Все не так, как может показаться.

- Мэгги, мы хотим чай, - закинув ноги на невысокий столик и подняв в воздух пустую чашечку из пластика, протянула Роад. Женщина в глубоком бардовом кресле заметно вздрогнула. Ее длинные волосы были заплетены в тугую косу, а тело стягивало синее вечернее платье с вкраплениями красного и золотого. Обведя комнату пустым взглядом, она кивнула, поднимая пустой чайник. Чуть наклонив его вперед, соприкасая носик с краем чашки, Мэгги отстранено смотрела вперед, куда-то чуть выше плеча ее новой госпожи. - Если я дам тебе чуть больше свободы, то ты просто воспользуешься моим мимолетным порывом доброты, - дождавшись когда Мэгги отстранено кивнет и вернется на свое место, произнесла Роад. - Это так забавно наблюдать, - растянув тонкие губы в глумливой усмешке, добавила она. - Я готова поспорить вы считаете себя Высшими и сравниваете чуть ли не с Богами! Вот только оказывается, даже дефектным чуждо нечто человеческое. А ведь многие считают, что вы порождение порока. Его первоначало, - она коротко усмехнулась, откинувшись на спинку кресла, чуть съехав вниз. - Все неизвестное - все необъяснимо, но даже неизвестное можно объяснить простой истиной. - Даже если ты начнешь цитировать ей Фалеса*,она ничего не ответит, - привалившись к высокой спинке кресла Роад, парировал Тикки и комната погрузилась в непривычную тишину. - Она хотя бы умеет слушать. - Ты не оставила бедняжке выбора. - Молчал бы лучше. - Как ты со старшими разговариваешь? - деланно возмущенно произнес Микк, растрепав короткие волосы на затылке подростка. - Граф зовет тебя. - А ты решил поиграть роль посыльного? - спрыгнув на пол, поинтересовалась Роад. Поправив юбку и по привычки пригладив воротник на белой рубашке, она подошла к Мэгги, излишне осторожно прикасаясь к макушке своей новой куклы. Лишь на мгновение в глазах женщины появилось некое осознание происходящего, но в следующую секунду взгляд ее вновь стал пустым и отстраненным. Довольно улыбнувшись, Роад сжала ее макушку и наклонила ближе к столу, почти соприкасая спокойное лицо с гладкой поверхностью. Женщина не сопротивлялась и только хвост ее забился по спинке кресла, словно пытался привлечь к себе внимание. Камелот недовольно шикнула и тут же его кончик был прикован конусовидной стрелой к подлокотнику. - А знаешь, что еще делает вас человечней? - она низко наклонилась, почти касаясь губами виска Мэгги. - Боль, - прошептала она, резко отстранившись и отпустив безвольное тело, которое почти сразу же завалилось на пол, конвульсивно содрогаясь. *** - Ты как? Можешь открывать глаза, я знаю, что ты уже пришел в себя, - присев на край койки Уолкера, поинтересовался Лави, но подросток лишь пожал плечами, насколько ему позволяло лежачее положение. - Что там произошло? - Я пришел на кладбище и там... там, кажется, была какая-то девушка... - Лулубель? - несколько взволновано перебил его парень, но Аллен нахмурившись отрицательно махнул головой. - Роад? - Нет. Я ее раньше не видел и мне показалось... я думал, что она нормальная. Обычная. - Акума? - Нет. Ты можешь меня спокойно дослушать? - привстав на локтях, раздраженно произнес Уолкер. - Она точно не была человеком, но и не Ной с Акума. Я не знаю, кто она, но... Сила. У нее просто невиданная сила. Лави аккуратно надавил на подрагивающие плечи Уолкера, заставляя того лечь обратно. Поправив воротник его рубашки, он замер на мгновение, всматриваясь в темнеющие синяки от тонких пальцев на светлой коже шеи. Перед глазами, словно старое видение мелькали картинки, как девушка, крепко держит Аллена за шею, впивается чрезмерно острыми ногтями в кожу, приподнимая над землей. Правый глаз неприятно жег и Лави невольно отпрянул дальше, прикрывая глаза. Пальцы мелко дрожали и лишь в последний момент Лави успел перехватить правую руку, потянувшуюся к повязке. - Ты - то сам в порядке? - несколько обеспокоенно поинтересовался Аллен, смотря на Лави с недоверием и опаской. Этот взгляд Лави начинал замечать все чаще и чаще, чувствовал его на себе и не мог понять, чем вызвал подозрения. Уолкер же продолжал улыбаться, но глаза его выражали все то, чего так опасался ученик Историка. - Я всю ночь не спал, мелкий, - растянув губы в широкой улыбке, произнес Лави, потрепав мальчишку по волосам. - Так что устал и сейчас хочу отчалить от своего дежурства, - шутливо отсалютировав, парень поднялся с кровати и буквально завалился на широкий диван, тут же прикрывая глаза и натягивая тонкое одеяло. - Разбуди если нагрянут Акума. - Хорошо, - глухо отозвался Уолкер. Взгляд его то и дело возвращался к "спящему" другу, но подросток упорно продолжал всматриваться в потрескавшийся потолок номера. Он не понимал, что изменилось в его отношении к другу, но все было совсем не так, как в те первые дни их знакомства. Аллен до сих пор помнил те дни, когда они впервые познакомились с Лави. И пускай все началось с неприятия, некоего отчуждения, слишком быстро все завернулось и Уолкеру хотелось верить, что он нашел того человека, который мог бы понять его. Линали - понимающая девчушка, излишне переживающая за всех своих знакомых, но не различающая истинной заботы с долгом. А Лави, появившийся так резко, что Аллен сравнивал их знакомство с излюбленным методом Сэмии посадки на поезд - стремительный рывок и резкое приземление. Все это было столь спонтанно, что Уолкер даже не заметил того момента, как из простого знакомого, весьма заносчивого, Лави стал близким другом, с которым можно было поболтать перед сном в библиотеке, которому можно было рассказать почти все, что всплывало в сознании. И как все было начато, закончилось столь же стремительно. Уолкер не мог найти причины, словно интуитивно ощущал, что больше не было того доверия, не было понимания. Тогда Аллен с некоторым разочарованием осознал, что с самого начала стало тем самым импульсом послужившим их дружбе. Они были похожи и не замечали этого, предпочитая видеть именно те маски, что выбрали для жизни. А теперь, когда оба, под гнетом реальности лишь на мгновение скинули свои лживые обличья, показывая истинные лица. Каждый искал помощи друг в друге, но именно это и не давало оставить все на своих местах. - Все меняется, - тихо произнес подросток, наконец прикрывая глаза и вновь проваливаясь в бездну сна. *** - И что мы будем делать? - деланно незаинтересованно произнесла Роад, откидываясь на спинку высокого стула и закинув ноги на стол. - Можно подумать у нас остается выбор, как именно мы должны поступать, - хмыкнул Тикки. - Выбор есть всегда, но выбор в данной ситуации не каждого обрадует, - задумчиво произнес Вайзли, сцепив пальцы в замок и оперевшись локтями о край стола. - А мы знаем! Мы знаем! - хором закричали подростки, вскакивая со своих мест, вытянув руки вверх. - Удивите меня, - хмыкнул брюнет во главе стола. Молчавший до этого, он подался чуть вперед, смотря на каждого и в то же время взгляд его был обращен в пустоту. И никто не желал прерывать его, слишком хорошо зная о последствиях при малейшей нерасторопности. - Это все тот мальчишка, - смело заявил старший из близнецов, оперевшись руками о стол и почти забираясь на него. - Да, точно. Тот мальчишка! - согласно кивнул Джасдеро. - В любом случае, сейчас бездействовать было бы самым глупым нашим действием. - Идем на Ватикан? - Единственное, что мы должны сейчас действительно предпринять, так это найти Связь. - Мы не понимаем! - Вы ничего не понимаете, - хмыкнул Микк, потянувшись за очередной сигаретой. - И никогда. - Молчи лучше! - Кажется мы обидели наших деток. - Заткнись! - Вам лучше обоим замолчать, - деланно спокойно прервал их Канда, приподнимаясь из-за стола. - А теперь обсудим то, что действительно важно. *** - Что и требовало доказать, - удовлетворенно вздохнув, мужчина отложил стетоскоп в сторону. - Просто перетрудился Ваш друг и все, - несильно хлопнув себя по коленям, он поднялся с шаткого стула, как можно скорее смахнув свои разложенные вещи в сумку. - Ничего серьезного? - в очередной раз поинтересовался Лави, все это время простояв у входа в комнату, привалившись плечом к дверному косяку. - Раньше такого не было. - Организм у него молодой и растущий, да и пора уже подумывать о том, чтобы девчонку себе найти, - на этих словах он задиристо подмигнул Аллену, - гормоны, организм меняется - это все возраст. - Спасибо Вам, - благодарно улыбнувшись, Уолкер чуть наклонился вперед, изображая поклон. - Надеюсь мы Вас не сильно потревожили? - Что Вы, - деланно возмущенно произнес мужчина, медленно направляясь к выходу из комнаты, - здесь почти никогда не бывает интересных заболеваний, а уехать совесть просто не позволяет. Кроме меня некому лечить. - До свидания, - сухо попрощался Лави, но словно в противовес скупому тону широко улыбнулся, чуть сощурив глаза. - Надеюсь не до скорого, - шутливо усмехнулся тот, напоследок отсалютировав подростку. - Что будем делать? - поинтересовался Лави, как только мужчина покинул их комнату. - Аномалий тут нет и в помине, но что-то же Искатели нашли. Кстати, что было сказано в письме? - Ничего путного, - откинув одеяло, Аллен осторожно поднялся с кровати, - писали, что-то про то, что в этой деревне шестнадцать лет назад произошло несчастье. - И какое же? - незаинтересованно спросил Лави, заваливаясь на кровать и раскидывая руки в сторону. - От тебя теперь будет благоухать цветами, - добавил он, широко усмехнувшись. - Что? - приподняв рукав к лицу, Уолкер почти тут же отпрянул чуть в сторону и опустил руку вниз. - Чем он меня лечил? - Настоем своей бабушки-ведуньи, - деланно серьезно произнес Лави, зарываясь лицом в подушку и глубоко вдыхая концентрированный аромат. - Так что мы будем делать с заданием? - Ты по видимому спать, - тут же подметил Уолкер, скидывая рубашку и направляясь к своему чемодану. Спать? Как же - не скрывая широкого зевка, думал Лави, переводя взгляд с одного посетителя таверны на другого. Несколько мужчин в перепачканных комбинезонах и пожилая женщина, перекатывающая в руках спицу то и дело проводя ею по столешницы, словно что-то пытаясь ею написать. Один из мужчин, самый высокий и худой, с выцветшими волосами мышиного цвета и покрытой пятнами кожей больше остальных обращал на нее внимание, шикая каждый раз, стоило ей отвлечься от некрепкого напитка в высокой кружке и начать выскребать что-то спицей. Остальные же громко смеялись и о чем-то переговаривались, перебивая друг друга и казалось совершенно не обращали внимания на ее действия. Но Лави отметил и то, как они передергивали плечами и как старательно отводили глаза в сторону, когда она поднимала свои глаза водянистого оттенка на них, стоило им замолкнуть. Сам же Лави лишь наблюдал, незатейливо вглядывался в их лица, все никак не решаясь подойти и задать нужный вопрос. Официантки то и дело пробегали мимо, словно невзначай задевая его плечом или же бедром, а после подолгу извинялись и низко клонились, так что без особых усилий Лави мог увидеть чрезмерно глубокий вырез декольте. Женщина посидела еще несколько минут, а после словно почувствовав что-то, встрепенулась. Лави невольно замер, отклоняясь назад и сильнее врезаясь спиной к край стойки бара, но женщина не делала ничего особенного. Она поднялась со стула, покрутив спицу в руке и безотрывно посмотрела на мужчин, сидящий напротив нее. И Лави готов был поспорить, что она вот-вот кинет ее в них, но женщина лишь хмыкнула, воткнув спицу в прическу на манер заколки и вышла из заведения. Остальные тут же синхронно вздохнули, начав возбужденно перешептываться и Лави то и дело улавливал ведьма... родила монстра... совсем из ума выжила. Позади раздалось тактичное покашливание и Лави деланно медленно обернулся назад, краем глаза улавливая мельтешение. - Привет, - облокотившись о стойку и наклонившись вперед, Лави широко улыбнулся, пристально смотря на девчушку. Она несколько опасливо оглянулась по сторонам, вытирая испачканные руки о фартук в черных разводах, поспешно поправила волосы, отвечая ему несдержанным кивком. - Могу я кое-что спросить? - учтиво поинтересовался Лави, ловя на себе косые взгляды постояльцев и совершенно не обращая на них внимания. Девушку же казалось, замялась еще сильнее, отводя взгляд в сторону и сминая передник тонкими пальцами с изломанными ногтями. Она то и дело кусала свои припухлые губы, сглатывая подступающую слюну и не сдержанно хмыкала носом, вытирая его краем рукава просторной рубахи, надетой под короткий сарафан. Некоторые мужчины что-то кричали ей и свистели, но девушка стыдливо отворачивалась и отходила чуть в сторону, словно стараясь спрятаться за Лави. - У меня нет имени, - пробубнила она и Лави с удивлением отметил, что голос у нее был не по-женски низким и охрипшим. - Как? - деланно искренне поинтересовался он, оперевшись о столешницу двумя руками. - Это ведь тебя совершенно не интересуется, - неожиданно уверенно произносит она, выпрямляясь в спине и горделиво выпячивая грудь, так что Лави на мгновение замер, оглядывая ее в очередной раз. И ему уже не казалось столь зазорной ее одежда и совершенное отсутствие манер. Безымянная заливисто рассмеялась, откидывая назад тонкий хвост, перекинутый через плечо. - Давай-те вы зададите свои вопросы, - она чуть наклонилась вперед, глубоко и шумно вдыхая, чуть запрокинув голову назад и прикрыв глаза, - а я постараюсь на них ответить. Идет? - Идет, - несколько заторможено ответил Лави, неосознанно отодвигаясь дальше. Отметив этот жест девушка вновь рассмеялась, но почти сразу же посерьезнела, когда из двери позади вышел рослый мужчина с бочонком в руке и направился к подвальной комнате. Она проводила того взглядом, пытливо вглядываясь в грузную фигуру мужчины, но стоило ему скрыться, как встряхнула головой и перевела взгляд на Лави. - Что-нибудь странное происходило в этой деревне? - А что ты понимаешь под странным? - хмыкнув, поинтересовалась она в ответ. - Потому что лично для меня странно уже то, что наш повар - грузчик не шлепнул меня по бедру, когда проходил мимо, - широко растянув губы, она подчеркнуто демонстративно облизала их, но не заметив во взгляде Историка ни намека на заинтересованность тут же присмирела, одергивая сарафан ниже. - Появлялись ли странные существа или люди вели себя так, как ни при каких обстоятельствах не повели бы? - Нет, - не задумываясь произнес она, - но были у нас какие-то странные путники. На ночь не остались, пришли, порасспрашивали и в лес ушли. - А с кем они разговаривали? - Не знаю, - безучастно пожав плечами, она в очередной раз огляделась по сторонам, поспешно прошептав. - Лучше расспрашивать у тех, кто тут живет как минимум лет сорок, чтобы хоть что-то узнать, - приподнявшись на носочки она хлопнула Лави по плечу и быстро засеменила в сторону кладовки, бесшумно скрываясь за массивной дверью. *** - Тут много чего происходило, молодой человек, - женщина несмело улыбнулась, расставляя на полках небольшие сосуды с приклеенными названиями на пожелтевшей бумаге. - Простите, если буду слишком груб, но Вы видели людей в белых одеждах... - Искатели которые? - Вы знали кто они? - Мой муж был Искателем и сын хотел стать, так сказать по стопам отца пойти хотел. - Так Вы видели их? - Да. Они приехали к нам несколькими днями ранее, но со мной лично не разговаривали. Я лишь краем глаза их видела, когда они в лес направлялись. - И Вы не знаете с кем они могли разговаривать или у кого остановились. - А это лучше у Безымянной спрашивать, она у нас с путниками... в общем, эта девушка больше скажет если путники к ним в бар заглядывали. Уж, она-то знает, как мужчин заставить на месте остаться, - добавила она чуть тише, крепче сжимая очередной сосуд, но заметив несколько взволнованный взгляд Уолкера в отражение витрины, тут же натянуто улыбнулась, оборачиваясь к нему. - Не слушай меня, - горестно усмехнулась она, направляясь к стойке. - Но я действительно не знаю, что они искали или что пытались узнать. - Все равно спасибо, - благодарно улыбнувшись, Аллен вышел из лавки, стараясь не вслушиваться в поспешный шепот о блуднице. - Как у тебя? - Ничего интересного, - потянувшись Аллен медленно направился в сторону паба. - Правда она упомянула какую-то девушку из постоялого двора. - Уже. Но в итоге опять-таки ничего интересного. Зато есть точно один человек, который, по крайней мере, выглядит странно. - Кто? - А вот это еще предстоит узнать. Дом напоминал старый пряничный замок, который зачастую пугали детей, пересказывая вечную сказку о пропавших детях и древней ведьмы, что питалась страхом и спала на костях людей. Аллен и Лави нашли его почти сразу же, но все никак не решались пройти по вымощенной тонкой дорожке и постучать в низкую дверь, выкрашенную в синий цвет. Окна были плотно зашторены и казалось, что в доме никого не было, но время от времени чей-то силуэт то и дело проходил по комнате. Она открыла почти сразу же и экзорцисты невольно отпрянули назад, стоило двери резко распахнуться, а стойкому запаху разложения ударить по обонянию. - Кто это у нас такой правильный? - раздался приятный молодой голос из одной из комнат, где они видели силуэт. - Проходите, время не резиновое и вы не единственные кому его можно уделять, - добавила она, почти сразу же рассмеявшись. Послышался скрип кресла и тени заиграли с новой силой, так словно она раскачивалась на месте. - Она пугает меня больше, чем Акума, - на грани шепота произнес Лави, проходя вперед. Но стоило ему переступить порог, как он тут же отпрянул в сторону, натягивая шарф на нос и отворачиваясь от одной из стен. Аллен несколько удивленно последовал за напарником, переводя взгляд, но стоило ему сделать еще один шаг, как запах усилился. Уолкер крепко зажмурил глаза, ощущая, как они начинают щипать от накативших слез. - Лучше те настойки с цветами, - хмыкнул Лави, стараясь выдавить смешок. Аллен лишь нервно передернул плечом, подталкивая его в сторону ближайшей комнаты, в которой находилась та самая женщина из кабака. Пройдя в небольшую залу, Лави почти сразу же заметил, что она продолжала теребить спицу в пальцах - невероятно длинных и тонких. Да и сама женщина казалось, словно сотканная из странной материи - невероятно тонкой и хрупкой. Одно прикосновение и она просто рухнет, не выдержит давления. Исчезнет. Волосы, заплетенные ранее в странную шишку на макушке, теперь были распущены и доставали почти самого пола, неровными концами свисая по бокам, а глаза, кажущиеся водянистыми, на самом деле излучали чистейший изумрудный оттенок, переливаясь от игры пламени в небольшом камине. Она улыбалась своими иссохшимися губами, демонстрируя неровный ряд зубов с чернеющими дырками. Шею переплетали ветви вен, словно тонкие путы, сдавливающие ее и она надрывно дышала, так словно каждый вздох - последний. - Матильда, - с непонятной важностью заявила она, указывая свой спицей в сторону дивана. - Можете присесть. Но не надолго, вскоре ко мне придет мой внук, а он не любит когда у меня кто-то есть, - она наклонилась вперед, от чего ее кресло-качалка опасливо заскрипела и зашептала, словно боялась, что кто-то мог ее услышать. Аллен из последних сил выдавил приветливую улыбку, проходя первым и уважительно кивая, представляясь. Лави последовал за ним несколько погодя, глубоко вдыхая запах омелы и полыни. На языке так и вертелся вопрос - о погибшем животном в коридоре, но Лави лишь сильнее прикусил изнутри щеку, стараясь не сказать лишнего слова. Уолкер словно прочитав его мысли, повернулся корпусом к Матильде и начал незатейливый разговор, в котором Лави подчеркнуто не участвовал. Вальяжно развалившись на диване, он беззастенчиво рассматривал небольшую комнатку стараясь отметить каждую незатейливую деталь, но кроме висящей высохшей травы и нескольких фотографий на полке над камином - ничего действительно стоящего не было. Матильда продолжала раскачиваться на кресле, продолжая теребить спицу в руке, но раз в несколько минут она замирала на месте, словно прислушиваясь к чему-то и начинала скребыхать спицей по столу, выводя странные символики. - ... вот только девочку они мою погубили, - серьезность тона женщины заставила обоих экзорцистов встрепенуться и посмотреть на в очередной раз замершую женщину. - Просто испугались тех знамений, - она раздосадованно сжала губы, вновь начиная раскачиваться, но теперь словно в попытке успокоиться. - И что стало с вашей дочерью? - Ната была, как они все, - пренебрежительно бросила она, размахивая тонкими руками. - Выросла выучив все правила, ходила в церковь каждый день и в первую очередь просила прощение перед Богом, а не перед матерью, - добавила она, откинувшись на кресло полностью и опустив руки вниз. И только Аллен хотел спросить что-то, как она резко вскинулась и подмахнула ногами, раскачиваясь сильнее. - Всю жизнь она хотела быть как и все Они, - ткнув спицей в сторону окна, она раздраженно что-то пробубнила, зажевав собственную губу, но тут же улыбнулась, оборачиваясь к замершим экзорцистам. - Бог не любил ее, а она пыталась добиться его любви. - Что Вы имеет ввиду? - как можно более осторожно поинтересовался Аллен, коротко бросая взгляды на Лави и выход из комнаты. - Бог не любил ее, - повторила он. - Не любил и решил наказать, просто потому что больше не кого было. Ее отец был еретиком и носил перевернутый крест, - она задиристо хмыкнула, словно вспомнив нечто приятное и растянула губы в блаженной улыбке. - Он был настоящим мужчиной, который не боялся говорить правду и просто говорить. Но вот Ната явно пошла не в него, - Матильда сплюнула себе под ноги, сварливо оскалившись. - Вот вы бы стали молчать, когда вашу жену пытают? И он не молчал, он бился за меня, но его убили, а дочку оставили на моих руках, но и она меня предала. - Ната, - беззвучно произнес Лави, стараясь вспомнить где же он слышал это имя и почти сразу же в памяти всплыл тот странный врач. - Я хочу спросить, - более громко добавил он, наклоняясь вперед и облокачиваясь локтями о колени. Матильда тут же замерла и заинтересованно посмотрела на него. - Ната чем-то болела? - Конечно! Она болела вашей верой, - она сплюнула в очередной раз, закутываясь в сшитый из лоскутков плед, до этого непригодной тряпкой валяющийся на полу. - Я же говорила, она хотела быть как все. - У нее чесались руки, - продолжил Лави, пристально наблюдая за ней, но Матильда лишь хмыкнула и отвернулась, вытягивая вперед руку со спицей. - Конечно у нее чесались руки, ведь она хотела быть чистой, но позволила себя очернить. Она отрицала, что носила ребенка и что святая вода не принимает ее, вот и чесались у нее руки, - она передернула плечами, словно объясняла простые истины и тут же замолчала. - Матильда? - обеспокоенно произнес Аллен, подавшись вперед, но все еще остерегаясь прикасаться к ней. Но женщина молчала, уставившись в одну точку и хмурясь все больше и больше, пока ее глаза и вовсе не закрылись, а бровь не сошлись на переносице. Она безвольно то открывала, то закрывала рот, словно в попытки сделать вздох, а спицей продолжала водить по столешнице, пытаясь что-то начертить. - Матильда, - более настойчиво повторил Аллен, в один широкий шаг оказываясь рядом с ней и осторожно потрепав по плечу. И словно поджидая этого момента, она резко распахнула глаза и перехватила тонкое запястье подростка, заставляя наклонился того к себе сильнее и сбивчато зашептала: - Ты должен найти моего внука... Уолкер несколько пораженно замер, переводя взгляд на небольшой столик, на которой Матильда то и дело что-то царапала или же выводила. В горле моментально образовался комок, стоило ему увидеть то, что она так старалась никому не показывать. Эти знаки мы придумали с Маной - отрешенно подумал про себя Аллен, невольно читая их, прикрывая глаза. В памяти тут же вспыхнули до боли знакомые воспоминания, где он еще мальчишка, вырисовывал странные знаки, понятные лишь ему и его приемному отцу. Аллену казалось, что он простоял так всего несколько секунд, но когда он вновь открыл глаза, то уже находился на улице и рядом с ним был лишь Лави, обеспокоенно всматривающийся к его лицо. - С тобой все в порядке? - поинтересовался он, не отпуская плеч Уолкера. Последний лишь неоднозначно тряхнул головой, что-то промычав и скинув руки с плеч. - Что она тебе сказала? - Я не смог разобрать, - стараясь как можно более виновато улыбнуться, Аллен развернулся к ее домику спиной, добавив. - Думаю, нам нужно пойти в лес. - Да, это определенно будет лучшей идеей, - закинув руки за голову, протянул Лави, всматриваясь в пасмурное небо. - С тобой точно все нормально? - Определенно, - пожал плечами Аллен. - Просто она меня несколько шокировала. - Это хорошо... в смысле хорошо, что с тобой все хорошо... ну, в общем ты понял. - Да, спасибо, друг. Всю дальнейшую дорогу Лави рассказывал что-то из очередной поездки вместе с Историком, несколько раз воодушевлено выкрикивая привычное "Страйк" или же ворча на излишне серьезного учителя. Аллен же время от времени кивал на его слова, стараясь придать лицу заинтересованный вид, но все его мысли были далеки от происходящего. Он все повторял про себя ее слова: Ты должен найти моего внука... Неа.