Глава 24
23 июля 2016 г., 14:06
Я уже говорила, что являюсь победителем по жизни? Нет? Так вот говорю — я победитель по жизни! Не успела отъехать на приличное расстояние от аванпоста, как одно из задних колёс этого корыта решило, что оно устало, и начало медленно, но верно сдуваться. И не удивительно. Вообще-то колёса требуется хотя бы изредка менять.
К тому моменту, когда я бросила машину прямо на дороге, пошёл треклятый дождь. Вся моя одежда промокла в долю секунды вместе с рюкзаком, а порез на бедре, оставленный этой сучкой Жасмин, начало безжалостно щипать. Из-за влажности рана под бинтами, которые я наскоро накрутила на ногу перед выездом, намокла и начала вновь кровоточить.
Сжимая в одной руке кинжал, а в другой кольт, я шагала вдоль дороги, вслушиваясь в шёпот дождя и шелест деревьев. Теперь загадочные джунгли меня ничуть не пугали. Меня вообще ничто не трогало, даже за свою никчемную жизнь не переживала, надеясь встретить по пути какую-нибудь живность, которая сожрёт меня и избавит от душевной боли. Я даже не буду сопротивляться! Но закон Мёрфи всегда берёт своё. Когда что-то нужно, судьба тебе показывает большую фигу, а когда ты чего-то боишься, то это будет поджидать тебя на каждом углу, сколько бы ты ни бегал от этого, сколько бы ни брыкался.
Дорога казалась бесконечной, но я хотя бы примерно знала, что находится неподалёку от ставшего таким противным островка Вааса: пиратские аванпосты, Бэдтаун и куча заброшенных лачуг. Было бы неплохо найти место, где переждать ночь, а уж с утра я точно решу, что делать.
Единственным вариантом для моего ночлега выступил бункер, железные двери которого я чудом смогла разглядеть сквозь стену дождя. Однажды я уже натыкалась на один из таких бункеров, и он спас мне жизнь. Даже не задумываясь о том, что в зияющей темноте кто-то может быть, я вошла в убежище. Шум дождя резко стих, было слышно лишь мои шаги и дыхание. Я достала из своего рюкзака спички и трясущимися руками попыталась чиркнуть головку спички о «тёрку» с боку коробочки, но вещи в рюкзаке успели намокнуть, и теперь мне приходится по-всякому изгаляться, чтобы добиться хотя бы искры.
Лишь с третьей попытки удалось разжечь маленький огонёк, который позволил оглядеться вокруг. Пространство было небольшим, по углам стояли какие-то ящики, контейнеры и сундуки, недалеко от меня лежали многовековые останки человека. В омертвевшей руке, которая представляла собой сплошные кости, покоился какой-то кусок бумаги, а на шее скелета висел серебряный медальон. Спичка очень быстро догорела, и мне пришлось вновь попытать удачу, стараясь зажечь новую, дабы без света находиться здесь было жутковато. Да уж… С фонариком было бы намного проще.
Слабого света от огонька на конце спички хватило, чтобы рассмотреть силуэт старой масляной лампы, стоявшей рядом с ногой скелета. Помолившись всем богам и надеясь, что в лампе осталось хоть немного горючей смеси и что она не выдохлась за прошедшие годы, я поднесла спичку к фитилю. Слабенький синенький огонёк вспыхнул почти мгновенно и небольшой шарик жёлтого уютного света осветил бункер. Листок бумаги в руках скелета был заполнен иероглифами и сразу показался мне письмом. Как жаль, что я не могу прочитать его. Хотя в самом конце текста я увидела надпись с кучей грамматических ошибок «American pigs». Рискну предположить, что в этой писанине явно не стихи.
Всё-таки я была права. Бункеры здесь не для красоты. Этот остров видал времена похуже нашествия пиратов Вааса и противостояния им воинов племени Ракьят. Чёрт… Раджеш бы с ума сошёл от такой находки! Или захлебнулся бы слюной, завидуя моей удачливости. Я аккуратно и с особым трепетом сложила письмо вместе с медальоном в свой рюкзак. Если это продать, то я смогу поиметь хорошие деньги, и тогда мне будет намного проще выбраться с острова. Без бумажки ты какашка даже в таком месте.
***
На утро, когда внутри бункера стало чуточку светлее, я решила рассмотреть содержимое пыльных контейнеров и сундучков. Странно, что никто из местных скопидомов не нашёл бункер и не ограбил его. Здесь были всякие безделушки, какие-то непонятные деньги, больше похожие на цветные фантики — таковыми они сейчас и являются. В одном из сундуков я нашла то, что заставило меня несколько раз протереть глаза и удостовериться, что это не сон и не глюк. Ещё дюжина таких же писем и медальонов были абы как сложены, а среди них лежал маленький диктофон. Что за чёрт? Вообще ничего не понимаю. Кто-то собрал все письма по острову и зачем-то сложил их в одном из бункеров, будучи уверенный, что никто не найдёт это добро? Мне пришлось выделить место в рюкзаке, чтобы сложить артефакты без риска их как-то помять и сделать ещё более нечитабельными. Прежде чем начать разбираться с содержимым своего ранца, я включила диктофон, и приятный мужской голос начал своё вещание. — Это Джейсон Броди. Хочу оставить послание и это добро тому, кто найдёт мой тайник в случае, если я не вернусь после схватки с Ваасом. Благодаря Уиллису Хантли я нашёл своих друзей, теперь им ничто не грозит. Я бы мог уже давно уплыть с ними с этого проклятого острова, но мне не даёт покоя то, что такие твари, как Ваас и Хойт, будут продолжать терроризировать жителей Рук Айленда, племя Цитры и продолжать свои грязные делишки, оставаясь безнаказанными. В общем, если кто-то найдёт мою запись, знайте, что либо я уже мёртв, либо уже мёртв в квадрате, и эти артефакты мне уже не пригодятся. Да, и кстати, если ты ваасовский прихвостень, то гореть тебе в аду. Похоже, здесь всё вертится вокруг этих двух персон. Ваас и Хойт — сладкая парочка. А ещё этот парень упоминает Цитру. Да уж… Судя по всему, раз я нашла этот тайник, значит, парень мёртв. Отважный тип, раз решил покуситься на жизнь главы пиратов. Даже смешно. Вааса может прикончить только метеорит, упавший прямо ему на голову. Других вариантов просто не существует. Так, ладно. Это полбеды. Кто такой Уиллис Хантли? Раз он смог найти друзей этого самоуверенного дурачка, значит, может помочь и с моей проблемой. Запихав диктофон в кармашек шорт, я продолжила свой путь, который пролегал напрямик к Бэдтауну. Больше искать помощи негде. Просто в этот раз не стоит доверяться малознакомым людям и бежать сломя голову, куда тебе пальцем ткнут. Правда, в прошлый раз я наткнулась на эту деревеньку совершенно случайно, и без карты буду её искать бог знает, сколько времени. Ладно, оружие есть, сухпайки в случае ещё одной ночи в джунглях тоже есть — бояться нечего. Ну почти. Чтобы особо не скучать, я включила свой плеер, но надолго его не хватило. Батарейки сели, и теперь мне придётся шастать по джунглям, довольствуясь щебетанием птиц и шорохом по обеим сторонам от себя, а также назойливыми мыслями. Как бы я не хотела признавать, но я ужасно скучаю по Ваасу. Себя никогда не получается обмануть. Даже если что-то втемяшить себе в мозг, то это не станет правдой. Мне ужасно хочется оказаться рядом с ним, даже словила себя на мысли, что хорошо бы было наткнуться на какой-нибудь из его аванпостов, чтобы меня поймали в очередной раз и отдали в его руки. В его властные горячие руки. Я даже готова вновь сидеть в клетке и выполнять его приказы. Но… У меня есть чувство собственного достоинства и уважения к себе. Я и так очень часто унижалась перед этим придурком. Пока я целенаправленно шагала в выбранном мной направлении, подо мной вдруг послышался громкий хруст и следом беспокойное жужжание целого роя пчёл, которые начали буквально облеплять меня. Я замерла, как статуя, двигая лишь глазами и боясь лишний раз вздохнуть. Какого чёрта улей делает на земле? Пчёлы же обычно живут на деревьях! Я начала паниковать, когда пчёлы начали лезть ко мне в уши, ноздри, рот и глаза. Одна из них, похоже, самая злая, укусила меня в шею, отчего я с диким криком побежала вперёд, махая руками, как мельница, и пытаясь их отогнать от себя. Но эти чертовки набросились на меня, как стая диких собак, жаля меня везде, куда могли. На бегу я сняла свой топ и начала отмахиваться им. Словно спасательный маяк для тонущего корабля, мне преградила путь неглубокая река и водопад, стекающий в неё красивым шлейфом. Скинув все вещи и рюкзак, я сиганула в воду, избавляясь от назойливой погони. Прохлада, которую подарила мне вода, сняла зуд и жжение от пчелиных укусов. Вынырнув, я с радостью отметила, что беда миновала. А ещё я наконец-то искупалась в реке. Этого я хотела ещё тогда, когда мы с Ваасом пошли на очередной урок стрельбы. С ним бы купание было намного приятнее… Ваас… Опять у меня мысли о нём. Дальше я решила продолжить свой путь вдоль устья реки, поминая о том, что Бэдтаун находится у берега водоёма, а значит, так я точно рано или поздно наткнусь на трущобы. Примерно к середине пути организм потребовал отдыха, и мне пришлось сделать привал, присев у пальмы и подкрепиться одним из сухпайков. Пока я жевала крекеры, на небе вновь появилась серая пелена. Опять будет дождь. Как же он уже надоел. Пришлось доедать прямо на ходу, пытаясь обогнать тучи, которые надвигались со спины. Когда перед моим взором возникли знакомые серые домишки, моё лицо озарила довольная и победоносная улыбка, и даже жуткая усталость не испортила мне настроения. Меня вновь встретила эта безумная атмосфера и своеобразный контингент местного населения. Надеюсь, в этот раз я найду человека, который поможет мне и не обманет, загнав в ловушку. Потому что, если так случится, я вздёрнусь на ближайшей пальме. Не вынесу ещё одной неудачи. — Gadis, berhanti¹! — послышался женский слабый голос. Я обернулась и столкнулась взглядом с увядшей старушкой. Её лицо было похоже на запечённое яблоко — такое же морщинистое — с желтоватым оттенком и старческими пятнами. Она что-то мешала длинной деревянной ложкой в безумно грязном и закопчённым котле. Периодически ложка начинала стучать о край котла, что выдавало какое-то нервное заболевание, возможно, даже Паркинсон. Она поманила меня своим скрюченным пальцем, больше похожим на высушенный корень растения. — Вы это мне? — уточнила я, всё ещё стоя на расстоянии от незнакомки. — Хоть я и стара, но не страдаю слабоумием. Да, я обращалась к тебе. Ты носишь семя дьявола, — Плюнув мне под ноги, старушка что-то неразборчиво пробубнила, пару раз с силой крутанула ложку внутри котла и выплеснула в мою сторону какое-то остро-пахнущее варево. После чего она принялась что-то шептать и трясти перед собой каким-то амулетами, сделанными из костей и щепок. — Мама? — Из дома вышла совсем молодая девушка, на поясе которой было повязано что-то подобие фартука. — Ты опять пристаёшь к прохожим? Простите, пожалуйста, моя мама в последнее время не отдаёт себе отчёта в своих действиях, — Одарив меня неловкой, но доброй улыбкой, девушка оттащила свою старушку-мать от меня и усадила обратно на лавку. Старушка к тому моменту дошептав свои заклинания, как-то умудрилась подойти ко мне и хотела уже вцепиться мне в волосы, но тут появилась её дочь. — Меня зовут Ачера. А вас? Я замерла, совсем не слушая девушку, которая протянула мне руку для рукопожатия, мило улыбаясь. Мои руки на автомате потянулись к животу, а слова старушки вновь и вновь звучали в голове. Этого не может быть… Нет. Нет. Она просто безумная старушка, которая скорее всего раньше подрабатывала местной ведьмой, гадая по рукам или что там делают такие шарлатанки. — С вами всё в порядке? — Обеспокоенный голос Ачеры заставил меня очнуться, встрепенувшись. — А? Да… да, — натянула я что-то подобие улыбки и пожала девушке руку. — Просто задумалась. Я — Тавия. — Приятно познакомиться. Ещё раз хочу попросить прощения у вас, моя мама иногда пристаёт к прохожим, старость, сами понимаете. — Ничего страшного. Я всё понимаю, — отмахнулась я. — Не хотите зайти на ужин? Раз уж вы здесь. У нас давно не было гостей. — Не хочу вас обижать, но я здесь по очень важному делу. Я ищу кое-кого. — Так я могу помочь! Соглашайтесь, — Девушка сложила ладони вместе в молящем жесте, продолжая улыбаться. Почему-то она мне напоминала маленького ребёнка, хотя на вид ей было лет двадцать точно. Забавная особа. — Что ж… Хорошо, — согласилась я, смущённая таким гостеприимством. Ачера живёт с братом и матерью, всячески ухаживая за ней и присматривая за домом. Хотя эту лачугу едва ли можно назвать домом. Здесь было всего две комнаты. Одна служила кухней и гостиной, а вторая была спальней, где было две провисшие кровати, хотя семья состояла из трёх человек. Мда… А где туалет и душ? Как же здесь можно жить? Несмотря на такую обстановку в доме было уютно. Видно, что Ачера старается изо всех сил, чтобы дом был похож на дом, а не на загон для скота. — А вы из племени Ракьят? — Ачера указала на мою руку, где красовалась татуировка, про которую я уже давно забыла. — Я? Нет, не совсем, — замялась я, не зная, что говорить. — Странно. Ракьят не делают татау кому попало… Девушка поставила передо мной на стол миску с каким-то странно пахнущим варевом, которое и на цвет было не очень аппетитным, но из-за вежливости мне пришлось испробовать её воплощение кулинарного искусства. — Я знакома с Деннисом. Мы с ним вроде как друзья, — бессовестно врала я, черпая жижу, отдалённо напоминающую суп, и быстро запихивая её в рот, чтобы было время на обдумывания того, что стоит говорить, а о чём лучше умолчать. Ври, Тави, ври, как только можешь! — Правда? О, я не знакома с ним лично, но все говорят, что он приближённый Цитры Талугмай — жрицы племени. Тут я подавилась, начав громко кашлять и синеть. Всё содержащееся во рту оказалось на столе и на сидящей напротив меня старушке. Ачера быстро-быстро начала стучать мне по спине, обеспокоенно поглядывая на то, как я чуть ли не задыхаюсь. Талугмай?! Чего-чего? У Цитры другая фамилия? Surprise motherfucker! А я-то думаю, почему у Вааса такая странная фамилия. Какая-то… ненастоящая. Значит, выдуманная. Он настолько поглощён своей ненавистью к сестре, что даже придумал себе кличку. Как в детском саду, ей-богу. — Я в порядке… в порядке, — прохрипела я, продолжая кашлять. — Я уж было испугалась, — Девушка облегчённо села на соседний стул и принялась дальше есть свою стряпню. — Простите меня за это, — извинилась я перед женщиной, которая оказалась под моим обстрелом и сейчас пыталась стряхнуть со своей одежды кусочки пережёванной мной еды, пристально на меня поглядывая. Ужин прошёл в весьма тёплой атмосфере, даже если не принимать во внимание то, что я подавилась и обстреляла, как из дробовика, старшую хозяйку дома. Надо отдать ей должное, даже с её старческим маразмом и слабоумием она не подала виду и не стала вгонять меня в ещё больший конфуз. Ачера всё время трещала без умолку, рассказывая о своей скучной жизни. Её можно понять, сидит в этой лачуге каждый день на пару со старушкой-матерью и света белого не видит. А вот ведьма, которая напророчила мне какую-то бредятину, молча разглядывала меня, чем безумно смущала. Её взгляд был какой-то недобрый и жуткий, и чтобы поскорее смыться отсюда, я решила перейти ближе к делу. — Ачера, ты говорила, что можешь мне помочь найти кое-кого. — Не я. Мой брат. Он здесь знает всё и вся. — А где я могу его найти? — Да он работает в местном пабе, знает практически каждого в лицо. Недавно тут какая-то перестрелка была, убийство. Ужас одним словом. Говорят, это было дело рук девушки, которая пыталась найти того, кто поможет ей выбраться с острова… Закусив губу, я молча слушала её историю, пытаясь выдавить из себя удивление. Так странно было слышать историю про себя же и видеть восхищение со стороны этой молодой особы. Конечно, мои подвиги были сильно преувеличены, и я не удивилась бы, услышав, что Ачере рассказывали «очевидцы» о том, что я якобы призвала семь казней египетских на головы тех ублюдков да и вообще использовала по меньшей мере крупнокалиберную гаубицу заместо пистолета. — А как зовут-то его? Твоего брата. — Иман. Скажи, что ты от меня, а то он… весьма своеобразный человек и не станет помогать незнакомке. — Спасибо огромное за ужин и за помощь! — закинув рюкзак на плечо, приобняла я девушку. Впервые встретила на острове такого бескорыстного и жизнерадостного человека. — Удачи тебе, Тавия из воинов Ракьят, — помахала мне рукой Ачера, стоя у своего домишки. До паба я дошла достаточно быстро. Здешние улочки и места мне были уже знакомы. Главное, опять не нарваться на кого-нибудь и не устроить очередную разборку. На улице начало неумолимо темнеть, и народ уже подтянулся в бар, чтобы залить свои проблемы алкоголем или подраться и тем самым разнообразить свои серые будни. Распахнув дверь ногой, я целенаправленно зашагала к барной стойке, за которой стоял молодой парень. Он был не намного старше своей сестры, его отросшие сальные волосы и щетина говорили о том, что он редко уделяет время личной гигиене. Хотя и не удивительно, душа-то дома всё равно нет. — Апельсиновый сок, пожалуйста, — сделала я заказ и закинула свой рюкзак прямо на барную стойку. Иман коротко кивнул и молча принялся выполнять мою прихоть. Тут до меня дошло, что у меня совсем нет денег. Чёрт… — С вас один доллар, — озвучил он цену за стакан сока, выжидающе на меня поглядывая. Было видно, что ему не особо приятно работать здесь среди местной шпаны. — Тут такое дело… — Я начала делать вид, что ищу деньги в карманах шорт. — У меня сейчас нет денег. Парень недовольно на меня взглянул и убрал сок со стойки, продолжив протирать стаканы пыльным полотенцем и не обращая на меня внимания. — Но вскоре они у меня будут! — закончила я оправдываться, но на него это не произвело никакого впечатления. У него было такое лицо, будто над ухом жужжит надоедливая муха. — Вот когда будут, тогда и поговорим. — Вы должны мне помочь, — наклонившись ближе к парню, заговорила я шёпотом. — Я от вашей сестры, Ачеры. Она сказала, что вы можете мне помочь найти одного человека. — Правда? То есть ты сначала мне пытаешься заливать, что у тебя нет денег, но каким-то неведомым образом скоро они у тебя будут, а потом упоминаешь мою сестру и требуешь тебе помочь? — Он облокотился локтями о барную стойку, скептически на меня поглядывая. — Смешно. — Я серьёзно, — Открыв рюкзак, я показала ему кучу солдатских писем и медальонов. Расширенные глаза Имана говорили о том, что я не прогадала — эти вещи очень дорогие. — Если ты мне поможешь, я обещаю заплатить. Хорошо заплатить. — По рукам, — не сводя глаз с моего рюкзака, согласился он. — Кого ты ищешь? — Ты знаешь, кто такой Уиллис Хантли? — Конечно знаю! Он часто приходит сюда поиграть в покер. Кажется, он живёт здесь неподалёку. — Как он выглядит? — Солнечные очки и светлый костюм, иногда меняет одежду, но чаще ходит в белом. — Мда… Так я точно найду его. Но в любом случае спасибо! — Я мило улыбнулась ему, попивая сок и рассматривая посетителей. Хоть какую-то информацию я уже знаю. В глубине души мне очень хотелось, чтобы Уиллис оказался по мановению волшебной палочки прямо здесь и для меня. Но… Не всё так просто. Похоже, мне придётся задержаться в Бэдтауне.***
Плач. Детский плач заставил меня очнуться. Я лежу прямо на земле в джунглях, где сплошная темнота. Совсем ничего не видно. На мне белое хлопковое платье в пол, которое мешает мне двигаться сквозь заросли. Вокруг тишина, и лишь заливистый плач младенца доносится то справа, то слева от меня. Как только я пытаюсь найти источник шума и помочь ребёнку, звук сразу меняет своё местоположение. Уже в панике я бегу, задирая дурацкое платье. Наконец на опушке, где отсветы пламени от костра зловеще освещают деревья и кусты, я нахожу то, что искала. Колыбель белоснежного цвета стоит прямо по центру, а в ней куча пелёнок, но среди них не видно ребёнка. А плач лишь усиливается. Погоди, малыш, я вытащу тебя... Я начинаю судорожно разворачивать пелёнки. Ничего. Казалось, что это тряпьё нескончаемо. И вот… Откинув последнюю преграду, я замерла. В этой куче кровавое месиво, мои руки целиком в крови, как и платье, которое было белоснежным. Теперь вместо плача ребёнка меня окружали голоса, которые повторяли одно и то же, раз за разом… Ты носишь семя дьявола… Ты думаешь, что что-то значишь для меня? Я закрываю глаза и уши, но эти голоса всё равно настигают меня, звучат у меня в голове. Проснись, Тави, проснись же! Распахнув глаза, я сразу потянулась к лампе, которая была единственным источником света в затхлой пыльной комнате, которую мне удалось снять у управляющего местным борделем. Пришлось отдать ему в качестве оплаты один из медальонов. На самом деле я за эту каморку не дала бы ни цента. Но, к сожалению, по-другому он бы не позволил мне переночевать. Пришлось засыпать, слушая стоны и вопли за стенкой. Бордель — самое последнее место, где бы я хотела остановиться на ночь. Положив ладони на живот, я старалась всеми силами отогнать от себя плохие мысли. Нет у меня никакого ребёнка. Старая карга просто хотела меня завлечь своими гаданиями и поиметь денег. Но не на ту напала! Однако как бы я не хорохорилась, спать мне больше не хотелось. Не хотелось видеть бредовые картинки, которые мне навязывает мозг. Хватит. Надо сосредоточиться на делах насущных. Весь день мне пришлось бродить по улочкам Бэдтауна и заглядывать в лицо каждого прохожего. Никто не подходит под описание, которое мне предоставил Иман. Наверное, он просто ляпнул первое, что пришло ему в голову, чтобы отмазаться от меня. Хотя я же ему пообещала щедро заплатить при хорошем исходе событий. Нет, надо набраться терпения и ждать. Рано или поздно удача повернётся ко мне лицом. К вечеру я опять оказалась в компании Имана, в наглую потребовав угостить меня пивом. Парень записывал в свой блокнот все мои заказы и подсчитывал, сколько я ему буду должна отдать, когда в моих руках появится куча денег. Чуть подвыпив, я начала его донимать разными разговорами и вопросами. Четыре бутылки пива развязали мне язык, и теперь Иман выслушивал моё нытьё и сетования о том, как несправедлива жизнь. — Ты когда-нибудь любил? — задала я вопрос и даже не дала ему ответить, продолжая вести свой монолог: — А вот я любила. И знаешь что? Это полнейшее дерьмо! Сечёшь? Полнейшее. Дерьмо. Да. — И я с вами полностью согласен, — Рядом со мной за барную стойку присел мужчина, который щёлкнул пальцами, и бармен без слов налил своему частому клиенту бокал виски. — Простите, а мы знакомы? — Разглядывая лицо, половину которого было невидно за солнечными очками, я уже начала догадываться, с кем имею дело. — Ну это же ты меня ищешь чуть ли не с постером по всему Бэдтауну, — пожал он плечами. — Твоё здоровье, — Подмигнув мне, он одним глотком осушил свой бокал. — Вы Уиллис? — Немного опешив от такого простодушия с его стороны, я сидела, застыв на своём месте и наблюдая за каждым движением мужчины. — Тише-тише-тише, — начал оглядываться он по сторонам. — Может быть. Смотря, чего ты от меня хочешь. — Нууу… Я… — Не нукай, не запрягала, — прервал он меня. — В общем, мне нужно отсюда уехать. — Ну так ты всегда можешь купить машину у местного автомеханика. — Вы не поняли… — Нет, дамочка, это ты не поняла. Я пробуду здесь ещё совсем недолго и желаю, чтобы последние дни, которые я провожу в этом гадюшнике, не омрачались тем, что меня попытается убить самый опасный псих этого региона. — Откуда вы?.. — Знаю? Хах. Я знаю, пожалуй, всё об этом острове и чудиках его населяющих. Это же ты устроила тогда перестрелку перед баром? Глаза Имана в этот момент округлились и выкатились из орбит, а через секунду передо мной стояла пинта пива. — Это ещё за что? — поинтересовался Уиллис. — Если бы не она, нам с матерью и сестрой пришлось бы голодать. После того, как предыдущий бармен перекинулся парой слов с этой особой, приехали какие-то люди и растягали его машинами. — Девушка… — Обратился ко мне Хантли, замявшись, — Не знаю, вашего имени. — Тавия Лурье, — представилась я, зардевшись от похвалы со стороны Имана. Всё-таки мои прошлые свершения в Бэдтауне принесли не только смерть, но и блага. — В общем так, Тавия Лурье, я не знаю, кто вы. Не знаю, откуда вы узнали обо мне. Не знаю, с какой целью вы здесь, но что-то подсказывает мне, что лучше бы мне вам помочь. Хотя, ей-богу, я не вижу в этом ни малейшего смысла. Вас всё равно убьют. Я упустила тот момент, когда Уиллис стал обращаться ко мне не на ты. Так странно… Судя по всему, моя персона в Бэдтауне достаточно известна своими похождениями. — Никто и не собирался жить вечно, — начала философствовать я. — Все мы рано или поздно умрём. Кто-то раньше, кто-то позже. — А кто-то не умрёт никогда! — поддержал меня Иман, улыбаясь мне и играя бровями. — Давайте без вашей эзотерики! У вас свои верования, а у нас своя убежденность. Я прекрасно понимаю, что на каждое моё «если» у вас найдётся своё «зато», но высокодуховно-теологические беседы вести здесь, в этом вертепе греха, как минимум неуважительно по отношению к каждой религии! — Сэр, я хотела бы предложить вам… — перебила я его, дабы эта беседа не затянулась на целую ночь. — Предложить мне? Боюсь, я уже не в том возрасте, — улыбнулся Хантли, а я засмущалась, но, поборов себя, положила перед ним на стойку один из артефактов, найденных мной в бункере. — Ну и откуда это у вас, милая леди? Я знавал человека, который совсем недавно собрал их практически все, но куда-то пропал, как в общем-то пропали и все собранные им реликвии. Я надеюсь, у вас хватило благоразумия не грабить его. Хотя… Ограбить его практически невозможно. Так что, спешу предположить, что он скорее мёртв, чем жив. Засмеявшись какой-то своей шутке, он достал сигару и жестом попросил Имана прикурить. Выпустив плотное облако сизого дыма, он продолжил: — Вот что, Тавия, в качестве бонуса я могу вам предложить очень неплохую сумму за данный артефакт. Средств, которые вы получите, хватит на то, чтобы купить в глубине острова вполне нормальное жилище. И несколько лет… кхм… Так сказать, не знать бед. — А что, если эти средства я потрачу на то, чтобы выбраться с этого острова? — По́лноте вам! Здесь рай для обывателя! Ей-богу, если бы мне не нужно было заканчивать здесь свои дела и приниматься за другие, я, наверное, здесь поселился бы. — А как же пираты? — А… Эта грязь из-под ногтей? Не думаю, что кто-то из них составил бы мне серьёзные проблемы. Разве что их главарь… И тот, кто стоит над ним. — Хойт? — Слушай, — понизил голос он. — Ни-ког-да не упоминай о существовании этого человека в компании порядочных людей. Уиллис мне уже нравится. Тот, кто ненавидит Хойта, автоматически становится моим другом. А ещё этот мужчина внушает доверие. Он не похож на того, кто хочет от меня кучи денег за свою помощь. — Ну так как? Вы поможете мне? — Пожалуй… Иман присмотри за девочкой до завтрашнего дня. И будет лучше, если о ней никто не будет знать. — Понял, босс, — кивнул Иман. Босс? Ну вот, ещё один теневой делец на мою голову. Как же все здесь любят конспирацию. Какие-то детские игры в шпионов. Ладно, будь что будет. Надо держать ухо востро. Бармен протянул мне ключ, после чего многозначительно поднял палец и подмигнул мне. Ага. Понятно. Мне предложили пожить над баром. Ну что ж… Вполне неплохо. Всяко лучше, чем бордель. Хантли поднялся со своего места и, кинув на стойку несколько «зелёных», отсалютовал мне. — Не переживайте. Наша сделка в силе. Я свяжусь с вами позже. Развернувшись, он вышел из бара. Вот это я понимаю! Человек знает своё дело. Он — моя последняя надежда на спасение. Я почему-то всем нутром чувствую, что мы с ним найдём общий язык, и он поможет мне. Хотя вполне возможно, что за меня просто говорит колоссальное желание свалить с этого острова, забыть всё и начать жизнь с чистого листа.***
Помещение, которое мне выделили в качестве временного жилища, оказалось одним из складов, где хранились продукты. Здесь было ужасно пыльно и влажно, всю ночь меня донимали какие-то шорохи со стороны ящиков, большой грудой наваленных в углу. Это ещё полбеды. Спать мне пришлось прямо на полу, подложив какой-то тюфяк, остро пахнущий бездомными, себе под голову. На утро я обнаружила кучу каких-то старых книг, которые и составили мне компанию и помогли скоротать время, пока я ждала новостей от Уиллиса. Примерно к полудню в дверь раздался стук, и я, даже не задумываясь, на всех порах побежала открывать, но на пороге никого не было. Лишь конверт, в котором лежала записка. «Ну что, мой друг? Не передумала ещё сматывать с острова? Если нет, то жду в своей хижине. По прямой траектории от оружейного магазина. P. S. Надеюсь, вы не посеяли где-нибудь свои артефакты, потому что я нашёл человека, который готов отдать за них неплохие деньги.» Ох, почему нельзя было это сообщить напрямую? Ему бы в самую пору отправить это сообщение голубем! Прежде чем отправиться к месту встречи, я решила уничтожить это письмо. Раз Уиллис так маскируется, значит, на то есть причины. Хижина Хантли была немного опрятнее с виду, нежели все остальные построения Бэдтауна. Правда, ни одного окна, лишь единственная дверь, в которую я тихонько постучалась. Я уж было решила, что ошиблась домом, как за дверью послышалось приглушённое «Проходите-проходите». Я оказалась в каком-то кабинете с кучей аппаратуры и различных бумаг на столе и под столом. На стене висел американский флаг. Окинув беглым взглядом комнату, я насчитала с десяток статуэток и картинок, связанных с Америкой. А ещё фотография на стене на фоне Белого дома. Всё это указывала на то, что Уиллис патриот своей страны, ну, или хочет таковым казаться. Я не сразу заметила дверь, которая была распахнута настежь и вела в подвал под домиком. Ступеньки привели меня в настоящую шпионскую комнату. Здесь было ещё больше различных папок и бумаг, кучей наваленных на столах. Также здесь было множество видеокассет и радиостанция. Уиллис сидел на стуле, закинув ноги на стол, и намурлыкивал себе под нос строчки из гимна Соединённых Штатов. Он даже в помещении не снимал своих солнечных очков. Такое ощущение, будто они приросли к нему. — Добрый день, — Я решила, что вежливость в данном случае пойдёт мне только на руку. — Добрый, милая леди, — Оглядев меня с ног до головы, Уиллис указал на близ стоящий стул, приглашая присесть. — Я тут размышлял на тему того, как же вы всё-таки добыли жетоны с письмами. Немного стушевавшись и опешив, я промычала что-то нечленораздельное по поводу стечения обстоятельств, как вновь была прервана им. — Хорошо-хорошо. Наверное, мне на самом деле лучше не знать, что произошло и как всё это добро оказалось у вас. Скажите мне только одну единственную вещь: какое такое стечение обстоятельств позволило вам «угнать» древнейший кинжал у этого психопата? Насколько мне известно, после смерти Джейсона Броди Монтенегро ни на секунду не расставался со своим бесценным оружием. Моя нижняя челюсть чуть было не оказалась лежать на полу у моих ног. Откуда этот загадочный тип знает о таких подробностях? Но в итоге я решила, что отнекиваться и отрицать что-то нет смысла. — Это на самом деле интересная история, но если вкратце… — А вы рассказывайте полностью. Времени у нас полно! Сэм обещал появиться не раньше, чем к концу этой недели. У него… кхм… некие трудности с деньгами. И… Хочу предупредить, что он очень мнительный молодой человек. Следовательно, на сделку он приедет со своим экспертом. Увидев моё изумлённое выражение лица и поднятые брови, он добавил: — Нет-нет, я не говорю, что вы подделали все эти вещи, которые у вас на руках. Но попробуйте объяснить человеку, строящему из себя чистокровного немца, что вы не пытаетесь его обмануть или как-то на нём нажиться, — сказал он с улыбкой. Моё повествование заняло изрядное количество времени. Свой рассказ я начала с того самого момента, как попала в плен к Ваасу, и закончила ближе к вечеру. Всё это время Уиллис, очень внимательно слушая меня, причмокивал, хекал и удивлённо вскидывал брови. После того, как я закончила, мы договорились с ним о том, что ближайшие два дня я проведу в его шпионской резиденции. Ему надо было отлучиться. После чего, по возвращении, он обещал почти сразу устроить сделку и следом за этим переправить меня на материк. Откуда у него такая возможность, я боялась спросить. Хотя, зная то, что сюда летают контрабандисты, я ничуть не сомневалась, что Уиллис не врал. С острова можно выбраться по воздуху. И я выберусь, у меня очень хорошее предчувствие на этот счёт.***
Утро началось достаточно прозаически. Мозги проворачивали на месте, как старый грузовик в грязи, а во рту стоял привкус вчерашнего веселья. — Барби, принеси с кухни воды, — промямлил я, пытаясь смочить слюной пересохший рот. Каково было моё удивление, когда моя рука, начавшая ощупывать вторую половину кровати, столкнулась с пустотой. Как только я открыл глаза, мои воспоминания, как стервятники, навестили голову. Весь вчерашний вечер буквально ворвался бурным потоком в мой мозг. И где её носит? Что за детский сад она устроила? Спит, наверное, опять в одном из ангаров. Скоро закрывать их буду на огромный замок. И где мой, мать вашу, кинжал? Ну Барби… Если я сейчас тебя найду, то положу поперёк колен и высеку так, что ходить неделю не сможешь! Мало того, что сама съебала, так ещё прихватила мой кинжал! Сучка. Первым делом я навестил так называемый Командный пункт, где была кнопка, связанная с системой наружного оповещения. Наследство от базировавшихся здесь ранее то ли япошек, то ли китаёз. Хрен их разберёт. Только вот хлама они оставили после себя вместе со своими обглоданными скелетами столько, что, если его весь вывезти, архипелаг уменьшится как минимум вдвое. Попивая прохладный чай с лимоном, я уселся за стол и начал вещание. Сначала послышались помехи, которые дали всем находящимся в лагере понять, что надо внимательно слушать и запоминать. — Всем доброе утро! А в особенности моей дорогой белобрысой подруге! Блонди, хорош играть в прятки. Я не в настроении. Если твоей сладкой попки через пять минут не будет на КП, пеняй на себя. Закинув ноги на стол для удобства, я принялся ждать. Секунды перетекали в минуты. Как только прошла пятая минута, я вновь был вынужден воспользоваться громкоговорителем, оглушая всех своих головорезов. — Ладно. Ты сама напросилась. Иду искать. Кто не спрятался — я не виноват! Меня обуревала злость и негодование. Что эта сучка о себе возомнила? Я ей на прыщавого подростка, что ли, похож, который будет за ней бегать?! Её козни уже изрядно меня подбешивают. Не понимаю, какого хуя я её не продал или не убил?! Нашёл на свою голову лишних проблем. Вот надо мне это? Выслушивать какие-то условия и претензии. Если я чего-то хочу, я это получаю. Если хочу трахать шлюх, я их трахаю! И никто, блять, не смеет мне перечить! Тем более какая-то американская сучка, которая возомнила о себе хуй знает что! Ну ничего, я ей быстренько крылышки-то пообломаю. Надену на ноги кандалы и зашью рот, чтобы много не выёбывалась. Хотя нет, её ротик меня очень сильно волнует и на него у меня огромные планы. Мои поиски не увенчались успехом. Я чувствовал себя полнейшим придурком и кретином, пока бегал по ангарам и искал эту дуру. Вот и куда она ушла? — Босс, — С опаской поглядывая на меня, ко мне подошёл Бен. — Я хотел сказать… В общем, Тавия уехала ещё ночью. Взяла машину и уехала. Пытаясь унять гнев, который начал медленно накатывать, я взглянул на этого придурка, который позволил моей игрушке слинять. Ёбаный в рот… Я поднялся со стула, на которым сидел, и пытался переварить только что поступившую мне информацию. Бен слегка отшатнулся от меня, когда я медленно подошёл к нему и взял за грудки. — А ты, блять, раньше не мог мне об этом сказать? А, amigo? — Я только что приехал, — Замерев в моих руках, Бен вылупил глаза, начав оправдываться: — Машину, на которой она уехала, нашли недалеко от ближайшего аванпоста. Колесо пробило, и она, походу, бросила её и пошла пешком. Отпустив этого идиота, я начал расхаживать взад-вперёд по площади. Так, значит эта дырка мало того, что обокрала меня и съебала, так ещё и одну из машин распиздосила и бросила?! Замечательно. Ахуенно. Превосходно. Даа… Моя ошибка в том, что я всегда её недооценивал. Думал, что это очередная бабская истерика, что она поноет где-нибудь в кустах, нажрётся и приползёт, как миленькая. Но нет… Свалила. И след простыл. — Так нам искать её? — Такой раздражающий голос Бена вновь заставил меня обратить на него внимание. — Да ты Адмирал Ясен Хуй! Это просто самый умный из всех вопросов, который я когда-либо слышал! — начал беситься я, неосознанно раз за разом запуская руку в волосы. Сейчас точно убью кого-нибудь. Жестоко и кроваво. А собственно говоря, на кой мне её искать? Она сделала свой выбор. Я не собираюсь идти на поводу у очередной суки. Нет. Не в этот раз. Сама прискачет. — Не надо её искать, она рано или поздно нарвётся на наших или засветится ещё где-нибудь. Организуй более частые патрули по острову. Она должна быть где-то неподалёку. Если найдёте её, тащите сразу ко мне. — Понял, босс, — Кивнув, Бен тут же смылся с горизонта. И почему я не удивлён её уходу? Почему повёлся на эту белобрысую чертовку? В глубине души мне хотелось, чтобы она оказалась сейчас прямо передо мной, стоящая на коленях и просящая прощения. Но с другой стороны… Мне похуй.***
Вечер, проведённый в воспоминаниях, которые чуть ли не насильно вытягивал из меня Уиллис, обещал вылиться в громадную попойку с самобичеванием и сетованием на несправедливость жизни. Но, вызнав всё, что было нужно, Уиллис решил, что мне пора на боковую, и совсем ненавязчиво выдворил меня из своего «кабинета». Делать было нечего, поэтому я решила проверить северную комнату дома, в которой, по словам Хантли, находилась вполне себе добротная кровать. Переживания и стрессы последних дней вырубили меня похлеще бейсбольной биты, и очнулась я только ближе к обеду следующих суток. Как и следовало ожидать, Уиллиса уже не было. На столе лежала записка, в которой мне советовали особо не разгуливать по Бэдтауну и даже в бар не ходить. Самое оптимальное — это было сиднем сидеть в доме, читать книги и наслаждаться бардаком, который развёл у себя Уиллис за незнамо какое время проживания. Что и говорить… Он типичный мужчина! Помнится, у Вааса тоже не было какой-то системы расстановки вещей, да и о чём говорить, у Вааса вообще нет никаких систем, принципов и закономерностей! Блин, я начинаю думать о нём, как о своём бывшем парне… Хотя нет. Он не бывший. Он тот, которого не случилось. Поебок без отношений и без всяких обязательств в счёт жизни не засчитывается. Так что я могу спать спокойно. Вот только это тянущее чувство где-то в груди и ощущение пустоты… Ну да ладно. Осталось совсем чуть-чуть, и я забуду этот месяц на острове как страшный сон. На следующий день я всё-таки не выдержала одиночества и решила наведаться в бар. Благо, он был неподалёку, и оценить количество посетителей в нём было не трудно. Оказавшись у барной стойки, я поприветствовала Имана и попросила налить мне «на два пальца», полностью доверившись его интуиции. Иман что-то пробубнил по поводу неуверенности в оплате, но огненной жидкости всё-таки наплескал в стакан. Что это было за топливо для ядерных подводных лодок, я даже знать не хотела, но привкус синтетики рома и какого-то морковно-апельсинового нектара позволили мне оценить своё состояние на твёрдую двоечку. Сидя второй день без какого-либо занятия, я начала нервничать. Вот-вот должен был появиться Уиллис с покупателем, но всё равно как-то неспокойно. Я не чувствовала, что всё скоро закончится. Через несколько часов объявился агент Хантли собственной персоной весь на взводе и с каким-то ополоумевшим взглядом. Он фактически ворвался в бар, словно ураган, который высаживает створки окон и начинает разносить всё в помещении. Когда же он удосужился обратить внимание на меня, мои нервы начали окончательно сдавать. От него разило бензином, а на шее виднелись следы гари. — Итак, — деловито проговорил он сиплым голосом, сильно отличающимся от его обычного. — Сегодня я произвел финальный аккорд. И в общем-то нас здесь ничто больше не держит. Завтра ближе к вечеру мы вылетаем. — А как же?.. — Сэм приедет сегодня. Я попросил его ускориться, но… В общем, он попросил небольшую скидку. — Что ж… Скидку так скидку, — без каких-либо колебаний согласилась я. Что угодно, только вытащите меня из этого ада! — С вами приятно работать, Тавия Лурье, — Подмигнув, он вновь стал самой серьёзностью. — Значит, слушайте сюда, через полчаса вы выйдете с чёрного хода и сядете в автомобиль. Он прямо у выезда из деревни. Поедете на восток по грунтовой дороге, никуда не сворачивая и, добравшись до старого бункера, будете ждать меня там. Вижу у вас в глазах немой вопрос. Почему бы нам всем не встретиться у меня? Но таковы условия Сэма. И да, можете бежать собираться. Думаю, что после сделки надолго мы здесь не задержимся… Телефонный звонок, раздавшийся в баре, заставил меня вздрогнуть. Оказывается, здесь был телефон… Телефон, мать твою! С которого можно было позвонить на большую землю и хотя бы попытаться вызвать сюда полицию. Хотя нет, о чём это я? Какая полиция сунется на остров Дьявола? Как оказалось, спрашивали Уиллиса, и он, оборвав нашу тактическую планёрку почти что на середине, вынужден был отлучиться. Но уже через несколько минут он вернулся и сообщил, что наши планы меняются. — Сэм сам приедет сюда и привезёт всё то, о чём мы договаривались. Но! Есть одно «но», которое мне придётся с ним уладить. Поэтому я попросил бы вас держаться в тени и предоставить весь процесс сделки мне. Да ради Бога! Делайте свои дела, сэр, а я постою в сторонке. Ничего сверхъестественного в этом я не видела, поэтому легко согласилась. Прошло несколько часов, за это время мы успели вернуться в дом к Уиллису. Я собрала весь свой нехитрый скарб, вытряхнула из рюкзака теперь совсем ненужные вещи и сложила внутрь всё то, что собиралась сегодня продать. Сэм появился неожиданно, словно приведение возник за моей спиной и положил свою руку мне на плечо. Я вздрогнула и чуть не припустила в штаны. Как он попал внутрь?! — О, я вижу, ты всё также продолжаешь практиковать искусство внезапного появления? Тебе в пору просить у Хойта перевода в диверсанты, — ухмыльнулся Уиллис. Сэм был выше меня на две головы. Я его видела лишь однажды, когда Радж приехал меня проведать, как никому ненужного котёнка в приюте. Да… Этот чувак определённо мне нравится. Брутальностью от него прёт за километр. Не удивительно, что Хойт выбрал его своей правой рукой. Стоп. А почему правая рука Волкера ведёт всякие тёмные делишки с агентом и шпионом, который знает информацию о каждом? Мда… Похоже, передо мной сейчас стоит ещё один человек, который терпеть не может главного наркобарона тихоокеанского региона. А между прочим, неплохо он устроился. Втёрся в доверие, знает все его делишки и планы, может в любой момент слить любую информацию таким, как Хантли, и получить с этого для себя не хилую выгоду, оставшись при этом чистым в глазах своего босса. Ведь кто может подумать плохо про человека, которого сам Хойт Волкер выбрал в качестве доверенного лица?! Правильно, никто. — Ja! Не думал, что ты объявишься, ты как в воду канул, — У Сэма был весьма странный акцент. Они обменялись с Уиллисом дружескими быстрыми рукопожатиями. — Так это и есть та самая fräulein²? — Наёмник вновь обратил свой взгляд на меня. — Я тут привёл кое-кого. За широкой спиной Сэма раздались шаги. Я уже успела испугаться, что это очередная подстава, что Уиллис всё это время вешал мне лапшу на уши и находился с Сэмом в каком-то заговоре, чтобы в последствии присвоить все артефакты себе и оставить меня с носом. Но… — Привет, коротышка, — Широко улыбаясь и расставив руки в стороны для объятий, из-за спины Сэма возник Раджеш. Он изменился. Его волосы немного отросли, и теперь он их зализывал назад. Щетина придавала ему некую суровость, в левом ухе виднелась серьга, а одежда была теперь не как у растамана — форма с жёлтыми вставками очень ему шла. Не веря своим глазам, я кинулась к нему, уткнувшись лицом в плечо и обхватив за шею. — Я и не рассчитывала увидеть тебя снова, — Чуть ослабив свою хватку, я с улыбкой до ушей вглядывалась в родные глаза. Тут Уиллис прервал наш так и не начавшийся разговор, а мне так хотелось поговорить с другом. Рассказать про всё, что со мной случилось, узнать, как проходили его дни в окружении наёмников и убийц, как ему удалось заполучить уважение. — Давайте перейдём к делу? У нас мало времени, — Сэм швырнул на стол чёрную дорожную сумку. Мне оставалось лишь догадываться, что в ней лежит. Но хотелось бы предположить, что там мои деньги. Я незамедлительно опустошила свой рюкзак, раскладывая медальоны и письма на столе. — Твою мать… — Радж, как зачарованный, начал рассматривать мою находку, прикасаясь к ней кончиками пальцев, будто бы боясь, что это добро рассыпется прахом. — Где ты это нашла? — Это секрет, — самодовольно улыбнулась я, кинув взгляд на Уиллиса и Сэма, которые о чём-то яро беседовали, отойдя от нас на несколько шагов. — Сэм, походу, мы маловато деньжат-то взяли, — обратился Радж к своему спутнику. — И сколько, по-твоему, это всё стоит? — Оглядев критическим взглядом артефакты, Сэм показал всем своим видом и тоном, что не относится к таким безделушкам всерьёз. — Мы договаривались о скидке, так ведь? — Я обратилась к Уиллису, вид которого был весьма озадаченным. — Давайте так, — Хантли задумчиво почесал свой щетинистый подбородок и начал что-то искать в одном из ящиков стола. — Не то… И это не то… Ах, да. Вот она, — Он вручил мне кредитку. — Сэм, оставшиеся деньги кинешь безналом. Карта на предъявителя, так что проблем с их снятием не будет. Так даже лучше. С огромным количеством налички к ней прикопаются в аэропорту. А нам ведь этого не нужно, верно? Сделка прошла гладко. Все остались довольны. В особенности я. Когда я открыла сумку с деньгами, мне даже не верилось, что какие-то письма японских солдат и их медальоны могли принести мне такое количество средств! С Сэмом было приятно иметь дело. — А что вы будете делать с артефактами? Точнее зачем вы их купили у меня? — Да продадим за спиной у Хойта, а деньга поколем на двоих, — пожал плечами Радж. Я так и думала… Но ведь это большой риск. Рано или поздно Волкер узнает о тёмных делишках своих подчинённых и тогда… — Полетели со мной? — Я умоляюще посмотрела на Раджа, когда они с Сэмом уже собирались уходить. Так мало времени… Всего-то каких-то двадцать минут я пообщалась с другом, пятнадцать из которых мы уделили сделке. — Ави, я бы с радостью… Но Хойт меня из-под земли достанет. Да и к тому же мне здесь нравится. Мне не за чем возвращаться. — И тем более самолёт только на двоих, — вставил Уиллис, тем самым разрушив все мои надежды на спасение моего лучшего друга. И вновь я почувствовала себя одинокой, сидя в обнимку с сумкой, наполненной кучей долларов. Да, я рада, что скоро покину этот кошмар, но было бы намного лучше, если бы мне удалось вытащить из него и Раджа. Похоже, я видела его последний раз. Ближе к вечеру я наведалась к Иману, прихватив с собой обещанную сумму. Даже больше. Он и его семья не заслуживают такой убогой жизни в крысином углу под названием Бэдтаун. Парень сначала опешил от моей щедрости, но всё-таки принял мой дар, начав благодарить. — Завтра я улетаю, и у меня к тебе будет просьба, — Я вытащила из кармана конверт, в котором лежало моё письмо, адресованное Ваасу. Я всё же решила попрощаться. Хотя бы в письменном виде. — Для тебя всё что угодно! — с особым оптимизмом согласился он. — Мне надо, чтобы это письмо оказалась у Вааса Монтенегро, — Увидев его испуганный взгляд, я продолжила: — Только не смей сам заделываться курьером! Твоя задача найти человека, который сможет доставить это. И всё. Справишься? Это очень важно. — Эмм… — замялся он, и я уже начала думать, что он жалеет о принятых от меня деньгах. — Я попробую. — Спасибо, — выдохнула я и отдала ему конверт. — Даже если у тебя не получится, то это нестрашно. Значит, так и должно быть…***
И вот настал этот день. Я всю ночь не спала, считая минуты и секунды. Уиллиса опять не было дома, и я опять начала переживать. Хотя, а чего уже переживать? Он доказал мне, что ему можно всецело довериться. Но я никогда не любила полностью полагаться на кого-то, потому что меня с детства учили, что всего надо добиваться самой. Но в такой ситуации мне оставалось только сидеть и ждать указаний. К обеду, когда я уже целиком собранная сидела и ждала отлёта, в дом ворвался Уиллис. У него был очень нервный и взволнованный вид, и я уж было решила, что наши планы рухнули. — За нами хвост, — заявил он, пулей носясь по комнате и забирая из стола какие-то важные папки. — Что?! — Я подскочила с насиженного места. — Какой ещё хвост? Почему-то у меня сразу появились догадки, кто же всё-таки это мог быть. Неужели Ваас? Да нет… Это смешно. — Мы сваливаем прямо сейчас, — Закинув свои вещи в мой рюкзак, Уиллис наклонился и зачем-то заглянул под стол. Тут я уже начала подозревать, что он явно не в себе от недосыпа и вечной работы. За всё время, что я провела у него дома, он ни разу не прилёг. — Отлично… — проговорил он себе под нос, запихивая к себе в карман какой-то маленький пульт с одной единственной кнопкой. — Уиллис, я только что вспомнила, что у меня совсем нет никаких документов, — Я виновато взглянула на мужчину, глаза которого были скрыты за солнечными очками и из-за которых было сложно понять, раздражён он данным фактом или же нет. — Что ж ты сразу не сказала? — Мужчина вновь начал копошиться в столе, а я недоумевающе следила за каждым его резким движением. — Вот. Вроде похожа. Теперь ты будешь Мелисса Литтлтон. В моих руках оказался чей-то паспорт, обложка которого была изрядно поношена. Раскрыв документ, я увидела фотографию молодой девушки со светлыми волосами. Мда… Если меня поймают в аэропорту за подделку документов, то, полагаю, это можно будет считать аллегорическим гвоздём в крышку моего гроба. Пока я рассматривала чужой паспорт, снаружи послышались звуки какой-то потасовки. Похоже, Уиллис прав. Когда мы вышли из дома, я кинула взгляд в сторону бара, где была кучка туземцев с оружием наперевес. Ясно. Ракьят всё никак не успокоятся. Кто-то проговорился, что видел меня в Бэдтауне, и теперь эти папуасы ищут меня здесь. Главное, чтобы Иман меня не сдал. Хотя он же и не знал, где я ночую. Отойдя на приличное расстояние от домика, Уиллис достал тот самый пульт и нажал на кнопку. Раздался оглушительный взрыв, а на месте лачужки Хантли остались лишь обгоревшие развалины. — Давно мечтал это сделать, — Самодовольно улыбнувшись, Хантли молча повёл меня к машине, которая ждала нас у северного въезда в Бэдтаун. — Я бы посоветовал пригнуться так, чтобы тебя не видно было. Раз Ракьят тебя ищут, то вполне могут остановить нас и отсрочить нашу поездку ещё на неопределённое время. Я даже не стала спорить, послушно сев в машине у подножия кресла. Ехать так было ужасно неудобно. Учитывая, что дорога на острове вся в ухабах и неровностях. Меня начал мучить вопрос: «Как мы сможем взлететь на самолёте в джунглях, где нет взлётной полосы и кругом одни деревья?» Хотя я ничему уже не удивлюсь. Уиллис всё давным-давно продумал и без любопытных носов в виде меня. — Приехали, — оповестил Хантли, шустро выходя из машины. Я, кряхтя и бранясь на свою неповоротливость, вылезла следом за ним, прихватив свою сумку. — Твою мать… — Впервые за всё время нашего знакомства, Уиллис ругнулся. Значит, случилось что-то нехорошее… — Что случилось? Я подошла к небольшому самолёту, на котором, судя по всему, мы и улетим. Правда, выглядело это средство передвижение весьма хрупким и явно не предназначалось для дальних перелётов. — Сейчас исправим, — обратился он скорее к себе, чем ко мне, так и не ответив на вопрос. Так странно было видеть человека в деловом костюме, который весьма профессионально исправляет поломку в самолёте. Оглядев пространство вокруг нас, я заметила достаточно широкую и прямую дорогу, к которой был обращён нос самолёта. Это и есть наша взлётная полоса. Всё до безобразия просто. И гениально. — Возьми это, — протянул мне рацию Уиллис. — Она настроена на частоту, которая позволит тебе связаться с ближайшим аванпостом пиратов. Раз эти чёртовы туземцы преследуют тебя, то надо их всеми силами задержать, и пираты нам в этом помогут, сами того не осознавая. — Эмм… Ладно. — Не тяни. У нас мало времени. Если действительно хочешь выбраться, то давай действуй. Я нажала на кнопку с боку рации и поднесла её к губам, совершенно не зная, что говорить. Почему-то мне показалось это плохой идеей. Не хотелось сюда приплетать ещё и пиратов, но раз Уиллис приказал, значит, надо делать так, как он велел. — Эээ… Хочу доложить важную информацию, — Я старалась сделать голос как можно грубее, авось прокатит выдать себя за мужчину. — Чо? Стив, это ты? — Ответ не заставил себя ждать. — Нашёл, что ли, нашу беглую подругу? Я обомлела. Меня ищут ещё и пираты. Чёрт… Это никогда не закончится. Что ж всем так не даёт покоя моя персона?! — Нет. Недалеко у Бэдтауна была замечена группа повстанцев из восьми человек. Надо туда наведаться и надрать им жопу, — Большего бреда в своей жизни мне ещё не удавалось выдать. — Чо-то голос у тебя какой-то странный. Тебе яйца, что ли, прищемило? — послышался заливистый хохот. — Ладно, мы выезжаем. Я облегчённо вздохнула, вытерев выступивший пот со лба. Безумие какое-то. Наверное, прошло минут сорок с момента, как мы с Уиллисом слиняли из Бэдтауна. Туземцы по-любому быстро сориентировались и уже на полпути к нам. Остаётся надеяться, что пираты успеют их перехватить, и, пока будет идти бойня, мы уже будем парить в небесах. — Уиллис, ещё долго? — Я нервно переминалась с ноги на ногу, стараясь не мельтешить под носом у своего пилота. — Ещё немного… Совсем чуть-чуть. Чёрт… Я столько времени потратил на него, а он сломался в самый неподходящий момент, кусок ржавого железа! Не я одна нервничаю. Ну конечно, ему не меньше моего хочется свалить отсюда. Устало проведя ладонью по лицу, я села на деревянный ящик, который стоял неподалёку. В этот момент рация вновь зашипела, и голос, который я услышала, заставил моё сердце замереть, а руки и ноги налиться свинцом. — Блонди! Нехорошо убегать, даже не попрощавшись, — На секунду он умолк, наверное, ожидая от меня какой-то реакции, но у меня был самый настоящий шок. — Ну ничего, папочка совсем рядом. Скоро папочка научит тебя, малышка моя, как не хорошо не слушаться. Он ещё смеет надо мной издеваться?! — Иди к чёрту… — сквозь зубы проговорила я, сжимая рацию. От его ласковых прозвищ в мой адрес хотелось блевать. Чего ему от меня нужно? Мы всё решили. Он прогнал меня, я ушла. И что теперь? Он преследует меня! — Ты злишься, милая… Ты злишься… Ничего. Я понимаю. Понимаю, — Тон его голоса резко сменил свой угол, и это сразу на меня повлияло. Казалось, что он раскаивается. Но… Бред. Абсурд. Ваас никогда не будет унижаться передо мной или перед кем-либо ещё. Это уловка. Тут послышался окрик Хантли: — Всё готово! Залезай! Я на всех порах кинулась к своему спасителю и, уже сидя в самолёте, в последний раз воспользовалась рацией: — Прощай, Ваас… После этих слов в моём горле появился противный комок, а на душе стало ещё больнее. Выкинув рацию через окно, я пыталась отвлечь себя, наблюдая за тем, как Уиллис профессионально заводит мотор. Двигатель утробно зарычал, его было, наверное, слышно по всему острову. — Я докину тебя до Сингапура. Там у меня пересадка, — сообщил Уиллис, нажимая различные кнопочки и дёргая рычаги. Мы тронулись. Самолёт начал набирать скорость, стремительно разгоняясь. — Я всю свою жизнь отдал Управлению, и мне не удалось избежать ошибок, но я всегда был патриотом. Да, мэм! Мы почти вылетаем из джунглей! И вот мы в воздухе. Уиллис заразил меня своим восхищением и ликованием, и мы оба радуемся своей победе. Но как только остров скрылся за плотной пеленой облаков, меня накрыла необъяснимая тоска и печаль. С одной стороны, я безумно рада, что мне удалось выбраться, но с другой… Я больше никогда не увижу его.
Примечания:
¹ Gadis, berhanti (индонез.) – Девушка, стойте!
² Fräulein (нем.) – барышня.
