Fear on Fire

Демон Асмодей был требовательным сукиным сыном. Магнус Бейн даже мысли о том, что тот его отпустит, не позволял поселиться в голове. Он поклялся всем, поклялся своим Алеком, что проведет во владениях отца столько времени, сколько понадобится. Даже если это будет целая вечность. Для мага это ничтожно малая цена за свободу Александра Лайтвуда и его друзей. Но сейчас Магнус стоит посреди своей квартиры в Нью-Йорке. Тусклый взгляд скользит по мебели, накрытой белой пленкой, по мелочам, которые раньше создавали уют для Алека — ему, Магнусу, он был ни к чему. За долгие столетия он привык обходиться без приятных сердцу побрякушек. Создать портал и очутиться в Институте, прижать Алека к груди и долго вдыхать запах темных волос — очень просто. Казалось бы, чего сложного? Но теперь для Магнуса магия — запретное занятие. Он больше не бессмертен — Асмодей забрал все. Магнус посмотрел на свои дрожащие ладони. Никаких следов былой силы, как бы ни старался. Паршиво. В метро на него никто даже не смотрит — Магнус Бейн теперь примитивный. Он не подкрашивает глаза карандашом с блестками, не укладывает волосы, оставляя их в относительном беспорядке, не красит ногти и не носит бесчисленное множество колец. Одевается также скучно — никаких тебе шелковых рубашек с золотой прошивкой или шарфиков, обмотанных вокруг шеи. Вместо когда-то воинственного фасада Института перед ним разрушенное здание. Магнус пару раз моргает, чтобы чары рассеялись, но ничего не меняется. Конечно, он же теперь примитивный. Остается только ступить на территорию и ждать, пока вооруженные до зубов нефилимы не выйдут к нему. — Магнус? — голос ломкий, и бывший маг с болью в сердце поворачивает голову в сторону, чтобы столкнуться с тем, ради кого пришел. — Алек, мой Алек, — он шепчет не в силах повысить голос, протягивает руку, но нефилим не спешит. — Докажи, что ты тот, за кого себя выдаешь, — нескольких секунд хватает Лайтвуду, чтобы прийти в себя. А вдруг перед ним демон, притворившийся Магнусом? — Александр, — мягко говорит Бейн, застыв на месте, — это определенно я, Магнус Бейн. Бывший Верховный маг Бруклина. На нашем первом свидании мы помогли девушке-оборотню. — Это каждый второй в нижнем мире знает, — Алек говорит твердо, но по глазам становится ясно — он верит. Или очень сильно хочет верить, что это действительно Магнус. Внутренности сворачиваются в тугой узел, нервы на пределе и кажется, что дышать невозможно. — Когда-то мы расстались в старой, заброшенной подземке. Тогда я сказал, что люблю тебя, но это ничего не меняет. Я ошибался, Алек. Это изменило все. — Магнус, — нефилим делает несколько шагов вперед и останавливается прямо перед мужчиной, — это ты? — касается пальцами лица, проводит ими по губам, перемещается на шею и, наконец, вымученно целует. — Я вернулся. — Ты… ты больше не, — Лайтвуд заикается, не может сказать то, что лежит на поверхности, боясь обидеть. — Я больше не маг. И больше не бессмертен. Асмодей забрал у меня все, но оставил тебя. Можно сказать, что он подарил нам жизнь. Мы состаримся вместе. — Теперь целует Магнус, понимая, как скучал по губам Алека. Как скучал по всему Алеку. Он исступленно гладит его тело под неизменной черной курткой, сжимая пальцы так сильно, как только может, комкая футболку, чтобы почувствовать — все это действительно реально. Алек перед ним. Алек рядом. — Ты скучный, — тянет ленивый голос. Не человеческий, он вибрирует, оставляя в груди ощущение пустоты, — неужели ты желаешь только этого? Магнус открывает глаза. Асмодей стоит перед ним и морщится. Его вид говорит о том, что в сыне он разочарован. — Прекрати, — сипит Бейн и снова закрывает глаза. Больше нет сил терпеть невыносимую тоску по Алеку, особенно когда галлюцинации настолько реальны. — Отдыхай, — фыркает демон, — скоро я вернусь и поужинаю твоими воспоминаниями. Ты хоть и скучный, сынок, но твое прошлое — бесценно. Магнус оседает по стене и роняет голову в руки. Асмодей никогда не отпустит его живым.