На грани

- Так, два гроба грузят в фургон, - отрапортовала Нифа, подглядывающая за процессом в подзорную трубу. - Если они не извраты, которые любят вздремнуть с трупами - это точно полиция, а внутри гробиков - Эрен и Хистория, - хмыкнула Мария. - Как-то странно... - протянул капрал из-под капюшона. - Они так быстро поняли, что компания Ривза в сговоре с нами. Словно рассуждают как я. Или как он... - Он? - поинтересовалась Келлер. - Слыхали про Кенни-жнеца? - Серийный убийца из столицы, который перерезал глотки сотне полицейских, а его так и не поймали? - Нифа даже прервала свое наблюдение и с любопытством посмотрела на Леви. - Это городская легенда, которой уже не один десяток лет. Но она не лжет. Этот человек действительно существует. - Еще скажи, что знаешь его, - недоверчиво склонила голову на бок Мария. - Я жил с ним какое-то время, когда был маленьким... - капрал задумчиво посмотрел куда-то в сторону, наверняка предаваясь воспоминаниям. Келлер заполыхала от ярости - они столько лет знакомы, а слышит она об этом впервые. "Еще и разболтал так просто, при Нифе, с которой ты вообще третий раз в жизни разговариваешь, будто это - самые обыденные сведения! Типа - всем доброе утро, меня воспитывал маньяк." Она отвлеклась от процессии с гробами, и пыталась понять, чем обусловлена такая скрытность: ужасные, травмирующие воспоминания или недоверие, нежелание раскрываться перед Марией? Но злость не давала ей полностью сосредоточиться на размышлениях, поэтому внезапно, среди уже привычных звуков улицы затесался новый - треснула черепица на крыше. - Леви... - Мария напряглась и стала нервно искать источник звука. Мужчина словно понял её опасения и тоже стал оглядываться. - Как вы можете шутить шутки в такое время? - с легким осуждением Нифа качнула головой, а потом дернулась так, что тело перекинуло через край крыши. У девушки больше не было лица - лопнувшие глазные яблоки стекали по облезшим лохмотьям кожи. Капрал успел присесть и утянуть Марию за собой вниз, а потом и вовсе столкнуть с крыши, в сторону, противоположной той, откуда появился Кенни-жнец. Келлер не успела даже толком рассмотреть этого дьявола во плоти. "Помяни черта..." Она скатилась по черепице, пересчитав каждый стык собственным телом, и ухватившись за водосточную трубу, с жутким скрежетом спустилась вниз. Где-то недалеко раздались еще выстрелы. "Засада... Зараза!" Она перешла на привод, прекрасно понимая, что мечи ничего не сделают огнестрельному оружию - её прошьют насквозь еще на подлете. Единственная надежда - быть непредсказуемой и быстрой. Рассчитывать на помощь капрала не приходилось - у него в противниках был человек, который и научил Леви быть хладнокровным орудием смерти. "Только попробуй помереть, придурок!" - Мария до крови закусила губу и нырнула в ряд домов на параллельной улице. За ней увязались всего лишь трое полицаев, не посчитав девушку серьезным противником. "Так, если учесть, с какого расстояния начал стрелять Кенни, дальнобойность этих штук не сильно большая. Значит, стрелять будут, только когда дистанция сократится. Каждый пистолет - один выстрел. Итого меня могут продырявить шесть раз. Мда, вот же феерическое дерьмище." Девушка летела на одних инстинктах, особо не разбирая дорогу. Но ей не хотелось сильно отклоняться от повозки с гробами, при этом как-то нужно было сбросить хвост из убийственно настроенных преследователей. Решения принимались не головой - мышцами. Она хотела выжать из себя максимальную скорость и реакцию, и она это сделала. Чуть снизиться, резко сбросить газ из баллона, оказаться под пролетающими убийцами и со всего маху вогнать в одного из них лезвие. Оно прошло через пах насквозь, криво пропоров брюшную полость. Мужчина захрипел и блеванул кровью. Грянули проклятия и выстрелы, но мужское тело защитило Марию от пуль. Отпустив лезвие, Мария вытряхнула из руки трупа пистолет, вскинула его и наугад выстрелила - пока двое других перезаряжаются, у нее была попытка наудачу. Она заорала, словно дикарка, когда выстрел пришелся точненько по груди и еще один мужчина, захрипев, безвольно повис на проводах УПМ. Молниеносно оттолкнулась от земли, выстрелив крюками от привода прямо в третьего. Один пролетел мимо и вгрызся в каменную кладку стены, второй пропахал ему руку и мешал нормально прицеливаться. Вихляя и из-за всех сил пытаясь удержать равновесие на половине УМП, Келлер вторым лезвием вскрыла горло оппоненту, заливая себе лицо. Она болезненно впечаталась в стену боком и инерция еще несколько раз откидывала её туда-сюда, словно мячик на веревочке. Спустившись вниз и с натугой выдрав крюк из руки трупа, Мария наскоро отряхнула оборудование от крови и вновь взлетела на уровень крыш, стремясь догнать кадетов, преследующих повозку с катафалком по земле, под видом обычных торговцев. Где-то раздавались выстрелы, грохочущие долго утихающим эхом на весь квартал, и девушка каждый раз болезненно вскидывала голову и вслушивалась, словно это могло помочь ей узнать, что там с Леви. Поравнявшись с повозкой, она наконец выключила подачу газа и неоформленным комком свалилась к ребятам под ноги. Не пролежав и секунды, девушка снова вскочила на ноги, услышав звуки работающих УМП. И тут же под аркой, которую они только проехали, показался Леви, преследуемый лишь одним противником. Мария, как бы её сердце не рвалось вмешаться, силой воли пригвоздила себя к доскам повозки - в такой ситуации она бы только помешалась. Все смотрели, открыв рот, а она - сжав зубы до скрипа, как мужчина, в последний миг увернувшись от пули, применяет приемчик, который до этого использовала Мария, словно их связывал единый канал мышления. Капрал выпустил крюк УМП прямо в преследователя, и, притянув его себе, фактически взрезал пополам. Когда к ним довольно плавно приземлился Леви, Мария снова подскочила, не сумев сдержать вскрик облегчения: - Живой! Я думала, ты… - слезы выступили на глазах, и она подавилась окончанием фразы. - Я в порядке. В порядке, - в нажимом произнёс капрал, положив руку ей на плечо, увлекая за собой вниз, на корточки - стоять в трепыхающейся на кочках повозке было неудобно. Там, небрежно и словно случайно скользнув ладонью по её руке вниз, он быстро, но крепко сжал пальчики девушки, успокаивая. - Остановить слежку, - кривясь, словно подавился чем-то протухшим, приказал капрал, - план провалился. Дружное "ЧТО?!" разнеслось по всему кварталу. Лошади заржали вслед, словно недовольное эхо. - Враг хочет выманить нас на Эрена и Хисторию, чтобы перебить оставшихся разведчиков! - Мария заорала, перекрикивая шум движения отряда. - Не исключено, что впереди нас поджидает еще засада, - брезгливо вытерев кровь с лица, Леви принялся раздавать приказы: - Армин, нужно вырулить на открытую местность. - Есть! - Саша и Конни займутся лошадьми. - Есть! - два голоса в унисон. - Жан, прикроешь нас из фургона. - Есть… - Мария, Микаса - со мной. Воспользуемся приводами и обеспечим отход. - А что с Эреном и Хисторией? - скрипя зубами поинтересовалась Микаса, у которой на лице было написано яростное желание нарушить все приказы и отправиться спасать возлюбленного. - Придется найти другой способ вернуть их, - как могла успокаивающе замахала руками Мария, которая на самом деле больше всего сомневалась не в девчонке, а в Жане. Его нежелание марать руки могло сослужить плохую службу - для него же самого, в первую очередь. - А для этого мы должны уйти отсюда живыми. Убивайте врага, если будет возможность, понятно?! - он чуть повысил голос, быстро взглянув на каждого. Мария только развела руки, показывая, что она с ног до головы в человеческой крови и кишках, которые уже начали пованивать. "Мне-то уж мог ничего и не говорить." - Капрал, многочисленные силы врага приближаются! - отмахнувшись от холодной испарины на лице, закричал Армин. Келлер даже раньше него услышала характерный свист УПМ и звук вгрызания крюков в кладку домов, который невозможно перепутать с чем-то еще. Коротко кивнув Леви, она первая взлетела в воздух, любовно хлопнув привод по газовым баллонам, словно лошадку. Противники, хоть и были вооружены огнестрелами, были опасны в основном только из-за них, а ближнем бою угрозы не представляли. Восхитившись реакцией капрала, который, не щадя лезвий, отбил пулю, Мария воспользовалась отработанным приемом с резким подлетом снизу, чтобы на этот раз вогнать меч в глотку. Поравнявшись с девушкой, которая, булькнув, издала пару последних судорожных вздохов, Келлер оттолкнулась, используя момент инерции, ногами от груди свеженького трупа и продолжила свое движение через врагов. Она даже не успела рассмотреть выражение лица убитой, но так даже проще - меньше мертвых придет к ней в ближайшем ночном кошмаре, если, конечно, этим кошмарам будет кому сниться. Девушка отвлеклась на замес, который происходил у повозки - одна из преследователей прорвалась вперед и была готова застрелить Жана на лету. Микаса с её сверхчеловеческой реакцией развернулась в умопомрачительном сальто, впечатала нападавшую лицом в доски, и тут же взмыла обратно - врагов в сознании было еще предостаточно. Только женщина не отключилась, смогла встать, игнорируя кровь, струящуюся по виску, и наставила оружие на Жана, разоружив его. Тот застыл, очевидно, считая последние мгновения своей жизни. "Дерьмо, вот же дерьмо! Дебил, помрешь ни за что!" Мария взвыла от несправедливости происходящего и хотела поспешить на выручку, надеясь, что сможет подлететь сзади и убить врага до того, как та продырявит Жана. Но, к её изумлению, первым выстрелил... Армин, каким-то совершенно несвойственным для него холодным, выверенным движением прострелив сердце женщины. Келлер не могла продолжить наблюдение за ребятами - её бедро чем-то опалило. Сначала было невыносимо больно, потом невыносимо горячо, сразу следом - омерзительно мокро. Её повело в сторону от шока, и где-то на задворках пронеслась мысль: "Подстрелили, как кабанчика на охоте, етить их налево!" Но Армин закричал, что выход из города уже совсем близко - это придало сил, и отряд, чудом больше никого не потеряв, скрылся за городскими воротами. Открытая местность закончилась довольно быстро - и они нашли приют в заброшенной конюшне в отдалении от цивилизации. Армина стошнило сразу же, как только остановилась телега. Мария хотела сочувственно похлопать его по спине, но на волне адреналина совершенно забыла о ране на ноге и абсолютно по-дурацки свалилась через край телеги на землю. - Блять... - коротко резюмировала она. На девушку внезапно навалилась безумная усталость, словно она вспахивала пустыню в течение недели - в солнцепек, без еды и воды, вручную и под побоями надсмотрщика. И не важно, что про пустыню она слышала только из коротких описаний в запрещенных книгах. И ей очень хотелось пролежать на земле вечность-другую, но дела взывали восстать из полумертвых. Келлер выругалась еще раз, покрепче, когда Жан и Конни помогли ей подняться и добрести до конюшни. Когда ребята принесли воды из ручейка, который на их счастье оказался неподалеку, Мария первый делом промыла и обработала свои раны. Чтобы осмотреть бедро, ткань штанины пришлось значительно разорвать. - Придется шить... - она яростно закусила губу и, покопавшись в своей сумочке медика, выудила бутылёк со спиртом. Поколебавшись, она сделала глоток, закашлялась, утерла выступившие слезы, капнула на края раны, зашипела, капнула на иглу с ниткой и, больше не откладывая, вонзила иглу в кожу. Самое мерзкое, на её взгляд, оказался вовсе не прокол - нет, именно протягивание нитки доставляло форменные страдания, но она продолжала шить, упорно пытаясь справиться с дрожанием рук. Мария внутренне радовалась, что растрепанные волосы скрывали её лицо, искаженное болью, и лишь по судорожно вдыхаемому через ноздри воздуху можно было догадаться, что процедура из малоприятных. Закончив с собой, она залпом выпила полкружки воды, остаток выплеснула себе на лицо. - Так-с, кто следующий на очереди? - оказалось, что кадетов потрепало по большей части морально, и залатать требовалось только капрала. - Раздевайся уже, что ли, плечо все в крови, - она слабо зарычала, дергая Леви за рукав, - пей, сжимай зубы и понеслась. Капрал сидел спокойно на каком-то ящике, уперев ладони в колени и широко расставив плечи. От глотка спирта он отказался, поэтому Мария добротно плеснула ему на плечо и шовный материал. Они встретились взглядами и тут же отвели их - у обоих в расширенных зрачках большими буквами был отпечатан немой вопрос: "ЧТО, ЕСЛИ БЫ ТЫ УМЕР(ЛА)?!" За спиной Келлер выросла Саша. - А... покажите, как правильно шить, а то вдруг... - Пригодится? - Мария через плечо обернулась на девчонку, одобрительно кивнула и принялась подробно рассказывать все то, что знала сама и давно отрепетировала на практике. Леви прикрыл глаза и словно медитировал на неторопливую речь девушки, будто бы это могло помочь отвлечься от боли. Холодная дрожащая женская ладонь аккуратно ложилась на плечо и придерживала мужскую руку, чтобы случайно не дернулась, а потом в кожу вгрызалась игла. И раз, и ещё раз. - Всё. Теперь осталось не помереть от заражения крови. *** Вечер быстро опустился на лесок, в котором они скрывались, и теперь землю освещали только костер, луна и горстка звездочек. Ужин готовился в полнейшей тишине, да и есть-то на самом деле никто не хотел, все "переваривали" события прошедшего дня. Мария только разок подивилась, что даже припасы уцелели, и одним насущным вопросом выживания стало меньше. - В чем дело, Армин? - лениво поинтересовался капрал, заметив, что юноша замер, так ни разу не поднеся еду ко рту. - Возле вонючей конюшни пропал аппетит? - Нет. Честно говоря, когда я доставал оружие, то думал, что уже поздно. Она уже прицелилась в Жана... И теперь я продолжаю задаваться вопросом, как же мне удалось выстрелить первым? - А так, - капрал отставил чашку и откинулся на руках назад, поглядывая на небо. - Она на мгновение заколебалась. "Сомнения - это смерть." - Наверное, это была добрая женщина. И куда более человечная, чем я, - Армин вглядывался в языки пламени, словно уже прикидывал, каких размеров костер для него готовят в аду. Мария знала, что он разделяет похожие чувства - те, через которые она прошла много лет назад, добив первого смертельно раненого. - А я... я... - Армин начал захлебываться в словах, и Келлер все же совершила задуманное - легонько похлопала паренька по спине: - А ты - это ты. И пути назад нет. - Ты уже замарал руки, - слова Леви были словно душ из ледяных клинков, - но если бы они остались чисты, Жан сейчас бы не сидел рядом с нами. Ребята, которые поначалу вскинулись на капрала, защищая друга, разом поутихли. - Ты сумел спустить курок, потому что под угрозой была жизнь твоего друга. Ты находчив, и сообразил, что времени для сомнений нет. Если бы мы потеряли в тот момент вещи и коней, то надежды для нас бы не было. Оставив кровь на своих руках, ты спас и нас. Спасибо.