Мгновения жизни

Мартина Миллс оказалась очень жизнерадостным ребенком. Даже чересчур, по мнению Тобиаса, для обладательницы такой внушительной опухоли. Аккуратно осматривая лицо девочки, теперь, он был уже не так уверен в себе, как еще полчаса назад, когда звонил в дверь дома, где жила семья предполагаемой пациентки. Согласно данным последнего обследования опухоль прогрессировала, поглощая все большую площадь и глядя на родителей Мартины, Тобиас видел, что они уже смирились со скорым печальным концом, но все равно отчаянно продолжают надеяться на чудо. ― У нас есть по меньшей мере месяц, ― начал он снимая перчатки и отпуская ребенка идти по своим делам, ― пока не наступит критический момент и опухоль не перекроет органы дыхания. Я не могу дать стопроцентной гарантии, что удастся сделать её лицо прекрасным, сейчас главное - сохранить жизнь. Хельга ― мама Мартины прерывисто вздохнула и только молча кивнула, кутаясь в шерстяную кофту, словно она была способна огородить её от переживаний. ― У нас все равно нет выхода, ― помедлив, сказала она, ― другие вообще отказались от вмешательств. Чудо, что Даррен нашел вас…― она вновь прерывисто вздохнула и посмотрела на пожилого мужчину стоящего в углу комнаты, а затем, едва сдерживая слезы, вышла, не желая выглядеть слабой. ― Нужно было предупредить меня заранее, что они не в курсе магии и того места, где вы работаете, ― недовольно произнес Тобиас, вспомнив, как пару минут назад хотел достать палочку для диагностики, но был вынужден убрать её, услышав возмущенный шепот Даррена, по-видимому принявшего естественный для родственников вид пожилого дядюшки. ― Моя вина, ― произнес он разводя руки, ― если уж честно, то я в волшебниках меньше года и попросту забыл, извини, ― он протянул руку Тобиасу,― и давай уже без этого джентльменства. Сколько ей, говоришь, осталось? ― Месяц или чуть больше, если тут все верно, ― Тобиас похлопал ладонью по папке, ― и я не могу сказать, что готов делать операцию завтра. Без магии, ― он понизил голос, ― тут не справиться. Я потому и согласился, что магия поможет сохранить ей жизнь и, если получится, даже лицо, но я никогда таким не занимался. Только маггловским способом, с минимумом заклинаний и без палочки. Сам понимаешь, какая редкость подобные операции, особенно на лице. Удаление лишней ткани проблем не вызывает, а вот вернуть назад глаз, нос и восстановить челюсть для обычной медицины сейчас чуть ли не невозможно. ― Но ты же волшебник, ― усмехнулся Даррен, ― ты наверняка знаешь… ― Я волшебник четырнадцать лет из тридцати четырех, и поверь, магия в больнице у меня присутствует, как я уже сказал, но не в таких количествах, ― возразил Тобиас отчаянно не желая, чтобы Даррен питал ложные надежды на исход операции. ― Я сделаю все, что в моих силах, но сперва мне нужно подготовиться и найти ассистентов, которые, как минимум, не разбегутся при виде палочки. ― Магию не видно, ― парировал Даррен, ― не волшебники не видят магию в принципе. Отсюда, кстати, байки о полтергейстах и прочей чертовщине, ― увлекся он, ― забежит в дом какой-нибудь нюхлер, шумит кастрюлями в поисках серебряных ложек, а люди думают, что призраки! ― Познавательно, ― мрачно ответил Тобиас стирая улыбку с лица своего собеседника, ― я с радостью послушаю все это позже, а сейчас мне надо на работу. Собрав все папки и материалы дела, Тобиас в самом скверном настроении покинул дом Миллсов, искренне не понимая, как справится со всей этой ситуацией.

***

― И я не могу отказаться,― чуть позже объяснял он Грегори Макномаре, решив, по обыкновению просить у него совета, ― причем, дело не только в трансформаторе, мне ребенка жалко. Я как родитель их понимаю и помочь хочу, но тут, ― он протянул наставнику папку с фотографиями и описанием опухоли, ― понимаете, почему никто не берется? ― Понимаю, ― ответил тот профессионально изучая информацию, ― я помогу, и, в общем-то, вдвоем мы справимся, а вот как быть с персоналом, я не знаю. У нас два с половиной мага на всю больницу. ― А если потом стереть им память? ― спросил Тобиас, ― получится? ― А смысл, если ты едва начнешь колдовать тут сразу с десяток авроров будет, за использование магии при таком количестве магглов, ― нет, тут нужно другое. Хотя, ― обрадованный идеей он взял телефон и набрав номер переговорил с, судя по фамилии, тем самым человеком, что был ответственен за все исследования гена магии, ― они дадут нам людей. ― Глядя на Тобиаса произнес он кладя трубку, ― и даже лучше ― операция будет в Кардиффе. Огорчившись от собственной глупости, что не догадался спросить раньше об этом хотя бы у самого Даррена, Тобиас уронил голову на руки и с досадой застонал, проклиная свою узость мышления. ― Да будет тебе, ― рассмеялся Макномара, ― ты слишком много на себя берешь и не привык просить помощи. Разве что у меня. Это похвально, но иной раз стоит оглянуться и вспомнить что ты живешь в обществе и тут вообще-то много возможностей. Ты не в пустыне и на твой глас кто-то да отзовётся. И кстати, ― он открыл ящик стола и вытащив из него волшебную палочку, направил её на листок бумаги, мгновенно сложив из него самолетик, ― я, в каком-то смысле, твой должник. ― Большая часть Кардифа, видимо, тоже, ― смущенно ответил Тобиас, ― очень рад за вас, но вот остальные меня волнуют. ― Волшебство не распространяется воздушно-капельным путем, и все что происходит в университете там же и остается, ― они помогают сквибам, ― пояснил Макномара убирая палочку, ― и, видимо, магия поможет им в случае вторжения внеземных цивилизаций. Не забывай, что это их основной род деятельности. Ранее им было куда хуже отражать атаки… ― Атаки? ― перебил Тобиас шокировано, ― но ведь инопланетяне — это миф. ― Как и волшебники, вампиры, оборотни, ― улыбнулся Грегори, ― у каждого мифа есть реальное основание. И потом, у тебя на носу иммиграция, не все ли равно что тут будет твориться? ― Северус –то останется, ― печально ответил Тобиас, ― англичанин до мозга костей, ни за что не хочет уезжать насовсем. На это Грегори не нашелся что сказать и только заверил, что всё будет в порядке. ― Ты только, когда тебе в Америке таких трансформаторов наделают, оставь и мне партию, мало ли что, ― сказал он, когда Тобиас был уже в дверях и видя сдержанный кивок в ответ, довольно откинулся на спинку кресла. Вынув палочку, Грегори взмахнул ею, делая воздух в кабинете свежим, в мгновение ока почувствовав себя в весеннем лесу, прикрыл глаза, наслаждаясь, что мечта всей жизни наконец исполнилась.       На подготовку к операции у Тобиаса ушло на неделю больше, чем он рассчитывал и детально изучив нужные разделы колдомедицины, он, скрепя сердце отдал предпочтение именно ей. Как бы ему не хотелось проводить операцию по привычке, польза от заклинаний, способных мгновенно останавливать кровь или запечатывать сосуды была очевидна. Подкупала и возможность использования магии с гарантией невмешательства со стороны Министерства. Итак, спустя месяц, когда медлить более было нельзя, Мартина Миллс была доставлена в Кардифф и Тобиас, отмечая прогресс опухоли, в очередной раз поразился стойкости этого ребенка. В глазах Мартины не было ни тени страха и накладывая на нее заклинание, являющееся полным аналогом анестезии, он видел лишь уверенность, что скоро она проснётся красивой и свободной от своего недуга. Кивнув ассистентам, Тобиас, подобно дирижёру взмахнул палочкой, и операция началась. Четыре часа пронеслись как один миг, полный сосредоточенного внимания и писка приборов, к радости Тобиаса показывающих удовлетворительные результаты. Отделив лишнее, он вздохнув, принялся за восстановление лица, под наблюдением наставника, присутствующего рядом и полностью ознакомленного с планом операции. ― Всё, ― выдохнул Тобиас, спустя еще три часа, устало опуская палочку и с удовлетворением оглядывая результат проделанной работы. ― Всем спасибо, ― сказал он по привычке, ― всё прошло несколько сложнее, чем планировалось и не без привычных скальпелей и зажимов, как я полагал в начале, но главное, что ребенок здоров. Фините. ― прошептал он направляя палочку на Мартину и она тут же открыла глаза, растерянно посмотрела вокруг. ― Блестяще, ― заметил Макномара и пожал Тобиасу руку, ― вот тебе и слияние наук, как ты и хотел, ― усмехнулся он, с удовлетворением наблюдая как Мартина удивленно ощупывает руками совершенно здоровое и целое лицо. ― Поздравляю с первой, на девяносто процентов, проведенной при помощи магии операцией. Тобиас только кивнул в ответ внимательно наблюдая за состоянием ребенка, в глубине души волнуясь, что все может вернуться обратно. ― Как ты себя чувствуешь? ― наконец обратился он к девочке, наклоняясь и рассматривая её вблизи, ― кивни, если хорошо? Нигде не болит? ― Спасибо, ― внезапно, впервые за долгие годы произнесла Мартина на удивление четко и расплакалась, порывисто бросившись Тобиасу на шею, заставляя присутствующих на мгновение застыть от трогательности момента. ― Спасибо, спасибо, ― шептала она и теперь, уверенный что все в порядке, он, чувствуя, что, и сам может расплакаться от этого заразительного счастья, сдерживая себя из последних сил, лишь утешающе гладил худую спину Мартины.       Вернувшись домой, Тобиас первым делом пошел в душ, желая как обычно смыть с себя все напряжение трудного дня. Руки тряслись от непривычно долгого колдовства, голова гудела и только приятные струи воды дарили ему чувство покоя, смывая усталость и отчего-то оставляя на её месте непонятную грусть. ― Это так странно, ― обратился он к Эйлин закончив рассказ об операции и теперь глядя в камин,― почему-то все закончилось хорошо и мне-бы гордиться, что я справился, но на душе кошки скребут, ― произнес он ложась ей на колени и закрывая глаза. ― Так бывает от магического истощения, ты же много колдовал, вот и, ― произнесла Эйлин нежно проводя рукой по его волосам. ― Я просто не хочу всего этого, ― пробормотал он в ответ почти засыпая, ― не хочу уезжать, не хочу освобождать дом к сентябрю, не хочу свою клинику и всего этого, ― горько усмехнулся он, ― я хочу лечить людей. Просто делать то, что делаю и не важно каким образом. Сегодня мне очень понравилось, я понял, на что способна магия и особенно в купе с медициной, без которой в некоторых моментах было бы упущено время… ― Это жизнь Тоб, ― твердо ответила Эйлин, ― и иной раз приходится делать то, что не нравится, но цель оправдывает средства и потом, я уверена, что ты будешь рад, когда все закончится хорошо. ― Знаю, ― проворчал он и желая сменить тему поинтересовался как прошел её первый рабочий день. ― Ужасно, ― скривилась она, ― я весь день думала о Шарлотте и только куча дел не давала мне бежать к ней при первой же мысли. Надеюсь, что это пройдет, ― пробормотала она обиженно и заметив, что Тобиас уснул тихонько добавила: ― ты хотя бы получил трансформатор, а я лишний раз поняла, что ты был прав и мне стоило сидеть дома, но вот признаваться в этом я совершенно не хочу.

***

      Едва Даррен подтвердил, что трансформатор теперь полностью принадлежит Тобиасу, как он, в этот же вечер отправил заранее подготовленные бумаги с новыми правками в филиал МАКУСА в Лос-Анджелесе и через день, ожидаемо, получил ответ с датой нового визита. ― Можно с тобой? ― с надеждой спросила Эйлин наблюдая за его сборами, ― Трейси уже едет сюда и готова посидеть с малышкой и даже остаться на ночь. Я сказала, что нам нужно побыть вдвоем, и она любезно согласилась помочь. Чудо, а не подруга. ― Ну раз ты уже все решила, ― улыбнулся Тобиас, целуя её в лоб, ― то какой смысл спрашивать? ― произнес он со смехом наблюдая как Эйлин едва не запрыгав от радости побежала открывать дверь пришедшей подруге. В этот раз Тобиас сумел настроить портал так, чтобы сразу оказаться в доме Мортимера и теперь наблюдал как Эйлин потрясенно рассматривает уже ставший привычным для него интерьер и комнату с мозгами. ― Севу тут точно понравится, ― бормотала она читая ярлыки на банках и увлеченная своими мыслями рассеянно проводила его в филиал Магического Конгресса. Исследуя комнаты, Эйлин пыталась представить каким был отец Тобиаса, и поражалась его беспечности, то и дело натыкаясь в шкафах и кладовых на полупустые бутылки виски. Потратив несколько часов на изучение каждого угла дома, она приняла решение собрать все вещи предыдущего владельца в одну комнату и спустя три часа, усталая, плюхнувшись в мягкое кресло, подумала, что не смотря на огромное количество коробок в выбранной под склад маленькой комнатке на первом этаже, в доме будто ничего не изменилось. ― Ты так и не вышла на улицу? ― спросил Тобиас появляясь в дверях и присвистнув, окинул взглядом выстроенные вдоль стены коробки. ― Надеюсь, ты не вручную их таскала? Эйлин в ответ только лениво махнула палочкой, вызвав движением небольшой сноп искр и устало поинтересовалась очередными новостями, заведомо предчувствуя новые трудности. ― В целом, все отлично, ― вопреки ожиданиям ответил Тобиас, ― проект допустили к реализации, но почему-то сил на радость у меня просто уже нет. К тому –же, я даже думать боюсь о том, что это только самое начало пути. Теперь нужно как-то закрыть клинику, что сейчас работает, модифицировать её под наши нужды и закупить нужное оборудование. ― Он потер пальцами виски, чувствуя, как от всех этих мыслей начинается мигрень. ― И я не представляю, как, когда и на что все это делать. Хотя, какие-то деньги мне обещали дать на развитие, но озвученные суммы заведомо малы. ― Придумаем что-нибудь, ― ответила Эйлин, стараясь поддержать его, ― не останавливаться же теперь, правда? ― И то верно, ― ответил он и вздохнув, игнорируя свою усталость, вытянул её из кресла, ― раз уж Трейси согласилась остаться на ночь, то я просто обязан показать тебе океан. В конце концов, это преступление, быть впервые в Лос-Анджелесе и не устроить пикник на берегу океана. ― Поддерживаю, ― слабо улыбнулась Эйлин и так и не отпуская руку мужа, с удовольствием пошла за ним следом, решив, что коробки в отличие от времени, уж точно никуда не денутся.