Мгновения жизни

Тобиас потрясенно таращился на странное существо, перекладывающее золотые монеты из одной кучки в другую. Существо изредка бросало на него неодобрительные взгляды, поджимало губы и ежилось, словно такое пристальное внимание доставляло ему физическое неудобство. — Не пялься на гоблинов, это неприлично, — прошептала Эйлин ему на ухо, взяв за руку и потянув в сторону выхода, — я ужасная дочь, только что обокрала собственных родителей. Хотя, если уж честно, то они наверняка и не заметят, и уж тем более не вспомнят о снятых денежках. В конце концов, Медея меня прикроет, это же ее прямая сестринская обязанность. Снейп хрюкнул от смеха, заметив, как волшебник на другой стороне улицы получил клювом в лоб, видимо, слишком сильно дернув за лапку почтовую сову. — Интересный у вас мир. И ни одной машины, — он огляделся по сторонам, пребывая полностью в своих мыслях, вполуха слушая рассуждения невесты. — Правда, ни одной машины. А почему у той девочки пар из ушей валит? Перед парой и впрямь прошла девочка лет десяти с кульком конфет в руках и ярко-розовым паром из ушей. — Наверное, шуточные конфеты. Ничего страшного, — ответила Эйлин, не удостоив ребенка вниманием. Ей, знавшей о магии с рождения, пока еще тяжело было понять, что для Тобиаса само пребывание в Косой аллее сродни самому захватывающему приключению. Он же, напротив, проявлял чудеса терпения и лояльности в отношении невесты. Уже на следующей день после бегства Эйлин из-под родительского крыла, Тобиас, придя с работы, обнаружил невесту в слезах перед порядком почерневшей плитой. До этого вечера ему и в голову не могло прийти, что кто-то может дожить до восемнадцати лет и не уметь подогреть себе завтрак. Объясняя устройство плиты, он записал порядок действий, а после, порывшись среди полок, нашел ранее принадлежащую его матери книгу «О вкусной и здоровой пище» и заодно по экземпляру «Воспитание детей по Споку» и «Памятку молодой семье». Следующим вечером его встречал накрытый стол, состоявший из непонятно как раздобытого Эйлин риса, чая и бобов. Все было превосходно приготовлено, и Тобиас не скрывал гордости. Довольная собой Эйлин в красках рассказывала, как, трансфигурируя старый диван в нечто более изящное, обнаружила в диванном ящике несколько пакетов с рисом и жестяные банки с бобами. При помощи рецептов из поваренной книги, приготовить обед не составило для Эйлин никакого труда. — Готовить еду, оказывается, не сложнее, чем зелья. Везде рецепт, везде ингредиенты, но с едой проще — колдовать не надо! — радостно восклицала она, демонстрируя обновленный диван в гостиной. — Сокровище ты мое, — бормотал Тобиас, восхищаясь умениями девушки и в глубине души немного грустя о том, что сам не обладает такими способностями.

***

— Пять граммов толченого имбиря и корень златоцветника. Спасибо. Тобиас вздрогнул, прогоняя мысли и оглядываясь по сторонам. Оказывается, Эйлин успела привести его в заведение, отдаленно напоминающее аптеку. Волшебница в зеленом халате, стоя за прилавком взвешивала непонятный порошок. — А где вороньи лапки? — задумчиво спросил Тобиас. Эйлин и продавщица одновременно вопросительно оглянулись на Тобиаса, покрасневшего от осознания, что он ляпнул это вслух. — Я просто думал, что тут обязательно должны быть сушеные вороны, — пробормотал Тобиас неуверенно. Вопреки его ожиданиям, продавщица, внимательно посмотрев на них двоих, по-доброму рассмеялась. — Я сама маглорожденная, — пояснила она с улыбкой. — Я понимаю, о чем вы говорите и поверьте, волшебный мир не такой уж и волшебный, каким мы его себе представляем. Сказки на то и сказки, чтобы их читали дети. Эйлин, по девчачьи хихикнув, чмокнула Тобиаса в щеку, и он вдруг почувствовал как стало легче дышать от осознания, что над ним не смеются. Выйдя из аптеки, Эйлин, выполнившая обязательную программу посещения Косой аллеи, в свете последнего вопроса Тобиаса решила, что надо уделить больше внимания его просвещению. Вместо того, чтобы пойти домой, она устроила спонтанную экскурсию по миру магии, приводя исторические факты и наглядно показывая, как и чем живут волшебники. А уже вечером Тобиас рассказывал Эйлин, что такое метро и как им пользоваться. — Ужас какой! — взвизгнула она, зажмурившись от грохота приходящего состава, — в сто раз страшнее Венгерской хвостороги. — Кого? — Снейп обнял ее хрупкую фигуру, желая защитить даже от такого пустяка, как вагон поезда. — Дракон. Драконы живут в Румынии, правда в живую я их не видела, — ответила Эйлин, с любопытством разглядывая отделку вагона. — Зачем? — искренне удивился он, сгоняя школьников с сиденья и сажая туда Эйлин. — Для чего нужны драконы? Она пожала плечами, всерьез задумавшись над этим вопросом. — Если только просто для поддержания популяции? — продолжал размышлять Тобиас, всерьез заинтересовавшись темой драконов. Его воображение живо нарисовало все что он знал про этих мифических существ из книг, добавив им для реалистичности внешность динозавров. — Наверное, — согласилась Эйлин. Она никогда не питала любви к драконам, а сейчас тем более. От тряски вагона ей становилось не по себе. — И почему метро так воняет? — пробормотала она, сдерживая порыв тошноты и утыкаясь носом в рукав свитера. За неимением своих теплых вещей, сегодня она надела самый короткий свитер Тобиаса, но даже он выглядел на ней как платье, заканчиваясь немного выше колен. — Зайдем еще в магазин, буду вечером тебя учить готовить мясо. Это не сложнее риса, — невпопад ответил Тобиас, размышляя о том, как давно они не ели чего-то более существенного, чем рис или фасоль. Смеясь и шутя друг с другом, они заглянули в местный продуктовый магазин. Пока угрюмый продавец медленно и молча взвешивал кусок мяса, Тобиас, внимательно наблюдал за его действиями. После путешествия в Косую аллею и осознания, как много можно сделать при помощи магии, Снейп очередной раз пожалел, что его привычный мир такой скучный и серый. — Я уже смотрела, как готовить мясо, — внезапно тоном отличницы произнесла Эйлин смотря на Тобиаса. — Ничего сложного. Но об одной мысли о мясе меня начинает тошнить. Все бы отдала за орехи, — она мечтательно зажмурилась, представляя по меньшей мере горы фундука и миндалевые озера. Впервые за несколько минут отразив тень эмоций на своем сером лице, продавец, окинул ее взглядом и неожиданно по-доброму рассмеялся. Подмигнув Тобиасу, он достал откуда-то из-под прилавка кулек орехов. — Думаю, Вам он нужнее, — сказал он, с искренней улыбкой протягивая Эйлин кулек. — Берите. Протянув руку и прижав к себе сверток, Эйлин поняла, что еще секунда — и она расплачется от прилива внезапной нежности к этому странному, похожему на богомола, продавцу. — Спасибо, — выдавила она дрожащим тоном и выбежала из магазина, хлопнув дверью. — Простите, — пробормотал растерянный Тобиас, глядя, как качается звякнувший о дверь колокольчик. — Да брось ты! — продавец махнул рукой, отрезая еще один кусок мяса и подбрасывая его на руке. — За счет заведения, — пояснил он, заворачивая его в пергамент и докладывая к уже оплаченному свертку. — Это еще только цветочки. Моя вон, когда первого ждала, обои ела и при виде ворон плакала. И поди пойми, почему, — он хрипло рассмеялся, протягивая сумки смущенному юноше. — Ну, бывай. Держись там, думай о хорошем. Кивнув, Снейп вышел из магазина и заметил Эйлин, которая с выражением невероятного счастья на лице, ела орехи, сидя на лавке неподалеку от магазина. — Ты на меня злишься? — спросила она, едва он поставил сумки рядом с ней и вздохнул. Продавец явно не поскупился на подарочный кусок и пакет был довольно тяжелым. — Ну что ты. Нет, — Тобиас нежно поцеловал ее в макушку. — Поделишься орешком? Хоть одним? Или мне ждать мясо? Эйлин, расхохотавшись, взяла ядрышко в зубы и поцеловала Тобиаса, передавая орех из губ в губы. Прохожие, казалось бы ничего не замечающие и проходящие мимо пары, почему-то, приближаясь к ним, начинали чувствовать себя счастливее совершенно на пустом месте. Впрочем, научить Эйлин рецептам Снейповской кухни Тобиас в тот вечер так и не смог. Едва учуяв запах крови, она скрылась в ванной комнате и, выйдя оттуда ужасно бледная и измученная, сразу же прошла в спальню. Оставив говядину томиться в духовке, Тобиас, захватив из своей рабочей сумки стетоскоп и тонометр, поспешил навестить Эйлин. — Спишь или все так же плохо? — спросил он, одновременно постучав пальцами о косяк двери. В ответ до него донесся лишь жалобный стон из-под одеяла. — Где ты там, — удивился он, шаря рукой под ворохом одеял и, наконец найдя теплую худую руку, раскутал Эйлин. — Дай-ка мне руку, сейчас померим давление на всякий случай. — А это не больно? — спросила она, удивленно округлив глаза и с подозрением покосившись на манжету. — Нет. Тcсс, — приложив палец к губам, он надел манжету ей на руку и начал давить на непонятный резиновый шарик. Эйлин наблюдала за действиями жениха с удивлением и полным доверием. — А рука должна неметь? — опасливо спросила она, шевеля пальцами. Вместо ответа Тобиас кивнул и, чмокнув ее в губы, прислушался, одновременно глядя на циферблат очень странных по мнению Эйлин часов. «Он смотрит, сколько мне осталось жить», — пронеслось у нее в голове, и сердце предательски заколотилось от страха. — Ты чего напугалась, — он светло улыбнулся, ослабляя манжету и снимая ее с руки. — Давление повышенное, но для беременной в границах нормы. — А зачем мне давление? — удивилась она. За то время, что они были знакомы, Тобиас не раз рассказывал ей различные врачебные факты, но сейчас в голове у Эйлин было пусто. — Ох уж эти маги, — проворчал еле слышно Тобиас, — переломы восстанавливают за часы, а про давление не слышали. Давление, — он поднял палец вверх, призывая к вниманию, — нужно, чтобы ты жила. Именно кровяное давление обеспечивает твою жизнь и приток крови к органам и частям тела. Сейчас у тебя давление повышенное, но для беременной в пределах нормы. Волноваться не надо. Эйлин ничего не поняла, но медленно кивнула, успокоенная словами о том, что волноваться не следует. — А теперь, — он бесцеремонно задрал край майки, обнажив худой бледный живот, — послушаем, что там творится. Эйлин вздрогнула от холодного прикосновения металла к животу и в замешательстве посмотрела на Тобиаса, слушающего ее живот и расплывающегося в улыбке, которой позавидовал бы и Чеширский Кот. — Послушай, — он снял наушники и аккуратно передал их Эйлин, — правда, чудо? Эйлин послушно сунула жесткие палочки в уши и немного дернулась от громкого шороха, но затем машинально замерла и прислушалась к странному быстрому барабанному бою, доносящемуся из стетоскопа. — Слышишь? — шепнул Тобиас. — Это крошечное сердечко внутри тебя. Вот где волшебство. Эйлин не могла что-либо ответить на его слова, молча дотронувшись до живота, она только сейчас поняла, что внутри нее есть настоящее маленькое живое существо, и от этого становилось дико страшно и радостно одновременно. Сняв наушники, она расплакалась, обхватив подушку, и Тобиас, разделяя ее чувства, с улыбкой гладил худую спину и черные волосы. — Мясо, — пробормотала Эйлин из вороха одеял и шмыгнула носом. — У тебя мясо подгорает, кажется. Чертыхнувшись, Тобиас сорвался с места и, запнувшись о ножку кровати, кубарем выкатился из комнаты. — Все в порядке! Успел! — донеслось до неё с первого этажа. Аромат мяса, запеченного в горшочке, постепенно наполнил комнату. Вытерев слезы, Эйлин вдруг поняла, что совсем не против съесть пару кусочков и ее тошнота куда-то исчезла. Улыбнувшись своему заплаканному отражению в оконном стекле, она на ощупь нашла тапки под кроватью и, завернувшись в одеяло, спустилась вниз. — На ловца и зверь бежит! — парировал Тобиас, заметив ее, стоящую на нижней ступеньке лестницы. — Мое мясо в горшочке еще никого не оставляло равнодушным. Эйлин внезапно шмыгнула носом, почувствовав себя дико виноватой, что не она сделала ужин. В голове сразу же прозвучал строгий голос бабушки Принц, вещавший, что хорошая жена всегда встречает мужа с накрытым столом, говорит мало и ведет себя тихо. У Эйлин же все было наоборот. — Эли, ну ты чего? — спросил Тобиас, заметив слезы на её лице, и поспешил обнять Эйлин, тут же целуя соленую кожу щек. — Я плохая хозяйка, — всхлипнула она, утыкаясь лицом ему в грудь. — И ты найдешь себе кого-то, кто умеет готовить мясо, — она снова всхлипнула, готовая разрыдаться с новой силой. — Вот глупости. Забудь все это, хозяйка, жена. Все это глупые штампы. Ты вон какую красоту дома навела, — он махнул рукой в сторону гостиной, где теперь стояла новая красивая мебель и не было ни соринки. — Но это же магия, — шмыгнула она носом, — а ты все руками. — Ну хватит, — Тобиас улыбнулся, поражаясь, что можно переживать по подобным мелочам. — Главное результат, Эли. К примеру, ты сейчас взмахнешь палочкой после ужина и посуда помоется сама собой, пыль уберется и ковер выбьется. Это же замечательно и мне все равно, как именно ты это делаешь. — Честно? — переспросила она, глядя на Снейпа своими большими черными глазами. «Что за патологическое недоверие?» — подумал он, медленно кивая головой и вытирая зеленым кухонным полотенцем дорожки слез на ее лице. — Пойдем уже кушать? — спросил он и Эйлин покорно кивнув, дала увести себя к столу. Больше в тот вечер она не плакала. А после ужина они вдвоем, уютно устроившись на диване смотрели телевизор, пока в кухне, весело позвякивая, мылась немногочисленная посуда.