Решающая встреча

      Чимин просыпается с ощущением чьих-то тёплых рук на своей талии.       Повернув голову назад, он обнаруживает Юнги, который во сне сильно прижимает парня к себе. Это они вчера так уснули что-ли? Ощущение странное, но безумно приятное. Восстановив в голове события вчерашнего дня, парень густо краснеет. Явился поздно, да ещё и обкуренный, а он ведь даже не помнит, каким образом достал те сигареты. Наверно Юнги теперь думает о нём невесть что.       Посмотрев на часы, Чимин обнаруживает, что утро уже в самом разгаре. Он осторожно выбирается из цепких объятий и тихонько трясёт парня за плечо. - Эй, Юнги-хён. Юнги-хёёён, - шепчет он. - Блять, Чимин, я же попросил не будить меня по выходным. Ложись спать и не гуди над ухом, - не открывая глаза, бурчит Мин. - Но хён, сегодня понедельник. - Ой, да какой понедельник, вчера же только было воскре… - глаза Юнги резко распахиваются, а сам он в момент вскакивает со своего места. - Который час? - Пол-одиннадцатого, вообще-то. - Твою ж мать, я опоздал на работу, - орёт Юнги и убегает в ванную, причитая на ходу: - Офигеть, блин, впервые в жизни проспал. Вот не было тебя тут, и всё шло своим чередом. Жесть просто. Сегодня свершилось великое историческое событие: Мин Юнги проспал свою собственную работу!       Растерянно почесав затылок, Пак поплёлся на кухню. Широко зевая, он разбил на сковородке два яйца и поставил кипятиться воду. Оставляя готовую яичницу на столе, он сильно задумался, протягивая руку к сахарнице. Сколько ложек он себе добавляет? В прошлый раз Чимин чуть не подавился, но сколько же там было? Насыпав на авось три ложки, он ставит чай на стол.       В этот момент на кухне появляется Юнги, удивлённо осматривая завтрак. - Это ещё что такое? - Ну как что? Это твой завтрак, - удивляется Пак. - Чимин, я никогда не ем по утрам, это пустая трата времени, - хмурится Юнги. - Хён, ты должен поесть. Чтобы на день хватило сил, нужно питаться по утрам. Я приготовил это для тебя, поэтому поешь, пожалуйста, - просит Чимин и смотрит на брюнета щенячьими глазами. - Ладно, - раздражённо соглашается Юнги и садится за стол. Отпивая из чашки пару глотков, он ставит её на стол и снова поворачивается к Паку. - Ты вообще в курсе, что некоторые люди пьют чай с сахаром? - В смысле? Юнги-хён не пугай меня так, я же положил туда целых три ложки! - Ой, не ори. Значит надо было добавить ещё, - закатывает глаза Мин.       Позже в прихожей Чимин подаёт Юнги его рабочую сумку и, напоминая о том, что парень обещал завезти документы в академию искусств, закрывает за ним дверь.

***

      Брюнет возвращается вечером безумно уставший и, шумно выдыхая, падает на диван, прикрывая глаза. Чимин тут же оказывается рядом, сообщая, что если тот голоден, то ужин ждёт на кухне. Юнги открывает глаза и с укором смотрит на Пака. - Слушай сюда. Ещё раз узнаю, что курил, заставлю сожрать целую пачку и даже не пожалею. Ума не приложу, как тебе их вообще продали. Ты меня понял?       Чимин потупил взгляд и робко кивнул. Конечно, он мог бы как-нибудь оправдаться, но Юнги-хёну это нафиг не сдалось. Так он только упадёт в его глазах. - В этой твоей академии мне сказали, что одних документов будет маловато. Нужно сдать несколько твоих работ, а то вдруг ты бездарность какая-нибудь. Я, конечно, попытался их убедить, что ты – талантище, но они мне не поверили. Сказали, что с тебя нужен портретный рисунок, пейзажный и композиционный. У тебя есть такие?       Чимин присел рядом с брюнетом и задумался. Если пейзажный рисунок у него есть, тот самый который он нарисовал пару дней назад, а композицию можно воссоздать в любой момент, то с портретом есть небольшие проблемы. На тех, что рисовались раньше, он изображал свою бывшую и все до одного подарил ей. Так что нужно рисовать новые, только кого на них изобразить? В общем-то и некого. Хотя… - Юнги-хён, можно я нарисую твой портрет? - вдруг выпаливает парень. - Ну почему сразу мой? Тебе больше некого попросить? – заикается было Мин, но тут же вспоминает, что у рыжеволосого особо-то никого не осталось. - Ай фиг с ним, что мне нужно делать?       Чимин счастливо улыбается и убегает за бумагой и карандашами. Усадив Юнги так, чтобы правильно падал свет, да и чтобы тому было удобно, он устраивается на полу напротив него. - Можно мне хотя бы музыку слушать? – спрашивает Юнги, на что получает утвердительный кивок головой.       Спустя двадцать минут брюнет не выдерживает и поднимается со своего места, чтобы посмотреть, как идут дела у Чимина. Взглянув на лист и увидев только овал лица, губы и разметку для глаз и носа он удивлённо восклицает: - Ты потратил целых полчаса только на это? - А что ты хотел, хён? Этот рисунок будут критиковать по всем пунктам, мне нужно очень стараться. Рисование – это тебе не на калькуляторе посчитать. Лучше вернись на диван, - защищается Пак. - Ой, молчи умник, сам знаю, что мне делать, - бросает Юнги, усаживаясь на своё место, но Чимин его уже не слышит, полностью погружённый в работу.       Возвращаясь в реальность только через пару часов, Пак обнаруживает, что брюнет прилагает огромные усилия, чтобы не вырубиться на этом же самом месте. Парень понимает, что сильно засиделся, когда видит, что уже перевалило за час ночи. «Ну ничего себе, как я заработался! А ведь хён ещё даже не переоделся и не поужинал. Зачем он только тратит на меня своё время?». - Хён, может ты пойдёшь спать? - А как же твой рисунок? – сонно бормочет Юнги. - Ай, я уже почти закончил, тут осталось совсем немного. Дальше могу и без тебя,- врёт Чимин.       Убедившись, что брюнет лёг спать, Чимин заваривает огромною чашку кофе и возвращается к своим делам, по памяти восстанавливая еле заметные веснушки на носу, родинку на щеке и узор на серёжке в левом ухе. Ночь длинная, даже хватит времени на композицию, ему всего лишь нужно приложить чуть больше усилий.

***

      Собираясь на работу следующим утром, Юнги находит Чимина спящим на полу с карандашом в руке и грифельным отпечатком на щеке. Ой, вот же дурачок: у него есть несколько дней, а он решил расправиться со всем за одну ночь. Брюнет бережно поднимает парня на руки и относит в кровать. Отыскав в ванной влажные салфетки, он осторожно вытирает со щеки Чимина грязный след и накрывает одеялом. Тот что-то бормочет во сне и поворачивается на бок. Понаблюдав немного за мирно спящим парнем, Юнги возвращается в «мастерскую».       На столе лежит три готовых рисунка, и парень присаживается, чтобы внимательно рассмотреть каждый. Первый – тот самый пейзаж, который Мин так неуклюже пытался подсмотреть пару дней назад. На втором рисунке он видит натюрморт. Надо же, у Пака, оказывается, фантазия есть. Где-то в хламе Юнги он нашёл бутылку с вином, поставил бокал, взял с книжной полки томик Мюллера и добавил фруктов. По скромному мнению брюнета, получилось восхитительно.       Он берёт третий лист и замирает. Юнги смотрит на рисунок, на котором должен быть изображён он сам, и еле узнаёт себя. Чимин, наверно, с ума сошёл. Такие рисунки обычно посвящают любимым людям, а не сдают для оценки. Вместо привычных тёмных волос, этот ребёнок изобразил его блондином. Мин придирчиво долго крутит в руках свой портрет, присматриваясь к каждой детали. Ну, если очень хорошо подумать, то так ему даже больше идёт. Нужно будет взять на заметку.       Юнги ещё какое-то время любуется этими шедеврами, а потом фотографирует на телефон и, аккуратно сворачивая, кладёт в тубус. Надевая ботинки, он ищет в телефоне чей-то номер и уходит, аккуратно прикрывая дверь, чтобы не разбудить Чимина.