Напарники II. Наследие

      Грохот стоял невыносимый. Сиэль продолжал прижимать руки к ушам, и безуспешно пытался выяснить, откуда доносился противный скрежет. Спустя пару минут он стал ритмичным, но к нему добавилась еще пара звуков: один был лязгающий, словно металл ударялся о металл, а другой шипящим, будто масло налили на горячую сковороду. Графу на ум пришло некое сравнение с кузницей, однако эта самая кузница должна была тогда быть просто невероятных размеров. Скорее всего, и Сиэль был почти уверен в этом выводе, они с Джо находились под землей. И, вполне возможно, они были в самом центре этой адской машины, издававшей такие странные звуки. Чтобы скрыть от посторонних глаз такой агрегат, пока что неизвестного назначения, нужно было иметь много места, но ведь Мэндрейк проверил все три постройки работного дома вдоль и поперек и ничего не нашел. Это значило только одно: они с Джо наверняка находились где-нибудь в лесу. Или, если точнее, под ним.       Сиэль поднял голову, с прижатыми к ушам ладонями и посмотрел через прутья клетки на каменный свод. С него сыпалась пыль от каждого лязгающего удара. Интересно, на какой именно глубине они с мелким находились?.. Теперь, по крайней мере, понятно было, почему поисковые партии никого не нашли. Если сирот забирали сюда, под землю (а Сиэль был уверен в том, что они были здесь, судя по количеству пустых клеток), то шанс найти вход в это место в заснеженном лесу почти приравнивался к нулю. А учитывая с каким «усердием» могли искать детей надзиратели, пропавшим мальчишкам оставалось только посочувствовать.       Граф с нетерпением ждал появления Себастьяна в любой момент, однако тот, судя по всему, не спешил его спасать. Мальчик понимал, что демон вряд ли брезгует своими обязанностями из простой прихоти, а это значило, что на пути дьявольски хорошего дворецкого оказалось какое-то препятствие. И, судя по всему, оно было очень значительным.       Прошло еще несколько минут, и неизвестная машина стала работать чуть тише. Сиэль убрал ладони от ушей, но в его барабанных перепонках все еще неприятно отдавался каждый лязгающий удар. — Джо? — кашлянув, позвал Сиэль, собираясь выяснить, в порядке ли мальчишка. Сначала до его ушей не долетало никакого ответа, хотя было вполне возможно, что он не слышал его из-за звуков, издаваемых машиной. Джо и так говорил крайне тихо, а из-за непрерывного гудения и скрежета, расслышать его сейчас было бы в разы сложнее.       «Где же тебя носит, Себастьян?..» — пронеслось в голове и Сиэль, прижавшись ближе к холодным прутьям своей тюрьмы, выкрикнул, что было сил: — Если слышишь меня, встань с правой стороны от своей клетки, чтобы я мог тебя видеть!       Фантомхайв не был уверен в том, что это бы сработало, но попытаться все же стоило. Джо был не особо высок и, даже если он сделает так, как попросил его граф, из-за неровных каменных сводов и самой массивной колоны в центре, он все равно может его не увидеть. Несколько минут Сиэль как мог, вытягивал шею, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь. Было бы здесь какое-нибудь освещение… — Мы выберемся отсюда, Джо, вот увидишь!       Сиэль пытался говорить уверенно, но сложно было самому верить собственным словам, когда вокруг творилось столько непонятного. Он ненавидел бездействие, а еще больше ненавидел, когда бездействие шло вкупе с неведением. Незнание было мучительным и с каждой пройденной минутой становилось все более ощутимым.       Звуки, издаваемые машиной, вскоре стихли еще немного, но не прекратились. Сиэль, все еще пытающийся разглядеть в темноте Джо через половину каменного зала, пытался понять назначение такого огромного механизма, из-за которого вокруг стоял такой гвалт. Для чего может быть создана машина подобных размеров? Уж точно не для приготовления еды. Скорее всего, здесь что-то изготовляли, однако… Сиэль терялся в догадках. Зачем тогда были нужны похищения? Каким боком с этим всем вообще были связаны дети со способностями? И почему он сам оказался здесь, ведь он был вполне обычным ребенком, если не считать наличия контракта с демоном?       Сиэль нахмурился, когда эта мысль проскочила в сознании. Однажды его контракт уже становился причиной похищения, и не так уж это было давно. В тот раз он нужен был для выполнения амбициозного плана волшебника, а на этот? Похитили ли его только из-за связи с демоном, или же потому, что преступник узнал о том, кто он такой на самом деле? Но если это было второе, то почему такая же участь не постигла Мэндрейка? А может, напарник все же был где-то здесь, но Сиэль просто не знал об этом?..       Прикрыв на секунду глаза, граф велел себе успокоиться. Ему нужна была холодная трезвая голова, чтобы хоть немного подобраться к истине и понять, что же здесь происходит. Он вспомнил, что его отец был как-то связан с бывшим владельцем этого места и снова попытался припомнить, не встречалось ли ему имя Сэмюеля Эскандриана ранее. Мальчику очень хотелось понять, что же могло связывать отца со всем этим делом, самим мистером Эскандрианом и событиями, которые упорно не желали складываться в одну картину. Сиэль понимал, что терпел поражение. Ему не хватало фактов и сведений, чтобы строить разумные теории. Сейчас он опирался лишь на догадки, которыми поделился с ним Мэндрейк, да на ту небольшую толику информации, которую рассказал ему Себастьян несколько дней назад.       «Предположим, Эскандриан был информатором моего отца, — принимался рассуждать граф, лишь бы отвлечь себя от шума, от боли в горле и конечностях. Время от времени он пытался согреть окоченевшие пальцы собственным дыханием, но не особо преуспевал в этом. Они все еще оставались похожи на продолговатые синие льдинки. — И предположим, что он имел дело с этим местом. Может, Эскандриан узнал, каких детей здесь держат, узнал зачем и… И что? Потом он умер, но детали остались неизвестными. Но… Имел ли отношение к его смерти отец?..».       Сиэль попытался выдохнуть, но чтобы это сделать пришлось несколько раз прочистить нос. Он вспомнил, что у Сэмюеля Эскандриана были дети — два сына — но пока это ничего графу не давало. Что стало с ними он не знал, да и пока это не было так важно. Ему позарез требовались сведения, которые наверняка успел откопать Себастьян за время своей довольно долгой отлучки. Однако дворецкий, судя по всему, все еще был чем-то сильно занят. Видимо, как и Мэндрейк, судьба которого по-прежнему оставалась неясной.       Вспомнив о напарнике, граф вернулся мыслями к тому, что сказал ему Джо. Все же, было бы полезно узнать, о чем именно говорил сосед — о демоне или Джоне? Почему волшебник однажды попытается его убить? Ведь сейчас они сосуществовали друг с другом вполне мирно, пусть это было и вынужденно, но все же так. У Сиэля не было друзей — иметь их в его положении было непозволительной роскошью, да и полагаться на людей, которые на каждом шагу только лгали и предавали, он уже давно не был склонен. Он мог доверять только демону, ведь у того был свой интерес, далекий от обычных мирских желаний мелких людишек. Однако… Даже несмотря на то, что в обозримом будущем жизнь, вероятно, разведет их с Мэндрейком по разные стороны баррикад, Сиэль не мог не признавать, что будь обстоятельства другими, он был бы не против общества волшебника. Да, возможно, размышлять над тем, чему не суждено было сбыться, было глупой и пустой тратой времени, но ведь он, Сиэль Фантомхайв, несмотря ни на что все еще оставался человеком. А в такие моменты, как сейчас, людям было свойственно грезить о том, что они были не в состоянии получить.       Гул вокруг постепенно выровнялся и достиг приемлемых для ушей высот. Сиэль хотел было позвать Джо еще раз, но внезапно темнота вокруг стала отступать. Граф вытянул голову, но как бы ни старался, так и не мог определить, с какой именно стороны находился источник света. На какой-то призрачный миг, в душе Сиэля появился слабый росток надежды на то, что за ним наконец-то пришел дворецкий, однако это было не так. Сначала не происходило ровным счетом ничего, разве что света становилось все больше, будто кто-то внезапно распахнул огромную штору, дабы впустить немного солнца в комнату. Но этот свет не был солнечным, он определенно был искусственным, но сейчас важнее было не это. По крайней мере, теперь Фантомхайв мог получше разглядеть клетки, которые до этого находились вне зоны его видимости. Поднявшись на цыпочки, он увидел темную макушку Джо, которая лежала на таком же металлическом полу из прутьев. Казалось, мальчишка был без сознания. — Джо! — крикнул граф еще раз, но никакого эффекта не последовало. — Джо!       От собственных криков Сиэль только сильнее закашлялся, а через пару секунд рухнул обратно на колени, больно ударившись о металл. — Проклятье, — едва слышно пробормотал он, с большим трудом сжав ледяные пальцы в кулаки. Больше чем похищения он ненавидел только собственную беспомощность. И где же носило этого демона, когда он был так нужен?..       До слуха Сиэля донеслись чьи-то гулкие торопливые шаги. Снова поднявшись на ноги, попутно стараясь не обращать внимания на боль, граф силился увидеть того, кто их издавал. Проходила секунда, другая и вот, в поле зрения мальчика попала чья-то фигура в белом халате. Фантомхайв уставился на нее во все глаза, а в мозгу забренчала тревожная догадка: это все часть какого-то... научного эксперимента? Это врач или же кто-нибудь другой?.. — Эй! — снова громко крикнул он. — Я требую, чтобы меня немедленно выпустили отсюда!       Мужчина в халате его начисто проигнорировал, и Сиэля взяла злость. Себастьян, Мэндрейк, а теперь еще и этот человек — и все как один считают абсолютно нормальным не обращать внимания на его слова, будто они ничто!..       Со своего места Фантомхайв видел, что незнакомец открыл клетку Джо и через мгновение вытащил из нее бессознательного паренька. — Куда вы его забираете! Эй! Слышите меня?! Я хочу знать, куда вы его забираете!..       На полуслове он задохнулся и громко закашлялся. Казалось еще немного, и вместе с мокротой граф выплюнет и свои собственные легкие. — Эй…       Мужчина в халате исчез в направлении, откуда исходил свет, также быстро, как и появился. И снова в каменном зале постепенно стало темнеть. Дверь, или, что бы оно ни было, закрывалось обратно, а через несколько минут на Сиэля вновь обрушилась хорошо знакомая темнота. Темнота, в которой, на этот раз, он был абсолютно один.       Машина, до этого тихо гудевшая и периодически звякающая, внезапно снова заскрежетала с новой силой. Сиэль зажал уши, начиная понимать, что неизвестный аппарат действительно был как-то связан с необычными детьми. На какой-то момент Фантомхайву пришла в голову несколько дикая мысль, что этот агрегат, возможно, ими питается…       Впоследствии граф так и не мог сказать точно, слышал ли он крик Джо между гудением и лязганьем прибора, или же придумал его сам в своей собственной голове.

***

      Натаниэль бежал по сугробам рядом с Уиллом, но сам едва ли обращал внимание на препятствия, возникающие на пути. На самом деле он просто не мог выбросить из головы то, что видел, когда Себастьян залез в его мысли. Волшебник даже толком не мог подобрать слова, которыми мог объяснить то, что с ним произошло в ту минуту, как демон коснулся его сознания щупальцами из тьмы.       Он должен был испугаться, как того от него явно ожидал Бартимеус, но вместо этого ощутил что-то вроде… любопытства?       В его мозгу после этого странного контакта замелькало множество образов, никак не связанных между собой. Какие-то места, которых он никогда не видел; какие-то лица: радостные и грустные, умоляющие, рыдающие, спокойные, блаженно умиротворенные, злые, полные ярости, обиды и гнева. Они мельтешили перед внутренним взором, звучали целым сонмом голосов, в которых ничего было не разобрать и Натаниэль, как бы он ни пытался абстрагироваться от них, чувствовал себя немного раздавленным. Вряд ли Себастьян намеренно это сделал — в этом не было никакой логики — скорее, это просто что-то вроде побочного эффекта от вмешательства в его сознание. Хотя почему это произошло, и что конкретно дьявольский дворецкий пытался отыскать в его голове, все еще оставалось неясным. — Ты весь зеленый, — отметил Уилл, когда они отошли на приличное расстояние от дворецких и враждебно настроенных духов. Соображай сейчас волшебник здраво, он бы попытался выяснить у них что-нибудь. Например, кто их хозяин, в порядке ли пропавшие Фантомхайв и Джо, и попутно еще какие-нибудь мелочи, но он просто не мог сосредоточиться. Чужеродная тьма в голове никак не хотела рассеиваться, путала сознание, и Натаниэль, пожалуй, мог бы сравнить это с инфекцией. Очень неприятной, стоило признать, но с научной точки зрения, безусловно, любопытной. — Это пройдет, — как можно беспечнее отозвался волшебник, надеясь, что так и будет.       Уилл состроил глубокомысленное лицо, но спорить не стал. Натаниэль мысленно отодвинул прочь по-прежнему навязчивые образы незнакомых людей, и внимательно взглянул на своего спутника. — Как ты сам? Тебе сегодня много странного довелось увидеть.       Паренек махнул рукой, словно это были сущие пустяки. Подумаешь, встретил наяву говорящий скелет и гигантскую моль. На каждом же шагу встречается. — Очередной день моей бурной фантазии.       Натаниэль поджал губы и как можно тактичнее сказал: — Они ведь настоящие.       Эта мысль непроизвольно вернула волшебника к тому, что он оставил Бартимеуса на растерзание двум, скорее всего, афритам. Чувство вины все еще было несколько притуплено посторонним вмешательством, поэтому он мог лишь надеяться на то, что совместных сил демона и джинна хватит, чтобы одолеть их. Беда была лишь в том, захотят ли они сами сотрудничать в полной мере, чтобы выстоять в схватке с афритами. У него вот самого с Фантомхайвом не особо выходило ладить, и это учитывая тот факт, что они оба были людьми, а у слуг вообще — сплошь и рядом одни различия… — Сны тоже настоящие, а толку? — философски произнес Уилл и Натаниэль, собственно, вообще не нашел, что на это ответить. — Меня сейчас волнует только Джо. А все остальное, это… оно просто есть и я ничего не могу с этим поделать. — Интересный подход к жизни, — пробормотал волшебник, даже немного завидуя тому, как спокойно его сосед по комнате воспринимал все происходящее. Внезапно кое-что вспомнив, Натаниэль поинтересовался: — Это существо ты видел, когда исчез Джо? То, которое было похоже на гигантскую мухо-моль?       Уилл какое-то мгновение задумчиво молчал, тяжело пыхтя от быстрой ходьбы по высоким сугробам, а затем неуверенно пожал плечами. — Возможно. Там повсюду был дым, сложно было конкретно что-то разглядеть. — Ясно.       Натаниэль на мгновение остановился, приложив пальцы к вискам. Они прошли всего ничего, но он уже дико устал. Он не спал почти всю ночь, пробегал по всему работному дому, двигал тяжелые предметы, а теперь пробирался по лесу. Мало ему было физической нагрузки, так от вмешательства демона стала еще вдобавок дико раскалываться голова. Мир вокруг принялся стремительно терять четкость. — Нат?.. — голос Уилла доносился до него откуда-то издалека, будто через толстый слой ваты. Или через огромную толщу земли. Натаниэль и сам не знал, откуда пришла эта ассоциация, но ему вдруг стало очень плохо, и он согнулся пополам. Казалось, болело и ломило все его тело, пальцы заледенели и не слушались, а дыхание перехватило. Он вдруг почувствовал себя таким больным и беспомощным, каким на самом деле, собственно, и не был. Это длилось какое-то время, а потом внезапно закончилось. Так же, как и началось.       Волшебник разогнулся, и в некоторой растерянности взглянул на Уилла. Тот смотрел на него ответ широко распахнутыми, как два карих блюдца, глазами. — А вот это было стремно. Ты как?       Натаниэль покачал головой, давая понять, что он в порядке, хотя на самом деле понятия не имел, так ли это. Зато мельтешащие перед глазами лица исчезли. Это было хорошо. — Идем, нам осталось совсем немного.       Уилл кивнул.       На улице рассвело окончательно, когда они с парнишкой нашли-таки те большие металлические двери, о которых говорил Себастьян. Очевидно, раньше они были завалены снегом, дабы никто на них не наткнулся, но сейчас, очевидно после того, как дьявольский дворецкий попытался их открыть, они были полностью расчищены. На поверхности был нарисован огромный сложный пентакль. Натаниэль с Уиллом спустились ниже, чтобы лучше видеть. Волшебник аккуратно прошелся пальцами по рунам. — Неудивительно, что он не смог их открыть, — пробормотал граф, пока Уилл следил за его движениями. — Здесь тот же принцип, что был и на той печати. — Какой печати? Ты об этих каракулях?       Натаниэль махнул рукой и, мгновение подумав, взялся обеими руками за ручку правой двери. — Нам эти «каракули» не грозят, насколько я могу судить, так что помоги мне.       Уилл поспешно пристроился с левой стороны и они практически одновременно принялись тянуть каждый свою сторону двери вверх.       Где-то недалеко раздалась серия мощных взрывов, и Натаниэль резко обернулся на звук. Стая воронов пролетела над деревьями с громким карканьем. В сердце волшебника закрались нехорошие предчувствия, но он понимал, что сейчас ничем не мог помочь Бартимеусу. Они с Себастьяном могли рассчитывать исключительно друг на друга.       Через несколько минут пыхтения, кряхтения и исключительных ругательств Уилла, от которых уши Натаниэля готовы были свернуться в трубочку, тяжелые металлические двери все же были благополучно открыты. За это время до ушей волшебника и паренька снова долетели звуки нескольких взрывов, чьих-то восклицаний, а спустя пару секунд и пара вырванных с корнем деревьев.       Вновь запихнув свои сожаления куда подальше, Натаниэль вернулся мыслями к своему непосредственному заданию: найти Сиэля и Джо. И пусть это наверняка было ловушкой (ведь не могли же африты пропустить их просто так), у них с рыжеволосым соседом не было особого выбора. — Я не вижу лестницы, — поделился соображениями Уилл, склонившись над темным провалом. — А ты?       Натаниэль осторожно сел на край черной пропасти, решив благополучно не заметить, как протестующе заныли все его мышцы, и свесил ноги. Сначала казалось, что там действительно ничего нет — просто одна большая непроглядная черная дыра, но уже через пару секунд правая ступня нащупала что-то твердое.       Волшебник выдавил из себя что-то вроде победной улыбки. — Так и думал — это иллюзия. Идем.       Уилл сначала сомневался, очевидно, разрываясь между страхом неизвестности и тем, что его маленькому другу угрожала неведомая опасность, но уже через какое-то мгновение благополучно переборол себя и пошел следом за Натаниэлем.       Граф осторожно спускался вниз сквозь непроглядный мрак и чувствовал себя странно. Он знал, как такого эффекта можно было добиться в теории, но на практике подобное видел впервые. Это была не такая иллюзия как те, что создавали духи, но принцип был схож. Разве что выходцы из Иного Места могли сотворить все что угодно, пользуясь опытом и собственной фантазией разной степени оригинальности и изобретательности, в то время как волшебники могли добиться лишь чего-то абстрактного. Вроде этого самого бесконечного черного ничто.       Натаниэль остановился и прощупал ногой пространство вокруг. Казалось, ступени кончились. Уилл через пару секунд поравнялся с ним. — И что теперь?..       Волшебник пожал плечами и нахмурился. — Понятия не имею. Мы определенно находимся в каком-то месте, просто не видим и не слышим того, что происходит вокруг. Такое очень сложно сотворить. Неудивительно, что это — чем бы оно ни было — ранее никто не нашел, ведь для тех, кто не в курсе это просто очень глубокая яма. Даже если бы пропавшие дети звали на помощь, снаружи бы их не услышали. Видимо, это очень важное место, раз защищено не только слоем земли, но и подобными… — Натаниэль помахал руками в воздухе, — …мерами предосторожности.       Уилл никак это не прокомментировал и оглядывал пространство вокруг себя, чуть нахмурившись. — Такого я еще не видел, — задумчиво произнес он, и волшебник с ним согласился. — Я тоже. Что ж, придется двигаться на ощупь, пока не выйдем из радиуса действия.       Натаниэль понятия не имел, сработает ли это, но спутник, очевидно, целиком и полностью полагался на его знания и опыт. Подводить Уилла не хотелось, особенно после той небольшой ссоры, поэтому волшебник решил подтвердить слова действиями и осторожно пошел вперед, выставив руки перед собой. Со стороны это, наверно, выглядело крайне нелепо.       «Надеюсь, преступник сейчас не помирает со смеху, глядя на нас», — пронеслось в мозгу Натаниэля, и он покачал головой. Глупо рассуждать о чем-то подобном, когда он и так знал, что это одна большая ловушка.       Они с Уиллом продолжали медленно продвигаться вперед, и это было очень утомительно. Не видеть ни что находилось рядом, ни то, что было под ногами, сверху или позади. Радиус действия иллюзии впечатлял. Нужно было быть очень талантливым волшебником, чтобы ее создать, и это уже не говоря о том, чтобы поддерживать столько времени. Натаниэль шарил руками в темноте, понимая, что его глаза открыты, но мог подтвердить это, только обернувшись назад. Сосед шел за ним шаг в шаг, по-прежнему выглядя несколько озадаченным. Граф уже хотел было немного подбодрить его, как вдруг он снова ощутил это странное чувство. Ему вновь стало нехорошо. От неожиданности он споткнулся обо что-то и, потеряв равновесие, повалился на пол, больно ударившись ладонью о нечто недоступное взору. Помимо слабости и головокружения до него долетало эхо чьей-то злости. Злости, нетерпения и какого-то… почти отчаяния?.. — Нат? — голос Уилла заметно дрогнул, и паренек помог ему подняться. — Я… Я в порядке, — на этот раз приступ был сильнее, но его больше задела эмоциональная встряска, чем физическая. В голове неожиданно образовалось нечто вроде компаса, который указывал направление, в котором находилось что-то важное. Или кто-то. Натаниэль нахмурился, не понимая, что с ним происходит. Разум говорил о том, что нужно двигаться осторожно, ведь он не знает, с чем столкнется впереди, но интуиция советовала довериться внезапно открывшемуся чутью. Немного поколебавшись, волшебник сглотнул. — Идем.       Он решил следовать туда, куда указывал его воображаемый компас, хотя на самом деле это было что-то другое. Что-то на подсознательном уровне, что он не понимал и совершенно не контролировал. Натаниэль заметно ускорил шаг, и Уиллу только и оставалось, что поспевать за ним. Паренек благоразумно не задавал вопросов и граф был ему за это признателен, поскольку ответов у него не было.       И внезапно темнота закончилась. Это случилось так неожиданно, что оба потрясенно застыли на месте, недоуменно оглядываясь вокруг. Они стояли в каком-то старом тоннеле, выложенном полностью из облицовочного камня. Прямо перед ними было три ответвления, около каждого горел один факел. Только сейчас два подростка почувствовали, как здесь пахло сыростью, и услышали какой-то относительно громкий методичный гул. От сильных звуковых вибраций с потолка сыпалась мелкая крошка.       Волшебник почувствовал на себе удивленный взгляд Уилла. — Все чуднее и чуднее, — прокомментировал он, и добавил: — Куда теперь?       Натаниэль выдохнул, прикрыл глаза и прислушался к своим ощущениям. Воображаемый компас в его голове на секунду застыл, а затем повернулся стрелкой на восток. — Нам направо, — уверенно произнес волшебник и снял со стены факел. — Примерно сто-сто пятьдесят метров.       Уилл пожал плечами и отвел глаза. — Как скажешь.       Натаниэль вновь почувствовал слабый прилив благодарности за отсутствие вопросов, и больше не мешкая, вошел в тоннель. Теперь, со светом и твердой почвой под ногами, они пустились бежать. И так много времени было потеряно, но волшебник отказывался верить в то, что они могли опоздать.       Как он и ожидал, предчувствия его не обманули. Тоннель закончился и вывел их к довольно большому каменному залу с одной большой колонной посередине. По сравнению с темнотой, которая окружала их в иллюзии, Натаниэль бы сказал, что здесь очень даже светло, хотя никаких источников света, помимо их собственного факела, в поле зрения не наблюдалось. Компас все еще утверждал, что цель не достигнута, и, повинуясь своим инстинктам, граф пошел дальше, освещая пространство. Через какую-то секунду в поле зрения Натаниэля попало нечто интересное и несколько пугающее одновременно. — Что это за место? Похоже на гигантскую плоскую катушку без ниток. — Вместо ниток, здесь, похоже, было кое-что другое, — волшебник указал факелом на пару пустых клеток, стоящих на пути. Обернувшись к Уиллу, он заметил, как тот побледнел и тут же поспешил его успокоить: — Не волнуйся, мы найдем Джо.       Гул, стоящий здесь, был гораздо сильнее и отчетливее, чем в тоннеле, но волшебник старался не обращать на него внимания. Он отдал спутнику факел, чтобы тот осмотрел остальную часть помещения, а сам направился в ту сторону, куда ему по-прежнему указывал компас. И уже через пару секунд перед взором Натаниэля предстала еще одна клетка, которая, в отличие от других, определенно не была пустой.       Сердце пропустило удар. — Фантомхайв?..       Волшебник подбежал к клетке. Мальчишка лежал на полу и судорожно дышал. Должно быть, у него была горячка. Или лихорадка. Натаниэль огляделся в поисках чего-нибудь, чем можно было бы сбить замок. Кроме груды камней здесь вообще ничего подходящего не было, поэтому схватив первый увесистый булыжник, который ему попался под руку, волшебник изо всех сил приложил им о дверь.       И все это время он старался не думать о том, что эти странные приступы каким-то неизвестным образом были связаны с физическим и эмоциональным состоянием Сиэля Фантомхайва. — Уилл! Ты нашел еще кого-нибудь? — крикнул Натаниэль, открыв металлическую дверь, и почти тут же получил ответ. — Все клетки пусты, Нат! Джо здесь нет! — Проклятье, — выдохнул волшебник и приложил ладонь ко лбу напарника. У того был жар, и это было очень нехорошо. — Уилл, помоги мне!       Паренек примчался через пару секунд, по-прежнему сжимая в руке факел. Увидев «Элиота» он тут же отложил его на землю и помог Натаниэлю вытащить мальчика из клетки. Прислушавшись к себе, волшебник понял, что странные новые чувства молчали. Должно быть из-за того, что он и так прекрасно видел, что Цепному Псу было плохо. — Фантомхайв! — волшебник несколько раз похлопал мальчика по щеке, пытаясь привести в чувство. — Граф!       Тот не реагировал, но что-то невнятно пробормотал. Зрачки под закрытыми веками беспрестанно двигались, а дыхание было сбивчивым, хриплым и неровным. Чувствуя себя беспомощным, волшебник попробовал еще раз. — Сиэль! Сиэль, вы слышите меня?       Натаниэль понятия не имел, что именно подействовало — его легкие оплеухи или то, что он позвал напарника по имени, — но Фантомхайв вдруг медленно открыл глаза. То, что увидел в одном из них волшебник, заставило его замереть. — Что это у него? — почти благоговейным шепотом произнес Уилл, указывая пальцем на пентаграмму в глазу графа. Натаниэль, также видевший ее впервые, не нашелся, что ответить, и вместо этого позвал мальчишку еще раз. — Сиэль, не закрывайте глаза!.. — С-Себа…стьян, — едва выдавил из себя Фантомхайв, что, собственно, волшебника нисколько не удивило. Он хмыкнул. — Боюсь, я несколько ростом не вышел, но так уж и быть, побуду им немного. Ох, простите, граф, надеюсь, вы этого потом не вспомните, — пробормотал Натаниэль, взяв худого и крайне истощенного напарника на руки. Уилл, тем временем, подхватил факел. — Нужно найти Джо! Ты сможешь попробовать отыскать его так же, как и Элиота?       Волшебник нутром чуял, что эта странная и крайне нелепая связь была направлена исключительно на Цепного Пса, но все же не мог не попробовать. Он закрыл глаза, стараясь абстрагироваться от постороннего шума, от ноющих мышц, от дрожащего тела Фантомхайва на своих руках и попытался найти внутри себя тот компас, который привел его сюда.       Но все было тщетно.       Через минуту безуспешных попыток, он с сожалением взглянул на Уилла. — Прости. Я… ничего не чувствую. — Ну конечно! — несколько едко воскликнул Уилл. — Тебе с самого начала было плевать на нас, я так и думал! — Это неправда, — запротестовал Натаниэль. Он посмотрел на бессознательного Фантомхайва в своих руках, понятия не имея, как ему следует поступить. Сиэлю нужна была медицинская помощь, и как можно скорее, но добираться обратно до работного дома было далеко. Если он уйдет, то потеряет возможность помочь Уиллу спасти Джо. — Правда! — тем временем выпалил рыжеволосый сосед и указал на графа. — Его ты нашел сразу, будто знал, где искать, потому что он твой друг, и тебе не все равно, что с ним будет. А Джо — никто! Его можно просто оставить здесь!.. — Я этого не говорил! — Натаниэль тоже стал закипать. Фантомхайв внезапно глухо застонал, чем привлек к себе внимание обоих спорщиков. Уилл смерил его каким-то презрительным взглядом. — Можешь остаться с ним здесь или идти куда хочешь. А я и так достаточно времени потерял. Я сам найду Джо!..       И, не дав волшебнику вставить и слова, бегом побежал в противоположную сторону от тоннеля, из которого они пришли. Только когда Уилл вместе с факелом скрылся из поля его зрения, Натаниэль понял, что там, должно быть, был еще один выход. — Уилл, постой! А черт…       Он не мог просто бросить напарника здесь в таком состоянии, и не мог оставить своего рыжеволосого соседа одного в этом странном, но, без сомнения, опасном месте.       И еще, взглянув на бледное лицо Сиэля, он знал, что не мог выбирать.