Часть шестая.
2 февраля 2017 г., 14:15
Небо вдалеке медленно окрашивалось в голубые тона, ночь уходила. Через час группа для переговоров должна была направиться к Аркадии, чтобы заключить перемирие и привезти на базу новых людей. Ее людей.
Кларк повела плечами, чувствуя груз ответственности. С момента разговора с Данте прошло около пятнадцати дней, у девятнадцати новоприбывших с их согласия и одобрения Президента забрали стволовые клетки. Уже больше двадцати военных могут дышать неочищенным воздухом, и теперь ее людей не отпустят, особенно когда они сами хотят помочь. Значит мирный договор обязан быть заключенным.
Несколько часов назад она говорила со своей матерью, а точнее наблюдала, как Эбби сквозь слезы улыбается и старается говорить так, чтобы голос не слишком сильно дрожал. Кларк видела ее состояние, и прекрасно знала, что она чувствует, но сама девушка не чувствовала того, что обязана чувствовать дочь, снова видя свою мать живой. И она не знала, как на это реагировать.
— Кларк, — раздался сзади голос Джаспера. — Я думал, выходить наружу запрещено, — он подошел к ней, засунув руки в карманы, и веселым тоном продолжил. — Или все насколько изменилось, пока я отлеживался после операции? — девушка не отрывала взгляд от стремительно бледнеющего неба, никак не прокомментировав его слова. Взглянув на нее, Джаспер нахмурился. — Волнуешься? — уже серьезным тоном спросил он.
— О чем? — резко спросила она, наконец переведя взгляд на стоящего рядом парня. Помолчав, Кларк добавила. — Прости, я… Не знаю. Не знаю, правильно ли я поступаю, позволяя им делать это с вами и втягивая в это людей с Ковчега.
— Ты ведь спасаешь людей, Кларк, — медленно проговорил Джаспер. — Как это может быть неправильным?
Она лишь кивнула, а потом покачала головой, обняв себя руками. Все-таки в глубине души она была совершенно не готова принять на себя такую ответственность, и сейчас это не позволяло ей вздохнуть спокойно. Даже слова Джаспера правдивые по своей сути не успокаивали, хотелось лишь возразить, сказать, что он многого просто не знает и, как девушка надеялась, никогда не узнает.
— А если я, спасая их, уничтожу вас? — в конце концов прошептала девушка, растерянно взглянув на стоящего рядом парня, будто прося его рассказать, что предначертано судьбой в этом мире, который она меняет.
— Я думаю, что мы тебя простим, — Джаспер ободряюще улыбнулся, но в его голосе звучала легкая растерянность. Видимо, он уже привык, что Кларк несгибаема, что Кларк не колеблется, что Кларк не боится, и то, что происходило сейчас, не вписывалось в его представление о девушке. — Человечность — это не то, за что можно винить людей. Помнишь, как первый из них вышел на свежий воздух? — тихо поинтересовался он. — Я никогда не видел столько неверия и восторга. Он был опьянен свободой, новыми возможностями. Он был пьян этим миром, Кларк, миром, который ты дала подарить ему. Мы все дарим им новую жизнь. Это не может быть неправильным, — он поежился от холодного дуновения ветра. — Я, конечно, не Беллами, но если тебе интересно мое мнение, то я думаю, что союз с Аркадией — именно то, что нужно. Людям нужны люди, и желательно похожие друг на друга.
Кларк лишь вздохнула, ничего не сказав в ответ. Людям нужны люди, похожие друг на друга. А она сама похожа на Лексу?.. Кларк прикрыла глаза. Она не знала ответа, ведь эту Лексу она пленила, как когда-то Лекса ее. Да, Кларк несомненно была похожа на Командующую, но есть ли в этой Лексе Командующая, так хорошо знакомая Кларк? Она не знала ответа.
Каждый раз, смотря на сидящую на полу и принципиально не использующую кровать землянку, девушка сомневалась, что это существо сможет практически ни за что посадить кого-нибудь в клетку, забрав все, что было знакомо, из его жизни. Она сомневалась, что эта Лекса отплатила бы предательством тому, кто начал доверять ей. Кларк несомненно была хуже этой землянки, и никакое проявление человечности не могло это исправить. Тому, кто привык ожидать предательства, смерти дорогих ему людей, сложно доверять неспонтанно, сложно позволять кому-то стать слишком близким, ведь их уход нанесет решающий удар, это будет как последний гвоздь в крышку гроба. Но привязанность к Лексе забралась под кожу и осела где-то под сердцем. И уже неважно, что это может убить Кларк, ведь, если попытаться изжить из себя это чувство, то это все равно убьет. Все в любом случае закончится не слишком радужно.
***
Аркадия раскинулась на берегу озера, создавая режущий глаз контраст между буйной зеленью и серой уродливостью металла. Издалека было видно, как люди выходят и снова заходят в железную громаду. Кларк завороженно смотрела на знакомые угловатые очертания Аркадии, мысли метались в голове, полузабытые воспоминания снова вставали перед глазами. Как во сне девушка сделала первый шаг навстречу своим людям, выходя из-под защиты деревьев. Приближаясь к Аркадии, она видела, как охрана за наспех созданными ограждениями неотрывно наблюдает за ней. Кларк чувствовала их взгляды на своей коже, но это лишь еще больше успокаивало. Чем ближе она подходила, тем больше народу собиралось рядом с воротами. Все перешептывались, не спуская с нее глаз. Видимо, ее уже успели тут похоронить, пронеслась мысль. Да как и всех подростков, отправленных на Землю, как свиньи на убой, — жестко добавила про себя Кларк. Она поджала губы, чувствуя, как застарелый гнев разливается в груди. Ее походка стала тверже, а плечи расправились сами собой, будто она шла на смерть. Похолодевшим взглядом Кларк окинула столпившихся и наткнулась на бездонные глаза Джахи, еще одной проблемы, которую придется решать. Замерев в нескольких метрах от ограды, девушка наблюдала, как Беллами, не говоря ничего лишнего, подошел к самым проводам и что-то убежденно начал говорить охранникам. Через несколько минут толпа расступилась, и Кларк увидела мать. Эбби, раскрасневшаяся, будто весь путь проделала бегом шла быстрым шагом к воротам. Заметив Кларк, она приказала открыть ворота и первая проскользнула в образовавшийся проем, чтобы в следующую секунду крепко обнять дочь, до боли сжимая ее плечи. — Рада, что ты жива, — едва слышно выдохнула она. — Меня не так-то просто убить, — криво усмехнулась Кларк, пытаясь осторожно высвободиться из объятий. Несмотря на свою довольно странную реакцию этим утром, девушка все же была рада видеть мать живой. Была лишь рада, как старому другу, дороги с которым слишком давно разошлись. Кларк глубоко вздохнула и серьезно добавила: — Нам надо поговорить, — Эбби с непониманием отстранилась, но, увидев выражение лица девушки, кивнула.***
Стоя посреди комнаты, девушка чувствовала, как напряжение, царившее здесь последние несколько часов, медленно спадает. Эндрю пожал руку сначала Эбби, а потом Маркусу. После капитан развернулся к ней, всем своим видом показывая, что она может остаться здесь, а не возвращаться с ними на гору Везер. Едва заметно качнув головой, Кларк подошла к матери и обняла ее. Встретившись с настороженным взглядом Эбби, она улыбнулась. — Встретимся на горе Везер. Президент Данте будет рад познакомиться со всеми вами лично. Слова прозвучали как заученная речь, и Эбби судорожно вздохнула, подавив желание схватить дочь и не отпускать больше никуда. Пусть она Канцлер, хотя теперь, после заключенного договора, она просто представитель интересов своих людей при Президенте, не более, но она не имела права заставлять Кларк остаться. Да что там заставлять, даже просить об этом. Уж слишком было заметно, что ее дочь сыграла далеко не последнюю роль в заключение этого соглашение и его подготовке. Уж слишком бросалось в глаза то холодное спокойствие и слишком взрослый, твердый взгляд человека, давно уже все решившего для себя. У Эбби просто не было шансов убедить Кларк остаться, поэтому она просто кивнула и еще раз обняла свою дочь. В конце концов, — убеждала она себя, — мы скоро встретимся на горе Везер, и никто больше не умрет. Никто больше не умрет.***
Кларк стояла и молча наблюдала, как землян выводили из бункера под конвоем. Едва держащиеся на ногах люди медленно брели, надежно окруженные со все сторон солдатами, чтобы никто не успел сбежать. Знакомая темно-коричневая копна волос показалась из-за поворота, и у Кларк сжалось сердце: Лекса выглядела слишком тихой, подавленной окружающими ее стенами, хрупкой. Почувствовав чужой взгляд, землянка подняла глаза от пола. Зеленые глаза взглянули на Кларк, а потом землянка отвернулась, будто само присутствие Кларк было ей невыносимо. Я заперла ее здесь, пытаясь уберечь, но сделала только хуже. Теперь мы поменялись ролями: она меня презирает, а я просто хочу быть рядом. Та Лекса встала на колени и поклялась в верности мне, та Лекса сделала то, что не должны были позволить ее принципы. Она преклонила колени перед девчонкой, спустившейся с неба, чужачкой. Может, если я предам свои принципы, то это убедит ее в том, что я на ее стороне? Но единственный принцип, который я еще не успела предать, это верность интересам своего народа… А им я не смогу пожертвовать. Просто не смогу. Кларк вздохнула, теперь она очень хорошо понимала ту Лексу, которая разрывалась между желанием быть с Кларк и обязательствами перед своим народом. И сейчас Кларк упорно не хотела следовать ее примеру, хотя все шло к этому. Она отпускала Лексу, и землянка уходила прочь от этого места, от нее. Кларк не отрывала взгляда от знакомых, гордо расправленных плеч, жадно и отчаянно запоминая каждое движение дорого ей человека и мечтая, чтобы она обернулась, взглянула еще раз, пусть хоть и с презрением. И она обернулась, в ее глазах застыла смесь неверия и странного, не объяснимого для Кларк страха. Девушка вздрогнула и отвела взгляд, стараясь не думать, откуда появился страх. Ведь причина могла быть только одна — сама Кларк. — Она все поймет и простит, просто дай ей время, — мягкий голос Данте раздался совсем близко. Кларк вздрогнула. — Я понимаю, вы взбудоражены происходящим, но, боюсь, с этим больше нельзя тянуть, — твердо сказал он. — Нам надо поговорить, — Кларк почувствовала, как во рту пересохло. Что-то надвигалось. — В моем кабинете, — ей оставалось только кивнуть. Когда дверь за ней закрылась, Данте уже привычно сел за стол и, сложив пальцы домиком, начал: — Когда в прошлый раз мы встретились в этом кабинете, вы мне во всех подробностях описали возможное будущее. Я сделал так, как вы предложили, Кларк, но война все равно начнется, — Кларк медленно выдохнула. — Земляне оживились, они собираются вокруг своей столицы. Они готовятся напасть. — Я могу попробовать поговорить с отпущенными землянами, убедить их пойти к Командующей… — девушка осеклась, но было уже поздно. — К Командующей? Почему не к Командующему? Почему не к Вождю? — в его голосе было недоверие и настороженность. Кларк поджала губы, прекрасно понимая, что натворила. А ведь они уже заключили договор с ее людьми… И от ее ответа сейчас будет зависеть очень многое. — Я думала, вы мне доверяете, — резко сказала она, стараясь выглядеть оскорбленной. — Поймите меня правильно, Кларк. Вы неизвестно откуда появившаяся девушка, — она посмотрела на него, будто не понимая, о чем он. Хотя Кларк прекрасно знала, что Данте имеет в виду. — Я был знаком со многими молодыми людьми и не побоюсь сказать, что ни у кого из них не было ни вашего бесстрашия, ни вашего красноречия. Когда я слушал вас в прошлый раз, у меня было ощущение, будто вы пересказываете уже произошедшие события. А сейчас слово «Командующая» прозвучало так, будто вы много раз до этого произносили его. Я хочу вам верить, но все это меня настораживает, — он на время замолчал, решая. — Особенно ваша привязанность к той землянке. Вы ведь познакомились за несколько дней до прибытия сюда. Если бы это была любовь, я бы еще понял, оправдал ваше поведение, но ведь это не любовь… — С чего вы взяли? — перебила его Кларк, чуть ли не вскакивая на ноги. Напряжение последних дней сказывалась самым неприятным образом, заставляя терять контроль и выдавать себя всеми возможными способами. Уоллис, не обратив внимание на ее выкрик, продолжил: — Любовь, которая вспыхивает между людьми за несколько дней знакомства, — девушка прикрыла глаза, явно не соглашаясь с этим. — Так вы мне не доверяете? — прямо спросила Кларк. Пора было заканчивать этот фарс, до того, как она еще чем-то себя выдаст и окончательно потеряет доверие Данте, что нельзя было позволить. Только не сейчас. — Мне нужны объяснения. И желательно прямо сейчас. Я хочу быть уверенным, что вы не одна из землян и не воюете на их стороне, — холодно сообщил он. Кларк понятия не имела, как это объяснить. Может, попытаться сказать правду? Ведь кто-то говорил, что правда — лучшая политика, возможно, у него были на то причины. Она вздохнула. — Вы мне не поверите, — Уоллис внимательно посмотрел на нее. — Вы убедили меня начать следить за собственным сыном, и ваши слова подтвердились. Я хочу услышать правду, какой бы безумной она не была. — Если вы так хотите… — пробормотала Кларк, приняв решение. — Тот день, когда мы приземлились, не был моим первым днем на Земле. Данте едва заметно поднял брови, но не остановил ее. Посчитав это добрым знаком, Кларк продолжила свой рассказ, с каждой секундой убеждаясь, что считающий правду лучшей политикой, видимо, был немного не в себе. Когда она наконец закончила, Данте посмотрел на девушку как на немного сумасшедшую, но вместо того, чтобы вызвать медиков, сказал: — Занятно, очень занятно. И как давно у вас такое ощущение? — Кларк захотелось взвыть. Он ей не поверил, но хотя бы не попытался запереть в изоляторе, а это уже хоть что-то значит. — Вы говорили, что… — ледяным голосом ответила Кларк, решив играть оскорбленную добродетель пока возможно. Видимо, Данте оценил это. — Хорошо, — он усмехнулся кончиками губ. — Допустим, что все, сказанное вами, правда, что дальше? Что вы посоветуете? — Как я уже говорила, надо поговорить с отпущенными на волю землянами, убедить их, что войну против нас им не выиграть, — Кларк не понимала, какую игру он затеял. — Мы превращали их сородичей, как вы уже знаете, в жнецов, наших людей не подпустят близко к освобожденным. — Они об этом еще не знают и, надеюсь, не узнают, — девушка не могла понять, говорит ли он это всерьез или просто ему интересно, что она возразит. После этих слов Президент поднялся из-за стола, заставляя Кларк тоже встать. Наверное, это конец, — промелькнула мысль. — Хорошо, идите к своим землянам и убедите их в своей правоте, Кларк. Я выделю вас четырех сопровождающих. У вас одна попытка. Постарайтесь вернуть моих людей живыми, — он серьезно посмотрел на нее. Девушка лишь кивнула, ошарашенная его словами. — То, что вы мне рассказали, похоже на бред тяжело больного человека, но раз вы знаете Луну и так хорошо о ней отзываетесь, думаю, у вас есть шанс. Но если ваш план провалится, вы понесете в полной мере ответственность за все сказанное и предложенное вами. — Благодарю, господин Президент, — Кларк сдержанно кивнула. Однако все получилось. Это было довольно неожиданно. Слишком неожиданно. И ей нужно было знать, почему он поверил ее рассказу. — Почему вы мне поверили? — Вы сказали, что ваша подруга раньше была Хедой и в нее вживляли чип, — он немного помолчал. — О таком земляне не говорят ни чужакам, ни своим, но вы об этом знаете, хоть и ни разу не видели Командующую даже издалека. Думаю, мы все-таки проверим вашего Джаху на наличие посторонних веществ в крови. Кларк лишь ошарашенно кивнула, услышав практически неоспоримое логическое рассуждение. — Когда вы выдадите мне сопровождающих? — очнувшись, спросила девушка. Пожалуй, сейчас это было намного важнее неожиданного доверия Данте. — Так спешите, — он покачал головой. — Думаю, через несколько дней вы отправитесь к землянам, к тому времени пройдет достаточно времени, чтобы они пришли в себя и сделали определенные выводы. — Спасибо, господин Президент, — он лишь усмехнулся, наблюдая, как Кларк на подрагивающих ногах покинула кабинет.***
Солнце было уже в зените, когда они наконец дошли до поляны перед деревней. Их уже ждали: с луками и ножами земляне выстроились живой стеной перед деревней, видимо, решив, что горные люди пришли убивать. Кларк вышла вперед, стараясь не делать резких движений, чтобы еще больше не усложнить ситуацию. При виде ее по «строю» пронесся шепоток: девушку тут явно знали и были далеко не рады ее приходу. Замершие за ее спиной горные люди без масок и с диковинным оружием не делали сложившуюся ситуацию проще. Кларк обвела взглядом землян, прекрасно понимая, что единственная причина, почему на них не напали, это отсутствия предводительницы. Девушка внутренне похолодела, когда не нашла Аню среди вышедших. Насколько она знала, ее не могли сместить, значит… Значит все ждут ее появления и, возможно, скорой битвы. Наконец ряды расступились, и появилась Аня. Всем своим обликом она выражала недоверие к пришедшим, однако команды начать бой не последовало. — Что вам нужно? — выплюнула она, не удостоив их даже приветствием. Кларк вздохнула, приготовившись к ожесточенному сопротивлению, и если повезет, оно будет только словесным. — Я хочу поговорить с Лексой. План действий для предотвращения войны был уже готов, но для его осуществления нужен был хотя бы один разделяющий взгляды Кларк на войну человек. И девушка надеялась, что этим человеком станет Лекса. А уже с ее помощью она сможет заручиться поддержкой Ани, и, возможно, они успеют остановить надвигающуюся войну. — Зачем тебе говорить с Лексой? — подозрительно сощурилась Аня. Она явно не хотела подпускать свою воспитанницу близко к небесной вновь, ведь в прошлый раз это кончилось чуть ли не смертью для них обеих. — Это очень важно, — продолжала настаивать Кларк. Аня скривилась, но потом все же кивнула одному из своих людей. Он без лишних слов исчез. После этого предводительница повернулась к Кларк: — Только посмей ее пальцем тронуть, и живым отсюда никто не уйдет, — прошипела Аня. — Я поклялась защищать ее, и только посмей причинить ей вред. Девушка лишь кивнула, не сумев найти, что сказать. Насколько помнила Кларк, Аня была наставницей будущей Командующей, но откуда такая забота об обычной травнице, для девушки оставалось загадкой. Лекса мягко протиснулась сквозь «строй», настороженно наблюдая за пришедшими. В глубине зеленых глаз был хорошо скрытый страх, тот самый страх, которому Кларк не могла дать разумное объяснение. Землянка подошла к предводительнице и замерла рядом с ней. — Я хотела бы поговорить с Лексой наедине, — сообщила Кларк. Аня презрительно сощурилась и что-то уже хотела сказать, но Лекса остановила ее, дотронувшись до руки успокаивающим жестом. Предводительница скривилась, но все же промолчала, не став вмешиваться. — Идем за мной, — коротко сказала Лекса, и Кларк повиновалась, спиной чувствуя яростный взгляд Предводительницы. Отойдя от поляны так, чтобы их скрывали деревья, Лекса остановилась и, помедлив секунду, повернулась лицом к Кларк. Настороженно. Девушка с грустью и болью отметила, что страх так и остался в глазах землянки. Кларк не хотела в это верить, гнала эту мысль от себя прочь, но, видимо, Лекса боялась ее, а то, что она согласилась поговорить наедине, было просто нежелание чего? Чтобы началась очередная бойня? Чтобы Аня ее защищала? Чтобы… На самом деле Кларк понятия не имела, но она надеялась, что у нее еще будет возможность это узнать. — Как ты знаешь, скоро может начаться война, — видимо, с недостаточной уверенностью начала Кларк. — Мы не начинали эту войну, — прохладно отозвалась Лекса, а страх в ее глазах практически пропал. Кларк вздохнула. — Никто не начинал этой войны, мы не хотим воевать с вами, — мягко заметила она. — Значит войну начали мы? — холодно осведомилась Лекса. — Нет, ты… — Небесные объединились с горными людьми, вы создали союз, вы начали эту войну, — жестко отрезала она. — Мы создали этот союз, чтобы выжить, — Кларк покачала головой. — Мои люди только прибыли на Землю, о которой они мечтали больше ста лет. Мы не хотим войны, Лекса, потому что мы хотим не умирать, а жить. — Ваши люди подорвали нашу деревню своими ракетами, — последнее слово она выплюнула как ругательство. — Ваши люди загрязнили озеро, в нем исчезла рыба. Ваши люди затоптали многие целебные растения. Ваши люди создали столько шума, что распугали не только мелких зверей, но и хищников. Ваши люди заключили союз с теми, кто забирал себе нашу кровь. И ты хочешь сказать, что вы не хотите войны? Вы делаете все, чтобы она началась! — ее голос взлетел, а в голосе наконец появилась бессильная ярость и злость. На это очень хотелось возразить, что и сами земляне не очень гостеприимно встретили их, но Кларк подавила это желание. — Мы нечаянно взорвали вашу деревню, тогда мы не знали, что здесь кто-то есть. Озеро пострадало, я знаю, но это тоже случайность, корабль мог упасть куда угодно. Мы не специально затоптали растения и распугали дичь, мои люди первый раз оказались в лесу, они просто были слишком возбуждены происходящим, — Кларк слабо улыбнулась. — Наш союз с горными людьми был единственным способом выжить. Если бы не он, вы бы напали на нас, — Лекса поморщилась, но ничего не сказала. — Ты ведь не хочешь войны, — это прозвучало тихо, но настолько уверено, что Лекса подняла брови. — Я знаю, что ты не хочешь, чтобы близкие тебе люди умирали. Я тоже не хочу этого, — она посмотрела землянке в глаза, но Лекса отвела взгляд. — Никто этого не хочет, и если есть шанс не дать этому случиться, то как мы можем не попытаться? — видя, что Лекса ее внимательно слушает, девушка продолжила еще более пылко. — Неважно, кто кого недопонял, поверь, важно лишь одно: наши люди будут умирать за это, из-за этого. И ты сможешь дальше жить, зная, что их кровь на твоих руках, что их смерть так же и на твоей совести? Если ты сможешь, просто скажи, и я уйду. Но не жди, что я не перестану пытаться остановить это безумие, потому что я не смогу так жить, — твердо закончила Кларк. Лекса на секунду прикрыла глаза, а потом тяжело вздохнула: — И что ты предлагаешь? — холодно спросила землянка. Было видно, что она еще не согласилась, но уже готова была выслушать план возможных действий, и если план ее удовлетворит, то она согласится помочь. И Кларк начала, надеясь, что землянка согласится. Весь план занял около четырех минут, а потом наступила тишина. Что-то было не так: Кларк чувствовала это кожей. — Я не могу пойти с Аней к Командующей, Кларк, — в конце концов сказала Лекса, ее голос звучал безжизненно. — Почему?.. — землянка холодно посмотрела на нее и промолчала. — Тебя там не ждут?.. У тебя есть враги, желающие тебе смерти?.. — видя, что Лекса хранит молчание, девушка неуверенно предложила. — Может, я могу чем-то помочь? — землянка едва заметно вздрогнула. — Своими вопросами ты ничего не добьешься, — голос Лексы прозвучал твердо, но, говоря это, она даже не взглянула на Кларк, пряча взгляд, будто боясь чего-то. — Но я поговорю с Аней, может, ее слов будет достаточно, чтобы остановить подготовку к войне. Но вам все равно придется прислать послов для переговоров, таковы правила, Кларк, их нельзя нарушать, если вы действительно хотите мира, — на этих словах она наконец подняла взгляд, и Кларк задохнулась. Это выражение было слишком хорошо знакомо ей. Смотря на нее так же, та Лекса объявила о начале битвы у горы Везер. Твердость, уверенность в том, что она делает — это не могло остаться незамеченным, неоцененным. Завороженно смотря в зеленые глаза, Кларк наслаждалась. Она не потеряла Лексу, конечно нет, как она могла? Это же ведь ее Лекса, и черта с два она позволит ей уйти просто так. Единственное, что опьяненная счастьем девушка не заметила, все тот же страх, тщательно спрятанный в глубине.
