Метрополис-3: Война

      — К-как же тут х-холодно… Б-р-р… Джуди, сделав ещё один большой глоток крепкого, пока ещё тёплого чая, поставила чашку на стол и потёрла лапки друг о дружку, постепенно согревая их. Даже несмотря на свою шёрстку, крольчихе было не по себе: дрожь никак не хотела уходить. Но эту дрожь вызывал не только пронизывающий все тело холод. Когда родная сестра разбойника пообещала ей, что с ней ничего не случится, в глубине души Хоппс стало страшно, как никогда раньше. Какая тварь может прятаться за этой милой с виду девушкой, если у нее такой брат… Джуди снова украдкой взглянула на нее, постоянно ожидая какого-то подвоха с ее стороны, но его все не было. Девушка казалась полной противоположностью братца, и это несколько настораживало… Неужели они и вправду могут быть настолько разными?        — «М-да…, а оказывается яблоко от яблони…» — хмыкнула себе под нос Джуди, окончательно успокоившись. Конечно, до сих пор полная энтузиазма зайка всё ещё думала, что сможет выбраться из любой ловушки. Даже с закрытыми глазами она была готова искать выход до победного конца. Не зря же её считали лучшей в Академии, а теперь вот — в Ордене. Более-менее согревшись, Джуд ещё раз решила осмотреть апартаменты главаря бандитов. Бежевые обои, во многих местах уже свисали обрывками, отклеиваясь от деревянных, грубо сколоченных вместе досок, имитирующих некое подобие стен. Джуди разглядывала их и не могла понять, как эти люди смогли построить на станции метро — подобия квартир, да и зачем? На большинстве станций ей доводилось видеть стоявшие в ряды скособоченные палатки, на некоторых, побольше — двухэтажные хижины-лачуги. И этот минимум удобств всех устраивал, никто даже не пытался возводить что-то подобное. Что же до «берлоги» Баста… её, похоже, единственной можно было назвать настоящей комнатой. И, честно говоря, она чем-то напоминала Джуди её съёмную комнату в Зверополисе… Такую же обшарпанную и небольшую каморку. Крольчиха никогда не оставляла шансы когда-нибудь вернуться обратно. Повидать родителей, семью… как они там интересно? Новые обои в своей комнатке, наконец, поклеить! Ее любимые — с морковью… На лице крольчихи показалась улыбка, от этих приятных воспоминаний. Эти отголоски прошлого нужно было беречь, чтобы не потерять надежду. Чтобы этот крохотный лучик света окончательно не погас, в её нынешней жизни… В которой она стала рабом. Пара грубо сколоченных книжных полок (бандит-то читать любит!), на одной из которых лежал небольшой сундучок и круглая бутыль с узким горлышком. Справа от крольчихи стояла тумба, из ящика которой выглядывал кусок одежды зеленого цвета. Чуть выше — замазанная грязью и пятнами карта подземки с обозначениями государств. Хе-х… даже к ней Баст приложил свою руку. «НЕ ТРОГАТЬ!» — это послание, написанное на нижней части карты ещё не высохшей чёрной краской, явно было адресовано ей. Но самой ужасной и заметной чертой этой небольшой комнатки, был реалистично нарисованный на стене череп. Он белым пятном выделялся на бежевых обоях и сразу приковывал к себе внимание. Его неправильная форма могла принадлежать только мутанту и это, наводило на крайне неприятные мысли. Он своими до жути большими зубами-клыками, скалился прямо на Джуди, а его ярко-красные, словно налитые кровью, глаза — будто бы вглядывались в саму душу. Небольшой огонёк исходящий от керосинки на столе, отражался в них, ежесекундно сверкая и создавая иллюзию, будто бы они живые. Джуди поежилась и отвернулась, не желая больше смотреть в них. За дверью доносились непонятные звуки, которые Хоппс не смогла расслышать даже своими длинными ушами. Либо там снова над кем-то издевались, либо там был какой-то праздник. Хотя, вряд ли для Баста это разные понятия…       — Согрелась? — услышала она.       — Да… спасибо большое…, а как… — Джуди, повернулась к Елене и замолчала, заметив как девушка отрешенно смотрит куда-то за ее спину. Та, встретив вопросительный взгляд пленницы, отвела глаза в сторону. Джуди обернулась, и увидела стоявшую в нескольких сантиметрах от неё рамку с полувыцветшим фото человека аристократического вида: зачесанные назад волосы, собранные в хвост, ухоженная бородка-якорь и полосатый костюм-пиджак с галстуком неизвестного цвета. Обвязывала рамку лента светло-чёрного цвета в правом нижнем углу.       — Кто это? — тихо спросила крольчиха, заметив как на лице девушки прокатилась слезинка. Елена быстро смахнула слезу рукавом и постаралась улыбнуться, но ее губы тут же содрогнулись, вернув ей печальный вид. Она устало облокотилась об стол, подперев скрещенными руками лоб.       — Это… — сказала Елена, шмыгнув носом. — Это мой отец… НАШ отец. Он умер очень давно… Уже после того… как мы стали жить в этом подземелье…       — Оу… — Джуди, увидела, как сестра, так непохожая на своего брата, дала волю чувствам. Девушка расплакалась и крольчихе стало совсем не по себе. — Прости… Мне… очень жаль… Поверь. Я… — от наступившего стыда Хоппс закрыла глаза. — Я понимаю, каково тебе. «Глупая, вечно любопытная крольчиха, всегда сующая свой нос куда не следует!»       — Ты здесь не причём… — утерев слёзы, Лена немного успокоилась. — Мне всегда трудно это вспоминать. Как же приятно поговорить, с кем-то, кто не перестал сочувствовать. — сестрица разбойника горько ухмыльнулась. — Он не был жестоким. Всегда договориться пытался…

***

      Это было на второй год после Войны… Мы жили на Медведково. Разумеется, ещё до того, как она запустела… Мне тогда всего семь лет было… Отец… стал промышлять сталкерством. У него это плохо получалось и поэтому, он редко приносил на станцию что-то ценное. Но мне ничего и не нужно было… Я была благодарна ему за то, что он возвращался живым. Немного погодя, отец стал брать брата на поверхность — обучать его правилам выживания… О мутантах, ясное дело, в то время мы ещё не знали. Но всегда есть те… кто страшнее любого мутанта… (Двенадцатое января две тысячи пятнадцатого года. Полдень.)       — Пусто… — Андрей, обыскав очередной стол на предмет полезного, досадно стукнул по нему кулаком. — Опять! Чтоб тебя… Выйдя из комнаты, расположенной на втором этаже пятиэтажки, мужчина взглянул на наручные часы и позвал второго: — Сын! Отклика не последовало.       — «Чёрт, и где его только носит?» — в сердцах буркнул охотник, выходя на лестничную площадку и надевая респиратор. Сталкер из бывшего архитектора был не ахти какой, но Андрей не жалел никаких сил, полностью отдаваясь своей новой «работе». Чтобы выжить, нужно было приспособиться к этому новому, страшному миру и он сделал это. Ради своей семьи — сына-подростка и ещё совсем маленькой дочери, он старался не падать духом. Но похоже, его запал стал иссякать. Уже давно они возвращались без ничего… «Если мы сегодня ничего не найдём чего-нибудь стоящего, то от меня живого места не оставят…» Сверху послышались частые громкие шаги. Неизвестный бежал вниз по лестнице, словно убегая от кого-то. По лицу сталкера-архитектора начал обильно стекать пот и он нервно прикусил губу. Он резко передёрнул затвор и вскинул свой «АКСУ», направив его в сторону лестницы. Шаги приближались и он сильнее сжал рукоятку автомата, готовясь нажать на спусковой крючок.       — Папа! Только услышав это слово, Андрей тут же облегченно выдохнул и опустил автомат стволом в пол. Человек, одетый в местами порванный, прорезиненный комбинезон быстро спускался по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Маска-противогаз, закрывала всё его лицо и только сухие каштановые пряди волос, виднелись из-под капюшона комбинезона.       — Глупец! — грубо отрезал отец, отвесив незадачливому сыну подзатыльник. — Я тебя чуть не прикончил! Ну сколько раз я тебе должен объяснять, чтобы ты не отходил от меня? А?! Андрей говорил это, боясь скорее не за сына, а за себя. Сколько бы он не пытался измениться, сколько бы не убеждал себя, он все равно боялся этого мира. Он смог приспособиться к его суровым условиям, но лишь приспособиться, а не подчинить их под себя. В отличии от сына, который всегда находил приключения на свою задницу, и чувствовал себя совершенно свободно, пытаясь показаться храбрым в глазах отца-труса. Так и произошло, что из двенадцатилетнего юноши добытчик вышел куда лучше, чем из сорокалетнего мужика. Немного остыв, Андрей смягчился и просунув руку под капюшон парня, потрепал его по голове.       — Что-нибудь нашёл? — спросил он пацана.       — А то! — мальчик, сняв с плеча походный рюкзак, расстегнул его.       — Та-а-ак… — сталкер, присев на колено, начал рассматривать его содержимое. — Две банки тушёнки, гречка, консервы… Сынок, ты чего, склад федералов ограбил? — усмехнулся Андрей, рассматривая скромную, но хоть какую-то добычу. — М-да… негусто! Откуда-то с улицы послышались едва различимые шаги. Андрей замер и, посмотрев на сына, приложил указательный палец к маске. Парень кивнул и тоже перестал шевелиться. Сейчас любой неосторожный звук, мог выдать их. Снизу, глухим ударом, вышибли дверь.       — Наверх! Они там! Я их видел!       — Скорей… Услышав роковой голос, Андрей закинул рюкзак за плечо и рванул к чёрному выходу.       — Скорей! Парень, быстро сообразил, что медлить нельзя и припустился вслед за отцом. За его спиной уже раздавались шаги людей в тяжелых ботинках, поднимающихся наверх, и когда он завернул за один из проемов, он краем глаза заметил силуэт одного из них.       — Туда побежали! Проскочив несколько дверных проёмов, мальчишка, оперевшись на перила, начал спускаться по лестнице. Он сбил своё дыхание и биение сердца гулко отдавалось в ушах, из-за нехватки воздуха. Но останавливаться нельзя было ни в коем случае. Когда он оказался на первом этаже, он нашёл спину отца в проеме и кинулся вслед за ним. До выхода оставалось всего несколько шагов, когда юноша увидел, как его отец остановился и беззвучно упал на серый от дождя и грязи, снег.       — ПА-А-А-А! В затылок упёрлось металлическое дуло револьвера.       — А ну-ка, мальчик. Руки вверх!

***

Рассказ девушки прервал протяжный стук в дверь.       — К-кто там? — постаралась спросить нормальным голосом Лена.       — Открывай, — довольно ответил ей уже давно знакомый голос. Девушка быстро кинулась к двери. Провернув замок на один оборот, она открыла дверь. Джуди, встав со стола и стараясь не показывать свой страх, напряженно смотрела, как Баст, явно в приподнятом настроении, взглянул сначала на сестру, а потом и на неё.       — Леночка… скажи мне. Зачем вы заводили этот разговор? — Баст пытался сказать это как можно мягче и спокойней. — Нет… даже не так. Скорее — зачем вы ВООБЩЕ разговаривали?       — М-мы просто беседовали, — Елена старалась сохранить спокойствие. — В-вот и всё. Что в этом такого плохого?       — Плохого в этом ничего нет. Просто я крайне возмущён! Эта зверюшка, наверняка расслабилась, пока ты с ней разговаривала! Он взял сестру за плечи и, аккуратно отодвинув ее в сторону, медленно пошёл по-направлению к Джуди, нацепив на себя садистскую ухмылку.       — Джуди! За меня давай! Сказав это сестра бандита перекрыла ему дорогу, не пуская его дальше.       — Что, сестрёнка? Повелась на её милую мордашку? — он указал на озлобленное лицо Хоппс. — Знаешь, как говорят? Внешность обманчива!       — Отойди от неё!       — Да ты что? — хмыкнул Баст. — Смеешь приказывать старшему брату? Тому, кто тебя содержал все эти годы, после того как папашу…       — Хватит… — прошипела Елена, сдерживая слёзы. — Не надо…       — Лена, ты… ты понимаешь, какой был риск так с ней разговаривать?! Баст, решив не продолжать тему с покойным отцом, вновь кинул взгляд на Джуди, которая выпустила коготки, готовясь защищаться.       — Эта «милая зайка» — лучший боец Ордена «Спарта». Лучший! Боец! Чёртовой! Спарты! — Баст ударил по столу кулаком. — Ты пойми, эта маленькая дрянь возьмётся за любую возможность сбежать! И она уже наверняка втерлась тебе в доверие, м? А потом использует тебя! Ведь так? Елене не нашлось, что ответить. Она просто стояла с немного заплаканными глазами, стараясь не зарыдать ещё больше.       — ВЕДЬ ТАК?!       — Сядь… — девушка сжала кулаки.       — Что?       — Я СКАЗАЛА СЯ…

***

«БА-БА-АХ!» Пол сотрясло и с потолка слетела пыль, когда от резкого грохота, у людей едва не заложило уши. Где-то на станции прогремел взрыв и его ударная волна снесла с полок большую часть книг. Карта слетела со стены, а бутыль, стоявшая на самом верху, вдребезги разбилась об пол заполонив его осколками.       — А-А-А-АЙ! — Джуди скрипя зубами схватилась за уши, болезненно перенёсшие этот грохот. Она не смогла удержаться на ногах и оступилась, наступив на острые, как бритва, осколки. От неожиданной боли, зайка свалилась на пол и схватилась за раненую лапку. Меньший из осколков вонзился в палец, а другой торчал из голени. Кровь уже успела окрасить ее шёрстку вокруг ран и каплями стекала с одной из граней осколка. Она дотронулась до стекла, и сразу судорога, вызванная болью, прошлась по всей ее ноге. Джуди зажмурилась и тихо завыла, чтобы хоть как-то унять боль.       — На пол, дура! Ложись! — Баст накрыл собой Лену, чудом сумевшей поймать рамку отца, которая чуть не упала и не разбилась. Второго взрыва не последовало. Теперь со станции послышались десятки, а может и сотни выстрелов. Крики жителей, вопли и жаргон бандитов…       — Джуди… держись… держись! — увидев страдающего зверька, Елена обхватила руками крольчиху, сжимавшей от боли зубы, и начала осматривать её рану. — Потерпи-потерпи… Мы сейчас что-нибудь придумаем! В это время Баст, чувствуя неладное, открыл дверцу шкафа, достал из неё автомат и, передёрнув затвор, на корточках направился к двери, чудом не слетевшей с петель. Выстрелы не умолкали. Наоборот — их количество только умножалось.       — Босс, у нас проблемы! — в проёме распахнутой двери появился пожилой мужчина двухметрового роста. Его длинные, как у азиата, усы — казалось поседели. На лице бандита было несколько свежих ссадин, а из-под вспоротого рукав бежевой толстовки виднелась кровоточащая рана.       — Там китаёзы как ба-абахнули! На станции погромы!       — Вот с-суки узкоглазые… я им устрою…       — Их там много! — старался восстановить дыхание старик. — Вроде мелкотню с бабами удалось вывести, а… остальные — все там!       — Так… — Баст на секунду задумался. — Лена! Сиди тут! Не выходить без моего приказа! Он кинул злобный взгляд на Джуди, которая начала немного поскуливать.       — Ты смотри не сдохни раньше времени, милая моя. Живой ещё пригодишься! А ты, — кивнул он усатому. — За мной! Пора в очередной раз сократить ИХ численность!

***

Платформа Китай-города была кромешным адом. Выбегающие из перехода китайцы, в основном с холодным оружием и горящими факелами в руках — бросались на вооруженных автоматами охранников. Одни падали, перерезанные очередями, другие занимали их место. Повсюду слышались чьи-то остервенелые вопли. Пахло гарью и кровью. Вдобавок ко всему на всей станции стоял настолько плотный клуб дыма, что Баст с трудом мог что-либо видеть. Он уже потерял из виду Скальпа — тот либо лежал на кровавом полу платформы, либо всё ещё сражался, сейчас это было не так важно… Тут ему на глаза попалось двое азеров в лохмотьях, вырывающих автомат у одного из бандитов. Тому удалось сбить с ног одного противника. Второго взял на себя Баст.       — Кхе-кхе-х… — от дыма слезились глаза и говорить было очень трудно. — Что прои… кхе-хе! Что произошло?! Что так громыхнуло? Кхе-кхе…       — Наши восточные «соседи», босс! Подорвали туннель к Таганской! Кхе… Видимо всё-таки решили, что из-за своего названия, станция должна вся принадлежать им! Баст, похлопав по плечу дозорного, крикнул на всю станцию, что было сил:       — НАЗАД! ВСЕ К ТУННЕЛЮ НА ТРЕТЬЯКОВСКУЮ! Пока снова не зашёлся в кашле от едкого дыма. Упав на колени и прикрыв глаза, бандит не заметил бежавшего к нему китайца с мачете руках.       — Бось вась присяет! — что-то неразборчиво пропищал он, готовясь к замаху. Тут же его колено пробила пуля, выпущенная кем-то справа. Воспользовавшись моментом, Баст, выхватил мачете из рук азиата, и воткнул его в живот налётчика.       — Как-нибудь в другой раз… — прохрипел бандит, с особой жестокостью прокручивая нож по часовой стрелке, пока его противник корчился в агонии.       — Босс! Отходим! — подхватив разбойника за руку, подоспевший Скальп потащил его к туннелю, ведущего на Венецию.       — Стой… кхе-кх… нужно забрать Лену… С трудом добравшись до разваливавшейся на глазах халупы, когда-то считавшейся настоящей «квартирой» Баст, судорожно забарабанил в дверь.       — Открывай… ОТКРЫВАЙ! Лена! Это я! Сестра отворила дверь только спустя несколько секунд. Перепуганная, она держала на руках Джуди, стопа у которой уже была перебинтована. По выражению лица крольчихи, стало понятно, что зайка едва была в сознании, и могла с минуты на минуты отключиться.       — Уходим, кхе… На Венецию! — скомандовал брат, но тут он заакцентировал внимание на раненой. — Лена… какого хрена ты с ней цацкаешься?!       — Я… я идти не могу! — из последних сил простонала крольчиха.       — Ничего, лучший боец Спарты… Сможешь! Особенно, когда у тебя за спиной толпа разъяренных пуховиков, жаждущих сделать из тебя китайский сувенир. Ты ведь не хочешь стать чучелом, а? То-то! Теперь встала и пошла! Живо-живо! Времени спорить уже не оставалось и Лена поставила Джуди на землю. Крольчиха смогла устоять и пошла вслед за Бастом, пересиливая нарастающую боль.       — Ага! Вотя они! Писк сзади заставил всех четверых прибавить ходу. Хромая, Джуди, которую уже полностью одолел страх, не видела, куда она ступала. Споткнувшись о плиту, ушастая чуть не упала.       — Да что же это такое! — злобно проорал ей в ухо Баст, отстреливаясь от наступавших на пятки азиатов. — Ты можешь переступать быстрее?!       — Не… не могу… — Джуди, уже полностью выбившись из сил, потеряла сознание. Бандит схватил упавшую крольчиху подмышку и понёс ее к переходу, матерясь себе под нос.       — Артистка, вашу мать… Позади раздалось несколько автоматных очередей.       — А-а-а! Зараза-а-а! Бежавший последним Скальп резко упал, схватившись за плечо.       — Вот бл… Лена, бери её! И беги в туннель! — приказал ей брат. — И ни в коем случае не смей выпускать её из рук, ты поняла?! Передав Хоппс сестре, Баст, на ходу перезарядив свой пистолет, подбежал к напарнику.       — Кажется, попали в лопатку… Дерьмо. Сделав выводы, он, помогая старику подняться, перехватил его через плечо.       — Кх… всё в норме, Босс… Жить буду…       — Ещё как будешь, дружище… Тебя бы до Третьяковки дотащить. Сумев добраться до полуоткрытых гермозатворов, Баст, еле забежав за них, потянул на себя рычаг, встроенный в стену. Из-за закрывающихся ворот всё ещё раздавались редкие выстрелы, подарившие остаткам уцелевшим шанс на спасение…