Напарники II. Наследие

      Натаниэль сел на некое подобие кровати и приложил к губам мокрый и холодный платок, не особо любезно протянутый ему Фантомхайвом. — Спасибо.       Сиэль громко хмыкнул и отвернулся, внимательно изучая «хоромы», в которые их поселили. Сейчас они находились в той самой раздолбанной пристройке, которую заприметили ранее. Граф мерил шагами небольшую комнату с одним грязным окном, из которого дуло так, словно его там и не было, а его придирчивый взгляд блуждал по трем двухэтажным кроватям. Одна из таких явно была занята — крайняя слева. Покрывала на ней выглядели чуточку опрятнее, чем у других, да и пара ботинок, на которые случайно наткнулся Сиэль, когда заглядывал по углам, сказали о том, что здесь точно кто-то живет. — Хуже быть просто не может, — негромко протянул Фантомхайв, остановившись, наконец, напротив центральной кровати.       Натаниэль хмыкнул, отнимая платок от лица. — Может, поверьте. Все дело в воображении, — философски изрек Натаниэль. Пальцы мерзли и не слушались, пострадавшая губа саднила, а при каждом выдохе волшебник был готов в любой момент увидеть облачко пара. Однако несмотря ни на что, он прекрасно знал, что это лишь начало их сложной работы здесь. Как бы оптимистично парню не хотелось воспринимать происходящее, хмурое настроение напарника вгоняло Натаниэля в уныние и навевало меланхолию.       Волшебник встретился взглядом с Фантомхайвом и какое-то мгновение пытался понять, что же означало это выражение его лица. Замешательство? Быть того не может — граф в любой ситуации знал, что сказать и, обычно, при этом за словом в карман не лез. Это была, своего рода, его личная особенность — высказывать напрямик то, что ему не нравилось, причем делать это с таким достоинством, будто его точка зрения была единственно правильной на всем белом свете. — Зачем вы это сделали? — хмуро поинтересовался Сиэль, скрестив руки на груди. Голубой глаз пристально вглядывался в лицо волшебника, словно у него ответ был на лбу написан. Но теперь, по крайней мере, стало ясно, что же не давало Фантомхайву покоя те последние двадцать минут, что он ходил из угла в угол как загнанный в ловушку зверь. — Простите, мне не стоило вмешиваться? — скептически приподнял бровь Натаниэль и пожал плечами. — Хорошо, в следующий раз не буду.       Граф раздраженно качнул головой, отчего волосы упали ему на лицо, прикрыв открытый голубой глаз. — Я понимаю, что мы должны поддерживать легенду, но я могу справиться с одним заносчивым болваном и без вашего участия.       Натаниэль шумно выдохнул. Вот еще одна причина, по которой делать их братьями было крайне неразумно. — Видно, вы забыли, что значит состоять с кем-то в родстве, — негромко ответил волшебник, пристально глядя на мальчишку. Не хотелось его лишний раз провоцировать, но они должны договориться и выработать свою линию поведения сейчас, иначе последствия их несогласованных действий могут оказаться действительно плачевными. — Обычно, старшие братья защищают младших.       Сиэль прищелкнул языком. — Мне понятен ваш мотив, Мэндрейк — не нужно думать, будто я не знаю таких элементарных вещей. Но вы могли бы и не спешить демонстрировать свою «братскую» привязанность, вместо того, чтобы нарываться по пустякам. Поверьте, я бы нисколько не огорчился, если бы вы не вмешались.       Натаниэль скептически приподнял бровь. Он это серьезно? Продолжает строить из себя самоуверенного и всесильного даже сейчас — когда он здесь совершенно беззащитен? Что ж, ладно. — Как скажете, граф. Больше подобных поступков вы от меня не дождетесь.       Сиэль хмуро кивнул, считая разговор оконченным. Натаниэль мог бы с ним поспорить, но не стал ввиду отсутствия настроения и желания. Хватит с него «жестов» на сегодня. Мальчишка, тем временем, прошелся крайне внимательным взглядам по свободным кроватям и указал на крайнюю справа. — Я буду спать внизу, если вы не возражаете.       Волшебник передернул плечами и равнодушно произнес: — Как хотите.       Натаниэль отнял платок от лица и аккуратно потрогал ушибленную губу холодными пальцами. Тихо прошипев от неосторожного движения, он снова приложил импровизированный компресс к пострадавшей части лица и в этот момент дверь в их комнату резко распахнулась.       На пороге оказались двое мальчишек. Первый был долговязым и тощим, словно его в какой-то момент сильно потянули за уши, да так нескладным и оставили. Рыжие патлы, слепленные в комки от грязи, хаотично торчали в разные стороны и это снова, как и совсем недавно волосы Кастора, почему-то вгоняло Натаниэля в необъяснимый ступор. Почти все лицо парнишки было усыпано веснушками, а карие глаза смотрели на новоприбывших с нескрываемым любопытством. Натаниэль подумал о том, что этот паренек вполне мог быть ровесником графа или его собственным. А вот второй мальчишка, прячущийся за спиной у первого, был ниже и явно младше. То ли ему было страшно, то ли он просто стеснялся, но из-за спины старшего товарища выглядывали лишь несколько прядей темно-русой неровной челки и один серый глаз, в котором читалась настороженность. — Это было очень глупо, но чертовски классно, — с порога авторитетно заявил рыжеволосый, делая шаг вперед к Натаниэлю и протягивая ему руку в перчатке, у которой были в дырках все пальцы. — Меня зовут Уильям. Можно просто Уилл. А это позади меня — Джо, — он небрежно указал пальцем себе за спину, где продолжал прятаться второй паренек. — Он всегда молчит, поэтому я без понятия, умеет ли он вообще разговаривать, — Уилл негромко хохотнул и снова вернул свое внимание гостям. — А тебя Натаниэль звать, да? Забавное имя, но слишком уж длинное… — он на мгновение задумался, а затем его лицо просветлело. — Буду называть тебя Нат. Не возражаешь?       Когда Натаниэль встал, чтобы пожать руку Уиллу, оказалось, что они примерно одного роста. Волшебник попытался выдавить из себя дружелюбную улыбку, но губу саднило, поэтому он бросил эту затею, ограничившись лишь кивком головы. — Не возражаю, — ответил граф и повернулся к хмурому напарнику, который скучающе наблюдал за разворачивающейся сценой из-под сизой челки. — Это мой брат Элиот. — Здоро́во, — просто поднял руку в знак приветствия их новый сосед, на что Фантомхайв не очень выразительно качнул головой и отвернулся к окну, крайне ясно выражая свое отношение к происходящему. Волшебник едва удержался от красноречивого вздоха и в этот момент заметил, что Джо, наконец-то высунувшийся из-за спины Уилла, с любопытством принялся разглядывать прямую спину Фантомхайва. — Ээ… — Уилл застыл с приподнятой рукой, а затем перевел растерянный взгляд с Сиэля на Натаниэля. — А он у тебя че, тоже не разговаривает? — Фа… Элиот? — тут же поправил себя волшебник, надеясь, что его оплошность не будет слишком заметна. — Он умеет. Просто не очень любит.       Хоть Натаниэль и не видел в этот момент лица своего напарника, ему вдруг отчетливо показалось, что взгляд голубого глаза сейчас направлен на него с желанием прожечь дыру в затылке. — А, — протянул Уилл, пожимая плечами, а затем участливо поинтересовался: — Контузия?       Волшебник хотел открыть было рот, чтобы опровергнуть это предположение, как вдруг Фантомхайв, видимо, потеряв терпение, решил снизойти до простых смертных и их разговора, повернувшись лицом и довольно грубо бросив: — Со мной все в порядке, и я абсолютно нормален. — О, — протянул Уилл, криво усмехаясь — Натаниэль автоматически отметил, что у него не хватает пары передних зубов. — Теперь вижу. Извиняй, если обидел. Хотя у нас тут особо нормальных-то и нет — все с какими-то странностями, — он пожал плечами.       Волшебник нахмурился, склонив голову набок. — В каком смысле? — Да во всех, — хмыкнул Уилл и, добравшись до занятой кровати, которую они заприметили ранее, шумно плюхнулся на нее. Джо, не отцепляющийся от темного жилета своего друга, аккуратно сел рядом, то и дело украдкой бросая на Фантомхайва любопытные взгляды. Судя по реакции графа, Сиэль это замечал, но нарочно игнорировал, с пристальным вниманием вслушиваясь в беседу. Натаниэль был рад, что именно ему предоставили возможность вести разговор. Волшебник понятия не имел, какая муха укусила графа, но он был сильно не в духе, причем гораздо больше, чем Натаниэль хоть когда-либо видел. — У кого с головой «того», — тем временем начал Уилл, многозначительно покрутив пальцем у виска, — кто-то не разговаривает, как Джо, кто-то постоянно бродит во сне… Вон Ларри каждый день божится, что по ночам разговаривает с призраком, которого зовут Боб. Нет, вы такое слышали?       Натаниэль поджал губы и обернулся к Фантомхайву. Тот в ответ многозначительно покачал головой и скрестил руки на груди. Было вполне очевидно, что на Сиэля подобные новости не произвели никакого впечатления. Впрочем, волшебник тоже не был склонен доверять подобного рода историям, учитывая то, что последний «призрак», с которым они сталкивались, оказался просто больным человеком во власти могущественного артефакта. — Значит, у тебя тоже есть какая-то… странность? — осторожно поинтересовался волшебник, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. В каком-то смысле их с Фантомхайвом тоже определенно не назовешь обычными людьми… Неужели они оказались здесь не просто так? — А я все ждал, пока ты спросишь! — воскликнул Уилл, широко усмехаясь. — У меня самая забавная штука из всех — я вижу всякое. — Галлюцинации? — громко поинтересовался Сиэль, и Натаниэль обернулся к нему. Фантомхайв все еще стоял со скрещенными на груди руками, аккуратно прислонившись к столбику кровати, и не сводил скептичного взгляда с их нового рыжеволосого соседа. — Что в этом может быть забавного? — Галлю… что? Вот это словечко, — рассмеялся Уилл, проводя рукой по своим спутанным грязным волосам. — Ты где такое откопал, а, Элиот? Уж очень заумное.       Натаниэль услышал, как Фантомхайв пробормотал себе под нос что-то неразборчивое. — Ну, вся забава в том, что всегда интересно, чего подкинет фантазия, — пожал плечами Уильям, равнодушно глядя на Сиэля. — Здесь развлечений особых нет — не знаю, где вы жили до этого, но этот работный дом наихудшая дыра из всех, где мне доводилось бывать. Вот и радуюсь, чему могу. В последнее время, правда, поводов все меньше — вон тут дети пропадают… — он трагично замолчал, неуверенно закусив губу, будто взболтнул чего-то лишнего. Натаниэлю не составило особого труда понять, что Уилла просто-таки распирает от желания рассказать об этом поподробнее. В конце концов, именно за этим они приехали, а значит, не будет ничего плохого в том, чтобы сыграть их соседу на руку. Услышав упоминание о пропавших, Джо вцепился в жилетку Уильяма еще сильнее и вперился широко раскрытыми глазами в пол. — Да, мы об этом слышали, — на выдохе произнес Фантомхайв, когда пауза затянулась. Натаниэля внезапно заинтересовала такая реакция мелкого мальчишки — тот даже перестал с любопытством разглядывать Сиэля и теперь лишь крепче цеплялся тонкими грязными пальцами за жилетку друга. Цеплялся настолько сильно, будто от этого зависела его жизнь. — Они жили не здесь, не в этой комнате, но все равно были нашими соседями, — грустно начал Уилл, хотя было в его лице что-то неестественное. У Натаниэля сложилось впечатление, что его эти загадочные исчезновения больше забавляют, чем угнетают, и, скосив взгляд на напарника, пришел к выводу, что Фантомхайв думал о том же. — Энди, Лу, Гарри и Крис. Крис был самым младшим и тоже любил спать внизу, как и ты, Элиот.       Сиэль на мгновение бросил взгляд на кровать, и на секунду Натаниэлю показалось, что его голубой глаз будто остекленел. Что это значило, он не понял, но уже в следующий момент Фантомхайв вновь вернулся к своему обычному состоянию скучающего скептика, несколько раздраженно глядя на Уилла. — Они исчезали прямо из комнаты? — поинтересовался Натаниэль, и их сосед очень энергично закивал. — Да, мы ложились спать, а наутро уже одного не было. Сначала Крис, потом Энди, за ним Лу, а потом подошла очередь Гарри… — Уильям на мгновение замолчал и скривился. — Гарри мне никогда особо не нравился. Всегда умничал, закладывал других, ходил в любимчиках у надзирателей… Вон Джо от него тоже часто перепадало, не так ли, Джо?       Натаниэль и Сиэль перевели взгляды на мальчика, но тот только сильнее прижался к Уиллу, продолжая немигающим взглядом смотреть в пол. — М-да, от него многого не добьешься, — усмехнулся парнишка, когда ожидаемо Джо ничего не сказал. — Но я думаю, он видел, как исчез Гарри. — Правда? — Натаниэль в удивлении приподнял бровь. — Агась. Умеете хранить секреты? — подался вперед Уильям, заговорщицки глядя на своих новых соседей. Графам ничего другого не оставалось, как кивнуть и приготовиться услышать что-то стоящее. — Когда нас разбудили тем утром, я обнаружил, что Джо, сидит в углу, — Уилл пальцем указал на угол, где стояла двуспальная кровать, выбранная графами, — и тихо воет. Никогда такого от него не слышал. Клянусь сегодняшним обедом, мне было до чертиков жутко. Комната, в которой мы жили не отличается от этой, так что мне все равно не по себе всякий раз, когда просыпаюсь утром.       До чуткого слуха Натаниэля донеслось красноречивое фырканье Фантомхайва, и волшебник дал себе мысленное указание узнать, что же такого случилось, что обычно холодный и равнодушный граф теперь стал фонтанировать эмоциями. Неужели он считает, что это дело не стоит его талантов? Может оно и так — Натаниэль и сам толком не знал, что им нужно здесь искать, но вот так проявлять недовольство было грубо, даже по отношению к этим детям.       Отвлекшись от мыслей о Сиэле и снова взглянув на Джо, Натаниэль прикинул, сумеют ли они разговорить мальчишку. Странно, что дворецкие королевы не упоминали о том, что был свидетель похищения… А хотя — волшебник перевел задумчивый взгляд на рыжеволосого соседа — если тот никому ничего не сказал, то, возможно, они об этом и не могли узнать. — Уилл, ты никому не говорил о том, что Джо был свидетелем исчезновения? — как бы между прочим поинтересовался Натаниэль, надеясь, что его вопрос не будет выглядеть слишком подозрительным. Кто знает, может Уильям куда проницательнее, чем кажется на первый взгляд. Раз уж Фантомхайв не проявлял особого энтузиазма в разговоре, приходилось действовать самому. — Не-а. Джо бы мне никогда такого не простил… Да и вам я рассказал только потому, что ты ему явно нравишься, — Уилл небрежно ткнул указательным пальцем в сторону Сиэля и тот невыразительно хмыкнул. — А если Джо кто-то нравится, то ему можно доверять. — Откуда ты знаешь? — звучно спросил Фантомхайв и в его голосе проскочил намек на любопытство.       Уильям пожал плечами. — Просто знаю. Самая главная странность Джо не в молчании, — доверительно поведал парень вполне серьезно глядя на своих новых соседей. — С теми, кто не нравится Джо, всегда случается что-то непоправимое.       Натаниэль все ожидал, что сейчас Уилл ухмыльнется и скажет, что все это шутка, но шли секунды и ничего не происходило. Где-то недалеко раздался звон колокола и оба паренька встали — Джо по-прежнему не отцеплялся от жилета Уильяма. — Время обеда, идем. А то если опоздаем, все съедят без нас.       И, не дожидаясь ответа от графов, Уилл взял на руки Джо и выбежал из комнаты также стремительно, как десять минут назад вбежал в нее. — Что скажете? — Натаниэль перевел взгляд на хмурого Фантомхайва, отмечая, что граф все еще не в духе и вряд ли выйдет из этого своего состояния в ближайшее время. — Не уверен, что мне есть, что сказать. — Сперва нужно разговорить Джо, — уверенно ответил Натаниэль, надевая перчатки. — Узнать, что он видел. И это определенно ляжет на ваши плечи, граф.       Фантомхайв вдруг крайне неприязненно взглянул на него и холодно ответил: — Не указывайте мне, что делать, Мэндрейк, и запомните на будущее: не смейте говорить за меня перед кем бы то ни было. Впредь я такого не потерплю, вам ясно?       Натаниэль не отводил глаз от колкого ледяного взгляда, направленного в свою сторону. Что бы ни послужило причиной раздражения Фантомхайва, тот определенно не хотел это обсуждать. Впрочем, на какие-либо откровенности с его стороны волшебник никогда не рассчитывал, но все же ему хотелось верить, что однажды они сумеют действительно работать сообща. Глядя сегодня на то, как Уилл печется о мелком Джо, Натаниэлю пришло в голову, что они куда больше походили на братьев, чем он с Фантомхайвом когда-либо будут. Волшебник подавил внезапный наплыв тоски, списав все на атмосферность этого места, и уже на пороге обернулся к Сиэлю, чтобы ответить на его выпад. — Вполне. Но со своей стороны я хочу напомнить вам, что я не ваш дворецкий и что мы с вами в равном положении. Не забывайте об этом, пожалуйста, — в тон ответил Натаниэль и вышел, не дожидаясь, пока Фантомхайв последует за ним.

***

      В большой столовой было необычайно тихо — лишь едва слышно стучали ложки о тарелки с какой-то невнятной коричневой субстанцией, которую Натаниэль сперва принял за овсяную кашу. Собственно, тут он сильно ошибся и сморщившееся лицо Фантомхайва, который сидел напротив, было тому явным подтверждением.       Незаметно оглядевшись по сторонам Натаниэль отметил, что здесь никто ни с кем не заговаривал, даже в сторону соседа смотреть было нельзя. Но дети на то и дети: многие из них бросали на новоприбывших любопытные взгляды. Больше, конечно, волшебник ловил их на себе. Видимо, юные обитатели работного дома давненько не видели, чтобы надзирателям смел хоть кто-то перечить. Словно прочитав мысли Натаниэля, их новый знакомый Чарли, который ходил между рядами, пристально наблюдая за жующими ртами детей, внезапно воскликнул, рассекая воздух между рядами плетью. — А ну живо уткнулись в свои тарелки, мелкие твари, иначе проведете ночь голыми на снегу!       Угроза подействовала незамедлительно. Тут же все взгляды устремились лишь вниз и Натаниэль, с едва слышным вздохом, последовал примеру большинства. Украдкой взглянув на Фантомхайва, он отметил, что Сиэль безуспешно пытается совладать с рвотным позывом и смотреть куда угодно, лишь не на еду, стоящую перед ним. Да уж, это явно не деликатесы, к которым приучил графа демон-дворецкий… Но с другой стороны, если Сиэль не будет есть, того и гляди свалится в голодный обморок или еще что похлеще. — Эй, принцесса, не нравится, что ли? — громко сказал надзиратель, увидев, что граф совершенно не притронулся к еде. Волшебник вскинул голову, внимательно наблюдая за происходящим. Как и просил Фантомхайв, Натаниэль не собирался вмешиваться, раз уж гордый граф не терпел подначек. Он искренне считал, что это глупо, но говорить такое прямо в лицо Сиэлю было почти самоубийством. В конце концов, они должны действовать сообща, а не вставлять друг другу палки в колеса, особенно здесь… Однако Натаниэль вдобавок ко всему все еще немного злился на графа, поэтому принципиально решил не вмешиваться, что бы ни случилось. Может, хоть после хорошей взбучки у Фантомхайва хватит мозгов не строить из себя черт знает кого только потому, что ему гордость не позволяет выглядеть слабым. — Я неважно себя чувствую, — тихо, но твердо сказал Фантомхайв, глядя на высокого надзирателя с рассеченной губой из-под челки. Это был один из тех взглядов, которые Натаниэль все еще не мог трактовать однозначно. Временами ему казалось, что он понимает графа, а иногда он мог быть абсолютной загадкой. Только в одном волшебник был относительно уверен: за каждым поступком или словом Фантомхайва скрывается какой-то мотив. Очевидный или нет, но Натаниэль в своих выводах нисколько не сомневался. Возможно, даже его желание относительно того, чтобы волшебник ни во что не вмешивался, тоже было продиктовано каким-то заранее продуманным ходом. Ему не нравилось чувствовать себя пешкой в руках графа, но еще больше его нервировал тот факт, что он практически ничего не может с этим поделать. Они с Бартимеусом не ровня демону из преисподней, это факт. И если в какой-то момент Фантомхайв решит, что от человека по имени Джон Мэндрейк больше вреда, чем пользы, он просто от него избавится, без каких-либо угрызений совести… — Никчемный щенок! Не нравится, да?! — Чарли изо всех сил замахнулся свободной рукой и ударил Сиэля по лицу. Тот свалился со скамьи на пол с едва слышным стоном. Никто даже и головы не повернул в его сторону — все дети продолжали быстро поглощать свой обед, не обращая ни на что внимания. Они были запуганы и старались вести себя как можно тише, чтобы и за них не взялся надзиратель. Натаниэль сцепил зубы и уткнулся взглядом в тарелку. Но прежде чем сделать это, он наткнулся на сочувствующий взгляд Уилла, который сидел вместе с Джо за противоположным длинным столом.       «Я бы ему помог, — проплыло в голове волшебника. — Я бы помог ему, но он велел этого не делать. Упрямый эгоистичный мальчишка». На Фантомхайва обрушился поток из еще нескольких ударов, но Сиэль не издавал ни звука. Видимо, Чарли не слишком интересно было избивать не плачущую жертву, поэтому через какую-то минуту схватив графа за волосы, он силой усадил его обратно на место и ткнул носом обратно в тарелку. Натаниэлю показалось, что в этот момент Цепного Пса действительно чуть не стошнило. — Заканчивайте все и живо к работе!       Все как по команде вскочили со своих мест, быстро, но абсолютно не суетливо относя свои тарелки к большим ржавым умывальникам. Все движение детей были выверены и отточены до миллиметра — никто никого не толкал, не наступал на ноги, не пихался локтями. Они действовали, словно по единой хорошо слаженной схеме и только два графа выделялись на фоне остальных. — Вы в порядке? — едва слышно шепнул Натаниэль, когда пришла их очередь и они с Фантомхайвом оказались плечом к плечу у растущей горы грязной посуды. — Переживу, — сквозь стиснутые зубы откликнулся граф и, отвернувшись, чинно проследовал за остальными детьми. Волшебнику ничего не оставалось, как поспешить следом. Он негромко вздохнул и, стараясь не упускать из виду Сиэля, время от времени осматривался, чтобы лучше понимать, что представляет из себя это место. Почему-то Натаниэлю смутно казалось, что это здание строилось не для того, чтобы здесь был работный дом. Он даже не мог сказать, почему именно так думал, это было просто какое-то невнятное ощущение. Волшебнику не терпелось встретиться со слугой и выяснить, кто был владельцем этого места до Уорни и почему этот человек его продал. Возможно, это прольет хоть немного света на все эти исчезновения… — Пошевеливайтесь, давайте! — послышался впереди голос второго надзирателя — Джеймса — и дети привычно засеменили к своим местам, не обращая внимания друг на друга. Натаниэль несколько растерялся, когда они с Фантомхайвом остались единственными стоящими посреди рабочей зоны, но в какой-то момент почувствовал, как кто-то дернул его за рукав и, обернувшись, увидел Уилла, который жестом поманил их за собой. Джо, как и прежде, цеплялся одной рукой за край его жилета.       Подав знак Сиэлю, они вчетвером последовали в самый дальний угол и сели на деревянные ящики. Перед ними стояли горшки со ступками, а около ног лежали мешки с костями каких-то мелких животных. Краем глаза Натаниэль заметил, что Фантомхайв приложил руку тыльной стороной ладони ко рту и невольно ему посочувствовал. — Спасибо, — едва слышно шепнул волшебник Уильяму и тот моргнул, давая понять, что услышал. Сейчас он выглядел абсолютно не так, как тогда, когда они разговаривали в комнате. Взгляд карих глаз был серьезен и сосредоточен, а сам он очень быстро и ловко измельчал ступкой твердые кости. По сравнению с ним и даже с Джо, оба графа работали как улитки, медленно разбираясь каждый со своим мешком. Волшебник не мог нормально сосредоточиться на работе, поскольку все время бросал на Сиэля настороженные взгляды. Фантомхайв выглядел бледным и больным, хотя пробыл здесь не более двух часов. Запоздало в голову Натаниэля пришла мысль, что раз уж граф рано встал, то, скорее всего, он не завтракал и от скудного обеда тоже отказался, поскольку его тошнило от одного его вида. И как только такая волевая личность физически могла быть столь слабой?..       Время тянулось медленно. Когда потемнело, надзиратели зажгли свечи и стали ходить с ними между рядами, изредка вставляя какие-нибудь замечания. Никто не поднимал головы, никто не отвечал — все, словно под гипнозом монотонно работали, не выказывая ни тени усталости. — Если вы не успеете покончить со своими мешками до девяти, будете сидеть здесь без ужина всю ночь, — тихо шепнул Натаниэлю на ухо Уилл, когда выдалась возможность. Волшебник скосил взгляд на Фантомхайва и понял, что предупреждению их нового соседа, очевидно, суждено сбыться. Сам граф полагал, что успеет к положенному времени справиться со своей работой, но глядя на то, сколько еще осталось костей в мешке Сиэля, понимал, что Фантомхайв со своим объемом не совладает. Натаниэлю ничто не мешало бы оставить тут Цепного Пса одного, а самому заняться расследованием, но почему-то ему казалось, что это будет как-то не по-товарищески. Хоть сам Фантомхайв, сложись обстоятельства противоположно нынешним, скорее всего, просто бы его бросил. Подумав об этом какое-то время, волшебник пришел к выводу, что не хочет походить на своего напарника и поэтому сознательно немного замедлил темп работы. Заметив, что делает его новый сосед, Уилл лишь усмехнулся самым краешком губ.       «Если бы он только знал, почему я на самом деле это делаю», — страдальчески пронеслось в голове Натаниэля. — У вас осталось пять минут, маленькие дармоеды. Вы знаете правила — кто не успевает с работой, остается здесь на ночь без ужина! — громко проорал Чарли, пристальным взглядом скользя по разноцветным грязным макушкам.       Казалось, дети заработали еще быстрее после этих слов, хотя многие уже закончили и смиренно сидели на своих местах, ожидая, когда же прозвонит колокол. Уилл и Джо были как раз из таких. Увидев, что у «братьев» не ладится с работой и они рискуют остаться здесь до утра, уходя, Уилл шепнул на ухо сидящему волшебнику: — Не переживай, Нат, мы с Джо че-нить сообразим, а то твой брат уж очень плохо выглядит.       Натаниэль скованно улыбнулся, надеясь хоть так выразить благодарность за участие. Когда они уходили, волшебник заметил, что Джо неотрывно следит за низко опущенной головой Фантомхайва. — А вот и наши победители, — громко хохотнул Чарли, угрожающе медленно приближаясь к ним. Сиэль, впервые за несколько часов, соизволил поднять голову и посмотреть на надзирателя. Будь сейчас Фантомхайв в Лондоне с демоном под боком — Чарльзу оставалось бы лишь молиться. И то, вряд ли бы это принесло ему хоть какую-то пользу… Но, увы, сейчас ничего этого не было — лишь два подростка с непростым заданием без какого-либо оружия. Не лучший расклад против громилы с рассеченной губой, который очень сильно напоминал серийного убийцу. — А вы любители выделиться, не так ли? — надзиратель наклонился ниже, и Натаниэль едва не поморщился, уловив его вонючее несвежее дыхание. В помещении, где и так витали не самые приятные запахи, этот был во сто крат хуже. — Что ж, это ваши проблемы. Счастливо оставаться, принцесса, — хохотнул напоследок Чарльз, взглянув на Сиэля, когда Джеймс недовольно позвал его — они должны были уйти, заперев за собой дверь на навесной замок до самого утра. Натаниэль понятия не имел, как Уилл мог бы им помочь и боялся, что если они с Джо будут не слишком осторожны, то тоже могут попасть в неприятности… — Давайте я вам помогу, — тут же предложил волшебник, когда они остались вдвоем в едва освещаемом помещении. Даже при свете двух свеч Натаниэль заметил, как знакомо вытянулось в недовольстве лицо Фантомхайва от этого предложения. — Я могу с этим справиться и без вас. Мы здесь на задании, Мэндрейк, а не на благотворительном вечере, — удивительно твердо произнес граф, несмотря на свой весь откровенно жалкий вид. — Вместо того, чтобы сидеть здесь, вы должны были заниматься расследованием, а не… — Вам кто-нибудь говорил, что иногда вы бываете жутко невыносимы? — огрызнулся Натаниэль, но тут же одернул себя — если и он сейчас начнет раздражаться, то долго они так не протянут. — Я понимаю, что вам здесь не нравится — мне, признаться честно, тоже. Но вы понимали, на что шли, а ведете себя так, словно вас заставили заниматься этим расследованием насильно. — Много вы понимаете, Мэндрейк! — чуть повысил тон голоса Фантомхайв, и Натаниэль неожиданно осекся, понимая, что не это ожидал услышать. Сиэль, тем временем, нахмурился и вернулся к работе. От его прерывистого тяжелого дыхания, пламя рядом стоящей свечи сильно колыхалось. — Боюсь, я вас не совсем понимаю, — осторожно начал волшебник, наблюдая за тем, с каким остервенением Фантомхайв принялся разделываться с ни в чем не повинными костями. — А понимать здесь нечего, — недобро сверкнул в полутьме голубой глаз. — С тех пор как вы появились, Мэндрейк, вся моя жизнь пошла наперекосяк. Полагаю, мне не за что быть вам благодарным.       Видимо, посчитав разговор оконченным, Сиэль вернулся к работе. Натаниэль продолжал какое-то время недоуменно смотреть на него, не совсем понимая, в чем виноват перед графом на этот раз. Да, они не особо ладили, не особо доверяли друг другу, но раз уж судьба во второй раз свела их вместе (Натаниэль тут же с некоторым скептицизмом напомнил себе, что это была отнюдь не судьба, а королева), то на это наверняка были какие-то причины. Фантомхайв не мог не признавать очевидным тот факт, что в чем-то они оба были похожи, но эта схожесть, видимо, их только отталкивала. — Знаете, граф, я все-таки вам помогу, — через какое-то время негромко сказал Натаниэль, когда закончил со своим мешком. — Вам нужно как следует выспаться — завтра будет тяжелый день.       Натаниэль почти физически был готов к колкому ответу в свой адрес, однако к его удивлению, такового не последовало. Сиэль оставался сидеть на месте и какое-то долгое мгновение просто смотрел на него без какого-либо выражения. Он словно бы колебался, прежде чем на что-то решиться, поэтому его голос, прозвучавший несколькими секундами позже, казался каким-то надтреснутым. — Я… Возможно я был немного резок с вами, но хочу, чтобы вы поняли, Мэндрейк — я сам могу о себе позаботиться. Мне не нужны ваши благородные жесты, потому что в них нет никакой необходимости. Если уж мне действительно понадобится от вас помощь или услуга, я попрошу о ней прямо, без утаек и увиливаний, чего, впрочем, ожидаю и от вас. Прошу это запомнить, чтобы впредь вы не торопились поступать столь опрометчиво, как сегодня. Надеюсь, мне не придется более возвращаться к этому вопросу?       Натаниэль какое-то долгое мгновение смотрел в голубой глаз, который в неверном свете свеч казался почти черным. Волшебник видел, что Цепной Пес едва держит себя в руках, но продолжает сохранять остатки достоинства, будто это самое главное его сокровище. В конце концов, Натаниэль тихо выдохнул, не имея больше сил спорить с упрямым малолетним графом: — Хорошо. Будь по-вашему, Фантомхайв. — Спасибо, — кивнул Сиэль и вернулся к прерванному занятию. Волшебник еще пару секунд наблюдал за ним, а затем встал и прошелся между ящиков, которые служили детям в качестве стульев, разминая затекшие мышцы. Он так устал, а ведь находился здесь всего ничего — каких-то полдня, а казалось, что целую вечность. В голове было непривычно вязко и пусто, собственно, как и в животе. Есть очень хотелось, но Натаниэль не хотел придавать этому слишком большого значения, вспоминая, что Фантомхайву за весь день поесть так и не удалось. Все-таки, был еще человек, которому определенно точно было куда хуже, чем ему.       Натаниэль остановился посреди помещения, когда услышал звон колокола. Отбой. Мгновение подумав, он нашарил рукой один из ящиков и притащил его к стене. Взобравшись на него, волшебник встал на носочки и выглянул в высокое окно. Его взгляд выхватил лишь качающиеся от ветра верхушки деревьев и темное беззвездное небо. На улице опять была метель. Наблюдая за буйством природы Натаниэль надеялся, что Уиллу хватит ума не подвергать себя и Джо ненужному риску.       В конце концов, это всего лишь одна ночь.