Решающая встреча

      Подхватываться ни свет не заря – привычка, выработанная у Чимина годами. Сегодня парень чувствует себя настолько отдохнувшим, каким не был уже очень давно. Вылезать из кровати совсем не хочется, потому что сейчас и так невероятно хорошо. Ха-ха, видимо на него начала распространяться магия Юнги.       Как бы то ни было, нежиться в кровати он не привык, а потому поднялся, накинул на себя широкую кофту, которую ему великодушно пожаловали с барского плеча, и, потирая глаза, осторожно прошмыгнул на кухню. Стараясь создавать минимум шума, он поставил чайник и разогрел оставшуюся со вчерашнего дня пиццу: они с Юнги-хёном вчера весь вечер провалялись перед телевизором, смотря какой-то ужастик, от которого Чимина передёргивает до сих пор. Чим от страха прятался за плечом брюнета, а тот даже и глазом не моргнул. Под конец фильма, когда всё наладилось, рыжеволосый уснул на плече. Юнги было жалко его будить, поэтому он отнёс спящего парня в спальню и уложил в постель. Когда он уже собрался уходить, Чимин во сне схватил его за руку, а потом начал что-то беспокойно бормотать. У брюнета не получилось высвободиться из цепкой хватки, а поэтому не оставалось ничего другого, кроме как лечь рядом. Всё бы хорошо, только Мин забыл о том факте, что только стоит ему коснуться лицом подушки, как он моментально засыпает. Неудивительно, что подобное произошло и в этот раз.       Чимин сидел на кухне, допивая чай и размышляя о всяком разном. Этой ночью, наверное, впервые за долгое время, ему было очень тепло и спокойно, как будто его что-то защищало. А, точно, скорее всего уже просто включили отопление.       Осторожно приоткрыв дверь в комнату Юнги, он не обнаружил его на месте. Безрезультатно пробежав по всем комнатам, парень констатировал полное отсутствие хозяина в доме. Странно, говорил же, что спит допоздна, а теперь его нигде нет. Оставленный наедине с самим собой Чимин принял горячую ванную, приготовил клубничный пирог, а потом, удовлетворённый своим творением, он передвинул в зале кресло и поудобнее устроился перед тем самым панорамным окном.       Октябрь начал вступать в свои законные права, перекрашивая природу в фирменные цвета. На улице дует несильный ветерок, заставляя пожелтевшие листья отрываться от своих насиженных за год мест и, в ритме вальса, опускаться на землю. Чимин забирается с ногами на кресло и, быстро перелистывая несколько начальных страниц, открывает свой блокнот. Вооружившись лезвием, которое нашёл на столе у Юнги, парень затачивает карандаш и делает несколько штрихов. К слову, карандаши он тоже позаимствовал. Чимин думает, что, как только появится возможность, он всё возместит до копейки, а пока что можно немножко понаглеть. Уходя в процесс творения с головой, парень полностью абстрагируется от всего происходящего вокруг и не слышит, как домой возвращается потерявшийся хозяин.       Юнги закрывает за собой дверь, ставит на пол несколько бумажных пакетов и, снимая дорожные ботинки, замирает в дверном проёме. Он внимательно смотрит на Чимина, который, скрутившись в три погибели, что-то увлечённо рисует. В этот момент Мин особенно сильно пожалел, что зрение у него хромает, потому что он хоть смог бы увидеть, на чём же сейчас так сильно сосредоточен рыжеволосый квартирант.       На носочках подкрадываясь всё ближе и ближе, Юнги осторожно заглядывает за плечо парня. Нижняя челюсть сама падает в низ, когда он видит в точности такой же пейзаж, который наблюдает за окном, а под одним из деревьев находит себя, держащего в руках два рожка мороженного. Чимин старательно прорисовал каждую деталь, но Мину кажется, что он получился каким-то уж слишком красивым.       Брюнет оглядывается назад, чтобы тихонько сбежать в свою комнату, но телефон в его кармане начинает оглушительно орать. Пак нервно подпрыгивает на месте, ломая карандаш от сильного нажатия, и оборачивается назад. Лицо Юнги густо заливается краской и, не придумав ничего лучше, чем сбежать, он скрывается в ванной, громко хлопая дверью.       Сбрасывая звонок от незнакомого номера, брюнет открывает кран с холодной водой и смотрит на своё отражение в зеркале. Чем я, блин, занимаюсь? Он обречённо вздыхает и оседает на пол, когда из-за двери доносится: - Юнги-хён, ты за мной сейчас наблюдал? - Нет, тебе показалось. Иди занимайся…чем ты там вообще занимался, - шипит он в ответ. - Я же видел, что наблюдал. Ты сам спалился, хён. У тебя даже лицо покраснее…- не давая ему договорить до конца, Юнги резко открывает дверь и, закрыв руками уши, громко стуча ногами, убегает на кухню.       Чимин беззвучно смеётся и следует за упрямым брюнетом, но сталкивается с очередной закрытой дверью. - Хён, открой. Я сделаю вид, что ничего такого не было, - хихикает он и слышит, как в дверь прилетело что-то брошенное со всей силы. Судя по звуку, вероятнее всего, это полотенце, так что ничего страшного. Опустившись на пол под дверью, Чимин устраивается поудобнее, потому что эту крепость ему, видимо, придётся долго осаждать. - А это что ещё такое? Что в моём доме делает выпечка? – слышит он громкое бурчание Юнги. - Это я испёк пирог. Попробуй, хён, он очень вкусный, - сообщает Чимин, но в ответ получает лишь тишину.       Спустя тридцать минут Юнги всё-таки открывает дверь и, переступая через Пака, бросает: «Иди за мной». Усевшись с ногами на диване, Чимин выжидающе смотрит на Мина. - Значит так. Во-первых, раз уж тебе так нравятся все эти штуки с рисованием, то будешь ходить в художественную академию. Завтра я завезу туда твои документы. Согласен?       Пак одобрительно закивал, а в глазах загорелся огонь. Ничего себе, академия! А он уже собирался идти на какого-то зачуханного бухгалтера. - Во-вторых, тебе нужны кое-какие вещи, но мне лень за ними ехать, так что я оставлю деньги на тумбочке. Купишь себе всё, что понравится. Ещё я сделал тебе копию ключей, возьмёшь сам, они у меня в куртке. - А в-третьих? – спрашивает Чимин. - В-третьих? Хм, терпеть не могу выпечку в своём доме, - говорит он и поднимается с дивана. Положив деньги на столик, Мин направился в свою комнату. На выходе из гостиной он, не останавливаясь, бросает: - Вообще-то, вишня мне нравится больше, чем клубника.       Пак улыбается во все тридцать два зуба и поднимается с дивана. Делать ему всё равно нечего, поэтому он берёт деньги и, пересчитывая их, тихонько присвистывает. Интересно, сколько же Юнги зарабатывает? Закидывая за спину рюкзак и забирая ключи, он убегает, захлопывая за собой дверь.       «Как же сегодня всё-таки хорошо!» - думает Чимин по дороге в торговый центр. Времени у него вагон и тележка, поэтому можно зайти почти в каждый магазин. Пересчитав деньги и положив половину отдельно, он забегает в первый попавшийся брендовый магазин.       Так Чимин узнал, что за последний месяц сильно похудел, поэтому вещи того размера, который он носил раньше, на нём висят, как мешок. В одном из магазинов он увидел майку с принтом «Do. Not. Wake. Me. Up.» и, мысленно представив в ней Юнги и, посмеявшись от души, купил её для него. Нужно же как-то возместить за ту испорченную. Потратив на себя несколько часов и купив охлаждающий коктейль, он устало падает на скамейку. Неожиданно где-то рядом раздаётся знакомый заливистый смех.       Поворачивая голову на звук, он видит ещё совсем недавно свою девушку, которая теперь прижимается к какому-то смазливому парню. Стена равнодушия, которую Чимин старательно воздвигал, с грохотом рушится. Коктейль падает на пол, а парень подхватывается с места и убегает прочь.       Юнги нервно расхаживает взад и вперёд, каждую минуту посматривая на часы. Времени уже полдесятого, а этого парня до сих пор нет. Не мог же он убежать, прихватив деньги? Нет, вроде бы он не такой. А что если ему снова приспичило куда-нибудь прыгнуть? В тот раз брюнету повезло вовремя предотвратить необратимое, а сейчас его где искать?       Через пятнадцать минут дверь резко распахивается, впуская в квартиру запах сигарет с лестничного пролёта. - Твою мать, Чимин, ты что, курил? - орёт Юнги, но, увидев остекленевшие глаза парня, закрывает рот. Забирая из рук пакеты, он бросает их в угол и снимает с парня провонявшую куртку. - Эй, что случилось? – спрашивает Мин, но ответ так и не получает. Взяв Чимина за руку, он отводит его в спальню и переодевает в домашнюю одежду. Пак садится на кровать и поднимает глаза на брюнета. Поток слёз, которые он старательно пытался сдерживать, хлынул из глаз. - Ну чего ты, тише, тише, - шепчет Юнги и садится рядом, обнимая его и похлопывая по спине.       Откидываясь на спинку кровати, Мин тянет Чимина на себя, укладывая рядом. Пак сильнее прижимается к груди Юнги, закрывая глаза. Рыдания его стихают, и парень быстро отключается.       Наблюдая за тем, как успокаиваются дрожащие ресницы и восстанавливается сбитое дыхание, Юнги крепче прижимает к себе Чимина и засыпает.