And make death proud to take us

      «Вдох – выдох»…       Я подчинился своим мыслям, сделав глубокий вдох. Дрожь постепенно оставила мои мысли, уступив место желанию подчинить себе весь мир. Я сделал шаг вперед прямо к ревущей арене, чувствуя себя львом, покидающим свое логово, чтобы разодрать горло добыче. В глаза ударил луч полуденного солнца, а уши пронзил крик миллиона людей. Зрители сегодня хотят увидеть не вчерашние детские игры, а зрелище, о котором будут рассказывать своим детям. Что ж, господа, получите.       Привыкнув к яркости, я, наконец, различил силуэт своего сегодняшнего противника, сира Эррола. Среднего роста рыцарь, облаченный в доспех с изображением герба своего дома – стогом сена, опираясь на копье, которое в полтора раза превышало его собственный рост, ожидал меня в центре поля. Сквозь затворки шлема на меня смотрела темная полоса, которой я лишь улыбнулся, поняв, что сегодня эта прорезь может сыграть с рыцарем злую шутку. Да и копье, думаю, было длиннее, чем следовало бы подобрать. Но это уже его промахи, которые, если я верно воспользуюсь ими, могут обойтись сиру местом в финале. А я, поверьте, воспользуюсь.       Занимая позицию, я изучал манеру движения Эррола. Неплохо двигается: немного пружинит при ходьбе, но не уступает в скорости. Ничего, у меня всегда есть туз в рукаве. Хотя, надеюсь, сегодня он мне не понадобится.       По удару гонга бой начался. Пару секунд мы смотрели, друг другу в глаза, пытаясь прочитать план действий, но враг выдал себя быстрее, решившись напасть. Я оказался прав – оружие своей длиной лишь тяжелило руку противника, несмотря на то, что он весьма и весьма неплохо орудовал копьем. Я заблокировал удар щитом, затрещавшим под силой входа копья. Эррол попытался вытащить оружие, но, похоже, оно застряло. Какая досада, сир!.. Я, потянув щит на себя, отбросил его в сторону вместе с копьем противника, оставив того безоружным. Эррол видимо не ожидал такого поворота, поэтому на секунду растерялся. Мне этого хватило. Резким выпадом вперед я направил свой меч в бедро рыцаря и рассек плоть ноги. Мужчина взвыл от боли, повалившись на песок. Из раны хлестала кровь, но она была не глубокой. По крайней мере, не глубже, чем у…Хватит. Об этом. Думать.       Весь вчерашний остаток вечера я просидел перед камином, рассуждая об увиденном в комнате Гвеневры. Вот, объясните мне, что может пойти не так на конной прогулке и привести к…такому?! Я видел, как девушка держится в седле: как прирожденный наездник, как «настоящий северянин» - она не могла выпасть из седла или не совладать с конем. Может на нее напал дикий зверь? Но в наших лесах не водятся ни медведей, ни волков, кроме этой самой лютоволчицы. Но потом я поймал себя на мысли, что уже около часа думаю об одной только Старк. Поэтому поспешил бросить это гнилое занятие, но пообещал все же узнать ответ на волнующий меня вопрос. Нет, не волнующий. Мне вообще плевать на все, что касается леди. Пусть хоть шею себе свернет – я не замечу. Мне просто было интересно, любопытно, если угодно, но не более.       Бой считался оконченным, когда один из участников пролежал на земле более пяти секунд. Думаю, сир Эррол пробыл на песке достаточное количество времени, чтобы эмблема сеновала оказалась в пыли, а мой золотой дракон поднялся на предпоследнюю позицию.       «Выдох».       Вот оно последнее одиночное место на самой макушке таблицы. От него мой герб отделяло не больше десяти сантиметров, но мне самому предстояло пройти еще целое испытание, чтобы завоевать имя «Короля огненного меча». Мне остался всего один бой, а с кем именно, решалось именно сейчас.       Я под оглушительный рев трибун покинул поле, направляясь в свою палатку, но вспомнив, что одним из финалистов станет либо Хантер, либо Сервин, остановился, решив самолично полюбоваться на этот поединок.       Честно говоря, я желал сразиться со вторым, но мою решимость коробила сложность построения поединка паренька, ведь только начнешь понимать его тактику, как он ломает все твои соображения и выкидывает неслыханное! Чего не скажешь о первом, где все шаги рыцаря можно было просчитать еще до начала боя. Но в победе над Хантером я был уверен, а вот рыцарь Старк наводил на меня необъяснимый ужас, из-за которого мне хотелось, чтобы он выбыл в этом сражении. Какой позор…       Оба рыцаря вышли на поле. Доспехи Хантера блестели ярче солнца, волосы до плеч были убраны в хвост, а молот в руках свидетельствовал о его настрое. В то же время, Сервин казался еще меньше, чем был на самом деле. Его, если можно так сказать, доспехи походили больше на груду металла, нелепо налепленного на тело, шлем, сковывающий его голову, был совсем неуместен в столь солнечный день. Ну, он-то должен был догадаться, что в такую погоду эта защита сыграет против него! Хотя, мне кажется, что этот парень вообще не снимал шлема, а носил его как вторую кожу. Сам по себе он отличался от остальных гостей – по словам прислуги, он не выходил из выделенных ему покоев, на пиру не был - какой-то странный одиночка. Или он общается только со своей леди?       Я невольно перевел взор с поля на трибуну, осматривая ряды гостей в поисках волнующихся глаз Старк. Она ведь должна переживать за своего рыцаря? Хотя бы капельку. Пф, ну что я несу? Это же Старк! Самовлюбленная, эгоистичная дура, не имеющая представление о ценностях и заботящаяся лишь о своем благе. Вот, что и требовалось доказать, ее нигде не видно. Верно она опять ускакала в лес. Хотя постойте, только сегодня утром я проходил мимо конюшни. И, если мне не изменяет память, все лошади были на месте. Тем более сейчас Лианне незачем было убегать из дворца, особенно с больной рукой. Я, будь я на ее месте, предпочел бы пойти на турнир. Тем более, зная волчицу, я бы предположил, что именно так она и поступит, если судить по ее неслыханному интересу к поединкам рыцарей во время тренировок. Думаю, будь ее воля, она бы и участие приняла в этой «игре». Может, она до сих пор спит?.. В общем-то, меня это не волнует, и не должно волновать… Мне абсолютно все равно, пусть делает что хочет!       Когда сиры оказались на позициях, прогремел гонг. Сражение началось. Хантер с криком понесся на врага, а тот в последний момент увернулся, оказавшись позади нападавшего, но ничего не предпринял, казалось, играя с противником, словно с трехлетним ребенком, нуждающимся в уступках. Дождавшись, когда тот повернется нему лицом, Сервин встал в танцевальную стойку: правая нога слегка выходит вперед, вес переносится на вторую ногу, руки приглашающе направлены к «партнеру». - Сейчас ты попляшешь! - Угрожающе замахнулся Хантер, но парень, легко извернувшись, направил меч в запястье, в котором находился молот - клинок прошел насквозь.       Оружие полетело на землю, а его вычищенную поверхность украсили алые капли хозяина. В ярости Хантер взревел, потеряв всякий контроль над собой и вытащив меч из руки, набросился с ним на Сервина. Неожиданно для самого себя я услышал тишину внутри грудной клетки – мое сердце перестало биться под напряжением всего тела из-за увиденного: огромная махина против безоружного мальчика. Хантер ударил его в живот здоровой рукой - парень упал на землю. Противник не остановился и хотел заколоть обидчика его же мечом. Мечом Старк. Он завис над парнем и приготовился пронзить того острием, но Сервин, менее чем за секунду, сделал кувырок и встал на ноги. - Мне даже эта безделушка не нужна! – Проорал Хантер, отбрасывая меч в сторону, а затем двинулся к мишени. Кулак рыцаря был полон крови и дрожал, но тот занес его на врага.       Парнишка, как лань прыгнул в сторону, сделал кувырок и приземлился возле своего оружия, в то время как гора-противник ударил в пустоту. Сервин поднял меч, гордо вскинув подбородок. Теперь он возвышался над противником, пускай не физически, зато морально. Похоже, Хантер осознал всю безнадежность своего положения, поэтому даже не сопротивлялся приближению врага и его удару в живот, он просто упал на землю, задыхаясь собственным ничтожеством.       Зрители восхищенно ахнули и что есть мочи зааплодировали, заголосив одобрительные кличи, как кричали мне, когда я впервые поднял над головой огненный меч. В это трудно поверить, но я обратил на это минимум внимания. Сейчас я с наслаждением слушал учащенное биение собственного сердца, свидетельствующее о том, что все хорошо. Более того, я сам захлопал в ладоши, улыбаясь так, что начало сводить челюсть. И почему я так рад победе другого? - Вот и наши финалисты, – восхищенно проговорил король, – выйди сюда, Артур! – Он призвал меня в центр поля, встать рядом с последним противником. Я уверенной походкой двинулся на место назначения. – Пожмите руки. – Приказал он. Мы повиновались и соединили правые руки. Его ладошки были меньше и худее моей раза в два, но он крепко и мужественно сжал мои пальцы. – Сегодня вы равны, но кто будет первым, решит завтра.       «Завтра будет Ад» - отозвался набатом голос в моей голове.       Подошел к концу второй этап турнира. И кто бы мог подумать, что это мальчишка, которого я не считал соперником, будет стоять рядом и называться равным? Это странное чувство в груди не давало мне покоя. Это было ощущение неизвестности – такое колкое и проникающее до мозга костей. Покажи мне лицо, сир! Я хочу видеть глаза врага, обладающего силой, которую я не в состоянии понять. Но парень аккуратно, с какой-то боязнью, вынул пальцы из моей ладони и с бойким поклоном направился в свой шатер. Я же еще недолго постоял на наколенном солнцем песке, рассматривая два последних щита в таблице. Сможет ли дракон расплавить сталь топора? Или эта же сталь обезглавит дракона?

***

      Что такое сон, когда завтра тебе предстоит смертельный бой? Его нет. А точнее, ты лежишь с закрытыми глазами и пытаешься продумать стратегию боя, но в голову постоянно просачивается одна и та же мысль: «либо ты, либо он» - победа или смерть – эти слова на века. Я не хочу убивать этого мальчика, как велит правило финала, но и быть опозоренным принцем, а затем и королем – тоже не вариант. Может быть, пока есть время отослать рыцаря? Он живет в Вестеросе – никто не узнает о его позоре. Но уверен, что его горячая молодая кровь и желание победить принца не позволит ему уехать. Потом еще и слух пустит, о том, что я отсылаю своих противников. Может сказаться больным? Какое совпадение! У Его Высочества завтра финальная схватка, а он слег с простудой. Может он боится? Не стоит и пытаться. Выходит, есть только один выход – выйти и бороться, как все прошлые разы. Но вот что странно, сколько лет я не участвую в турнире и дохожу до финала, такого чувства у меня не было. Обычно я думал: «Пойти и разорвать противника, я возьму эту победу» - но сейчас я готов отдать все свои награды, чтобы избежать этой бойни. Мне постоянно кажется, что этот Сервин не просто вестеросский рыцарь – он часть меня…       Я проснулся слишком рано для сегодняшнего дня. Я не хотел снова углубляться в мысли на счет предстоящего боя, мне хотелось выйти из этого удушающего чувства, поэтому я встал и просто стал ходить по комнате. Но это не помогало, наоборот, чем больше мне хотелось забыться, тем сильнее мысли вбивались в мою голову. Мне нужен был разговор, неважно с кем, мне надо было просто-напросто поделиться думами.       Я вышел из комнаты, в надежде найти хоть одну живую душу, но в коридорах было пусто, вообще было тихо. Это убивало. Казалось, что я один во всем мире.       «Хотя бы шорох или какой-нибудь возглас» - взмолился я.       Желание исполнилось быстрее, чем я думал: - Седьмое пекло! – Раздалось из комнаты леди. Это верно первый и последний раз, когда я ей благодарен.       Она не спит. А это было самым главным. И было не важно, почему и на кого она ругается, почему не спит в столь ранний час – все это отходило на второй план. Мне есть с кем поговорить!       Так что я без всякого стука и разрешений войти, просто зашел в комнату леди Старк. - Доброе утро! – Торжественно прогремел я, захлопывая дверь. Интересно, от чего именно вздрогнула волчица, от грома двери или голоса? - Доброе, – промямлила она, поворачивая голову. Я между тем приблизился к ней. – Чем обязана? – Поинтересовалась она, даже не пытаясь скрыть этого «ты последний, кого я хочу сейчас видеть» взгляда. - Давайте просто поговорим. – Я проигнорировал ее выпад, демонстративно плюхнувшись в кресло, сложив руки на затылке и прикрывая глаза. Почему-то в этом кресле показалось куда удобнее, нежели в родной постели, но я объяснил это обыкновенной сменой обстановки. - О чем? – Хмыкнула леди тем же безразличным тоном, однако я уловил в ее голосе настороженные нотки. Приоткрыв глаза, я покосился на нее. - Расскажите мне, например, где Вы пропадаете во время турнира? – Я говорил спокойно, немного распевая слова. Зачем? Просто, мне нравилось слушать безмолвный гнев Старк, выражающийся в горячем пыхтении. - По-моему я как-то раз упоминала, что езжу верхом каждый день, нет? – Я цыкнул, мол, нет. – Так вот. Я езжу верхом каждый день! – Старк натянуто улыбнулась. – Вы довольны? - Был бы, если бы ты не лгала.– Я принял сидячее положение, сложив руки на груди. - Только вчера я проверял конюшни, и знаешь ли, все лошади были в своих стойлах… – Я нахмурился, словно вспоминая что-то безумно важное. - Вот всегда так, – приподняв брови и закусив губу, проговорила Лианна, – шаг вправо, шаг влево – допрос. Может, вы еще и стража ко мне приставите? – Девушка махнула головой так, что волосы, прикрывавшие ее плечи, скатились на спину, обнажив рану. - Будет нужно, приставлю, – ответил я, рассматривая бинт на ее правом плече, – надеюсь, хоть телохранитель поможет уберечь тебя от вот такого… – Я покосился на «царапину», предоставляя леди самой закончить мысль. – Или это меня тоже не касается?       Надо было видеть, как приоткрылся рот Старк, собираясь высказать мне все, что она думает по этому поводу. Но вместо тысячи и одной гнилой фразочки из уст вырвался лишь ядовитый вздох. Я мысленно усмехнулся, понимая, что как-никак, а дикарка помнила ночную беседу и даже умудрилась извлечь из нее урок. - Я не хочу говорить об этом, – членораздельно проскрипела Старк, явно борясь с желанием выцарапать мне глаза, – зачем ты пришел? Лучше готовься к предстоящему бою с сиром Сервином! - Там и готовиться не надо… – «И кто из вас лжец?» - заткнись! – Это будет самый легкий финал в моей жизни! – Я старался, как мог скрыть внутренние переживания, выкидывая ехидные фразочки, но, похоже, Лианну не на шутку задела последняя из них.       Она раздраженно помотала головой, потупив взгляд на сложенные на коленях руки, после чего вскинула на меня пылающие стальные глаза: - То есть ни задранный локоть, открывающий путь к твоим ребрам, ни опорная нога, поставленная неправильно и мешающая быстро передвигаться, вас не волнуют? – Снова этот унизительно-повышенный голос!       Но только я собрался тыкнуть в это нахалку, как в голове отзвенело: «Ты не была ни на одном из боев, откуда тебе известны такие подробности?» Я смотрел на нее, сдвинув брови и повторяя предложение одними губами снова и снова. Неужели они с Сервином настолько близки, что он рассказывает ей ход не только своих, но и чужих сражений? А, ну тогда понятно, почему Старк так взвилась, когда я буквально назвал «слабаком» ее заступника. Конечно, о вкусах не спорят, но будь я женщиной, я бы никогда не выбрал в фавориты этого…мальчика. Или в постели он так же хорош, как и на поле? В этот момент я представил их вдвоем здесь, на этой самой кровати: Старк, лежащую на животе, подложившую руки под голову и повернувшую лицо к Сервину, который лежит прямо напротив нее точно в такой же позе. Он рассказывает ей об очередном этапе турнира: об участниках, их ошибках, своих чувствах во время боя, о своем страхе, когда на него пошел Хантер (да, я уверен, что он испугался!). А Лианна успокаивает его, ласковыми речами, которых ни мне, ни кому-либо другому никогда не придется услышать, говорит, что все хорошо, что больше ему нечего бояться. Он благодарно прикасается к ее шее, притягивая к себе каштановую голову, и накрывает ее бледно-розовые губы своими…Фу! - Именно я посоветовала Сервину участвовать в «Осеннем турнире», - сглотнув, тихо так, что слышал только я, проговорила Старк. Не сказать, что я не знал об этом, но откровенность девушки заставила меня удивиться. – Я пригласила его, надеясь, что он разделается с тремя вестеросцами, что приставали к Гвеневре. – Даже услышав имя любимой, я не отвлекся от истории, а наоборот, стал погружаться в нее все глубже и глубже, уже явно представляя, как дрожащие пальцы выводят на пергаменте слова молитвы. После вспомнилась судьба Хантера, Гудбразера и Эррола - все они потерпели такое фиаско, которое не заставит их вспомнить об этом турнире под страхом смертной казни. – Так и случилось, но потом, парень оказался в финале, и теперь его жизни угрожает меч «Принца Камелота»! – Тихий голос сорвался на крик, проорав последние два слова, но тут же снова остыл. Посмотрев в ледяные глаза, я уловил едва заметную рябь. – Ты убьешь его, как бы он не бился, потому что ты принц – другого исхода быть не может. – Лианна запустила пальцы в волосы, опуская голову в колени.       То есть «другого исхода быть не может»?! Неужели она думает, что на протяжении всех этих лет я побеждаю только по тому, что я принц, и никто не смеет на меня руку поднять?! Да она еще большая дура, чем я думал! Я побеждаю, потому что пашу на ежедневных тренировках как конь, потому что ни на минуту не выпускаю из рук меча, потому что я продумываю каждый свой ход, как в шахматах, потому что отношусь к бою, как к жизни, потому что я лучший! Уж простите, леди Старк, но Вам придется попрощаться со своим любимым, потому что я докажу всему миру, что зовусь «королем огненного меча» не просто из-за того, что я сын короля Камелота. - Я больше сотни раз говорил Вам, леди Старк, что Вам нужно научиться держать свой язык за зубами. – Я смотрел вправо, чтобы не пересекаться с «это ты во всем виноват» взглядом, который она, уверен, послала в меня ударом меча. – Вы поведали мне о моих ошибках, унизили и разозлили! – Я резко поднялся с места так, что кресло отъехало назад. – Да, смерть сира Сервина будет на Вашей совести. – Твердо окончил я и, не оглядываясь на реакцию леди, направился обратно в свою постель.