Легенды Древних

— Поттер, опять ты…       Гарри на подобное обращение только невинно пожал плечами и улыбнулся, засматриваясь на взъерошенного и выглядящего слишком по-домашнему Драко.       Гриффиндорец и сам не мог объяснить, почему он почти каждую ночь прокрадывался в спальню слизеринца. Да парень даже не помнил этого: просто брал и просыпался на другой кровати! Поэтому на язвительные замечания Драко тот мог только отмалчиваться. — Так что за эмоциональный якорь? Ты смог просмотреть воспоминания Эмпата? — Гарри улегся поудобнее. Внезапно в его голове появилось желание убрать со лба слизеринца прилипшую прядку. Эти мысли ему будто кто-то нашептывал, заставая Гарри врасплох, и тот ничего не мог с ними поделать, кроме как подавить.       Драко внимательно наблюдал за собеседником, решаясь, говорить или нет. Все же Поттер являлся одним из людей, кому можно было доверять, да и был он «братом по несчастью».  — Да, мне приснился фрагмент из жизни Эмпата и Воина. Эмпат, так же как и я, в один момент потерял контроль над своими силами, но ему помог его партнер, который и стал эмоциональным якорем — человеком, чьи эмоции способны выдернуть из того хаоса, что происходит постоянно в голове. Вот только… кого я могу взять своим якорем?..       Гарри прикусил губу, неловко отводя взгляд. Разве Драко не знал, что мог бы сразу к нему обратиться с просьбой стать этим якорем? Но тот не обращался... Со слизеринцем никогда так просто не было.  — Может быть, если Воин был якорем для Эмпата, то… — гриффиндорец незаметно смял в руках мягкую ткань простыни, собираясь с духом сказать продолжение. Они с Драко стали уже кем-то вроде друзей, а насмешки превратились в безобидные шутки, и поэтому именно в этот момент совершенно не хотелось слышать язвительные нотки в тихом, пусть немного писклявом, но приятном голосе, — я смогу быть якорем для тебя?  — Ты? — Драко недоуменно воззрился на говорящего. Юноша слукавил бы, сказав, что не думал об этом в первые же минуты. Именно с Поттером он смог наладить эмоциональную связь, да и тот опыт, когда они пытались соединиться ментально… тоже не прошел даром, и все же. — А под силу ли тебе это, львенок? И что ты опять забыл в моей спальне? Откуда ты достаешь пароль, ума не приложу! — Самому бы знать… — чуть тише, чем обычно, произнес Поттер, вставая и одергивая пижаму.       Ответ Малфоя его не удовлетворил, даже больше — расстроил до невозможности. Но почему? На это Гарри тоже не мог ответить, ему вообще сложно было разбираться в чувствах — как своих, так и чужих. Неужели он так прикипел к Малфою, что такой неявный отказ заставил почувствовать себя жалко? — Ладно, я пошел обратно к себе. Спокойной ночи.       Пусть Поттер и старался выглядеть как обычно, даже непринужденно улыбнулся слизеринцу, но Драко смог рассмотреть настоящие эмоции Гриффиндорского Львенка. Казалось, что при всех он выглядел героически и чертовски уверенно, как настоящий царь зверей и Герой, но когда его никто не видел… Тот становился похожим на побитого ребенка, которого лишили всего, чем он дорожил.       Малфой пару раз моргнул и уже поднял руку вверх с выкриком:  — Постой!       Но не успел. Поттер ушел, тихо закрыв за собой дверь.  — Ну и ладно, — раздраженно выдохнул слизеринец, плюхнувшись обратно на мягкую постель.       Вот еще! Будет он волноваться за этого гриффиндурка! ***       На следующий день оба парня вели себя так, будто ничего и не произошло. Гарри проводил время с Гермионой и Роном, Драко — с Блейзом и Панси. А во время тренировки занимались самостоятельно каждый своей магией. И если Драко был в своем амплуа - все время язвил, ругался, когда что-то не получалось, - то Гарри начал вести себя странно. Тот слишком часто бросал взгляды на своего напарника, кусая губы, отвлекался и чуть не поджарил всех в Выручай-комнате, используя заклинание огненного пола. Он собирался использовать совсем маленький кусочек поверхности, но что-то пошло не так — и всем пришлось чинить сожженную обувь.  — Простите, — Гарри объяснялся перед друзьями, ожидая тут же недовольные возгласы и причитания от обоих. Но вместо этого Герми и Рон обеспокоенно смотрели на него и спросили, все ли хорошо. — Да, не о чем переживать…       В этот момент Поттер скосил взгляд в сторону слизеринцев и чуть не подавился воздухом. Малфой о чем-то говорил с Блейзом, забавно фыркая, напоминая маленького хорька. Забини же только качал головой, всезнающе улыбался и склонялся ближе к Малфою, откровенно что-то шепча ему на ухо. И при этом четко прослеживались слова «эмоции», «якорь» «может быть»…       Как только в голове сложился весь паззл, Гарри почувствовал, как на душе становится пусто, а сердце будто протыкают маленькими иголочками. Неужели Малфой предложил Блейзу стать эмоциональным якорем?..       Ну конечно, а кому же еще? Он же один из близких друзей Слизеринского принца, так что должен подходить идеально на эту роль. А Гарри опять понадеялся на то, чего не может быть - на доверие со стороны Малфоя.  — Думаю, мне нужно немного развеяться, — натянутая улыбка еще больше насторожила Гермиону, а Рон, кажется, на самом деле повелся.  — Как скажешь, дружище. Только к обеду не опаздывай! — рыжик похлопал друга по плечу и беззаботно отошел к манекену отрабатывать очередные заклинания.       Поттер покачал головой: Рон никогда не изменится в своей простоте и наивной глупости. За это Гарри его и любил - сам уже не мог похвастаться подобными качествами после того, как Дамблдор нацепил на него ярлык «Героя» и «подставной свиньи». Парень последний раз оглянулся на Драко и вышел из Выручай-комнаты.  — И что на этот раз он напридумывал себе? — к Гермионе подошла Панси с тяжелой книгой в руках. На потрепанной обложке выцветшими буквами вырисовывалось название «Легенды и мифы магического мира». Гермиона покачала головой и пожала плечами.  — Не знаю. Но кажется, это как-то связано с Малфоем, — та кинула короткий взгляд в сторону виновника. — Не знаешь, о чем они разговаривают с Блейзом?  — Понятия не имею, — слизеринка пожала плечами, садясь за появившийся в ту же секунду небольшой столик по типу того, что находились у них в библиотеке. Гермиона тут же присела рядом. — Хотя я слышала, что Драко спрашивал совета, кто может стать каким-то "эмоциональным якорем" для него. — Эмоциональным якорем? А что это такое? — такое понятие девушка слышала впервые, а потому интерес вышел на первое место. — Это человек, на эмоциях которого сможет сконцентрироваться Драко, тем самым обуздав все остальные, — к девушкам незаметно подошел Забини, опираясь рукой на гладкую поверхность стола и самодовольно улыбаясь.  — Ну и что ты ему ответил? — с гадкой ухмылочкой спросила Панси. Зная своих друзей, без очередной подлянки не обошлось, тем более все поведение Блейза говорило об этом. — Я ему сказал не ломать комедии и пойти по-нормальному попросить одно очкастое недоразумение, — смешок со стороны слизеринца заставил девушек закатить глаза. — Зато я смог понаблюдать за невероятной реакцией нашего Дракона. Посмотрите, какой он озадаченный.       Блейз указал рукой в сторону окна, на подоконнике которого сидел Малфой. Казалось, что поза была уверенной и непринужденной, вот только темно-серый цвет глаз, что высматривали что-то на улице, растерянный вид и плотно сжатые губы выдавали его с головой.  — Жаль, что Элеоноры и профессора сейчас нет. Они сразу бы помогли решить эту проблему, — тяжело вздохнула Гермиона. Панси покачала головой, недовольно фыркнув.  — Ну, что поделать? Они на задании у Темного Лорда. Выслушивают, наверняка, гениальный план о том, как поймать глупых львят, чтобы потом разобраться с Чудо-Героем, — слова были пропитаны таким количеством яда, что Гермиона удивленно посмотрела на подругу. На секунду ей показалось, что они снова по разную сторону баррикад и являются врагами. Но, взглянув на слизеринцев, девушка успокоилась. Вся злость была направлена не на нее или Рона с Гарри, а на Темного Лорда и Дамблдора, что продолжал тянуть за ниточки кукловода.

***

      В это время в поместье Малфоев было слишком тихо. Коридоры пустовали, никто безумно не смеялся, не кричал и не разбивал старинные дорогие вазы в хлам. Казалось, Пожиратели Смерти забились в свои комнаты и пытались даже не высовывать свои носы, чтобы не попасть в немилость своему Лорду. В большой зале присутствовали только сам Темный Лорд и невозмутимый Северус Снейп со своим крестником. Точнее, с очередной иллюзией, сотворенной Элеонорой.       Оба послушно склонили головы, слушая «великолепный план» господина. — Ты, Драко, должен незаметно выкрасть друзей, — последнее слово он буквально выплюнул, как что-то невероятно мерзкое, — этого чертового мальчишки, а после подсунуть ему записку о встрече. Он не устоит и побежит рассказывать все «доброму» директору, и тот несомненно отправит Поттера спасать их. В этот момент ты должен зачаровать грязнокровку и предателя Империо. Прикажешь смертельно ранить Поттера и убить Дамблдора, если тот все-таки решится появиться. Потом избавишься от них. И тогда этот никчемный мальчишка почувствует себя преданным, растоптанным, и сам приползет ко мне с просьбой убить его, — мерзкий шипящий смех разнесся по помещению, заставив на мгновение Элеонору и Снейпа скривить губы. Неужели можно быть настолько безумным? Как оказывается, можно.  — Слушаюсь, — синхронно произнесли наставники Древних, с облегчением услышав приказ убираться. — Что ты об этом думаешь? — спросил Снейп, уже выходя из камина в Выручай-комнату. «Скажу, что либо Волан-де-морт совсем потерял разум, либо Дамблдор слишком гениален. Подумай только, если Директор будет жив, он сможет навешать Гарри такой лапши на уши, что бедный мальчик преисполнится чувством мести. А человеком, повредившимся рассудком, слишком легко управлять.»  — Да уж, никогда бы не подумал, что Дамблдор настолько коварен, — Снейп покачал головой и осмотрел комнату. Помещение было в сохранности, ученики что-то обсуждали, собравшись в одну группу, а Воин с Эмпатом… — Где мистер Поттер и мистер Малфой?  — Профессор, Элеонора, вы вернулись! — в один голос воскликнули ребята и тут же опустили головы.  — Гарри и Малфой во дворе школы, разговаривают, — первой подала голос Гермиона, а в скором времени и остальные ученики начали рассказывать, что произошло за время отсутствия наставников.       «Кажется, вы неплохо поработали и без нас», — подвела итог Элеонора, взмахнув хвостом и запрыгнув на подоконник. Она уже успела принять свой настоящий облик и теперь внимательно наблюдала за происходящим на улице.

***

 — Зачем пришел, Малфой? — Поттер сидел на небольшом валуне, трансформировав шарф в небольшую, но довольно удобную седушку. Парень сделал несколько взмахов палочкой, и небольшое количество рыхлого, похожего на белоснежные хлопья снега поднялось в воздух, а под воздействием сильного ветра превратилось в маленькое торнадо, направляющееся в сторону озера.  — Да вот, пришел поговорить, — слизеринец смотрел на напарника сверху вниз, обдумывая, что делать дальше. Просьба быть эмоциональным якорем именно Поттеру для Малфоя казалась слишком смущающей. Он пытался предложить Блейзу, но тот только пожал плечами и игриво сказал, что есть наиболее подходящая кандидатура, которую Малфой по неосторожности немного грубо отверг.  — Ну так говори, — Поттер, кажется, не особо был заинтересован. Ну и правда, Малфой конкретно дал понять, что не хочет видеть Гарри в роли якоря, пусть они и являются напарниками и … друзьями.       А являются ли? Гарри надеялся, что да. И возможно, иногда эти мысли заходили чуть дальше, чем дружба, но гриффиндорец стойко их отгонял.       Драко же чуть не зарычал от подобной апатии в его сторону. Было ли такое поведение странным? Еще бы! Ведь слизеринец всегда делал все, чтобы получить хоть какую-то реакцию от Гриффиндорского львенка.  — Будь моим эмоциональным якорем! — выпалил как на духу Малфой, а щеки слегка порозовели, хотя сам парень все списал на холод. Заметив заинтересованность в глазах, скрытых слегка запотевшими стеклами очков, Драко использовал последнее средство: — пожалуйста.   — Сам Малфой просит меня о чем-то? Удивительно! — мстительно заметил Гарри, полностью повернувшись к напарнику. — А что, Забини отказался? И Паркинсон тоже? Вот незадача, — раздосадовано вздохнул Гарри. Было удивительно слышать такие слова от пай-мальчика, однако не один же Малфой способен на агрессию.  — Прекрати валять дурака, — тяжелый вздох слетел с искусанных бледных губ, а серые глаза не сводили взгляд с собеседника, — тогда в спальне я был не прав. Хотел немного подразнить тебя. Не знал же, что ты такая ранимая душа.  — Эмпат, и не знает эмоции чужих людей? — Гарри покачал головой, упрямо не желая сдавать свои позиции.  — Ну не тогда, когда дело касается его самого или дорогих людей, — тихо произнес Драко, а Поттер удивленно воззрился на него. Услышать подобного от Слизеринского принца было подобно чуду. А щеки Малфоя стали еще румянее. — А впрочем, забудь.  — Ну уж нет, — с легкой улыбкой Поттер подпрыгнул со своего места и схватил за руку Малфоя, который успел отвернуться. — Я согласен.  — Говоришь так торжественно, будто я тебе предложение сделал, — буркнул Малфой.  — А разве нет?       Спасло Поттера от хорошего удара в челюсть сообщение Гермионы о возвращении Элеоноры и профессора Снейпа. Значит, необходимо было продумать следующие действия и поймать директора в его же ловушку.