За последним вздохом

- Торопитесь, - скомандовал архилич Кел’Тузад, летящий во главе отряда. - Мы должны найти короля Артаса как можно скорее! Кольтира хлопнул лошадь по торчащим ребрам, веля скакать быстрее. Лошади были сообразительными животными, но для перемещения по лесу не подходили: запросто могли запнуться о корни или оступиться. А еще их головы располагались ниже головы наездника, из-за чего последний легко мог вылететь из седла, ударившись о ветку, под которой спокойно проскакал конь. Поэтому эльфам было привычнее передвигаться верхом на крылобегах, но в Лордероне их не достать. Лошадь-скелет Кольтира отобрал у одного из немертвых прислужников демонов во время схватки в столице. Не лучший образчик своего племени, лошадь значительно уступала в скорости тому же Сумраку, например, а о боевых качествах и говорить не приходилось. Но чтобы создать хорошего немертвого коня нужно изначально взять сильное животное. Кольтире еще повезло, что успел этого поймать во всеобщей неразберихе. Начался этот хаос с того, что королю Артасу потребовалось срочно отправляться в Нордскол: его призывал Король Мертвых. Кел’Тузад распорядился подготовить корабли и собрать отряды, но демоны, которые уже пытались захватить власть над Плетью и были изгнаны королем Артасом, внезапно напали на столицу. В их распоряжении тоже было немало немертвых бойцов, а войска Плети были рассеяны по всему Лордерону, зачищая земли от остатков сопротивления. Бой шел на равных, но королю Артасу нужно было спешить в Нордскол, а потому Кел’Тузад и большая часть присутствующих в столице рыцарей смерти и некромантов и прочих воинов Плети остались прикрывать его отход. СМЕРТЬ ПРЕДАТЕЛЯМ! ДЕМОНЫ НАШИ ВРАГИ! - приглушенно, будто бы издалека звучал голос Короля Мертвых. У Плети были хорошие шансы на победу. Сражение удавалось затянуть, а за подкреплением уже были посланы гонцы, но Кел’Тузад вдруг скомандовал отступление и потребовал броситься на поиски короля Артаса. Приказы архилича, главы некромантов Культа Проклятых, но по факту - правой руки Артаса, - были непререкаемы. Несколько сильных, но медлительных поганищ остались в столице, а прочие воины Плети поспешили за Кел’Тузадом на север от столицы. Рыцари смерти, умеющие летать горгульи и архилич вырвались вперед. Примерно на полпути к Бриллу на широкой лесной поляне они наткнулись на короля Артаса, которого окружали банши и окончательно мертвые тела его отряда. - Назад, безмозглые твари! - зашипел на призрачных женщин Кел’Тузад, в отличие от остальных явно понимающий, что происходит. Он дал сигнал к атаке. Банши сильны, но уязвимы для магических атак и для оружия из саронита. Кел’Тузад взял с собой достаточно рыцарей смерти, вооруженных саронитовыми клинками - скорая победа была очевидна. - Так просто ты от меня не отделаешься, Артас! Я тебя из-под земли достану! - с ненавистью выкрикнула банши, в которой Кольтира узнал Сильвану Ветрокрылую. Она скомандовала своим подчиненным отступление, те бросились врассыпную и скрылись за деревьями. - Догнать и уничтожить! - приказал Кел’Тузад. Кольтира сразил одну банши, а затем погнался за другой. От него поначалу не отставал Орбаз, но потом банши влетела в густой участок леса, и Кольтира спрыгнул с лошади, чтобы передвигаться быстрее. Вскоре они оставили Орбаза позади, но угнаться за беглянкой Кольтире не удавалось. Она пролетала сквозь стволы и ветки, а ему приходилось огибать их. Разгоряченный схваткой и погоней, Кольтира ощущал азарт и жажду крови. Пусть крови у призраков нет, но некротическая энергия, удерживающая дух банши в мире живых, будет вполне подходящей заменой. Он бежал, не теряя ее из виду, пока не осознал, что она намеренно заманивает его дальше. Злясь на неудачу, Кольтира заставил себя остановиться и прислушаться. В Лордероне царила поздняя осень, ветер шуршал сухими листьями. Шагов или скрипа доспехов не было слышно - это все, что Кольтира теперь мог сказать о происходящем в лесу. Он сжал кулаки, сдерживая злобное рычание. Ему бы прежнее чутье да нынешнюю силу - он в лесу был бы непобедим. Впереди мелькнул клок тумана - банши все еще никуда не делась. - Ну что же ты, бесстрашный рыцарь смерти, боишься одну призрачную банши? - проскрипела она на талассйском. Немертвые все не соловьи, но у банши голос был самым жутким. Их крики не давали сосредоточиться для плетения заклинаний, а если слышать их долго - сводили с ума. Лучники промахивались, у опытного воина могла дрогнуть рука. На нежить магия голосов банши почти не действовала, разве что только пользоваться магией мешала, но поболтать с ними никто не стремился. Кольтира крикнул ей, чтобы сама выходила, а он не пойдет в ловушку к демонам. - Я не служу демонам. Моя верность принадлежит генералу Сильване, - возразила банши. Она медленно проплыла сквозь деревья вперед и остановилась в десятке шагов от Кольтиры. - Не нападай, я просто хочу поговорить. Я узнала тебя, сержант. - И я тебя узнал, мама-Птица, - отозвался тот, разглядев искаженные черты призрачного лица. Ему все еще хотелось убить ее, но это желание поддавалось контролю. Может, банши расскажет, почему совершила предательство, или еще что-то в таком духе. Узнать что-нибудь по-настоящему важное и оказаться полезным королю Артасу было бы неплохо. Рассветная Птица и другие банши были не первыми, кто предал Короля Мертвых. Кольтира помнил, как начиналась вся эта неразбериха несколько месяцев назад. Сначала у него и, похоже, вообще у всех в Плети вдруг оглушительно зашумело в голове, но это был не привычный голос их Повелителя, а какой-то грохот и треск. Вот как раз после того случая голос Короля Мертвых и стал звучать тише и отдаленнее. Потом, как только отзвучал этот странный грохот, вурдалаки и некоторые поганища будто сошли с ума, которого у них и без того было маловато. Начали бросаться на всех подряд и даже друг на друга или просто бесцельно бродить, игнорируя приказы. Таких было не много, и от них быстро избавились, но периодически появлялись новые. Возможно, именно таких немертвых и ухитрились завербовать демоны. Но банши-то явно не теряли разума и предали Короля Мертвых сознательно. Кольтира не отказался бы узнать, почему это произошло. Капитан Рассветная Птица подлетела еще чуть ближе, и Кольтира предупреждающе поднял клинок. Помимо голоса, банши обладали способностью захватывать чужие тела, и кто знает, каких дел она могла бы натворить, выдавая себя за него. - Как наши птенчики? - спросила она вдруг. Страдающий, с надрывом, голос создавал впечатление, что банши оплакивает их. - Понятия не имею. Я прикрывал их перестроение, и, пока меня превращали в рыцаря смерти, они уже куда-то делись. Разговаривать с ней было странно. Кольтира впервые видел прямо перед собой кого-то из прежней жизни и впервые вел с кем-то настоящий диалог, а не просто отделывался от собеседника или отчитывался Тассариану о выполнении его поручений. Он поймал себя на том, что больше не испытывает желания убить беглянку. - Тебе повезло, - ответила банши после короткой паузы. - А вот мне довелось убивать своих подчиненных. Смотреть им в глаза и убивать... - Ну... - протянул Кольтира. И что они теперь, как Рокир и ему подобные, будут мериться, кто больше назлодействовал? - А я вот соратников убивал, с которыми в Анклаве служил. И ничего. - Ничего? - переспросила она. Кольтира качнул головой. - Ни страха, ни пощады, ни сожалений? - капитан процитировала Короля Мертвых. - Именно. - Давай отомстим! - вдруг выкрикнула она, подаваясь вперед. - Кому? За что? - не понял Кольтира, не опуская направленного в ее сторону клинка. - Артасу! Плети! За то, что заставили нас нарушить присягу! За то, что заставили нас убивать своих! За то, что сделали нас такими! Кольтира пожал плечами. Какими "такими"? Более сильными, неуязвимыми, выносливыми. Чем плохо? Он с сомнением оглядел капитана. Способность атаковать голосом, но отсутствие собственного физического тела и возможности нормально контактировать с материальным миром. Она даже оружие в руки взять не могла, если не вселялась в кого-нибудь. Стала ли следопытка сильнее, будучи обращенной в банши? Может, потому она и злится, что не выгодной получилась замена? - Мы стали сильнее, - произнес он вслух. - Мы стали чудовищами! - яростно возразила она. - Ты даже не чувствуешь ничего, вспоминая как убил своих товарищей! Артас сделал нас такими! Мы клялись служить Квель'Таласу, сержант! И ты помнишь свою клятву! Ты все еще носишь талассийский доспех. Ты помнишь, на какой стороне должен быть! - Подожди. Я ношу талассийский доспех не поэтому. - А почему же? - Просто... - Кольтира начал говорить, но оборвал сам себя. Сначала много месяцев не мог додуматься заменить, потом долго ждал металл и некогда было мотаться в Брилл поторопить кузнеца, а теперь еще не выбрался узнать, готово или нет. Прозвучит нелепой отговоркой. Капитан не стала ждать его объяснений. - Пойдем со мной, мы будем служить Сильване, как раньше! Кольтира нахмурился. Да, раньше они оба служили генералу Сильване, это было при жизни, в Квель'Таласе. Но теперь они все вошли в Плеть. И то, что Сильвана и ее банши напали на короля Артаса - это именно предательство. Присоединяться к ним - как это нелепо. Кольтира не мог собраться с мыслями. Капитан продолжала уговаривать его, а еще он слышал голос Короля Мертвых, настойчиво призывающий спешить к нему в Нордскол и требующий полного повиновения и преданности. - "Клянусь не обращать свое оружие против квел'дорайского народа"! - продолжала капитан. - Ты помнишь это, сержант! Он помнил. Да, когда-то он, как и все следопыты, клялся до последнего вздоха защищать свою страну, ее правителя и народ. Тогда служить Квель'Таласу было для него естественно как дышать. Но теперь все было иначе. Кольтира больше не дышал. У него была насквозь пробита грудная клетка, широкое лезвие меча сломало ребра и разрезало сердце и легкое, а потом все это было затянуто с помощью темномагической энергии. Сила Короля Мертвых и Артаса, прошедшая по клинку Тассариана в тело Кольтиры, была тем, что позволяло ему ходить, разговаривать, убивать. В существовании Кольтиры больше не было ничего естественного. "До последнего вздоха" - это, конечно, условность. Последний вздох оборвался, но на этом существование Кольтиры не закончилось, и он должен был продолжать следовать клятве. А вместо этого он стал частью Плети и пошел убивать эльфов, которых поклялся защищать. - Мы станем свободными! Мы отомстим! Нас заставили предать свой народ, но мы еще можем заставить Артаса ответить за это! - убеждала его банши. ПЛЕТЬ НЕПОБЕДИМА! ВЕСЬ МИР БУДЕТ ПРИНАДЛЕЖАТЬ НАМ! Все эти рассуждения заводили Кольтиру в тупик. Он чувствовал себя растерянным. Возможно, капитан права, когда говорит, что их заставили предать свой народ, но разве новое предательство решит проблему? И потом, все это бессмысленно. Плеть непобедима. Под властью Короля Мертвых скоро будет весь мир, и убегать или сопротивляться - это только оттягивать неизбежное. Или нет? Голос Короля Мертвых, в последние месяцы стихший чуть ли не до шепота, загрохотал в голове, заглушая звук голоса банши и не позволяя Кольтире услышать собственные мысли. - Да замолчите вы уже! - рявкнул Кольтира. УБЕЙ! Он чувствовал, что прямо сейчас происходит что-то важное, что этот разговор с капитаном - это не просто треп старых знакомых или попытка вытянуть из предательницы полезные сведения. В словах мамы-Птицы был резон, и все это надо было осмыслить и сопоставить со всеми теми фактами, которые Кольтира знал о Плети и месте рыцарей смерти в ней. СМЕРТЬ ПРЕДАТЕЛЯМ! Прежние привязанности не имели значения, у немертвых не было друзей, семьи и любимых. У них не было родины - им скоро будет принадлежать весь Азерот. Но клятва и верность ей - это не что-то эфемерное и глупое, это не слабость и не... УНИЧТОЖЬ ВСЕХ, КТО СМЕЕТ ВЫСТУПИТЬ ПРОТИВ КОРОЛЯ МЕРТВЫХ! Голос все гремел и гремел. Кольтира выронил меч и обхватил голову руками. Он сдернул с себя шлем и впился пальцами в затылок, в тщетной попытке выцарапать и выбросить оттуда этот назойливый звук, эти приказы и категоричные утверждения. Все то, что мешало думать самому. Это были не просто слова, там была какая-то магия, которая приносила с собой странное ощущение, которое было нестерпимым, хоть и не являлось болью или чем-то, что можно описать словами. СЛУЖЕНИЕ ПЛЕТИ - ВОТ ДЛЯ ЧЕГО ВАМ БЫЛИ ДАНЫ СИЛА И ВЛАСТЬ НАД ЖИЗНЬЮ И СМЕРТЬЮ! - Сильвана поведет нас, - говорила банши. - Демоны ослабили Плеть, Артас теряет контроль над своим войском. Мы отвоюем себе земли и соберем свою армию, чтобы отомстить им всем! СОПРОТИВЛЯТЬСЯ ПЛЕТИ БЕСПОЛЕЗНО! Капитан продолжала приводить все новые аргументы, но Кольтира не слышал ее. Он упал на колени, вонзаясь пальцами в голову так, что ногти проникли под кожу, будто он собирался сорвать с себя скальп. ТВОЯ ВОЛЯ ПРИНАДЛЕЖИТ КОРОЛЮ МЕРТВЫХ! - Хватит! Заткнись! Заткни-и-ись! - орал Кольтира, но перекричать раскаты голоса Короля Мертвых ему не удавалось. А потом вдруг все стихло. - Вставай уже, - прозвучал знакомый голос. Кольтира скривился. Вот только Орбаза тут не хватало. Ситуация неприятно напомнила ему его собственную смерть и последующее несоображающее состояние, ставшее причиной множества проблем, а тут еще и этот тип. Их неприязнь была взаимной, и видеть его рожу Кольтире было противно. Взгляд у него всегда был какой-то настораживающий. На в целом красивом, с крупными чертами, лице Орбаза выделялись полные губы - при жизни какие-нибудь влюбленные человеческие женщины могли бы назвать их чувственными, но у Кольтиры они вызывали лишь чувство гадливости и недоверия. Ему не нравились ни рожа, ни ее носитель, вечно стремящийся указать эльфу его место. - Не то чтобы я против видеть тебя в такой позе... С трудом управляя своим телом, Кольтира встал и поднял шлем и меч. Ладони были скользкими: вымазаны в его собственной темной крови. Если не использовать специальные чары, то у немертвых кровь текла из ран медленно, сердце не гоняло ее по телу, но он же шевелится. Капитана Рассветной Птицы поблизости не было, наверно, ее спугнуло появление второго рыцаря смерти. Ну и тролль с ней, все равно ее предложение было слишком глупым, чтобы всерьез его рассматривать. Пытаться противостоять Плети - это идиотизм. - Это чем же она по твоим слабеньким эльфийским мозгам зашарашила, а? Не кричала же, вроде, - рассуждал Орбаз, возвышаясь над ним на коне. - Так это получается, я сейчас твою шкуру спас. Так что... - Да упыря тебе в глотку, Орбаз! Иди с троллями любись, - отмахнулся Кольтира, направляясь обратно к поляне, где началась погоня. Далеко они с мамой-Птицей убежали... Он громко свистнул, но на появление лошади не надеялся, та не успела привыкнуть к нему и, наверно, бродит где-нибудь по лесу или поскакала в столицу. Кольтира возвращался молча, не глядя на Орбаза, но оставаясь настороже - с того станется неожиданно напасть. Не убьет, неприятности с Тассарианом ему не нужны, но появляться в явно потрепанном виде, после поражения, перед всей верхушкой Плети с королем Артасом во главе Кольтира не хотел. Будь у него повыше шансы на победу, он бы и сам не отказался от возможности неожиданно напасть - самовлюбленный Орбаз точно взбесится, если его уделает эльф. Но силы были слишком не равны. Кольтире приходилось сдерживать свою ненависть к окружающим его рыцарям смерти, и из-за этого она становилась лишь сильнее. - Догнали? - спросил Тассариан, когда Кольтира и Орбаз вернулись к остальным. Кольтиру бесил тот факт, что без покровительства Тассариана он бы не справился даже с повседневным существованием среди рыцарей смерти. И потому каждый раз как видел своего командира, Кольтира вспоминал о собственной неспособности толком защитить себя. А знание, что все вокруг считают его подстилкой лейтенанта, бесило еще больше. Злость на Тассариана нужно было не только сдерживать, но еще и скрывать, что казалось Кольтире трусостью и подхалимством. Закономерно, что ненависть к себе и к командиру копилась и наращивала сама себя. Он старался лишний раз с Тассарианом не контактировать, просто держаться неподалеку, если не нужно было незаметно уйти, чтобы потренироваться. Вот и сейчас промолчал, предоставив Орбазу отвечать самому. - Нет. Эльф с ней трепался, но когда я добрался до них, она тут же удрала. - О чем трепался? - удивился Тассариан. Кел’Тузад, паривший в нескольких шагах от них, вдруг повернулся, заинтересовавшись разговором. - Не знаю, по-эльфийски же говорили. Но он перед ней на коленях стоял, - изобразил глумливый хохот Орбаз. Урод. И ведь не соврал даже. - Может, в любви признавался? Кел’Тузад подлетел к Кольтире и уцепился костлявыми пальцами за его подбородок, требуя смотреть в глаза. - Что тебе говорила банши? - прошелестел он. - Предлагала перейти на сторону Сильваны и отомстить, - четко и ровно ответил Кольтира. Ничего полезного он сообщить не мог, внимание столь высокопоставленной персоны Плети было ему непривычно, но он не собирался показывать растерянность. - Что ты ей ответил? - Что в Плети мы стали сильнее, - отозвался Кольтира быстрее, чем успел подумать, что сказать в ответ. Он был готов поклясться, что архилич как-то воздействует на него магией, заставляя отвечать и говорить правду, но возмущаться было бы бессмысленно. Наверняка Король Мертвых дал ему такие полномочия. Кел’Тузад удовлетворенно кивнул, но не отцепился, а продолжил пристально вглядываться Кольтире в глаза или сразу под череп. - Почему же тогда ты носишь эльфийский доспех? Ностальгируешь по Квель'Таласу, который мы разорили? - А ты вырядил свои кости в фиолетовые тряпки, потому что ностальгируешь по Кирин-Тору, из которого тебя выпнули? - огрызнулся Кольтира. И тут же оказался на земле, скрючившись от пронзившей тело боли. Он думал, что после смерти уже не ощутит ее настолько сильно. Архилич, искусный в темной магии и впитавший для своего воскрешения часть силы Солнечного Колодца, даже немертвого мог замучить. Гад. Сам же своими чарами заставил его говорить правду, и сам же не делал секрета из своего кирин-торского прошлого. А они там все в фиолетовом ходят, это официальный цвет чародейского ордена. Кольтира стиснул зубы, мысленно награждая архилича нелестными эпитетами на талассийском и всеобщем. - Встать, - приказал Кел’Тузад, как только действие его чар прекратилось. "Теперь ты веришь, что в последнее время он сам нарывается?" - донесся до Кольтиры голос Орбаза, стоящего за его спиной: Тассариану, наверное, снова старался глаза раскрыть. А Кел’Тузад тем временем продолжил допрос. - Кого ты любишь? - ошарашил он Кольтиру. - Чего? - удивился тот поначалу. У них тут безжалостная армия Плети или собрание секретничающих подростков? Кел’Тузаду так понравилась шуточка Орбаза про признание перед банши? Тоже посмеяться надумал над эльфом? Кольтира взъярился и прорычал: - Тебя, колдун. Ночами мечтаю полапать твои желтые кости и... Кел'Тузад снова воздействовал на него какими-то чарами. Кольтира не мог пошевелиться или продолжить говорить, пока тот не повторил свой вопрос. - Отвечай. Кого ты любишь? - Никого, - отозвался Кольтира. А кого бы он любил, если отца и брата больше нет? Он хотел снова надерзить Кел'Тузаду, но тот контролировал его своей некромантской магией, вынуждая подчиняться. - Кто любит тебя? - продолжал тот. Архилич парил в воздухе, слегка покачиваясь, из-за чего блеклые сине-фиолетовые огни его глаз постоянно двигались, будто гипнотизировали. - Никто. Некому его любить, все мертвы, а с дедом они не успели стать настоящей семьей. Да и не может быть семьи у рыцаря смерти, воина Плети. Дед сам пожелал ему упокоиться поскорее, и при встрече наверняка попытался бы помочь в этом собственноручно. - Что ты любишь? - Когда льется кровь. Когда есть кого убивать. Когда они чувствуют страх, - последнего пункта Кольтира за собой не замечал, но почему-то вырвалось. - Когда ко мне никто не лезет с тупыми вопросами. Кел’Тузад, наверно, решил, что его чары ослабли, поэтому усилил их воздействие. Кольтира с трудом понимал, что происходит. - Кому служишь? - Королю Мертвых. Королю Артасу. Плети. По пылающему магией черепу архилича невозможно было понять, о чем тот думает. Кольтире вдруг показалось, что тот собирается его убить за дерзость или просто как неблагонадежного. Но, погипнотизировов его взглядом еще несколько мгновений, Кел’Тузад развернулся и улетел. Наверно счел, что сейчас воинов у Плети слишком мало, чтобы их уничтожать без достаточных оснований. Кольтира проводил архилича полным ненависти взглядом. Унизительный допрос, да еще и публичный. Противостоять темной магии некроманта, тем более, такого, с силой Солнечного Колодца, вряд ли сумеет кто-то из немертвых. Проверка лояльности - это понятно, особенно сейчас, когда нежить переходит то на службу демонов, то под командование Сильваны. Но почему же контрольные вопросы столь нелепы, что выглядят насмешкой? А еще проклятый Кел’Тузад заставил его корячиться на земле прямо на глазах у короля Артаса! Артас его не замечал - а с чего бы вдруг ему обращать внимание на какого-то слабака, - но Кольтира надеялся со временем стать сильнее и заслужить его благосклонность. И ему вовсе не нужно было, чтобы король запомнил его вот таким, ни на что не способным! Под руководством Кел’Тузада некроманты поднимали воинов Плети, павших в битве с банши, и наблюдать за ними было неинтересно. Все равно Кольтира слишком мало разбирался в магии, чтобы чему-то научиться, глядя на их действия. Он отвернулся, чтобы снова попробовать отыскать лошадь, и напоролся на внимательный взгляд Тассариана. Кольтира старался не афишировать, что снова способен думать о чем-то большем, чем выполнение приказа, чтобы избежать объяснений и необходимости вслух признавать, что ему нужна помощь Тассариана. Но странностей и изменений в его поведении становилось все больше, и тот начал это замечать. Не без помощи Орбаза, чтоб его тролль-шаман на зелья пустил! "Чего пялишься?!" - хотелось рявкнуть Кольтире, но он, разумеется, промолчал. Ссориться с Тассарианом нельзя. Некроманты закончили с ритуалами, и войско двинулось на север, к берегу. По пути они миновали Брилл - теперь город был полупустым, многие немертвые присоединились к демонам. Кольтира отобрал у какого-то бывшего человека другую лошадь-скелет, а потом поспешил к кузнецу. Ему повезло, что тот остался верен Королю Мертвых и не сбежал в столицу. Оружие и доспех были закончены. Удачно. Никто не знал, что ждало армию короля Артаса в Нордсколе, а из-за всех этих предательств Тассариан и, следовательно, Кольтира, как и ряд других воинов Плети, которые должны были остаться здесь, теперь отправлялись с ним. Тащить большой мешок с саронитовыми латами с собой было бессмысленно, так что Кольтира переоделся тут же, в кузнице. Кузнец - истлевший почти до костей мертвец в стальном нагруднике с эмблемой Плети, - помог ему затянуть ремни, подгоняя доспех по размеру. Сколько он ни объяснял этому желтоглазому подгнивающему типу, что хочет получить в результате, тот сковал ему стандартное боевое облачение рыцарей смерти. Шлем оказался без прорезей для ушей и без специальных «карманов» для них же. Первые нужны в разведке, вторые - в ближнем бою, но теперь придется пока ходить в старом шлеме, а этот где-то в Нордсколе перековывать. Хорошо, что там саронита достаточно. Наплечники были огромными. Не настолько, чтобы перекрыть обзор или мешать поднять руку, но все равно подвижность меньше, а при атаке сверху, с дерева - лишний объем и лишняя тяжесть. Хотя какие атаки с дерева при таком-то весе саронитовой брони? Остальные части доспеха и оружие Кольтиру устроили. Большинство рыцарей смерти ходили либо с двуручными топорами и секирами либо сражались огромными мечами с широким лезвием - как Тассариан, например. "Тесак для шинковки поганищ" - так мысленно называл его Кольтира. Перед тем, как заказать клинок для себя, Кольтира попробовал управляться с мечом лейтенанта, когда тот отдавал ему его на заточку. Все было не так неудобно, как выглядело, но лезвие нередко закручивалось при ударе, а обманный прием с ним и вовсе невозможно было произвести. Поэтому Кольтира потребовал сковать ему несколько более узкий клинок. Получилось то, что нужно. Веса Кольтира толком не чувствовал, хоть и мог приблизительно определить на глаз. Длинная тяжелая рукоять с навершием в форме четырех скалящихся в разные стороны черепов теперь по-настоящему уравновешивала клинок, и орудовать им можно было с большей точностью. Сейчас, когда Кольтира был облачен в тяжелый доспех, управлять саронитовым клинком стало еще проще. Силы у немертвых много, но инерцию никто не отменял. Если не утяжелить тело доспехом, то после взмаха и, тем более, отраженного удара попросту потеряешь равновесие и упадешь. Саронитовые сапоги с шипами будут меньше скользить по земле и по залитому кровью камню - тоже крайне важно в бою. Кольтира подвигал запястьем, привыкая к управлению новым клинком, а потом проткнул им не успевшего даже дернуться кузнеца в бедро, где сохранилось больше всего плоти. Энергия потекла стремительным дурманящим потоком, но закончилась почти моментально. У широкого и чуть извилистого клинка больше площадь соприкосновения, энергия вытягивалась быстрее - удобно в бою, но портит все удовольствие. Что ж, значит, надо просто убивать больше и чаще. Кольтира вытащил меч из тела кузнеца и вытер о край его еще не начавшей истлевать рубахи. Убивать ценных специалистов Плети не желательно. Но так это был не особо ценный, раз не может сделать то, что от него требовали. Кольтира примотал клинок к седлу, взял лошадь под уздцы и вернулся к Тассариану. Не стоит задерживаться, в любой момент добирающая бойцов и боеприпасы армия покинет город, спеша к берегу. - Неужели, Кольтира? - удивился Тассариан, впервые за последние месяцы назвав его по имени. До этого он не использовал обращения вообще или, как остальные, говорил ему "эльф". - Не прошло и года! Кольтира не стал поддерживать его язвительный тон, ответил ровно, будто бы без вызова и даже не глядя на него, а приматывая меч к седлу покрепче, чтобы не болтался: - Год прошел. Научить тебя считать, лейтенант? Тассариан не разозлился на этот выпад. - Не сочинял, значит, Орбаз, - кивнул он собственным мыслям и добавил: - Ты долго привыкал к посмертию. Кольтира пожал плечами. Он знал, что его прежнее поведение стало для Тассариана разочарованием, тот этого и не скрывал. Ну и сам дурак, Кольтира же не напрашивался стать рыцарем смерти. Закончив возиться с мечом - все равно как надо устроить не удавалось, на седле теперь ему самому не понятно куда садиться, - Кольтира повернулся к лейтенанту. И с удовлетворением отметил, что теперь, благодаря сапогам на такой же толстой подошве, сравнялся с ним ростом. Тассариан все еще был шире его в плечах, но благодаря массивным наплечникам разница не бросалась в глаза. И это только начало. Со временем Кольтира сравняется с ним еще и в боевой эффективности. А потом превзойдет его. Кольтира будет становиться все сильнее и сильнее. Он будет служить королю Артасу так, что тот будет помнить его по имени, а потом назначит своей правой рукой. Однажды. Непременно.