Черное и Белое

— Только этого мне сейчас не хватало. Кларисса выругалась про себя, смотря на экран. Недалеко отсюда замечена демоническая активность. Правда, если доверять радарам, то демон там всего один, но все же. Фрэй не сразу понимает, что и позвать ей с собой некого. Иззи непонятно где, а Джейс и Алек попросту отказываются с ней разговаривать, так как ребята сильно разругались. Что же, выбора нет: придется идти самой. Клэри забегает в свою комнату, открывая шкаф. Она еще ни разу не надевала на себя боевое облачение Сумеречного охотника. В этот попросту не было нужды. Но причина примерить эту одежду появилась сама собой. Девушка аккуратно снимает вещи с вешалки, раскладывая их на кровати. Быстро переодевшись, Клэри отмечает про себя, что вещи пришлись ей в пору и сидят на ней влитую. Оказалось, что черные брюки и кожаная куртка невероятно удобные. Ровно то же самое можно сказать и про ботинки. Обычно, если Фрэй приходилось много двигаться, то она завязывала волосы резинкой, но в этот раз воздержалась. Когда Клэри тренировалась с Джейсом, то он надолго вбил в ее голову одно: иногда резинка может сыграть против вас. И она полностью с этим согласна. Кларисса до сих пор не нашла своего идеального оружия, поэтому сейчас она взяла в оружейной обычный ангельский клинок. Хотя, порой такой клинок абсолютно бесполезен, но выбирать особо не из чего. На улице снова дождь. Клэри, накидывая на голову капюшон, бежит на встречу с демоном, порой сверяясь по сенсору, правильное ли направление она выбрала. Дождь становился все сильнее и сильнее, а на улицах было темно. Девушка, доставая из кармана колдовской огонь, освещает себе путь. Ей казалось, что еще немного — и она достигнет цели. Демон оказывается намного крупнее, чем она того ожидала. С неприятными щупальцами, торчащими из его туловища. Разум говорит Клариссе: надо бежать. На девушке абсолютно нет никаких рун, кроме, разве что, ангельской силы, но она не очень-то полезна в одиночном бою. — Итуриэль, — тихо шепчет она, пока демон ее еще не заметил. Но демон замечает Фрэй ровно в тот момент, когда ее лицо освещает активированный клинок серафимов. Кларисса пятится назад, хотя знает, что у нее абсолютно нет выбора. Либо смерть, либо борьба. Поэтому она наносит первый удар, полоснув противника лезвием по одному из щупалец. Из раны течет ихор, а демон издает непонятный рычащий звук. Он поднимает то самое щупальце, разбрызгивая ихор вокруг. Клэри уворачивается, так как знает, что вещество при попадании на кожу оставляет неприятные ожоги, а ей так себя «украшать» вообще не хотелось. Девушка снова наносит удар, но, в этот раз, в пустоту, не причиняя противнику никакого урона. Зато демон ловко орудовал своими щупальцами, так что Кларисса кубарем полетела прямо на землю. Клинок отскочил куда-то в сторону. Как бы Фрэй не пыталась дотянуться до него, он был в поле ее недосягаемости. Щупальце обматывается вокруг ее запястья, так что Кларисса старалась отбиваться, но после, она окончательно обмякла, на небольшое расстояние поднятая от уровня земли. Чей-то серебряно-золотой хлыст резко ударяет демона по щупальцу, так что он небрежно отпускает Клариссу, ища своего обидчика. Фрэй больно приземляется, но, кажется, она ничего не повредила. Это уже хорошо. Клэри и самой стало интересно, кто же стал ее спасителем. Справа от нее, орудуя хлыстом, отбивалась от демона неподражаемая Изабель Лайтвуд. Она была в коротком синем платье. Видимо, ходила на свидания. Безупречная укладка на ее волосах растрепалась всего за пару минут, но брюнетке, кажется, на это было наплевать. — Иззи, ты как здесь оказалась? Изабель повернулась на голос всего на секунду и поспешно улыбнулась. Кларисса, взяв себя в руки, сорвалась с места, хватая на ходу ангельский клинок. Она подступила к демону с другой стороны, вновь нанося тому удар по щупальцу. Демон, кажется, растерялся. Он просто не знал, кому нужно приносить вред. А вот Клэри точно знала, что в их поединке, Иззи — сильное звено. А она так, простая маленькая девочка, которая возомнила из себя героя. — Это не важно, Клэри, — громко закричала она, продолжая отбиваться. — Важно то, что одним нам не справиться. Позвони Алеку, я придержу его. Алек. Почему она должна звонить этому напыщенную идиоту? Да он же вообще не захочет ее слушать! Но, не взирая на все сложности в их отношениях, Кларисса кивает Иззи, отходя на безопасное расстояние. Дрожащими пальцами Фрэй достает из кармана куртки телефон и набирает номер Лайтвуда. Шли томительные гудки. Ожидание становилось неизбежным, но все же, гудки прекратились и парень сказал привычное всем людям, когда тебе звонит незнакомец, «алло». — Алек, только не клади трубку. Выслушай меня. Из мобильника слышатся ругательства, но Кларисса старается не обращать на них внимание. Она лишь поглядывает на Изабель, которая всем своим видом кричала, что долго Лайтвуд так не продержится. Нужно сократить разговор до минимума. — Чего ты хочешь, примитивная? Я же тебе уже все сказал, — дерзко отвечает Алек. Сейчас Клэри отбросила все дурацкие обиды. На кону стояла ее жизнь и жизнь ее лучшей подруги и, по совместительству, сестры этого парня. Поэтому Фрэй, поспешно переводя дыхание, вновь заговорила, не собираясь терять ни секунды: — Ты нужен Изабель. Прямо сейчас. Алек, если ты не придешь, то мы умрем. Лайтвуд не спрашивает, где они или что делают. Он просто скидывает звонок, позволяя Клэри вновь слышать гудки. Теперь девушка знала, что он точно придет. Она кричит Иззи, что все будет хорошо, в то время как Лайтвуд едва не валится над землю от удара. Кларисса подбегает прямо к ней, чтобы атаковать, но мощный удар по земле заставляет ее потерять равновесие. Клэри абсолютно неподготовлена. Алек прав: сумеречный охотник из нее никудышный. Фрэй могла бы поставить на кон собственную жизнь, но смерть Изабель она никогда не допустит. Поэтому девушка, не взирая на усталость и дрожь в ногах, поднимается, полоснув демона по следующему щупальцу. Ихор попадает ей прямо на брюки, прожигая на них дырку. Клэри отскакивает, помогая Изабель подняться. У Лайтвуд на плече рана, из которой ручьем сочится кровь. Кажется, демон на секунду потерял бдительность. Кларисса тянется за своим стилом в карман и дрожащей рукой рисует подруге «иратце». Иззи кричит что-то непонятное, а Клэри, поворачиваясь, видит прямо перед собой тяжелое щупальце монстра и понимает: бежать некуда. Фрэй закрывает глаза, готовясь к удару. …но его не последовало. Чья-то стрела торчала прямо из туловища демона, повалив того на землю. Потом для верности кто-то пускает все новые стрелы, окончательно отправляя демона как можно подальше от этого мира. Клэри открывает глаза и видит в пару метрах от себя Алека Лайтвуда, опустившего лук и поудобнее надевшего на плечи пустой колчан. Это был его первый. Алек убил своего первого демона. Парень подбегает прямо к Изабель, помогая ей, но сестра заверила его в том, что у нее все хорошо и Клэри уже даже успела нанести ей «иратце». Лайтвуд не задает Клариссе вопросов сейчас, а попросту окидывает ее изучающим взглядом. Заметив на ней синяки и ссадины, он просто садится рядом и рисует «иратце», не объясняя своих действий ошеломленным девушкам. Изабель снова превращает хлыст в браслет, отряхиваясь после битвы. Кларисса с грустью отмечает про себя, что штаны, так ей понравившиеся, уже носить нельзя. Она опирается об подставленное плечо Алека и поднимается на ноги. Клэри снова падает, но парень ловит ее, держа на руках. — Позже поговорим, Из, позже, — отмахивается он от хищного взгляда сестры. Кларисса долго сопротивлялась, но понимала, что передвигаться самостоятельно она не сможет, так как руне нужно время, чтобы подействовать. Она окончательно расслабляется, отчего-то целиком и полностью доверяя Алеку Лайтвуду свою жизнь и свою безопасностью. А Изабель попросту спокойно идет рядом, еще раз благодаря брата за помощь и напоминая ему о том, что его ждет серьезный разговор. Но посторонний шум пропадает и Фрэй поспешно засыпает.

***

— Потрудись объяснить, какого черта ты пошла туда, да еще и одна? Клэри проснулась уже в комнате Алека, закутанная в теплый плед. Она пила горячий чай, который Лайтвуд, зачем-то, сам предложил ей выпить. Она сидела на краю кровати, а посторонние мысли, связанные с этим местом, роились в ее голове. Еще утром она сбегала из этой комнаты. А теперь снова сидит здесь. Парень устроился в кресле у самого окна, желая находиться от девушки как можно дальше. Алеку не хотелось смотреть ей в глаза, ибо он даже испытывал какую-то вину за то, что произошло в коридоре всего пару часов назад. Он послал ее. Он подрался с Джейсом из-за нее. Все так сложно. — Какое тебе до этого дела? Тебе же плевать на меня! Это ты так думаешь, Клэри Фрэй. Уже месяц парень думает, что бы сделать такого, лишь бы не причинить тебе сильной боли. Уже месяц парень думает, как вызволить твою мать из цепких рук Инги. Он уже не ненавидит тебя. Впрочем, ровно месяц назад вы и познакомились. Сумасшедшая Николсон сразу же послала сообщение-наводку относительно этой девушки. Сначала Лайтвуд искренне постарался возненавидеть ее, но потом все планы покатались ко дну и более глубокие чувства стали вытеснять ненависть, но не искореняя ее полностью. Судьба — та еще стерва. — Ты могла умереть, — спокойно отвечает он, смотря на ночной город через окно. Еще пару часов назад он посылает ее на все четыре стороны, а сейчас, кажется, даже волнуется. О Разиэль, Алек, что же с тобой происходит? Какая муха тебя укусила? Клэри поспешно поднимается с кровати, прижимая к себе плед. Девушка измеряла шагами комнату Лайтвуда, избегая скорого ответа на его фразу. Фрэй не знала, что сказать. Она была в поисках себя. Ее поиски начались ровно с того момента, как они с Алеком начали тренироваться. Что-то щелкнуло — и весь мир поменялся. Кларисса по-другому стала смотреть на обыденные вещи. Клэр хотела стать в глазах Алека героем. А стала обычной жертвой. — Разве те, кто ненавидят, не желают друг другу смерти? — выдержав паузу, спрашивает она. Да, желают. И Алек знал, что это действительно правда. Если он ее ненавидит, то и смерти ей, следственно, желать должен. Она ведь сломала его. А он, в ответку, сломал ее. И здесь еще неизвестно, кто был прав, а кто — виноват. Алек знал лишь то, что дальше так продолжаться не должно. Он сам должен принять выбор и изменить свою жизнь. Парень, поворачиваясь, встречается с зелеными глазами девушки. Клэри вновь сжимает пальцы в кулаки. Как раньше. — Ты бесконечно права, Клэри Фрэй. Но я тебе смерти не желаю. Земля словно уходила из-под ног Клариссы. Человек, с которым у нее обоюдная ненависть, не желает ей смерти. Но, если быть откровенным, то такого и она бы для Алека не допустила. Он заслуживает жить, в каких бы сложных отношениях они не были. Каждый человек заслуживает жить. Кларисса сжимала и разжимала в ладонях края своей рубашки, стараясь привести себя в чувства. Это всегда ее успокаивало. Вдох-выдох, вдох-выдох. — Отлично. Я рада, что мы об этом поговорили. Я тоже не желаю тебе смерти, Алек Лайтвуд. Выяснили. Когда говоришь о таких сложных вещах, то на душе будто сразу же становится намного легче. Клэри вообще казалось, что у них с Алеком давно пропали причины для ненависти, и они продолжали делать это чисто по привычке. Смысл менять обыденность, если новые взаимоотношения могут принести много проблем? Дурацкая логика. — И вообще, я не должен был посылать тебя тогда, в коридоре. Извини, — неожиданно снова заговорил парень. Лайтвуд и сам не верил, что сказал это. А Клэри, в след ему, не верила собственным ушам. Алек, который извиняется, — это же чистой воды раритет. Кларисса улыбается, довольная таким раскладом вещей. Ей нравится. Нравится, что парень научился признавать собственные ошибки. Фрэй не решается заговорить с ним о той драке и о ее причинах, зная, что это может разрушить спокойную обстановку и привести к новому скандалу. А Алек, между прочим, тоже сдерживается, хотя безумно хочет узнать у Клэри, испытывает ли она что-то к Джейсу и почему целуется с ним. — И ты меня извини. За все, — говорит Кларисса, а затем продолжает: — Наша жизнь уже давно запуталась, но ты и я, извиняющиеся друг перед другом, — это что-то новенькое. Алек улыбается. Клэри тоже. Этот факт кажется им забавным и нереальным, но они действительно сейчас сказали друг другу это слово. Извини. Извини за всю боль и ненависть. Все запутывается еще сильнее, и Алек абсолютно не знает, как действовать дальше. Но он точно знал, что сейчас, прямо сейчас, ему нужна Клэри. Он хочет обнять ее. Снова извиниться, если потребуется. Клэр попросту необходима Алеку, как воздух. — Да уж, — ухмыляется Лайтвуд. — Не хочешь потанцевать, Клэр? Вопрос срывается с его уст настолько неожиданно, что парень даже не успевает понять смысл им сказанного, а уж тем более отмотать время назад и стереть ластиком эти слова, зависшие в холодном и тоскливом воздухе. Кларисса смотрит на него, широко раскрыв глаза. Это что, Лайтвуд действительно такое сказал? Он предложил ей потанцевать? Это так странно. — Но тут же совсем нет музыки. Черт, Фрэй. Это же совершенно не то, что ты хотела сказать. А Алек, видимо, действительно надеялся, что Кларисса накричит на него, назовет идиотом и выбежит из комнаты, обижаясь. Но, вместо этого, она всего лишь подмечает, что у них совершенно нет музыки. Лайтвуд шарится в собственных карманах в поисках нужной вещи. Когда телефон оказывается в его руках, он крутит им перед самым лицом Клариссы. Клэри с недоумением смотрит прямо на него. — Музыка есть всегда, когда нужно. И Алек, улыбаясь, ищет песню и нажимает на дисплее нужную кнопку пальцем. Из динамика доносится медленная и мелодичная музыка, которая быстро заполняет собой всю комнату. Парень возвращает телефон в задний карман джинсов, улыбаясь. Фрэй, сначала не веря, что его предложение было абсолютно серьезным, замирает. Музыка заполняет ее целиком и полностью. И ей это нравится. — Кларисса, могу ли я пригласить вас на танец? Клэри смеется, смотря Алеку прямо в его сапфировые глаза. Против нее он такой высокий, так что, ей потребуется усилий, чтобы поцеловать его первой. Так, Фрэй, о чем ты вообще думаешь? Эмоции всегда отвлекают. Так говорит Лайтвуд, а сам ведется на поводу этих самых эмоций. — Можете, Александр. Клэр вкладывает свою собственную руку в руку Алека, другой же старается дотянуться до его плеча, в то время как парень обнимает ее за талию, прижимая к себе как можно сильнее. Ребята начинают двигаться из стороны в сторону, медленно танцуя и наслаждаясь музыкой. Если бы Клариссе хоть кто-то сказал пару часов назад, что она будет танцевать с Лайтвудом, то она бы подняла его на смех. Ровно так же поступил бы и Лайтвуд. Клэри кладет свою голову парню на грудь, а Алек прижимает ее к себе еще сильнее, так что между ними практически не остается свободного расстояния, лишь маленький просвет, чтобы можно было дышать. По сравнению с парнем, Фрэй — настоящая Дюймовочка. Его Дюймовочка. Алек думает совершенно не о том, о чем в действительности должен, но с Клариссой так хорошо и обыденно. Она такая домашняя. А потом Клэри, поднявшись на носках, поцеловала Алека, не обращая внимание на то, что он хочет что-то сказать. Фрэй даже совершенно забыла о том, что было совсем недавно, что было ночью. Что она, в конце концов, ненавидет его. Было только здесь и сейчас. И в это «здесь и сейчас» Клэр хотела его целовать.