Убийца ворон

      С приближением весны у Гермионы находилось всё меньше времени для работы в новой лаборатории Хогвартса. Она предложила нескольким старшекурсникам помощь в подготовке к С.О.В. и П.А.У.К., принеся тем самым в жертву время для исследований. Каждый вторник после ужина девушка встречалась со студентами в свободном классе в подземельях. Её неспособность отказать семикурснице из Хаффлпаффа, которая умоляла её о помощи с Чарами, привела к ещё большим проблемам. Студенты начали спрашивать её совета по совершенно различным предметам — Чарам, Трансфигурации и Арифмантике. Поначалу Гермиона сопротивлялась, отправляя их к соответствующим преподавателям, но упорство молодёжи, в сочетании с изрядной долей лукавства, оказалось невозможным преодолеть. Девушка смягчилась, настояв на том, чтобы сначала было получено разрешение от других профессоров. К её удивлению, все преподаватели были совершенно не против. Видимо, они были явно не заинтересованы в увеличении нагрузки.       Гермиона начала преподавать не так давно, поэтому ей льстило такое уважение студентов. Когда новость о том, что девушка проводит занятия, распространилась по замку, к ней повалило ещё больше учеников, и ей пришлось выделить ещё больше вечеров для занятий. Атмосфера напоминала ей дни, когда Армия Дамблдора тренировалась в Выручай-комнате. Гермиона словно переносилась в прошлое, вспоминая давно забытые лица.       Единственным недостатком, помимо того, что девушка стала проводить меньше времени в лаборатории, было то, что они стали проводить ещё меньше времени со Снейпом. Напряжение от предстоящих экзаменов, казалось, заставляет студентов делать исключительно идиотские вещи, поэтому мужчина постоянно задерживался до ночи на отработках. Он всё так же продолжал исчезать, всё так же не рассказывая, куда и зачем.       Где бы Снейп ни находился, он неизменно ложился в постель после Гермионы.       Иногда девушка просыпалась оттого, что он проскальзывает в постель рядом с ней. Сквозь сон Гермиона чувствовала, как сильные руки мужчины обнимают её за талию или как он кладёт голову на её подушку, прежде чем опять уснуть. Иногда тепло его тела захватывало, медленно поднимая её из глубин сна. Ощущение рук мужчины на её теле окончательно развеивало остатки сна. Мягкие прикосновения сменялись страстными, пока возбуждение не брало, наконец, верх. Окончательно проснувшись, Гермиона прижималась к нему в финальном облегчении, крича в темноте его имя.       Побывав в нескольких серьёзных отношениях, Гермиона была уверена, что имеет прекрасное представление о сексе. Но она ошибалась. Девушка никогда ещё не чувствовала такого желания и такой страсти. Определённо, это было приятно, но заставляло её задуматься. Как учёный, она знала, что самое сильное и яркое пламя всегда гаснет первым. Гермиона гадала, случится ли то же самое между ними, истощится ли их страсть, чтобы потом и вовсе исчезнуть.       На лице девушки появилась улыбка, когда она подумала о страсти между ними. Но тут же исчезла, когда Гермиона вспомнила, что Снейп опять назначил отработки и наверняка вернётся нескоро. Напротив неё стоял нетронутый ужин. Слишком много ночей они лишь просто делили кровать. Разочарование смешивалось со страстным желанием. Его близость также не облегчала ситуацию — их разделяла лишь стена из холодного серого камня. Без сомнения, мужчина был сейчас в классе Зельеварения, издеваясь над студентами.       — Счастливые студенты, — пробормотала Гермиона. Затем озорная мысль возникла у неё в голове, и девушка поспешила в свою спальню.       Через несколько минут она нашла ящик со школьными вещами, которые прислала её мама по возвращении в Хогвартс. Тогда Гермиона лишь посмеялась, обнаружив в нём свою старую школьную форму. Сейчас же она вовсе не смеялась, надевая знакомую юбку на голое тело. К тому времени, как девушка надела накрахмаленную белую рубашку, она вся горела, а сердце колотилось. Она накинула галстук, оставив его болтаться на груди. Верхняя часть рубашки осталась не застёгнутой. Гермиона скользнула босыми ногами в высокие кожаные сапоги и посмотрела на своё отражение в зеркале.       До этого момента она никогда не замечала, насколько коротка была школьная юбка. Гермиона всегда носила под ней тёмные колготки, поэтому вид её отрытых выше бёдер ног был чем-то необычным. Зеркало отразило её пренебрежительное пожатие плечами. Девушка была удивлена, что форма прекрасно сидит на ней спустя столько лет и плотно прилегает во всех нужных местах. Она взъерошила волосы и вышла из комнаты. Гермиона аккуратно заглянула в класс Зельеварения. Отработка началась час назад, и трое студентов корпели над столом в дальней части комнаты. Они набивали банки глазами жуков из большого мешка.       — Прекрасно, — прошептала Гермиона.       Она промчалась через комнату, не обращая ни на кого внимания. Снейп взглянул на неё краем глаза, но вскоре его внимание было отвлечено одним из студентов. Пробравшись сквозь лабиринт столов, Гермиона вошла в кладовую и закрыла за собой дверь. Взмахом палочки она наполнила комнату мягким светом и подождала несколько мгновений, прежде чем приоткрыть дверь.       Высунув палочку сквозь небольшую щель, она прошептала:       — Диффиндо.       Мешок порвался, и тысячи жучьих глаз посыпались на стол и пол, словно водопад. Разъярённый Снейп приказал студентам восстановить мешок и собрать высыпавшиеся ингредиенты. Если бы Гермиона не была на гораздо более худших отработках, она, возможно, больше бы раскаялась в своих действиях. Но собирать глаза жуков вряд ли можно было назвать сложной задачей. Это займёт студентов на некоторое время — как раз то, что нужно.       Открыв дверь, Гермиона прервала тираду Снейпа о невнимательности:       — Профессор Снейп, не могли бы вы мне, пожалуйста, помочь?       Её громкий голос разнёсся по всей комнате.       Мужчина повернул голову, сузив глаза при звуке её голоса. Они и до этого ругались перед студентами — без сомнения, Снейп ожидал ещё одного конфликта. После некоторых раздумий он дал студентам дальнейшие инструкции и зашагал к ней.       Выбегая в центр кладовой, Гермиона сбросила с себя мантию, с удивлением обнаружив, что её руки трясутся. Она повернулась спиной к двери и попыталась соблазнительно облокотиться о полку. Одна рука была поднята высоко над головой якобы в попытке достать банку.       — Да, что ты… — его речь прервалась, когда мужчина вошёл в комнату.       С ноткой невинности в голосе Гермиона произнесла:       — Я не могу дотянуться до этой банки, профессор Снейп. Не могли бы вы помочь мне?       Гермиона посмотрела на него через плечо. На губах мужчины застыло последнее слово. Девушка повернулась к Снейпу лицом, медленно проводя рукой по груди, из-за чего её рубашка распахнулась, обратив всё внимание его взгляда на неё. Казалось, мужчину очень заинтересовало то, как её рука задержалась на груди. Через несколько мгновений он оценил остальную часть её наряда.       С видимым спокойствием Снейп скрестил руки на груди и зашёл в кладовую, оставив дверь открытой. Он обошёл девушку вокруг, изучая её тело со всех сторон.       Не смея больше молчать, Гермиона спросила:       — Так… Вы можете мне помочь?       — Снаружи дети, — мягко сказал Снейп с долей порицания в голосе.       Гермиона направила палочку на дверь, и та захлопнулась с приятным глухим звуком.       — Коллопортус, — сказала она, закрывая её.       — И у них отличный слух, — сказал мужчина.       — Муффиато, — сказала Гермиона, ещё раз поднимая палочку.       Несколько мгновений Снейп смотрел на неё в тишине, всё ещё скрестив на груди руки.       — Что вы здесь делаете одна? — спросил он. Его голос звучал зло.       — Я просто…       Снейп оборвал её:       — Студенты не допускаются в мою личную кладовую, мисс Грейнджер!       Она захлопнула рот. Мужчина поднял брови в немом вызове.       «Он хочет поиграть», — подумала она, в то время как пульс застучал у неё в горле.       Прекрасно.       — Я просто хотела позаимствовать ингредиенты, сэр.       — Повернитесь, — приказал он.       Гермиона повернулась к полкам.       — Какие ингредиенты?       Девушка указала на первую попавшуюся банку на верхней полке. Снейп беззвучно подошёл к ней; девушка не слышала ничего, кроме слабого шороха, когда он встал у неё за спиной. Его мантия задевала её спину. Мужчина достал банку, на которую она указала, поворачивая этикеткой.       Его губы касались уха девушки, а дыхание грело чувственную кожу.       — Это лобелия пурпурная, — тихо сказал Снейп.       Гермиона закрыла глаза, позволяя голосу мужчины окутать её.       — Они очень редкие, — прошептал он. Кончик его языка очертил изгиб её уха. — И очень нежные.       Естественно, она всё это знала — Гермиона сама собирала эти красивые красные цветы.       Но сомневалась, что водное растение имеет какое-либо отношение к их диалогу.       — Зачем вам нужен этот ингредиент? — спросил Снейп.       Девушка попыталась сформулировать связный ответ, но не смогла сконцентрироваться, потому что его пальцы уже скользили по её бедру.       — Я… я не могу сказать, сэр.       Голос мужчины стал опасно низким. Если бы Гермиона не знала, что они притворяются, она бы испугалась. Но сейчас, напротив, желание полностью охватило её.       — Пришло время узнать, какие последствия могут иметь место за кражу из моей кладовой. — Снейп схватил её за бедра и притянул к себе.       Её вздох разнёсся по маленькой комнате.       Гермиона почувствовала его возбуждение, когда он прижал её к себе. Мучительно медленно он потёрся своим телом о её: вверх и вниз. Повторяющееся движение приподняло её юбку. Затем Снейп замер, и Гермиона протестующе застонала.       — Вы не в первый раз нарушаете школьные правила, не так ли, мисс Грейнджер?       Она улыбнулась, отмечая хрипотцу в его голосе. Повернув голову, девушка ответила:       — Вы не сможете это доказать, профессор.       Ловким движением мужчина убрал руки с её бёдер и схватил за отвороты рубашки, распахивая её одним ловким движением. Пуговицы отлетели от банок с глухим стуком. Снейп спустил рубашку с её плеч, но оставил её на руках, связав их. Холодный воздух коснулся груди Гермионы и заставил соски затвердеть. Пальцы мужчины очерчивали дразнящие круги на её груди.       — Я не собираюсь мириться с вашей наглостью и дерзостью, мисс Грейнджер.       Снейп обхватил её грудь, дразня чувственную кожу.       — Как же мне следует наказать вас? — спросил он.       Гермиона застонала под его руками, всхлипнув, когда мужчина начал дразнить её соски мягкими прикосновениями.       — О, уверена, мы найдём подходящий способ, — сказала девушка, опуская ниже связанные руки, чтобы провести ими по его эрекции.       — Испорченная девчонка, — пробормотал Снейп у её уха.       Обняв её, он развернул их обоих к центру комнаты. Места, где он прикасался к ней, горели, будто его руки были сделаны из огня. Когда пальцы мужчины скользнули под юбку и двинулись выше, её тело превратилось в ад. Одним лёгким движением Снейп раздвинул её ноги. Пламя обжигало её только что оголённую кожу.       — На колени, ведьма, — прорычал он ей в волосы, подталкивая её ноги.       Гермиона опустилась на пол за мгновение до Снейпа, а под ногами появилась подушка. Его руки продолжили своё исследование, дразня чувствительную кожу бёдер. С каждым поглаживанием мужчина приближался всё ближе к тому месту, где она его так желала.       Казалось, эта пытка никогда не прекратится.       — Северус, — простонала Гермиона.       — Для вас «профессор», — упрекнул Снейп.       Он отбросил её рубашку, освобождая, наконец, руки девушки. Гермиона начала исследовать его тело и подумала, что это была её лучшая идея за долгое время.       Её руки опустились на холодный пол, когда Снейп наклонил её вперёд и задрал юбку. Он остановился, чтобы расстегнуть свои штаны. Казалось, что девушка может взорваться от ожидания, но затем мужчина, наконец, прижался к ней.       Сильные руки вернулись на её бёдра. Снейп ввёл в неё лишь головку своего члена, остановив её, когда Гермиона попыталась податься назад.       — Хотите узнать, что бывает с теми, кто нарушает правила? — Его тон был дразнящим, но голос грубым.       — Да, — простонала Гермиона.       — Да… Что?       Она не могла думать, не могла сконцентрироваться на том, что он спросил.       — Да, пожалуйста?       Его глубокий смешок отдался по её телу.       — Ты сама начала эту игру, так что играй до конца. — Снейп подвинулся, немного входя в неё, но затем опять отодвигаясь.       Наконец, Гермиона поняла.       — О! Да, профессор, — исправилась она, за что была награждена ещё одним толчком.       Неспособная больше терпеть его слишком медленные движения, девушка подалась назад, отчаянно желая почувствовать его глубже.       Снейп, определённо, ожидал этого. Его пальцы сжались на бёдрах девушки, не позволяя ей двигаться. Её разочарование было так же очевидно, как и возбуждение. Было заметно, что ему нравится и то, и другое, и мужчина усмехнулся, когда Гермиона выругалась.       — Такое дерзкое поведение, мисс Грейнджер… И ещё одно нарушение. Вы совершенно не в состоянии следовать правилам?       — Я никогда не была послушной, профессор. Мне кажется, вы должны… сильнее… проучить меня.       Гермиона думала, что её слова сломают его самоконтроль, но Снейп всё ещё продолжал дразнить её.       — Вы уверены, что хотите этого?       Девушка зло выдохнула.       — Да! — практически крикнула она. — Чёрт возьми, Северус, если ты не трахнешь меня прямо сейчас, клянусь, я…       Какую бы клятву Гермиона ни собиралась произнести, всё забылось, когда Снейп глубоко вошёл в неё, а их стоны удовольствия наполнили комнату. Когда первоначальный шок спал, мужчина двинулся назад и повторил движение, только на этот раз настолько медленно, что Гермиона чувствовала каждый его сантиметр. Он продолжил свои движения, увеличивая темп, когда она опять застонала. Вскоре его движения переросли в сильные, быстрые толчки. Это было слишком — бешеный темп, ощущение его мантии, шлёпающей по её голой попе, его пальцы, впивающиеся в бёдра и толкающие её назад каждый раз, когда он рвался вперёд.       Вскоре её крики начали отдаваться в маленькой комнате, а её мышцы сокращаться вокруг него. Гермиона опустила голову в ожидании, пока её тело перестанет дрожать. Её взъерошенные волосы расстилались по полу, пока Снейп продолжал движение.       Каким-то образом он ещё ускорил темп. Его рычание послало дрожь по её спине. Наклоняясь вперёд, он протянул руку вокруг её бёдер, и его искусные пальцы начали ласкать её. Гермиона запрокинула голову, думая, что невозможно достигнуть второго оргазма так скоро. Оказалось, что она ошибалась, когда её тело задрожало от его нахлынувшей силы. Спустя несколько секунд рука мужчины вернулась ей на бедро. Он резко вошёл в неё последний раз, извергаясь внутри неё.       Задыхаясь, они упали на приятно холодный пол. Несколько минут Гермиона лежала под Снейпом озябшая, в полубессознательном состоянии. Вспоминая, что они только что сделали, девушка попыталась сдержать смешок. И не смогла.       — Ты находишь это забавным? — спросил мужчина над её ухом.       — Немного, — призналась Гермиона. — Никогда не вела себя настолько по-подростковому. Даже когда была подростком!       — М-м-м… Ты, кажется, ставишь под удар моё хорошее мнение о тебе.       Снейп поднялся на ноги.       Посмотрев на одинокую подушку на полу, Гермиона нахмурилась.       — Почему ты не наколдовал подушку и для себя? — спросила девушка, оглянувшись в поисках своей рубашки.       — Я… я отвлёкся.       Она застыла в удивлении. Было редкостью слышать от него признание собственной слабости.       — Но ты наколдовал подушку мне? — спросила Гермиона, наклонив голову набок. — Это так мило.       Иронический смешок отразил его несогласие.       — Точно: ты меня раскрыла. Только настоящий джентльмен может быть настолько внимательным, чтобы подложить подушку, прежде чем взять тебя на полу.       Гермиона не обратила внимания на его попытку отшутиться.       — Я всё равно считаю, что это было мило.       Он покачал головой и отвернулся.       — Тебе ли не знать, что это не так.       Опять нахмурившись, Гермиона продолжила искать свою рубашку. Либо Снейпа раздражало то, что она считает его способным к доброте, либо он не доверял ей настолько, чтобы поверить ей. Оба варианта были не очень приятны.       Она сняла свою рубашку с банки с языками жаб и надела её. На ней осталось лишь несколько пуговиц, поэтому девушка просто завязала её на животе и принялась искать мантию. Снейп нашел её первым и накинул ей на плечи с невероятной заботой, всё ещё хмурясь. Гермиона подозревала, что нечто большее, чем застёгивание пуговиц на ней, является причиной этого.       Обняв её, мужчина глубоко вздохнул и прошептал ей на ухо:       — Ты же понимаешь, что мы больше не сможем смотреть на нашу кладовую, как раньше.       Гермиона засмеялась и прижалась к его груди.       — Полагаю, что нет.       — Сомневаюсь, что смогу зайти сюда, не возбудившись.       — К счастью для тебя, рядом есть ведьма, готовая помочь.       — Да, — согласился Снейп. — Действительно повезло.       Отступая, Гермиона улыбнулась и сказала:       — Спокойной ночи.       Мужчина взял её лицо в свои руки и легко поцеловал в губы.       — Спокойной ночи, моя глупая девчонка.       Гермиона взяла с полки первую попавшуюся банку и вышла из кладовой. Она сдерживала улыбку, спеша в жилые комнаты и не замечая лиц студентов. Добравшись до комнат, девушка позволила улыбке расплыться по лицу. Вспомнив прощальные слова мужчины, она покачала головой и рассмеялась. Его голос был ласковым, несмотря на то, что фраза «глупая девчонка» была насмешливой. Лишь Снейп мог превратить то, что когда-то было оскорблением, в выражение нежности.

***

      Следующее утро, в пятницу, было единственным днём недели, когда расписание Гермионы позволяло ей спать допоздна. К сожалению, у судьбы имелось чувство юмора, и она разбудила Гермиону в шесть утра. Девушка отчаянно пыталась вновь заснуть, но все попытки оказались тщетными. В половину седьмого она сдалась и направилась на кухню за чаем.       Снейп уже помылся и оделся. Временами она задавалась вопросом, спит ли он вообще. Читая газету, он сидел за обеденным столом и выглядел ужасно сексуально, будто говоря: «я только что занимался грязными вещами в кладовой». Её улыбка стала ещё шире, когда Гермиона увидела тонкие очки для чтения у него на носу. Ей нравилось, когда он носил очки. Подойдя к нему, она поцеловала мужчину в голову, гладя его по спине.       Ради забавы Гермиона закрыла глаза и сконцентрировалась на точке под чайником. Она представила, что держит палочку и произносит заклинание, чтобы разжечь огонь. Негромкий свистящий звук возвестил её успех. Открыв глаза, Гермиона ухмыльнулась, увидев пламя под чайником. Она пользовалась невербальной магией без палочки и раньше для выполнения простых заклинаний, но никогда ещё для вызова огня. Конечно, небольшие огоньки всегда были её специальностью.       — Почему ты носишь эту нелепую маггловскую одежду? — спросил Снейп, вторгаясь в её самодовольные размышления.       Гермиона взглянула на чёрный лифчик и свободные штаны, с любопытством нахмурившись. Он никогда до этого не осуждал её наряд. Быстрый взгляд через плечо показал, что мужчина смотрит на неё в явном восхищении, несмотря на ехидный вопрос.       Направившись обратно к столу, девушка ответила:       — Ну, я носила это, потому что мне так было удобно. — Она остановилась, опёрлась на стол, кладя руки на его газету и придвигаясь ближе, пока кончик её дерзкого носа не врезался в его крючковатый. — Но, начиная с этого момента, я буду носить их только чтобы раздражать тебя.       С вымученной улыбкой Снейп поднял одну бровь.       — Ты безнадёжна, — сказал он, когда Гермиона повернулась к кипящему чайнику. — Я был в прекрасно-отвратительном настроении, пока ты не пришла и не испортила его.       — День только начался, мой угрюмый друг. — Девушка приготовила две чашки, хоть и не чувствовала сонливости, несмотря на ранний час. — Я полагаю, ты найдёшь что-то или кого-то, чтобы испортить его опять.       — Не сомневаюсь, — согласился Снейп, убирая очки в мантию. Он сложил газету и положил её на стопку книг и домашних заданий.       — Что за скверное настроение? — спросила девушка, ставя чашки на стол.       Снейп поблагодарил её и махнул рукой в сторону газеты.       — Министерство и их абсолютное отсутствие компетенции, — выплюнул он.       Гермиона взглянула на газету, но не смогла определить, какая статья разозлила его. Упоминание Министерства повлекло за собой мысли о Николае Бруковски, как и почти все вещи в последние дни. Она еле сдержалась, чтобы не спросить, как продвигается расследование его смерти, зная, что если бы Снейп знал что-то, то рассказал бы ей.       — Идиоты! — воскликнула Гермиона, ударив по столу с достаточной силой, чтобы вызвать у мужчины улыбку.       Он посмотрел на неё поверх чашки и заметил:       — У тебя превосходное настроение сегодня.       Девушка просияла.       — Я наколдовала огонь без палочки!       — Да, я видел это.       Гермиона ожидала похвалы. Но Снейп продолжал молчать, и она сделала вид, что обиделась.       — Это первый раз, когда я выполнила это заклинание без палочки.       — Очень впечатляюще, — покорно ответил он.       — Ты не выглядишь впечатлённым.       — Тебе не нужен я, чтобы подтвердить, какая ты сильная ведьма. Конечно, огонь — это ничто по сравнению с победой над Тёмным Лордом?       Гермиона моргнула.       — Но я никого не побеждала, это всё Гарри…       Мужчина оборвал её:       — Избавь меня от пропаганды фан-клуба Гарри Поттера. Мальчик-который-Выжил был бы Мальчиком-который-дожил-до-одиннадцати без твоей помощи.       — Мне кажется, ты перехваливаешь меня, — возразила Гермиона.       — Глупости, — отверг Снейп её протесты взмахом руки. — Поттера просто перехвалили. Смог ли бы он на первом курсе дойти до зеркала Еиналеж, если бы ты не сказала ему, какое зелье выпить?       Девушка вспомнила, как логическая задача загнала Гарри в тупик.       — Это была блестящая загадка, — сказала Гермиона. — Даже если она и не остановила Волдеморта.       — Она и не была предназначена для этого, — ответил мужчина, пожимая плечами.       — О… — Она потягивала чай, раздумывая над этим.       — Однако, она должна была остановить Поттера… Остановила бы, если бы он полагался лишь на свой ничтожный ум.       — Упс.       — Да, — согласился Снейп, кивая головой в её сторону. Затем он посмотрел через кухню. — По крайней мере, я старался. Несмотря на склонность Альбуса играть с жизнью мальчишки, я предпочёл использовать определённые меры безопасности.       Его тон был горьким. Гермиона всегда предполагала, что его служение Волдеморту было ужасным, но сейчас задумалась, было ли с Дамблдором намного лучше. Что ему приходилось делать? Прошли годы, а он так же остался похоронен под горой секретов и лжи. Вести двойную жизнь под управлением этих двух манипуляторов должно было быть ужасно. Неудивительно, что он был таким.       — Мне жаль, что мы всегда доставляли тебе столько проблем, — произнесла Гермиона, отставив чашку.       Снейп поджал губы, будто не доверяя её сожалениям. Затем он вздохнул и сказал:       — Насколько я помню, это было взаимно.       Девушка улыбнулась, тронутая признанием и дискомфортом, который оно вызвало. Она встала со стула и села мужчине на колени, заставив его удивиться. В точности повторяя его действия предыдущим вечером, Гермиона взяла его лицо в руки и мягко поцеловала. Низкий голосок донёсся из глубины её души. Он зародился в глубине её сознания, как звук знакомой музыки. Затем он прошептал одно единственное слово:       Любовь.       Сердце тяжело застучало у неё в груди, и Гермиона забыла, как дышать. Разумная часть её сознания тут же отбросила эту мысль. Она делала такие аккуратные шажки, чтобы избежать этого. Это было абсурдным! Снейп показал ей свою уникальную способность причинять эмоциональную боль. Это было смехотворно! Безумно! Какой идиот может влюбиться в такого человека?       Глупая девчонка.       Возвращаясь к сознанию, Гермиона уставилась в его тёмные глаза и почувствовала мурашки, бегущие по коже. В голове её звучали тысячи тревожных колокольчиков.       — Что-то не так? — спросил Снейп, нахмурившись.       Девушка не могла сказать ему. Да и, в сущности, нечего было сказать. Эта сумасшедшая мысль была вызвана лишь недостатком сна или стрессом. Она попыталась придумать что-то в ответ.       — Раз уж мы делаем признания…       — Да?       — Наверное, мне следует признать, что это я подожгла твою мантию на первом курсе.       Снейп запнулся.       — Ты… ты что?       — Я подожгла твою мантию. На первом матче Гарри по квиддичу. Я думала, что ты проклинаешь его метлу.       Она виновато улыбнулась.       — Это был Квиррелл! — воскликнул Северус. — Я выполнял контрзаклятие.       — М-м-м… — Гермиона кивнула и вновь поцеловала мужчину. — Гарри объяснил это позже.       — Ты представляешь, что могло бы случиться, если бы тебя за этим поймали?       — Исключение, я полагаю, — ответила она просто.       Снейп покачал головой и выглядел шокированным.       — Я недооценивал тебя. Я думал, ты была мозгом вашего маленького трио.       — Так и было!       Он фыркнул.       — Поджог на первом курсе, кража из моей кладовой, что дальше?       — Мерлин, полагаю, у меня всегда к тебе что-то было.       Гермиона улыбнулась и скользнула пальцами под ремень его брюк.       Но его нельзя было просто так отвлечь.       — Мы даже не касались друг друга, когда ты училась. Боюсь предположить, какие ещё проступки ты совершала.       — К сожалению, этот разговор придётся отложить. Вы опаздываете на урок, профессор.       Снейп взглянул на часы и выругался. Взяв стопку книг и свитков, он поцеловал Гермиону и встал, довольно бесцеремонно откидывая её на стол.       Девушка попрощалась, наблюдая, как развевается его мантия, когда Снейп вылетел из комнаты. На столе лежал забытый «Ежедневный Пророк», и Гермиона придвинула его ближе. Под газетой лежала небольшая книга, название которой Гермиона тут же узнала. Зная, что учебник понадобится Снейпу для его первого урока, она выбежала из кухни, чтобы успеть перехватить его.       Гермиона пролистывала учебник, выходя из жилых комнат. Сложные графики сбора ингредиентов проносились с большой скоростью, создавая калейдоскоп столбцов и колонок. Посередине учебника лежал клочок бумаги. Девушка практически не обратила на неё внимания, но одно слово заставило её споткнуться на ходу: Аглист.       Остановившись посреди комнаты, Гермиона достала бумагу, которая оказалась заметкой из какого-то журнала. Она попыталась найти дату, но её не было. Просто маленькая заметка — вырезка рассказывала о группе молодых учёных, которые присоединились к Аглист после трагической смерти Николая Бруковски. Её живот завязался в узел. Прошло несколько недель с того момента, как Люциус угрожал ей, и теперь она поняла, почему он отступил.       Гермиона положила вырезку на место. Беспорядочные мысли вертелись у неё в голове, пока она пыталась понять, чем это может обернуться. У Люциуса могла быть только одна цель, с которой он нанял учёных волшебников. Девушка закусила губу, задаваясь вопросом, как много времени им понадобится, чтобы достигнуть её результатов? Невозможно было это предугадать — слишком много было переменных. И Гермиона не могла ни на чём сконцентрироваться, потому что её мозг постоянно возвращался к одной мысли: Снейп.       Как давно он знал о новой команде в Аглист? Почему не сказал об этом ей? Как будто от силы её мыслей дверь в комнату испарилась. Снейп вошёл в комнату, останавливаясь как вкопанный при виде неё.       Недолго думая, Гермиона натянула на лицо улыбку и подошла к нему.       — Ты забыл одну книгу, — сказала она, пихая ему в руки учебник.       Мужчина напряжённо смотрел ей в глаза в течение долгих секунд.       Её улыбка не угасла. Зная, что лучшая защита — это нападение, Гермиона тоже нахмурилась и спросила:       — Что-то не так? Ты забыл что-то ещё?       Покачав головой, Снейп посмотрел на учебник.       — Нет, только это.       Он поцеловал её в щёку и вышел.       Её плечи расслабились, и Гермиона задалась вопросом, почему она не спросила его о вырезке. Правильно ли, что она настолько подозрительна, или она должна полностью доверять ему?       Глупая девчонка.       Гермиона вспомнила, о чём думала ранее, и её живот сделал сальто. Она опять попыталась прогнать это назойливое слово. Она не влюбилась в Снейпа. Ведь не это ли подтвердила её реакция на найденную вырезку? Если бы она его любила, то доверяла бы ему.       Она знала, что это слабый аргумент. Секс в кладовой требовал значительного доверия. Девушка направилась в душ, пытаясь понять причину своих сомнений. Одно дело — было не доверять ему сердцем — тут виной была, скорее, её осторожность. Её же работа в Аглист никогда не вызывала у него сомнений. Снейп был единственным человеком, кроме Кингсли, кому она раскрыла правду. Гермиона пыталась понять, почему промолчала о вырезке. Всё это возвращало её лишь к одному вопросу.       Почему мужчина скрыл это от неё?       Она нахмурилась и опять закусила губу. Гермиона подозревала, что причиной всему была её реакция на приглашение в Малфой-мэнор. То, что Снейп не доверял ей, было больно, пусть это было и взаимно. Однако, она не могла винить его в том, что мужчина хотел избежать повторения недавней ссоры. Девушка практически могла слышать, как Снейп говорит ей успокоиться и умерить свою реакцию относительно Люциуса и его планов.       Решив провести утро в ванной, полной пены, Гермиона выкрутила все краны, пока запах миндаля и апельсина не наполнил комнату. Она может спросить Снейпа о вырезке вечером. Вздыхая, девушка выключила воду и отказалась от этой идеи. Её возмущение вряд ли докажет её способность сдерживать чувства. Особенно если его предполагаемая защита — нежелание расстраивать её — только ухудшит её позицию.       Возможно, лучше будет не предпринимать никаких действий.       Погружаясь в ванну, Гермиона закрыла глаза и позволила горячей воде облегчить напряжение её тела. Она пролежала в воде несколько часов, пытаясь очистить сознание от страха и сомнений.