LOST IN UNDERTALE

Скелет не спеша перемещался по Хотленду, с тех событий здесь стало совсем пусто. Ни души, ни монстра. Лишь изредка проскальзывали роботы, созданные Альфис. Они шныряли туда-сюда и явно вели наблюдение за скелетом. Ему это, конечно, не нравилось, однако делать было нечего, и он уверенно двигался к лаборатории — последнему пристанищу всех выживших монстров, а по факту, ещё одной их тюрьме. Перед самым входом его встретили огромные псы-роботы, глаза горели красным и весь их вид говорил об их недружелюбии. Войдя в комнату под их конвоем, он увидел свою старую знакомую, которую теперь уже с трудом признавал. Альфис заметно побледнела и словно потеряла цвет, став почти серой. Вместо привычного лабораторного халата, на ней было длинное тёмное платье в горошек, жутко потрёпанное временем. Она стояла спиной к незваному гостю и что-то высматривала на мониторах. — Привет Альфис, — Санс натянул улыбку, всеми силами стараясь не выдавать отвращения и разочарования. Он не понаслышке знал, к чему приводит такая неосторожность. Наместница короля слегка дёрнулась и медленно повернулась к скелету. В её глазах, как и всегда, отражалось уже привычное нескрываемое безумие, её даже слегка подёргивало временами, особенно, когда она злилась или нервничала. — О-о-о, кто явился, — выражение её лица сильно перекосилось, сделав похожим на змеиное. — Пришёл просить убежища? — Да нет, я так, прогуливался просто, — в этот момент он всеми своими костями ощутил, как не по нраву пришёлся ей этот ответ. Один лёгкий жест и державшие его стражи со всей, данной им, механической силой, пересчитали ему все рёбра до единого. Скелет упал на пол от боли, но его подняли обратно на ноги, держа в железной хватке. — Да не уж-то, — медленно протянула Альфис, подходя ближе, показывая всем своим видом недоверие к его словам. — Андайн, ты веришь ему? — она перевела взгляд на вазу, стоящую на своеобразном пьедестале — в ней покоился прах погибшей, который Альфис собрала почти до последней капли. Лицо учёной ещё сильней перекосило, а рот искривила неимоверно безумная улыбка. — Да, я с тобой согласна… Наконец её взгляд вернулся к скелету, и мгновенно посуровел. — Лжёшь же, гнусный предатель, — голос изменился и стал очень серьёзный, её словно бросало то в жар, то в холод, от безумия к хладнокровию, однако её разум, судя по всему, уже давно погряз в этом хаосе. — Я никогда тебе не лгал, — он вновь получил по рёбрам и согнулся пополам. Альфис не спеша подошла к нему, их разделял лишь какой-то жалкий метр. — Ты что, удумал сбежать из нашего мира? — она говорила нарочито медленно, специально растягивая слова. — Я не дам тебе такой возможности, ты будешь гореть в этом аду вместе со всеми нами. Хотя… возможно, если ты вернёшь мне, что украл, то, возможно, тогда… — Извини, Альф, но не в этот раз. Королева замолчала, испепеляя его взглядом, полным откровенной ненависти. В нём не осталось ничего, что раньше составляло её личность, всё пало под натиском безумия и горя, в котором она существовала все эти годы. — Тогда мне больше не о чём с тобой разговаривать, — зло проговорила она, и роботы поволокли скелета прочь. Он молчал. Душа болела. Но ледяной разум не позволял ему самому опускаться в это безумие, которое так и ходило подле все эти годы. Только одно давало ему силы жить в разуме — желание всё исправить. Он должен это исправить. Он сможет это исправить. Иначе… кто знает, как далеко его заведёт собственное безумие. Фриск слышит шаги за своей спиной, но, оборачиваясь, никого не видит. Внутри нарастает страх, но она уверенно держит его под контролем, успокаивая себя. Шаг. Ещё шаг. — Человек, — голос за спиной застаёт её врасплох перед самым мостом. — Неужели ты не знаешь, как встречать нового приятеля? Повернись и пожми мне руку. Она боится, но всё же поворачивается и жмёт руку незнакомцу. Раздаётся звук… Фриск, недоумевая, хлопает глазами, краснеет и, подняв глаза, видит перед собой улыбающегося скелета чуть выше её собственного роста. — Хехех… старый трюк с подушкой-пердушкой в руке. ВСЕГДА смешно. Ладно, ты же человек, верно? Вот умора. Потягиваясь, девушка медленно просыпается, чувствуя приятное утреннее спокойствие и накатившуюся лень. Ей снилось что-то очень хорошее, точно она вспомнила какой-то важный и светлый момент жизни, однако эти воспоминания быстро таяли, словно боясь реальности. И в голове засел лишь этот знакомый образ. Кто-то весёлый, невысокий и… родной. Отчего-то он невольно напомнил ей уже знакомого скелета. Он тоже носил похожую синюю куртку. Но девушка быстро отбросила эти мысли прочь. Её Санс не любит шутить, по крайней мере, при ней он ни разу не выкинул ни одной шутки. Да и ещё этот красный шарф... он не снимал его даже в комнате, словно он много для него много значил. Однако Фриск не хотела расспрашивать монстра ни о чём, заведомо зная его ответ: «Тебя это не касается». Эту фразу он, наверное, говорил даже чаще, чем «Доброе утро». Хотя, возможно, он прав и это действительно её не должно касаться. В конце концов, она тут случайно, и дела их мира к ней не относятся. Закончив этот мысленный диалог с собой, девушка наконец поднялась с кровати. Санса, как она и ожидала, дома не было, он всегда исчезал куда-то, не говоря ни слова, но она знала, что он пытается найти способ вернуть её на поверхность. Но… хочет ли она возвращаться? Если подумать, прожив здесь столько времени, она совсем не чувствовала тоски по дому. Её семья давно стала ей чужой, они считали её больной с расстроенной психикой, и поэтому с детства таскали по врачам, кололи уколы и клали на обследования. Они не любили Фриск. И она знала это. Ну, а её «друзья»? На самом деле она никогда и никого из них не считала другом, они, скорее, просто способ убить время чуть более интересно, чем обычно. Да и эти ребята не особенно прельщали компанию девушки. Всё дело в одном общем «друге». Они выросли на одной улице, он считает себя её товарищем, и вечно зовёт на всякие тусовки. Хотя, по сути, он никогда не интересовался её чувствами и проблемами, ему просто нравилось, когда вокруг много людей и совсем не важно, как они общаются между собой. Так что, она чужая, даже в кругу «друзей». Но здесь всё по-другому. Тут она чувствовала себя… словно на своём месте. Фриск покачала головой, пытаясь отвлечься от этих мыслей, она вернулась к готовке завтрака, чтобы, наконец, унять это жуткое чувство голода. Но мешая ингредиенты в миске, она случайно перевела взгляд в окно, и тут же окаменела. На неё смотрел ребёнок. Маленькая девочка в зелёном свитере и совершенно черными глазами. По щекам стекала чёрная жидкость вместо слез, губы, растянутые в улыбке образовывали оскал, совершенно непохожий на человеческий. На голове виднелись два рога. Она подняла руку и тонкими коготками трижды постучала по стеклу. Звук отдался в ушах, перед глазами всё поплыло от страха, Фриск выронила миску на пол и, не помня себя от ужаса, рванула с места. Оступившись несколько раз на лестнице, и сильно подвернув ногу, она вбежала в комнату Санса и захлопнула дверь, прижавшись к ней спиной. Её всю колотило. Убежавшее в пятки сердце еле двигало похолодевшую в венах кровь. Рваное дыхание никак не выравнивалось и упорно продолжало хрипеть как в приступе астмы. В этот день она больше не спускалась вниз. — Фриск? — этот долгожданный голос раздался снизу, однако девушка не могла себя заставить подняться, её тело просто свело от страха, который не отпускал много часов. Она чувствовала, что жуткий ребёнок ещё там. — Что за погром ты устроила на кухне? — голос плавно переместился на второй этаж и скелет раздражённо распахнул дверь. Девушка, укутанная в одеяле, сидела на кровати в самом углу комнаты. При одном взгляде на него, её глаза наполнились искренним и неподдельным счастьем, излишки которого даже начали капать с ресниц. — С-Санс! — еле сдерживая плач, она вскочила с кровати и кинулась к нему, крепко прижавшись к его грудной клетке. Ноги взвыли от долгого обездвиженного состояния и отказывались держать тело, однако скелет вовремя поддержал её, не дав совсем осесть на пол. — Ну что с тобой опять? — она почувствовала его встревоженность, вперемешку с раздражённостью. — Кошмар? — Н-нет, там… — она почувствовала, как страх вновь подступил к сердцу, стоило ей вспомнить об этом жутком видении, и Фриск сильнее вжалась в холодные кости. — Там жуткий монстр… за окном! — Какой монстр? — Санс заметно напрягся, но старался не подавать виду, чтобы не волновать девушку ещё сильней. — Ре-ребёнок… Санс почувствовал, как внутри всё словно окатило льдом, от страха и ненависти одновременно. «Чара…» — Ты с ней говорила? — голос посуровел. Скелет отцепил руки девушки от себя и отстранился, внимательно вглядываясь в её глаза. — Н-н-нет, — судорожно покачала она головой, почти кожей чувствуя нарастающую угрозу с его стороны. — Никогда. Запомни! Никогда и ни при каких обстоятельствах не разговаривай с ней. Не смей даже дверь входную открывать! Санс вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Он чувствовал, что ему нужно было успокоиться. Говоря недавние слова, он так сильно сжал её руки, что мог сломать их, если бы она не вскрикнула от боли. Он корил себя за такую несдержанность, за то, что дал своим чувствам взять над ним верх. Он не должен впредь быть настолько опрометчивым. Сделав глубокий вдох, скелет вошёл на кухню и тут же заметил в окне уже знакомую ненавистную фигуру. Она ещё шире улыбнулась и поманила его пальцем, однако он холодно проигнорировал этот жест и закрыл окно шторой. Он убрался и приготовил изголодавшейся девушке перекусить. В конце концов, она не ела ничего весь этот день. — Я закрыл все окна, не открывай их, — с порога проговорил монстр, вернувшись к девушке с небольшим подносом. — Она ещё там? — тихо и немного хрипло спросила девушка, с опаской глядя через открытую дверь в другую часть дома. — К сожалению, — буркнул он в ответ, поставив перед ней её скромный ужин. — А… кто она? — Это тебя не касается, — очень резко ответил тот, дав понять, что эта тема так же закрыта для неё. Глаза Фриск невольно наполнились слезами, но она больше ничего не сказала и принялась за еду. Санс украдкой следил за ней, и быстро понял, что состояние девушки довольно шаткое, и своими резкими словами он сильно её обидел. Дождавшись, когда она всё съест, он, скрепя сердцем, проговорил: — Извини меня… Фриск подняла на него слегка покрасневшие глаза. — Я не хотел тебя обидеть. Просто… — Я знаю… — она утёрла слезы длинным рукавом свитера. — Я с поверхности. И меня не должны касаться дела вашего мира. Я понимаю… просто… иногда, — она всхлипнула и не смогла больше ничего выговорить, слезы так и рисовали дорожки по её щекам. Девушка подвинулась ближе к скелету и уткнулась носом в его плечо, вдыхая такой отдалённо знакомый аромат его куртки. Санс, немного поколебавшись, обнял её, прижав хрупкое тельце к себе. — Не бойся, — тихо, успокаивающе проговорил он, нежно гладя её длинные шоколадные волосы. — Пока ты в доме, этот… монстр ничего тебе не сделает. Главное… НЕ выходи.