Either all or nothing.

— Молодой человек, с вами всё в порядке? — миловидная старушка стояла в дверном проёме, и искоса глядя на Холмса сквозь толстые линзы очков, неустанно терла полотенцем белоснежную тарелку. — Что вы сказали? — немного дернувшись от ворвавшегося в сознание чужого голоса, словно от вылитого на голову стакана холодной воды, Шерлок наконец отвел взгляд. — В ваши года, я еще нормально слышала, — словно разочаровавшись во всём поколении, женщина махнула полотенцем. — Хлипкое поколение, чего уж таить. — Кто вы? — задавая этот вопрос, детектив будто снова перемещался в бассейн, где впервые встретился с криминальным консультантом. Не с неряшливым Джимом из IT, не с застенчивым Бруком, и даже не с туристом из Тауэра. Да, у Мориарти было много ролей, но именно там, в бассейне Холмс встретился с настоящим Джеймсом Мориарти. — Пожалуй, я знаю кто вы, — ее зеленые глаза округлились, и если бы не тарелка, она бы однозначно хлопнула в ладоши. — Шерлок Холмс, тот самый Рейхенбахский герой. Меня предупреждали о вашем приезде. Если вы действительно такой как вас описывали, то воистину вы уникальный человек, — лепетала она без умолку. — Ах, простите, забыла представиться, миссис Хейли. Домработница местного разлива. Всю жизнь проработала в помещении. Вдова. Один ребенок-сын. Злоупотребляет алкоголем. Как следствие, натянутые отношения с матерью. Миссис Хейли внешним видом напомнила детективу миссис Хадсон. Всё та же аккуратно уложенная прическа, идеально выглаженный фартук, и неторопливая походка. — Наверное все домработницы такие, — подумал Шерлок, но тут же вспомнил фразу миссис Хадсон: — «Я ваша домовладелица, а не домработница. » — Что же вам сказали обо мне такое, что вы считаете меня уникальным? — Он просто сказал, что вы такой же, — миссис Хейли лукаво усмехнулась. — Такой же как и он. Холмсу просто хотелось усмехнуться. Еще раз повернувшись к портрету лицом, он полушепотом и с улыбкой на лице, сказал то, что предназначалось только им двоим: « Неужели ты настолько одинок? » Пора двигаться дальше. Выйдя из галереи, детектив решил направиться осматривать свое жилище на третьем этаже. Молча пройдя рядом с миссис Хейли, он прошел по узкому коридору, и дойдя до выхода к прихожей, сказал: — Он считает, что я на стороне ангелов. — Но как ни крути, вас больше привлекает тьма, — послышался ответ с характерным скрипом полотенца о тарелку. — Вы не один можете считывать людей, мистер Холмс. Ответа не последовало. Шерлок уже блуждал в поиске лифта.

***

То, что Джеймс постарается выделиться, готовя для него комнату, Холмс знал, но то, что это будет целый этаж, не смог бы предугадать даже Майкрофт. Или смог? Две ванные комнаты, спальня, кабинет, гостиная с мини баром, библиотека и лаборатория — этот этаж с легкостью мог бы сойти за неплохую квартиру. Но как ни крути, среди всего этого разнообразия и шика, особое внимание детектива-консультанта привлекла лаборатория, где он, вооружившись мензурками и пробирками, просидел до самого вечера. « С тобой всё хорошо? » — JW. « А что со мной должно быть не так? » — SH. « Отсутствие плохих новостей, это уже автоматически хорошая новость. Я рад и этому, правда. » — JW.

***

— Пожалуй ты не тот, за кого себя выдаешь, — разочаровано сказал Джеймс, допивая остатки виски со стакана. — Иначе я не могу тебя оправдать, ведь я чётко и ясно предупредил тебя, чтобы ты не попадался мне на глаза сегодня вечером, но нет, ты никогда не слушаешь советов. Впрочем, так же как и я. Холмс осторожно вошёл в гостиную на первом этаже, где уже как час удобно расположился в кресле Джим. Стрелки наручных часов указывали далеко за полночь, но Шерлок и не думал ложиться спать. Главной миссией дня, было конечно дождаться Мориарти, тем самым показать, что ничьи предостережения, а тем более угрозы детектива не то, что не пугают, а даже забавляют. Гостиная — это, без преувеличения, сердце дома. Здесь принимают гостей, отмечают праздники, собираются всей семьей по вечерам. Но для Джима она была чем-то другим. Никаких праздников, и никакой семьи. Злодей — консультант уже давно привык с тем, что он один коротает длинные лондонские вечера глядя в окно. Поэтому нет ничего странного в том, что гостиную украшал лишь белый цвет, блеск хрусталя и пестрый огонь в камине. Благородный интерьер во всех аспектах. Все как любил Джеймс Мориарти. — Я смотрю ты уже добрался до лаборатории, мой милый Холмс, — показывая жестом руки на небольшое пятно на рубашке Шерлока, проговаривал злодей, обнажая белоснежные зубы в полуулыбке. — Кстати, чтобы ее оформить, я потратил три дня. Заказывал оборудование, выбирал всякие растворы. Одни только твои пробирки были куплены в Америке. — Складывается впечатление, что ты хочешь купить меня, — присаживаясь на софу напротив кресла Джеймса, проговаривал детектив. — Обижаешь, Шерлок, — злодей скорчил обиженную гримасу. — Вот хочешь сделать человеку приятное, поместить его в так сказать хорошие для него условия, а он потом обвиняет тебя в подкупе, — рука потянулась за открытой бутылкой алкоголя чтобы наполнить стакан. — Будешь? Детектив отрицательно помахал головой. — Странно это всё как-то. — Что именно? — Холмс немного прищурился улавливая каждое движение Джима. — Днём, когда у тебя нет отбоя от клиентов, когда мобильный телефон разрывается на части от звонков, ты не чувствуешь себя одиноким. Но это всё иллюзия, мираж. Вечер всё расставляет по своим местам. Тогда и приходит осознание всей реальности, — Джеймс перевел взгляд на Шерлока, резко меняя тему разговора, словно боясь случайно выдать лишнее, — И вот ты сейчас сидишь со мной, и не можешь задать тот самый вопрос который мучает тебя последние два года. Что же тебе мешает? — Как ты выжил? — не думая сказал детектив, смотря прямо в омут черных глаз. Пожалуй, это был единственный раз, когда младший Холмс сказал что-то не обдумывая и не размышляя о дальнейших событиях. — А я до сих пор мертв, Шерлок, — тихий шепот невольно проникал в сознание детектива. — По моим венам не течет кровь. Можешь пустить в меня пулю и лично убедиться в этом.