его рука коснулась её, с какой заботой погладила белую кожу и неосознанно пощекотала кончиками пальцев висок. Я, словно во сне, прижал ладонь к лицу, но нет - оно было холодно, следы прикосновения смыло дождем. Всё, что осталось от него - это тень воспоминаний, от которой становилось нестерпимо больно и хотелось кричать. Долго, громко, заглушая удары грома за окном. Мне кажется, или по моей щеке катится капля дождя?.. Нет, это не дождь. - Я сошел с ума, - произнес я, вытирая слезу и медленно поднимаясь на ноги. С меня хватит! Я запутался окончательно: где капля дождя, а где мои слезы, мои слабости... Больше не хочу... Не хочу разрываться между реальностью и мечтами, не хочу рвать и метать всё на своем пути, словно разбушевавшаяся стихия. Это... трудно... * * * Я не помнил, как зашел в кладовую, как рылся в старых, ненужных вещах, как раскопал и вытащил из одной коробки старую, но толстую длинную верёвку, как поднялся наверх, к себе в комнату... На потолке была железная балка, которую родители, переехав в этот дом, поначалу хотели убрать, но потом то ли передумали, то ли забыли. А зачем её убирать? Она же не мешается... Всё остальное уже не особо важно, главное: Петля завязана... Верёвка перекинута через балку, закреплена и проверена на прочность... Маленький стульчик подставлен прямо под петлёй... Кажется, всё... Сквозь оглушающий стук сердца в ушах я еле смог услышать, как надрывается мой мобильный телефон. Не буду брать трубку, это уже не к чему. Я запрокинул голову, разглядывая верёвку и чувствуя, как по худым скулам катятся "капли дождя" и прокладывают свои следы на шее, увлажняя каждую складочку на ней и не задерживаясь в них... - Аомине-кун, прости... - осторожно встал на стульчик ногами и взялся за петлю дрожащими руками, слабо усмехаясь. - Господи, как пафосно всё это звучит... Тогда, ничего не буду говорить... " - Мне просто некому говорить что-либо... " Не медля больше ни секунды, уверенно сжал верёвку в руках и, надев на себя петлю, туго затянул узел за собой, прикусив губу до крови и тихо переведя внезапно сбившееся дыхание. Неужели, сейчас всё умрёт? Всё: и мои переживания, и мои "слабости", и моя боль, и мои мечты, и мои надежды, и мои чувства?.. Всё закончится, и я ничего потом не смогу изменить?.. Да, наверное, это самый лучший исход. Иногда, надежный способ - это уйти как можно дальше от проблем... Тогда, мне надо всего лишь отбросить свою опору в сторону и расслабиться?.. - цу... Тецу! Я вздрогнул. Ч.. что это?.. - Тецу, ты где?! Меня зовут? Но... кто?.. - Тецу!!! Топот на лестнице заставил меня растеряться ещё больше. Я узнаю эти шаги из тысячи других шагов. Но... почему он? Звуки на миг прекратились, а дверь в мою комнату буквально слетает с петель. Незваный гость появился на пороге, растрепанный, мокрый, запыхавшийся, обеспокоенный... - Т-Тецу... - его голос прозвучал слишком тихо, чтобы быть услышанным. Но я понял его по еле заметным движениям тонких губ. - Аомине-кун... - также ослаблено произнес я, вовсе потерявшись и показав ему весь свой страх, так тщательно скрываемый ото всех. Он первый увидел во мне человека, который может бояться, как и все остальные... - Т-ты... что?... - заикаясь от волнения, прошептал охрипшим голосом Дайки, делая один шаг ко мне. Я, дернувшись всем телом, опустил глаза в пол и сделал такой шаг назад. Но... Стул покачнулся подо мной, а я, потеряв равновесие, слетел с твердой поверхности, сама опора с грохотом отлетела в сторону. Шею тут же стянуло жесткой петлёй, придавливая гортань, а страх вмиг переполнил меня дикой волной. Ноги, ища что-то под собой, забарахтались в воздухе, но от этих попыток горло сдавило ещё сильнее, и я захрипел от боли и нехватки кислорода. Перед глазами поплыло, а петля не давала возможности сделать хотя бы одного глотка живительного воздуха. Легкие сжались, и диафрагма заныла от режущей боли, словно от ножа... - ТЕЦУ!!!! - громкий крик прорезался сквозь противный скрип верёвки и тяжелые хрипы. Аомине вмиг бросился ко мне, обхватывая своими сильными руками мое обмякшее полуживое тело. Звуки все прекращаются внезапно, всё на мгновенье замолкает, как только слышится треск порвавшейся от такого сильного напора старой верёвки. Хватка на горле ослабла, и Дайки вместе со мной упал на пол, слегка прижимая меня и стараясь по инерции не придавить совсем мою грудную клетку. Я зашелся в диком сухом кашле, скрючившись, нервно сжимая своими пальцами футболку у солнечного сплетения. Аомине не дал мне расслабиться - он тут же, приподнявшись, заставил меня сесть в прямое положение. Я подчинялся ему, в полубессознательном состоянии пытаясь выровнять дыхание. Сердце на мгновенье перестало стучать, стоило мне оказаться в теплых, надежных, крепких объятьях друга. Руки Дайки нервно и бегло проходили по моей спине, проверяя, всё ли цело. С каждым его прикосновением мое тело покрывалось мурашками, и я сам, хоть и слабо, придвинулся ближе к Аомине, кладя голову ему на плечо. Его ладонь тут же оказалась на моей макушке и сжала её, тут же успокоительно поглаживая волосы. - Тецу... ты... здесь, - шептал парень. - Идиот, дыши, дыши глубже. - Аом... - я попытался его позвать, но не смог, вовсе обмякнув на руках баскетболиста. - Не говори! Не сейчас, - чуть раздраженно, но с толикой нежности прервал он меня. - Лучше дыши! Дыши так, чтобы я слышал, ясно?! Дыши! Идиот... Я позволил себе мягко улыбнуться и с расслабленным выражением лица окунуться в царство Морфея, без кошмаров и ощущая на своих плечах живое тепло его пальцев...