Оцепенение

В эту ночь, впервые с момента смерти сестры, Хоуку спалось очень спокойно. Стены непривычно большой спальни перестали угрожающе нависать в темноте, да и душный воздух больше не давил на грудь. Воин полудремал, нежа налитое усталостью тело в прохладных простынях, и вокруг ему чудилось шуршание невидимых перьев. Они залетали в комнату вместе с ночным ветерком через открытое окно и ложились на кровать и пол. Время от времени Гаррет поднимал руку, чтобы поймать одно из них, но пух был таким шелковистым, что проскальзывал меж неуклюжих пальцев. Хоук, ничуть не огорченный такой неудачей, продолжал блаженно улыбаться. Внезапно, большая тень закрыла собой лунный свет, льющийся в помещение с улицы. Воин лениво повернул голову, чтобы узнать в чем дело. На подоконнике, скрестив длинные бледные ноги, сидела обнаженная фигура. Голая кожа молочного цвета ярко контрастировала с ворохом черных перьев, которые подобно длинному плащу струились с плеч. Гаррет затаил дыхание. Миллиметр за миллиметром исследовал он чужое тело: от кончиков пальцев ног, вверх к соблазнительным бедрам и плавно вздымающейся грудной клетке, пока его взгляд не остановился, наконец, на загадочной улыбке. Глаза Андерса призывно сверкали, и Хоук протянул к нему руки, приглашая в свои объятия. Грациозно, словно многочисленные перья подарили ему возможность летать, маг спрыгнул с подоконника и подошел к кровати. Эта близость опьянила Хоука. Он все пытался коснуться светящейся в темноте кожи, но пальцы каждый раз промахивались. Воин начал злиться, но даже природная сила не помогала ему достичь желаемого. Чем грубее он пытался ухватиться за манящее тело, тем с большей легкостью ускользал от него Андерс. Гаррет обессиленно застонал, сминая в кулаках простыни. «Пожалуйста, пожалуйста», - шептал он. Но маг продолжал стоять, загадочно улыбаясь, пока очередной порыв ночного бриза не растворил его фигуру в темноте. Хоук проснулся. Створка открытого окна хлопала от сильного ветра, завывавшего снаружи. По всей видимости, этот звук, предупреждавший о грядущей буре, и разбудил воина. Окинув комнату сонным взглядом, он убедился, что загадочных ночных посетителей в ней не было. А единственное перо, которое здесь когда-либо появлялось, лежало у него на груди, оберегаемое нежной, но уверенной хваткой сильной ладони.

***

В «Висильнике» никогда ничего не менялось. Все, начиная от привычного, чуть кисловатого запаха, заканчивая пивными пятнами, прочно въевшимися в деревянный пол, оставалось прежним. Будто немилосердное время, ровнявшее горы с землей, каким-то таинственным образом теряло свою власть в этих стенах. Сегодня Андерс ощущал это особенно остро. Несмотря на то, что его не было в трактире около месяца, он никак не мог отделаться от чувства, что и не покидал его вовсе. Даже компания Хоука сидела за тем же столом и перебрасывалась все теми же картами из потрепанной походной колоды. Маг отказался участвовать в общем веселье. Он сидел с краю и задумчиво глядел в полную кружку. Пена уже успела осесть, а он так и не пригубил свой напиток. Привычная атмосфера заведения убаюкивала, но сквозь обволакивающую сознание дымку пробивалось непонятное беспокойство. Сначала Андерс списал все на холодность приема Гаррета, который хоть и пригласил его, весь вечер смотрел в другую сторону и методично напивался. Но затем маг понял, что за странным чувством стоит нечто иное. Он готов был поклясться, что чей-то недоброжелательный взгляд сверлит затылок, вызывая непреодолимое желание оказаться как можно дальше отсюда. Впрочем, стоило обернуться, как наваждение исчезало. Внезапно, внимание Андерса привлек заливистый смех. Он поднял глаза от кружки и увидел, как одна из проституток, которыми кишели все таверны Нижнего города, седлает колени Хоука. Тот настолько разомлел от выпитого, что даже не попытался оттолкнуть ее - лишь меланхолично разглядывал пышный бюст, покачивающийся на уровне его глаз. - Ты тот самый ферелденский богач, да? – сладко пропела женщина, склоняясь над ухом воина. Она нарочно опустила одно плечико так, чтобы лямка ее дешевого, как и эта уловка, платья съехала вниз. Мага едва не передернуло от отвращения. Он почти физически ощущал, как приторный запах чужих духов липнет к коже Хоука, а каждое новое прикосновение марает его грязью. Ну а когда ярко накрашенные губы плотоядно впились в рот воина, Андерс не выдержал. Он поднялся, с грохотом отодвигая стул в сторону. Все присутствующие обернулись на громкий звук, и даже Гаррет поднял свой затуманенный алкоголем взгляд. Маг чувствовал, что должен как-то объяснить свою неуместную выходку. Не раздумывая, он решил ударить в самое больное место: - Бетани была бы разочарована твоим поведением. В помещении установилась абсолютная тишина. Все замерли в ожидании реакции Хоука, но слова, по всей видимости, доходили до его сознания крайне медленно. Андерсу уже начало казаться, что воин промолчит, так и оставив эту недосказанность висеть в воздухе. А ведь уйти, зная, что он проведет остаток ночи в объятиях проститутки, было бы настоящей пыткой. Наконец, Гаррет заговорил. - Не смей. Упоминать. Сестру, - отчеканил он. Во взгляде, устремленном на мага, было столько ненависти, что тот, не на шутку перепугался и инстинктивно попятился. Это было большой ошибкой, так как воин принял несмелые шаги в сторону двери за попытку к бегству. Проститутка, коротко вскрикнув, упала на пол и принялась браниться, но никто даже не взглянул в ее сторону. Все как зачарованные следили за Хоуком, который избавившись от ненужного груза на коленях, встал в полный рост и теперь угрожающе медленно приближался к обмершему Андерсу. «Только не здесь, - билось у мага в голове, - он же не может сделать это при всех». Когда тяжелая рука легла на плечо Андерса, толпа загудела вновь. «Вмажь ему», - послышалось откуда-то со стороны. Но стоило Хоуку обернуться, выискивая подстрекателя тяжелым взглядом, как всеобщий энтузиазм тут же сошел на нет. Коротко хмыкнув, воин скомкал мантию в кулак, и почти силой потащил мага по направлению к выходу. Никто даже не попытался их остановить. Открытая с ноги дверь жалобно крякнула, а затем захлопнулось вновь. Это лучше всяких слов объяснило разочарованной публике, что спектакль окончен, и можно вновь возвращаться к прерванным делам.

***

В угрюмом молчании Хоук вел мага сквозь безлунную киркволльскую ночь. Пару раз Андерс спотыкался на плохо держащих ногах, но воин не давал ему и секундной передышки, продолжая с силой тащить вперед. Уже через несколько улиц низкие раскосые дома стали сменяться более прочными и красивыми постройками Верхнего города. Как бы ни хотел маг отсрочить этот момент, они приближались к особняку Гаррета. Еще в трактире Андерс понял, что сопротивление лишь усугубит ситуацию, поэтому, когда воин бросил короткое «стой» и начал рыться в карманах в поисках ключа, он не сделал ни единой попытки вырваться или убежать. Разобравшись, наконец, с входным замком, Хоук грубо впихнул Андерса в знакомый холл. Особняк встретил припозднившихся путников теплом хорошо растопленного камина и голосом Бодана. - Мастер Хоук, это вы? - несмотря на то, что было уже далеко за полночь, старый гном выглядел бодро. - Прочь с дороги, - грубо скомандовал воин, толкая Андерса по направлению к лестнице, ведущей в спальню. Почувствовав, что господин сегодня не в духе, Бодан поспешно ретировался в одну из боковых комнат и прикрыл за собой дверь. Вместе с его уходом, пропала и маленькая частичка надежды, зародившаяся в душе мага - разговора один на один было не избежать. На верхних ступеньках ноги Андерса окончательно подкосились, и воину пришлось закинуть обмякшее тело к себе на плечо. Дотащив мага до спальни, Хоук без особых церемоний швырнул его на стоящее у окна кресло, и уперся ладонями в ручки по обе стороны, отрезая таким образом все пути к отступлению. - А теперь говори, что еще такого ты знаешь о моей сестре, чего не знаю я сам? Сверкавшие опасным блеском глаза воина находились как раз на уровне лица Андерса, лишая того возможности пошевелиться или отвести взгляд. И это оцепенение выдавало бушевавший внутри страх куда лучше, чем мог бы это сделать бессвязный поток оправданий. - Бетани ведь здесь не причем, да? – начал о чем-то догадываться Хоук. – Все дело в той шлюхе. Правда, произнесенная таким тоном, заставила Андерса вздрогнуть. Он решил считать собственные вздохи, чтобы создать хотя бы иллюзию контроля над ситуацией. «Раз, два, три…» - Хотел бы оказаться на ее месте? «Восемь, девять, десять…» - Прыгать у меня на коленях при этом пьяном сброде? «Пятнадцать, шестнадцать…» - Чтобы все знали, что этой ночью я буду трахать тебя? «Двадцать два, двадцать три, двадцать четыре…» - Ты этого хочешь, Андерс? «Тридцать». В одно резкое движение Гаррет поднял мага с кресла и развернул лицом к окну, наваливаясь сзади всем весом. Цифры тут же вылетели из головы, оставляя после себя полнейшую пустоту. - Ты это получишь. Воин отдернул штору. И хотя маг не видел ничего кроме своего отражения в глади стекла, он с ужасом осознал, что освещенное помещение прекрасно проглядывается с улицы. Казалось, что десятки чужих глаз наблюдают за ним из темноты. И тот недоброжелательный взгляд из таверны, конечно же, был среди них.

***

В этот раз Хоук решил непременно оставить перьевую накидку на маге. И пусть черный пух лез в рот, когда воин покрывал поцелуями гибкую шею, лишать себя возможности думать, что это продолжение того возбуждающего сна, не хотелось. Мантия и штаны мигом полетели на пол, и Гаррет с удовлетворением отметил, что видит Андерса полностью обнаженным впервые – наяву, во всяком случае. Он прошелся рукой по изгибу чуть подрагивающей спины. Чего-то все равно не хватало. Хоук закрыл на миг глаза, пытаясь воссоздать у себя в голове каждую деталь чарующего образа, и в следующий момент дернул за шнурок, скреплявший волосы в высокий хвост на затылке. Пряди легко рассыпались по плечам, заиграв золотыми отблесками на фоне черных перьев. Не удержавшись, Гаррет зарылся в них носом, вдыхая неповторимый запах мага. Было приятно ощущать под ладонями желанное тело, которое не исчезало и не проскальзывало сквозь пальцы. Материальный Андерс, пусть и без светящейся кожи и загадочной улыбки, нравился ему куда больше. Развернув мага лицом к себе, воин ловко подсадил его на подоконник и устроился меж разведенных в стороны ног. В такой позиции было намного удобнее сминать чужие губы в поцелуе, лаская попутно чувствительные соски и чуть выпирающие ребра. Тело Андерса было очень честным. В отличие от своего обладателя, оно ничего не могло скрыть от внимательных глаз Хоука. Запрокинутая голова, глухо стукнувшаяся о стекло, частые вздохи, вылетавшие из приоткрытого рта, и, наконец, напряженный член, пусть и против воли, но все же выдавали сокровенные желания мага. И Гаррету, считавшему себя хорошим любовником, не оставалось ничего, кроме как удовлетворить их, даже если со стороны это выглядело как насилие. - Думаю, сегодня ты готов зайти дальше, - ухмыльнулся воин, скользнув сразу несколькими пальцами в рот Андерса. Тот принял их с той же покорностью, с какой до этого принимал жадный язык Хоука. Несмотря на то, что маг старался сосать аккуратно, скопившаяся слюна все равно размазывалась по губам и стекала на подбородок. Гаррет продолжал интенсивно двигать рукой, но его внимание было уже полностью поглощено грудью Андерса. Воин словно задался целью испещрить красными отметинами каждый миллиметр бледной кожи. Он нещадно прикусывал и вылизывал ее, наслаждаясь тем, как постанывает маг сквозь пальцы, заполнявшие его рот. Если бы собственный член не был так болезненно напряжен, то Хоук с радостью растянул бы это занятие еще на несколько часов. Но выдержки не хватало. Воин отстранился, в который раз оглядывая раскрасневшегося, тяжело дышащего Андерса. Затем, приобняв его за плечи, Гаррет одним сильным толчком распахнул створки окна. От неожиданности маг вскрикнул. Его широко открытые глаза с ужасом покосились вниз. Из-за кромешной тьмы земля была не видна, и расстояние в два этажа казалось Андерсу бездонной пропастью, от падения в которую его оберегали лишь сильные руки Хоука. - Обними меня за плечи и ни о чем не думай. Тебе понравится, - прошептал воин ему на ухо, прежде чем впиться в губы очередным поцелуем. Нервы Андерса были на пределе. Практически ничего не осознавая, он обвил подрагивающими руками торс Гаррета и позволил уложить себя на узкий подоконник. Голова и плечи мага оказались на весу, а жесткая деревянная перекладина упиралась прямо в спину. «Главное не смотреть вниз», - подумал он. В следующую секунду все мысли, как по команде, покинули сознание. Виной тому была рука Хоука, легшая на все еще твердый член. Несколько сильных движений заставили Андерса запрокинуть голову и уставиться невидящими глазами в темноту. Страх вернулся вновь, лишь когда мокрые от слюны пальцы начали круговыми движениями массировать вход в его тело. Забывшись, маг попытался дернуться, но ощутив за спиной холодную пустоту, тут же приник обратно к воину и всхлипнул. Андерс ожидал боли, но первый палец проник внутрь, практически не вызывая неприятных ощущений. Гаррет действовал неспешно и очень умело. Скользившая по члену рука ни на секунду не замирала, в то время как другая сосредоточенно искала нужную точку в теле любовника. - Вот так, - прошептал Хоук, когда маг выгнулся навстречу, до боли впиваясь ногтями в широкую спину. - Держись крепче. Воин добавил еще один палец. Привыкшие к вторжению мышцы немного расслабились, позволив ему увеличить темп. Вторая рука ненадолго задержалась на бархатистой головке, размазывая выступившие прозрачные капли, а затем тоже задвигалась с удвоенной скоростью. Маг чувствовал приближение экстаза. Как и в прошлый раз, неконтролируемые стоны слетали с губ, а все тело мелко подрагивало. Но он нарочно сдерживал себя, так как боялся в самый последний момент разжать руки. - Ну же, - срывающимся голосом потребовал Хоук. Все это время вес мага находился на нем, и застывшая в одном положении спина начинала болеть, не говоря уже о том, что крупные капли пота скатывались по лбу. Командный тон подействовал на Андерса гипнотически. Именно с такой интонацией воин отдавал приказы на поле боя, вселяя в окружающих уверенность в скорой победе. Маг расслабился и позволил волне наслаждения омыть его. Как он и боялся, после финального, самого сильного стона непослушные пальцы разжались, отправляя его в полет, но руки Хоука тут же оказались рядом, подхватывая и поддерживая. Гаррет крепко обнял Андерса, затаскивая его в тепло освещенной комнаты. «Ты молодец, ты справился», - умиротворяюще шептал он, целуя виски дрожащего мага, пока тот не успокоился и не обмяк в кольце крепких рук. Внезапно, нечто блеснувшее за окном привлекло внимание Хоука. Он хотел было перегнуться через раму, чтобы присмотреться повнимательнее, как понял, что от пережитого потрясения Андерс потерял сознание. Аккуратно уложив мага на кровать, Гаррет вернулся к окну. Он долго смотрел в расстилавшуюся вокруг черноту, прежде чем тихо прикрыть створку и задернуть шторы. Хоук покачал головой. Своей выходкой он рассчитывал разве что позлить богатых соседей, а не привлекать к новоиспеченному любовнику ненужное внимание. На душе было неспокойно. Бросив взгляд на расслабленное лицо спящего, Гаррет задул все свечи и лег рядом. Нужно будет разобраться в чем дело, прежде чем позволить Андерсу вернуться в клинику следующим утром. А пока, не мешало бы утихомирить собственное разгоряченное тело и поспать, чтобы привести мысли в порядок.