Мафиозные будни

Резкий рывок двери стал для Тсуны практически ежедневным ритуалом. Звонкая трель радостно встревоженной интуиции, бьющейся в такт бешеному ритму сердца заставляла подрагивать слабеющие пальцы. Но сил на то, чтобы распахнуть дверь, у девушки хватило. Секунда. Две. Три. Звон превратился в писк. Дверь напротив распахнулась, демонстрируя традиционно-японскую комнату и её растрепанного хозяина. Хибари сонно хмурился, сжимая в одной руке тонкий валик подушки, а в другой — тонфа. Хибёрд чистил перышки в взъерошенных, стоящих дыбом волосах, словно в гнезде. Полосатая юката сползла с юношеского плеча. Тсуна беззвучно вскрикнула и поспешила захлопнуть дверь, без сил сползая по косяку. До звездочек зажмуренные глаза не давали рассыпаться осколками воспоминаний только что увиденному зрелищу. Гиперинтуиция, давно пристрастившаяся к девичьим играм, вызванивала торжественный ритм. — Зверек? — голос за стеной отдавал легкой хрипотцой и непониманием. Кажется, Хибари никак не мог привыкнуть к ещё одной странности этой ненормальной Савады. А краснеющая Тсуна белыми от волнения губами чуть слышно благодарила мафию за особняк, больше напоминающий общежитие «в стиле Вонгола».

***

День начался просто отвратительно, Тсуна поняла это ещё в четыре утра, когда злобный голос Реборна поприветствовал её привычным «Хаос!» из — до этого разрывающейся — трубки. Потом были бесконечные отчёты, виноградный леденец, который Десятая лишь чудом извлекла из волос без особых потерь. Теперь вот «айс»-кофе и виноватая мордочка Гокудеры. Видимо… и «слышимо»… он опять почти полчаса препирался в коридоре с Ямамото. Да и гора жалоб о «зверствованиях» Хибари, как и стопка новых отчетов, оптимизма не внушала. Более того, Тсуна едва сдерживала желание протянуть руку к верхнему ящику стола и вытянуть закинутый туда «на всякий случай» Реборном пистолет. Пух! И всё. Она свободна. Почти до дрожи пальцев главе сильнейшей мафиозной Семьи мира хотелось почувствовать это чувство бесконечного падения, как в самый первый раз, когда пулю в лоб ей пустил её «дорогой» репетитор… — Тсу-на-еёши, — тягучий, как патока, голос заставил непроизвольно вздрогнуть и покраснеть. Как ребенок, пойманный ночью за сладостями. — М-мукуро? Хранитель Тумана единым, почти змеиным, движением проник сквозь небольшую щель в кабинет, окинул заинтересованным взглядом разноцветных глаз забитый бумагами стол. — Планы на меня есть? — медленно, будто крадучись, Мукуро двинулся вперед, теперь не отрывая взора от лица Тсунаёши. Савада отрицательно качнула головой, а после, не сдержав тяжелого вздоха, прикрыла уже щиплющие от нагрузки глаза. — Тогда назначусь сам, — довольно пропел самый непредсказуемый из хранителей Десятого поколения, щелчком пальцев меняя цвет волос на раскаленную медь, — поделюсь удачей с уставшим боссом, м? Тсуна непонимающе пару раз моргнула. Настолько яркий Мукуро был для неё вновинку. Хотя даже так он оставался собой и продолжал преподносить сюрпризы. — Поцелуешь? — Туман нахально перегнулся через стол, тряхнул солнечной шевелюрой, картинно надувая губы, заставляя Тсунаёши против воли захихикать. Женский придирчивый взгляд и гиперинтуиция выцепили ещё пару изменений. Рыжие волосы и мелкие веснушки, да? — Ирландская удача мне не помешает, — наконец решилась Савада, приподнимаясь из кресла. Улыбка сама наползала на лицо. Губы её хранителя были удивительно теплыми.

***

Занзас раздраженно рыкнул, с силой опуская пустой стакан на барную стойку. Прямо под носом немым укором стояли уже три пустые бутылки — Скуало, прежде чем оставить босса запивать злость, успел подсуетиться. — Чертова Савада! — голос больше напоминал рык тигра. Перед глазами главы Варии всё ещё стояла отвратительно торжественная, отдающая лютым пафосом Церемония наследования. — Десятая… — явно передразнивая лебезящий тон идиотов, почтительно склоняющихся перед этой мягкосердечной соплей с коровьими глазами. — Наивная дура! — очередной залпом опустошенный стакан. — Фарс… Сплошной фарс, — бурчал босс Варии, даже не стараясь понизить голос. Музыка грохотала, отдаваясь в висках, так, что даже повысь он голос до максимума, его бы не услышали. Полная конфиденциальность. Идеал нынешнего времени. — Станет же марионеткой в руках «доброго дедушки», — Занзас едва подавил желание сплюнуть прямо на стойку. От одно воспоминания о морщинистом лице с по-отчески доброй улыбкой и обманчиво-тёплыми глазами из горла рвался рык, обгоняя подступающую тошноту. Перед внутренним взором босса Варии встала нескладная, растрепанная девчонка, состоящая из сплошных углов. Что тогда, при первой встрече, напомнившая ему взъерошенного утенка, что сегодня — когда она нетвердой, полупьяной походкой дошла до кресла на постаменте. Всё такая же глупая и неуклюжая. Простая, доверчивая, не успевшая попробовать крови и всё для себя решить. — Идиотка, — прошептал Занзас, отводя глаза от опротивевшей бутылки. Даже самому себе не хотелось признавать, что он волновался за неё. Такую нелепую и неготовую к подобной ноше. — Глупая, — в голосе больше не было былой уверенности. Взгляд усталых винных глаз скользнул по беснующейся толпе на танцполе, в центре которой кружилась хрупкая подвижная фигурка. Она вилась, как струя воды под рукой, вытягивалась вверх всем своим практически плоским — но таким соблазнительным — тельцем и резко опадала, практически оказываясь небольшими бугорками груди на грязном паркете. Она притягивала взгляды, тянула за собой, заставляя людей отступать в такт своим движениям, замирать вместе с ней, уходить с головой в каждый её жест.  — Савада не то что руководить, ведь даже с собственным телом справиться не может. Занзас чуть заметно усмехнулся, вспоминая, как её мотало в воздухе на Битве колец и сколько раз она почти оказывалась на земле, не справляясь с напором собственного пламени, как путалась в собственных ногах и при каждой встрече шла к нему так, будто вот-вот собиралась падать. Девушка на танцполе приоткрыла зажмуренные глаза, столкнувшись взглядом горящих янтарем глаз с винным взором. Каштановые волосы водопадом рассыпались по плечам, совсем не напоминая привычное гнездо. Легкое тело сделало ещё один оборот вокруг оси, дернулось в ритм басам и застыло. Пламя ярости внутри Занзаса заинтересованно вспыхнуло и примирительно опало. Оно уже чувствовало победителя, склоняясь перед ним. Савада чуть прищурила горящий — ничем не замутненный — пламенный взгляд, прежде чем исчезнуть в толпе. Босс Варии довольно рыкнул, не глядя потянувшись к стакану. Кажется, он недооценил девчонку… Да и — возможно! — с ней стоит не только помериться силами. Всё же Боссу Вонголы нужна нехилая поддержка. Теперь Занзас был готов её оказать.