Of Truth and Love

ХёСоб ждал ЧаХё и ЧжиЁ на парковке. У них вот-вот должны были закончиться занятия, и они договорились вместе пообедать. Ожидая, пока подруга с сестрой подойдут, он коротал время за перепиской с Мисо. Они с ней работали над новой песней и как раз обсуждали некоторые варианты аранжировки, используя компьютер и синтезатор. Мисо: Можешь приехать пораньше? Краш: Я обедаю с сестрой и ЧаХё. Мисо: Опять с этой девчонкой… Краш: Эта девчонка вообще-то моя лучшая подруга, глупенькая Мисо: Я ведь красивее чем она Краш: Я бы не сказал, что она страшненькая: P Мисо: Хочешь сказать, что я страшненькая?!; ~; Краш: Ну смотри, ты сама так сказала XD ХёСоб сам себе улыбался, как вдруг почувствовал дыхание над плечом. Он посмотрел справа от себя — рядом стояла ЧжиЁ. — О… Когда ты пришла? — спросил он. — Пару минут назад, — ответила его сестра. — Ты так занят перепиской с Мисо, что ничего вокруг не замечаешь, — сказал кто-то слева от него. ХёСоб повернулся и увидел ЧаХё, она сидела на капоте его машины, заглядывая в телефон через его плечо. — Зачем ты залезла на мою машину?! — спросил он. — Ну, тут же нет кресел как в зале ожидания, — спрыгнув, сказала она, — Кроме того, только так я могла увидеть, что ты там строчишь. — Ты даже не заметил, как мы подошли, — сказала ЧжиЁ, обойдя машину со стороны пассажирского сидения. — Ты уже встречаешься с Мисо, ХёСобка? — спросила ЧаХё, идя за его сестрой. — Нет. И не буду, — ответил он резко. Девушки переглянулись, обменявшись улыбками. — Хочешь поставить на то, будут они встречаться или нет? — спросила ЧаХё. — 10 000 вон на то, что будут, — протянула руку ЧжиЁ. — Принимаю, — улыбнулась ЧаХё, пожав её руку. — Айщ, вы только гляньте на этих двоих, делают на мне деньги, — закатил глаза ХёСоб. — Вот так вот сильно мы тебя любим, — показала ему язык ЧаХё. — Забирайся уже в машину, я умираю с голоду, — сказал он, запрыгнув на водительское сиденье. — Честное слово, она ему нравится, — прошептала ЧжиЁ, открывая дверцу. Они поехали в ресторанчик в Итэвоне. ЧжиЁ ещё нужно было поехать в студию на запись, и с Итэвона было удобнее всего добираться. После обеда они подвезли её и ХёСоб собирался подкинуть ЧаХё в студию на репетицию. — Так ты встречаешься с Мисо? — спросила она. — Нет, — тут же отрезал ХёСоб. — Но, кажется, она тебе нравится, судя по тому, как ты смотрел на нее во время ужина, — сказала Чахё с улыбкой. — Мы просто хорошо общаемся. Я познакомился с ней в прошлом году на KCON, — сказал он, выруливая на шоссе, ведущее в Мапо-гу. — Почему бы вам не попробовать встречаться? — Дай мне хоть немного времени, чтобы забыть о тебе, безжалостная, — пошутил он. — Ха-ха-ха… — съязвила ЧаХё, наклонившись к нему, — Можешь любить меня всегда, потому что я уж точно буду любить тебя до конца своих дней. ХёСоб ухмыльнулся на такое её изречение и, рукой надавив на её плечо, сказал: — Присядь-ка обратно. Я же за рулем. Когда они проезжали мимо знакомого японского ресторанчика, ЧаХё в голову пришла внезапная идея. — Остановись возле японского ресторана, он слева, — попросила она, показав на него пальцем. — Зачем? — Хочу купить Дину суши. — Дину?! — поддразнил он. — Что? Что в этом такого? — ЧаХё пыталась вести себя непринужденно, но почувствовала, как её щёки заливает краска. — Это компенсация за тот огромный засос, который ты поставила ему пару дней назад? — прыснул Краш. — Замолчи, — оскалилась ЧаХё. — След от укуса все еще не сошел. Больно было, наверное, — улыбнулся ХёСоб. — Он его заслужил, вел себя как козёл, — сказала ЧаХё. — Позволь напомнить, ЧаХё. Друзья не оставляют друг другу засосы, — сказал ХёСоб, заворачивая на стоянку перед рестораном. — Что ты пытаешься мне сказать?! Что мне нравится Дин?! — приподняла она брови. — Именно, — улыбнулся Краш. ~ ЧаХё стояла на первой ступеньке, размышляя, стоит ли ей подниматься в студию. Танцорам не позволяли подниматься наверх. Хотя, Дин с Джусеном обычно проводили её с собой, когда менеджера или боссов не было. Сейчас у неё в пакете лежало две порции суши, и она хотела отдать их ему. «Он уж точно обрадуется, увидев их» подумала она, вновь посмотрев на коробки в пакете. Тутриплекс поднялся на этаж, где стояла ЧаХё. Ему показалось, что она приросла к полу, не решаясь ни подняться, ни спуститься. Он подошел к ней и похлопал по плечу. Она чуть было не упала со ступенек, и повернулась к нему. — Тутриплекс… Я уже думала… Что это кто-то другой, — сказала она, прижав ладошку к груди. — Если будешь тут вот так стоять, тебя могут увидеть. Куда ты собралась? — спросил он, снимая наушники. — Я… Я хотела увидеться с Дином, — сказала она. — А. Я должен был догадаться, — сказал Тутриплекс. — Не знаю, там ли он сейчас, но можешь подняться со мной. Пошли, посмотрим, — поманил он ЧаХё за собой. Они поднялись на этаж выше, и пошли к Дину в студию. Тутриплекс посмотрел по сторонам, прежде чем открыть дверь, потом заглянул внутрь и увидел Дина. Тот положил голову на стол рядом с блокнотом. — Йоу, — поздоровался он. — Ээй, привет. Я только пришел, — сказал Тутриплекс, заходя внутрь, — Тут кое-кто хотел тебя видеть, — он поманил ЧаХё за собой, широко улыбаясь. — Вааау, Чжин ЧаХё! — обрадовался Дин, подняв голову со стола, и встал, чтобы обнять её. ЧаХё и Тутриплекс переглянулись, а потом посмотрели на Дина, — Что? Просто хотел обнять, — стушевался Дин. Тутриплекс закатил глаза и замахал руками. — Избавьте меня от своих телячьих нежностей. Я пошел к себе, — развернулся он к выходу, — Ах, да. Миллик сказал, что они с Нелло сегодня заедут. Дашь мне знать, когда они будут здесь, — старший вышел и закрыл за собой дверь. Дин с ЧаХё остались наедине. Она неловко кашлянула, когда он снова развел руки в стороны. — Что, в самом деле не собираешься обнять меня? — спросил он. — Нет, — отрезала она, подойдя к столу, на котором лежал его блокнот. — Тогда зачем пришла? — Я кое-что купила тебе — ЧаХё поставила на стол пакет, — Твое любимое, — улыбнулась она. — Ооо, это что, суши? — спросил Дин, схватив стул и присев на него. ЧаХё стояла рядом. Она достала коробочки из пакета, открыла и положила их прямо перед ним. — Да. — Айщ! Это слишком мило, — улыбнулся Дин, обняв ЧаХё за талию. Она улыбнулась, разломала пару палочек и протянула ему, — Ты милая. Мне даже кажется, что моя девушка кормит меня, — добавил он, когда она села рядом с ним. — Перестань! Я не твоя девушка, — нахмурилась ЧаХё. — Скоро станешь. Я верю в это, — улыбнулся Дин, потянулся за кусочком суши и тут же закинул его в рот, наслаждаясь вкусом и прикрыв глаза, — Ммм… Офигенно. ЧаХё сидела рядышком и смотрела, как он ел. За едой он выглядел счастливым. Дин съел еще пару роллов, а потом откинулся на спинку стула. — Я ведь еще не обедал. Был занят, вот и не уследил за временем, — сказал Дин, отложив палочки. — Писал песню? — спросила ЧаХё. — Да. Это новая песня. Она не выходит у меня из головы и я уже хочу ее поскорее закончить, потому что она должна получиться просто супер, — сказал Дин, расплывшись в улыбке. — Может тогда мне лучше уйти, чтобы ты мог сконцентрироваться? — спросила ЧаХё, готовая уже встать и выйти. Но Дин схватил её за руку, не позволив уйти. — Нам нужно поговорить, ЧаХё. Что-то в его тоне её насторожило. Когда дело касается Дина, нельзя быть ни в чем уверенной. Он съел ещё пару кусочков суши, и наконец, повернулся к ней. — Во-первых, я все еще ужасно зол на тебя за то, что ты оставила мне этот огромный засос. И, ты должна знать, что твои братья заметили его. Мы вчера выпивали вместе, и они вытрясли из меня правду. Они знают, что ты поставила его. — И что же они сказали? — Ну, Зико… Он вроде как посмеялся при мысли о том, что ты меня поцеловала. Не знаю. Он сказал что-то о том, что ты умеешь дразниться, когда хочешь. И я даже ему поверил, — улыбнулся Дин, — ТэУн-хён, правда… — Обматерил тебя? — Он сказал: «Ты, придурок гребаный, лучше вам с ЧаХё не попадаться мне на глаза, когда соберетесь в следующий раз зализаться, иначе…» Вот что он сказал, — протараторил Дин, пытаясь скопировать голос ТэУна, — Хотя я сомневаюсь, что он нас застукает, — улыбнулся он. — Не застукает, потому что этого никогда больше не случится, — отрезала она, скрестив руки на груди. — Почему ты говоришь так, Чжин ЧаХё?! Тем более, мы ведь уже делали это, и не один раз, и никто об этом не узнал, — сказал Дин со своей обычной ухмылкой на лице. — Ой, не начинай, Квон Хёк. Дин улыбнулся, зная, что задел ее за живое. — Вообще, есть еще одна вещь… Я тут подумал, — начал было он. Но потом замолчал, решая, стоит ли заговаривать об этом. Этот разговор будет слишком неловким… — О чем? — ЧаХё почувствовала его сомнения. — Я думал… Ты в порядке? Хорошо себя чувствуешь? — спросил он. — О ч-чем ты? — Я имею ввиду… Ну… Прошло ведь уже много времени после того, как мы… Занимались сексом. Тебя не тошнит? Или, как там вы это называете… — Ты что, пытаешься спросить, не беременна ли я?! — Эмм… Да? Типа того. Я не уверен. — Какого фига вообще? ЧаХё подорвалась со стула и хотела уже выйти, но Дин успел поймать её ладонь. — ЧаХё, я просто спросил. Мне нужно знать, — притянув её ближе, Дин посмотрел ей в глаза. Она выдернула свою руку из его, и выдохнула. — Квон Хёк. Нет. Я не беременна, понял? У меня ведь только были… Оох. Прошло ведь уже три месяца. Я не беременна. И не буду беременна, по крайней мере, от тебя. Никогда. — Это из-за того, что ты приняла противозачаточные таблетки? — добавил он. — Что?! Откуда ты.?! Хани Джей, — поняла ЧаХё. — Так ты приняла их? — спросил он. — Да, — ответила ЧаХё, не поднимая на него глаз. — Ты уверена, что это безопасно? Может тебе лучше сходить к доктору? А если этот метод тебе не подходит? Что, если будут осложнения? Побочные эффекты? — Не нужно мне к доктору. А вот если бы позже приняла таблетку, то пошла бы. Я выпила её сразу, как только проснулась. Это было примерно часа в три ночи. — Ты проснулась так рано?! И не ложилась до 9 утра, пока я не проснулся? Ты что, с ума сошла, Чжин ЧаХё?! — Слушай, давай не будем о том, что произошло потом, ладно?! Поэтому я и сказала тебе уходить. Как я могла спать, когда ты был там? Когда все, что я видела — темноту?! Я слышала лишь его голос… — она вдруг замолчала, потом медленно повернулась, посмотрев на Дина. Тот сидел, отвесив челюсть, — Забудь. Ты ничего не слышал, — сказала она, отвернувшись. Дин и сам не понял, о чем она говорила. О той ночи и о нем? О его голосе, когда они занимались сексом? В этом не было никакого смысла. Но, судя по тому, как ЧаХё избегала его взгляда, он понял, что не получит ответов, даже если продолжит спрашивать. — Хорошо. Я ничего не слышал. Но, можно последний вопрос? — он заставил её посмотреть на себя, — Что это за письма у тебя в коробке? ЧаХё поменялась в лице. — Я ухожу, — развернулась она, спеша к двери. — ЧаХё, прошу. Я спрашиваю, потому что переживаю. Я не пытаюсь выяснить что-либо, — пошел за ней Дин. Но стоило ЧаХё повернуть ручку и приоткрыть дверь. В проходе тут же показалась голова. — Приветик, Ча! Это был Миллик. — Привет, нуна, — послышался голос позади него. — Нелло, — пробормотала ЧаХё, улыбнувшись ему. Ребята встали в проходе, не пропуская ЧаХё на выход. — Как дела? Как ты тут оказалась, ЧаХё? — спросил Миллик. — А я тут… Решила купить Дину еды, — нацепила она улыбку. — Ооо… Еда. Я, кстати, еще не обедал, — сказал Панчнелло, потирая живот ладонями и подходя к столу. — Что ты принесла? — спросил Миллик. — Хён! Тут суши! — закричал младший. — А?! Что, правда? — Миллик бросился к столу, — Оой, как это мило. Твоя девушка принесла тебе твою любимую еду, Хёк, — проворковал он. — Я не его девушка, — сказала ЧаХё раздраженно. — Эй, эй, эй! Не ешьте их! — пригрозил Дин, стукнув Панчнелло по рукам, — Они мои. — Я хотел всего одну, — вздохнул Нелло. Дин лишь успел оттолкнуть мелкого, как его лучший друг схватил палочки, взял суши и отправил один кусочек в рот. — Бля!!! Чон СынХён! — заорал Дин. — Не жадничай, ты и так уже поел, — сказал Миллик, отбежав на всякий случай подальше, и спрятался за ЧаХё, — Не бей меня на глазах у своей девушки. ЧаХё подняла руки и направилась к двери. — С меня хватит, я ухожу, — сказала она, а Дин как раз дотянулся до Миллика. — Не покидай меня, Ча! Он покалечит меня из-за каких-то суши, — прокричал Миллик по-английски. ЧаХё лишь показала ему язык и вышла из студии. Дин схватил Миллика за шею и растормошил его волосы. — Айщ! Да ты просто понтуешься перед ЧаХё, — сказал Панчнелло, успев съесть уже два кусочка, пока Дин мучил Миллика. — Нуу!!! Нелло! Ну блин! — Дин отпустил друга и подбежал к столу, выхватил коробочку из рук мелкого и закрыл её, — Хватит! — его голос уже звенел от раздражения, — Это же суши! И они от ЧаХё. Дайте нам побыть наедине, — прокричал он. — Ой, ты слишком мимишный, аж противно, — похлопал его по плечу Миллик, а сам потянулся к столу, своровав еще кусочек. — ЧОН СЫНХЁН!!! — заорал Дин.