За последним вздохом

Молот Агмара - вот, значит, как называется это место. Через плечо часового Кольтира видел освещенный кострами и факелами двор крепости. Кони, волки, виверны, ящики, бараки, костры. Снующие по своим делам эльфы, Отрекшиеся, таунка, но в основном - орки. В самой крепости снег не падал - похоже, эльфийские маги расщедрились на климатический купол. Здесь было шумно и непривычно оживленно после заснеженных пустошей Борейской Тундры и притихшего из-за густого снега леса. Кольтира, стоящий на границе между холодной ночной метелью и этой яркой, почти уютной суетой, ощутил себя совершенно лишним здесь. Один из эльфов повернул голову и встретился взглядом с Кольтирой. Тут же в страхе шарахнулся назад и указал на рыцаря смерти другим. Многие вытащили оружие, но приближались медленно, не поднимая тревоги. - Ты не ответил на мой вопрос, - на ломанном орочьем напомнил о себе таунка, отводя руку с топором так, чтобы сподручнее было атаковать. Кольтира перевел взгляд с обитателей крепости на него. Вопрос, точно. И правда, что ему нужно тут, среди живых? Какого упыря он вваливается сюда из холода и тьмы, пугает всех, вызывает ненависть и напоминает о скорби по погибшим от рук Плети? - Я... Я ищу, кому бы предложить свои услуги, - сформулировал он, наконец. Таунка вопросительно приподнял бровь, едва заметную на и без того мохнатой морде, и Кольтира уточнил: - Свой меч. Как будто рыцари смерти еще на что-то способны. Таунка молчал несколько минут. Кольтира, видя реакцию обитателей крепости на его появление, не решался настаивать. Это не Оргриммар, это передовая войны с Плетью. Здесь все видели, как немертвые и, в частности, рыцари смерти, умеют убивать. Кольтира мог бы сейчас уничтожить очень многих, если бы захотел напасть. А в паре с Туманом, будь тот уже натренирован сражаться с учетом своих новых возможностей, они смогли бы зачистить всю крепость - если не учитывать заклинателей. - Хммм. Следуй за мной, - наверно, часовому пришла в голову мысль об уничтожении Плетью самой себя. Самая весомая причина рисковать связываться с рыцарем смерти. Кольтира спешился и повел коня вслед за указывающим дорогу часовым. Туману тоже не нравились враждебные взгляды окружающих - он никак не проявлял этого внешне, но Кольтира почувствовал его беспокойство. Он похлопал коня по шее. Хорошо, что он сейчас здесь не один, и у него есть его Туман. Привязав Тумана там, где было велено, Кольтира вошел в штаб крепости. Там о его прибытии доложили командиру Агмару. Кольтира во Вторую войну не слышал имени такого военачальника, а это, похоже, была важная шишка, раз в его честь назвали крепость. Наверное, выдвинулся позже. Агмар восседал на массивном, но примитивно сколоченном деревянном троне. Он не побоялся безо всякой стражи впустить на аудиенцию рыцаря смерти - если не считать за охранников двух крупных воргов, скалящих длинные клыки по обе стороны от трона. Опасные зверюги и на самом деле неплохие стражи - но только против живых, которые не облачены в доспех полностью и которых можно вывести из строя укусом за лицо. Кольтира завел привычную песню о рыцарях Черного Клинка, достал письмо от Серебряного Авангарда, но Агмар не стал читать и не позволил ему закончить. - Меня много как называют, рыцарь смерти, но глупым или неосведомленным - никогда. Я слышал о Черном Клинке, - перебил он. - Но чем тебе приглянулось именно это место? В чем твои скрытые мотивы? А какие у него еще варианты? Ему некуда пойти! - Я собираюсь сражаться с Плетью. Насколько я понимаю, здесь занимаются именно этим, а не грызней между Ордой и Альянсом и прочей политикой, - пояснил Кольтира. Чем ближе к фронту, тем полезнее его навыки, и именно поэтому он не стал оставаться в строящейся крепости Песни Войны, бойцы которой уже готовились к стычкам с воинами крепости Отваги. - Если вам могут пригодиться мои... Над жаровней, освещающей и обогревающий зал, возникла четкая густая тень, хотя в помещении не было видно ничего, что могло бы отбрасывать ее. Но Кольтира смутно чувствовал присутствие одного из тех существ, что преследовали его. Разве у тени может быть тень? Но она была, и вырисовывалась на стене рваным силуэтом, будто тянущим к огню кривые руки с изломанными, крючковатыми пальцами, и скалящим на него зубастый рот. Оно раньше было эльфом? Это он, Кольтира, превратил эльфа - в это? - ...таланты на поле боя, - запнувшись, продолжил он, отводя взгляд от силуэта на стене. Он видел и более мерзких существ в Плети, но не чувствовал своей причастности к их созданию. Его, рыцаря смерти, дело заканчивалось на убийстве врага, если не было никакой дополнительной задачи. Он знал, что Плеть делала с телами убитых, а судьбой душ он особо не интересовался. Чьи-то возвращались в гниющие тела, чьи-то поглощались, а какие-то, наверно, искажались некротической энергией, но оставались блуждать неприкаянными. Навечно? - Да? Начал, так говори, - рявкнул командир Агмар. - Мое терпение не бесконечно! - Мои извинения, командир, - пробормотал Кольтира, сдерживая желание ткнуть пальцем в тень и указать орку, какой недоброжелательный сосед у него поселился, и посмотреть на его реакцию. Поубавится самоуверенности? Но нет, это лишнее. Тень пришла с Кольтирой, незачем о ней объявлять. - Если вы выделите мне комнату, мой меч будет в вашем распоряжении. - Комнату? Общий барак эльфийскую неженку не устраивает? - ухмыльнулся Агмар с оскорбительно явным презрением. - У меня нет отдельных апартаментов для каждого ушастого. Тебе лучше поискать эльфийскую крепость... А, точно, их же нет в Нордсколе. Да что ты выделываешься, орк? Мало тебе эльфов в Нордсколе, надо же! Эльфы уже отдали достаточно своих жизней в борьбе с Плетью, в Мстители даже гражданские шли - а чем в это время занимались орки? Вот перед тобой эльф, принимай под командование и отправляй в бой! Ты получаешь бойца, который не требует ни платы, ни еды, а еще чем-то недоволен! Недоверие командира крепости, отвечающего за жизни всех ее обитателей, к бывшему воину Плети было понятно, простительно и разумно. А вот какого упыря он делает вид, будто не особо заинтересован в помощи рыцаря смерти и крутит носом на эльфа? Кольтира мог бы ему рассказать, насколько полезен может быть бывший Всадник Льда и офицер Плети, знакомый с нордскольскими укреплениями и силами, способный сражаться на любом морозе и не нуждающийся в отдыхе. Но торговаться и уговаривать желания не было. Кольтира с ностальгией подумал о времени, проведенном в Плети, когда для того, чтобы научить этого типа обращаться к нему с большим уважением, требовалось всего лишь как следует избить его. "Мы не Плеть", - как любит повторять Дарион. Надо быть вежливым, отсюда некуда уходить. - Мне все равно. Если вы готовы поселить своих подчиненных с нежитью, пусть будет общий, - равнодушно отозвался Кольтира. Тень двигалась, тянулась к огню в тщетной попытке согреться, но никуда не исчезала. Кольтира слышал шепот еще одной, находящейся где-то у него за спиной, но не мог разобрать ничего, кроме "смерть". Агмар хмыкнул, подозвал одного из подчиненных и отдал ему распоряжения насчет Кольтиры. Комнату ему выделили одноместную, но в том же здании, где размещали Отрекшихся и их алхимическую лабораторию. Вручили гербовую накидку Орды, велели ожидать приказаний командира Агмара. Проблемы с обитателями крепости начались у Кольтиры в первый же день. Через два часа после того, как он разместил Кровавого Тумана в стойле, заявился орк и потребовал убрать оттуда "свою тварь". На вопрос, чем же мог помешать такой спокойный и дисциплинированный конь, Кольтира получил гениальный ответ: - Он смотрит на наших виверн. Их это нервирует. Предложение отгородить стойло так, чтобы виверны не видели пугающего их взгляда коня, вызвало бурю негодования. Осознав, что вот-вот сломает орку руку, которой тот на него замахнулся, Кольтира оттолкнул от себя этого придурка и вывел Тумана за пределы крепости. - Нам тут не рады, Туман. Но ничего. Спасем пару раз от Плети их зеленые задницы, и они передумают, - сказал Кольтира коню, привязывая его к одному из шипов на наружной стороне стены. Часовые, на которых теперь будет смотреть его конь, проводили Кольтиру ненавидящими взглядами, но промолчали. Кольтира старался почаще выходить, проведывать Тумана - единственное существо здесь, не видевшее в нем врага. С Агмаром, любителем сказать гадость и унизить собеседника, Кольтира сдерживался, сколько мог. Тот быстро заметил, как много пользы может принести ему рыцарь смерти, и потому заваливал его заданиями. Однако этого типа не устраивало буквально все, что Кольтира делал. Одного военного атташе нужно было сопроводить в клыккарскую деревню - Агмар потом отчитывал Кольтиру за излишнюю жестокость к клыккару. Тот попытался отомстить Плети, убив рыцаря смерти, и Кольтира всего лишь наглядно объяснил ему, что тот поступает глупо, нападая на превосходящего его по силе противника. Он даже не покалечил его! Но оказался виноват. Потом на разведывательном задании Кольтира и навязанный ему в напарники тролль, направляясь ко входу в нерубские подземелья, наткнулись на кал'дорайского друида. Обезвредив и допросив его, Кольтира узнал, что тот изучал болезни местных медведей и оленей - да по нему сразу было видно, что гражданский, совсем не умел сражаться. Пытался улететь, обернувшись птицей, но Хватка Смерти не позволила ему этого. - Убийца, - обвиняли тени, и Кольтире хотелось доказать им, что он больше не такой. Несмотря на возражения тролля, Кольтира освободил друида и велел проваливать. Агмар снова был недоволен, и на этот раз - излишним гуманизмом. - Я должен объяснять тебе разницу между представителем нейтрального народа и врагом, эльф? - процедил Агмар, не побоясь подойти к рыцарю смерти практически вплотную и, нависнув над ним, бросить это презрительное "эльф" ему в лицо. - Твои действия подозрительно похожи на готовность совершить предательство. Твой народ слишком много крутит шашни с Альянсом, и ты должен быть очень осторожен, чтобы я не заподозрил, что ты хочешь перейти на их сторону, как те ваши квел'дорай. Кольтира на мгновение растерялся. Будь он живым эльфом, то мог с равной вероятностью присоединиться к син'дореям или квел'дореям. Насколько он понимал, все решил бы магический голод - тот факт, сумел бы Кольтира с ним справиться или нет. Да и сейчас, если бы Тассариан вместо того, чтобы развозить сопли, более настойчиво потянул его в Альянс, то, получив отказ у Отрекшихся, Кольтира мог пойти с ним. Он действительно не испытывал ненависти к Альянсу. Он так и говорил Агмару в их первую встречу, что собирается уничтожать Плеть. Вот только, похоже, не так уж и далека эта крепость от политики. - Враг - это армия противника. А там был гражданский, который первым не нападал, - тщательно подбирая слова произнес Кольтира, но, глядя на высокомерную рожу Агмара, не сдержался и выплюнул: - Я думал, орки слышали о том, как сражаться с честью. Кольтира ожидал взрыва негодования и требования проваливать из крепости, но Агмар лишь смерил его неприязненным взглядом и пригрозил дисциплинарными карами при повторении подобных глупостей. - Если свои мозги совсем сгнили, так хоть у напарников в следующий раз совета спрашивай, - заявил он под конец разноса. Кольтира вышел от него с мыслью, что совершенно разучился понимать живых. Плеть, в отличие от Альянса, готовит всем участь похуже смерти. Разве не должны живые срочно объединяться друг с другом, тем более что, вроде как, у них официальное перемирие? Бойцы и работники крепости тоже не давали заскучать. Немногочисленные таунка, деревню которых как раз перед приездом Кольтиры разорила Плеть, и то были менее назойливы, чем зеленозадые, которые всю Третью войну отсиделись в Калимдоре и от нежити почти не пострадали. На то, что на заданиях Кольтире доставались все вахты, он даже не обращал внимания. А отсутствие желающих прикрыть ему спину в бою воспринимал даже положительно - под руку не лезут, не мешаются, и на том спасибо. Но так и не лезли бы все время! Кольтире в первые годы в Плети постоянно приходилось терпеть насмешки и оскорбления, зато в последние он привык отвечать на них сторицей. Здесь после первой же драки Агмар потребовал ничего подобного не устраивать, но потребовал он этого от Кольтиры, а не от цеплявшихся к нему орков. Кольтира вмораживал противников в Ледяную Глыбу и уходил, но в крепости не так просто избегать столкновений, а трусливо прятаться он не собирался. Даже усиленная руна, распространявшая вокруг него холод и делающая пребывание поблизости некомфортным, не останавливала орков. Одни боялись его, другие всеми силами пытались доказать, что не боятся. - Ты и тебе подобные убивали наших друзей, - заявил лидер группы уже не раз "охлажденных" им головорезов. - Ага, убивали, - оскалился Кольтира. - Десятками. Во Вторую войну. Когда вы приперлись в наш мир и напали на ничего не сделавших вам жителей. Жгли наши леса и убивали эльфов. Кто бы вякал насчет моих преступлений, но только не орки. Один из эльфов, услышавших его, понимающе хмыкнул. Ну а правда, чего они строят из себя паладинов в сияющих доспехах? Кольтире казалось, что Орда, включавшая в себя Отрекшихся и некогда одуревших от демонической крови орков, должна с большим пониманием относиться к рыцарям смерти. Вот только оркам его замечание не понравилось, причем не только тем, что с самого начала пришли подраться. Кузнец отбросил заготовку и поднял свой молот. Повар и повариха схватились за кухонные ножи. Кто-то свистнул воргов. Какой-то плечистый орк с шипастым знаком старшего сержанта на груди, предложил Кольтире взять свои слова обратно и извиниться. - Только после него, - заявил Кольтира, указывая клинком на обвинявшего его в убийствах. И орки ринулись в атаку. В образовавшейся свалке было очень сложно никого не убить, но Кольтира не собирался подводить весь Черный Клинок громким скандалом. Он раскидывал нападавших магией, и нескольких неслабо приложил о стены. Один грохнулся спиной на жаровню - от ожогов и травм спас доспех, но орал он на весь Драконий Погост. Проклятые тени шептали под руку о правоте нападавших и подстрекали добавить к веселью фонтаны крови. - Убей, ты же этого хочешь. Они первыми напали, тебе за это ничего не будет, - насмехалась одна из этих искаженных темной магией душ. Жрецы и чародеи, опасные ему, в крепости были, но в основном эльфийские, и защищать честь орков не спешили. Порвав привязь, примчался его умница Туман, и Кольтира приказал ему отбежать от греха подальше. Еще на коня кинутся, а тот точно не будет задумываться о последствиях, затопчет, покусает или вовсе сожрет. На заданиях против Плети он показал себя весьма опасной зверюгой. Потасовку остановил Агмар, и Кольтира, никого даже не покалечивший, опять оказался виноват. - Их можно понять, они не любят эльфов и прихвостней Плети. Так что нечего их провоцировать, - заявил командир. По сравнению с тем, что Кольтира - предатель своей родины, убивший множество эльфов и не один год служивший Плети, тот факт, что он был не одной с орками расы что, имел значение?! И как он, интересно, должен в таком случае своим эльфийским происхождением их не провоцировать? Уши спрятать, а рожу зеленым вывозить?! Кольтира отбросил вежливость, вспылил: - Слушай, командир! Не можешь держать подчиненных в узде и запретить лезть ко мне, так какого упыря ноешь, что я их обижаю? Давай я показательно отделаю одного, чтоб хоть пару месяцев в лазарете отдохнул, а остальные сами отвяжутся. И только тогда до него дошло, что Агмар - не из тех, кто не смог бы справиться с ситуацией, если бы захотел. Орда - это не Плеть, и у орков дисциплина поддерживалась довольно строго. Агмар не поощрял драки между орками или с другими членами Орды, в том числе и с эльфами и нежитью. Но в их конфликте с одним немертвым эльфом почему-то делал исключение. Орки нападали на Кольтиру с негласного разрешения командира. Но зачем ему это? Разве Кольтира не доказал свою полезность в разведывательных и боевых миссиях? Он был способен на большее, и, хоть ему этого пока не поручали, уже немало пользы принес Агмару. Да и потом, хотел бы избавиться - прогнал бы. Командиру что, просто нравится пакостить эльфу? Он готов терпеть эльфов и нежить, но не тогда, когда оба этих недостатка соединились в одном бойце? - Много ты понимаешь, - скривился Агмар. - Будут еще больше лезть. - Ну так пусть тренируются, сосунки, трахни их упырь. Мы в Квель'Таласе вчетвером рыцаря смерти убивали, а эти в два десятка не могут даже ранить. Кольтира, конечно, лукавил. Он сейчас был куда сильнее, чем тот рыцарь смерти, которого он убивал вместе со Странниками. Однако разъяренный оскал уязвленного его словами Агмара стоил этой хитрости. Впрочем, Агмар быстро взял себя в руки: - Готов быть им мальчиком для битья? - ухмыляется он. Бесишь, урод. - Пока что мальчики для битья тут они, - напомнил Кольтира. - Это ненадолго. Кольтира не стал дерзить в ответ, только выразительно ухмыльнулся. Правда, что ли, хотел потренировать своих таким образом? Да нет, вряд ли, он же мог просто приказать ему позаниматься с его бойцами. В мотивах Агмара Кольтира так и не разобрался, зато заметил, что если давать этому типу отпор, то он наглеет куда меньше, чем в случае с вежливыми расшаркиваниями. Орк же, чего от него еще ожидать. Итак, с задиристыми орками уход в глухую оборону не помогал, калечить их было запрещено. Что оставалось? Именно! Подумав об этом, Кольтира изобразил злорадный хохот, прозвучавший особенно жутко в исполнении рыцаря смерти, да еще и у Плети под боком. Эльфийский маг, имени которого Кольтира не знал, потому что соплеменники не горели желанием общаться, погрозил ему огненным шаром. Кольтира не испугался, но заткнулся. И вот, когда к нему полез один из наиболее назойливых орков, Кольтира поднял этого типа, вдвое превосходящего его в ширину и возвышающегося над ним на две головы, перекинул его через плечо и потащил. - Ты же маленький глупый засранец, не понимаешь, что любой воин Плети тебя уже давно бы убил и упырем сделал. А я всего лишь воспитываю, уму-разуму учу, - приговаривал он на орочьем, издевательски ухмыляясь, хоть тот и не мог его видеть. - Цени, глупенький. Кольтира пронес его по всей крепости, миновав бочку с загадочным зельем Отрекшихся, задумчиво постояв у отхожей ямы, и наконец, сбросил своего брыкающегося пленника в чан с помоями и при помощи ледяных чар не сразу позволил вылезти. Подобные процедуры пришлось повторять и для некоторых других задир, но потом, не пожелав повторения публичных унижений, орки отстали. Со временем орки стали относиться к нему терпимее. Это значительно упрощало службу в крепости, но в целом Кольтире было на них плевать. А вот то, что эльфы вздрагивали при его появлении - задевало. Они должны наполняться уверенностью при виде подкрепления, при виде того, кто пришел лезть в самое пекло, чтобы им меньше приходилось рисковать своими жизнями. - Я хотела жить, - стонала тень, парящая в воздухе посреди двора крепости. - Я так хотела жить и любить своих детей. Ты и тебе подобные убили нас всех. Всех... Рядом с эльфами тени всегда вели себя активнее. Кольтира с трудом заставил себя сохранять спокойствие и невозмутимый вид, когда на его глазах одна из теней вцепилась в горло эльфийке, занимающейся тем же ремеслом, что Альнария. Эльфийка даже и не заметила шипящую о зависти и ненависти к живым тень, продолжила спокойно дышать, перебирать разноцветные кристаллы и неприязненно коситься на уставившегося на нее рыцаря смерти. Во всеобщем недоверии, ненависти и страхе Кольтира пытался найти что-то хорошее. Боятся – значит, уважают, разве не так? Ему же нравилось видеть страх. Он ухмылялся в ответ на нервные взгляды соплеменников, пугая их еще больше, но удовольствие от этого развлечения было мимолетным. И все же однажды нашелся эльф, рискнувший с ним поговорить. Точнее, разговор начал сам Кольтира, а тот не стал убегать, звать на помощь, хвататься за оружие, требовать оставить его в покое или что-то в том же духе. Не потому что был особо смелым, а просто появился в крепости в виде нематериальной магической проекции, и напасть на него рыцарь смерти не смог бы никак. Кольтира, отсутствовавший в крепости неделю, вернулся с боевого задания и тут же получил указания зайти к Агмару. Столкнулся с ним и его воргами в дверях, кратко отчитался и услышал, что тому сейчас не до него. Охотиться, наверно, пошел, раз с воргами. Жаждал кого-то убить? Агмар прошел мимо Кольтиры и прорычал пожелание всем колдунам и всем эльфам пойти и... вступить в интимную связь с драконами. Драконов в этих краях водилось немало, но они не нападали на бойцов с Плетью, и вообще, похоже, никак не касались дел младших рас или делали это в незаметных масштабах. - Тебе-то какой дракон задницу подпалил, что ты такой злой ходишь, командир? - пробормотал ему вслед Кольтира. На орочьем, и Агмар явно понял его, но не обернулся. Позади Кольтиры раздался тихий, едва различимый даже для эльфийского уха сдавленный смешок. Кольтира резко обернулся: он был уверен, что зал, служивший Агмару и кабинетом, и тренировочным залом и офицерской столовой, пуст. В нескольких шагах от деревянного трона командира в воздухе парил чуть мерцающий и полупрозрачный, но весьма четкий и детальный образ эльфа. Лицо было скрыто шлемом, из-под которого выбились длинные рыжие пряди. - Ты тень? Призрак? - спросил Кольтира осторожно подходя ближе. Он впервые видел одну из преследующих его теней так ясно, и хотел попробовать разговорить ее, чтобы узнать о целях и способе подарить им всем покой. Эльф был облачен в тканевые одежды, значит, Кольтира убил его в Квель'Таласе или в Лордероне, а не в холодном Нордсколе. А, вот же значок Кирин-Тора - даларанец, значит. Неудивительно, что Кольтира не припоминал его - он же убивал даларанцев все еще в том безразличном ко всему состоянии. - Проекция, - отозвался призрачный эльф, судя по голосу, молодой. Увидев непонимание на лице собеседника, он указал на светящиеся на полу магические символы и добавил несколько заумных чародейских терминов. Вот, значит, с чего вдруг Агмар злился на эльфийских колдунов. Несмотря на то, что затея пообщаться с тенью пошла прахом, Кольтира был рад оказаться невиновным в убийстве этого эльфа. - Кажется, командиру Агмару сегодня некогда обсуждать драконов. Что ж, тогда в следующий раз, - пожал плечами эльф и вежливо попрощался. - Эй, колдун, подожди, - окликнул Кольтира. Он хотел узнать, что же там стряслось с драконами и не пошлют ли его самого сражаться с ними или за них. Интересно, если гигантская ящерица проглотит рыцаря смерти целиком, можно будет выбраться, пропоров ей брюхо? - Позвольте уточнить, уважаемый. Не колдун, а чародей, - тут же отозвался не успевший испариться эльф. - Колдуны используют темную магию. Уверяю вас, я никогда не занимался подобным и даже не изучал. Можете быть совершенно спокойны, я вас не прокляну и не сглажу. Кольтира различил в его голосе насмешку - легкую, почти доброжелательную, но все равно вызвавшую желание поучить этого парня бояться рыцарей смерти. Орки сторонились Кольтиры, потому что он эльф, но он показал им силу и наглость, и они все, даже их командир, были вынуждены начать его уважать. А этот, значит, насмехается, немертвых за эльфов не считает. И как ему мозги вправить? Может, это и хорошо, что он тут в виде проекции - не будет соблазна взять за горло и встряхнуть. - Почему даже не изучал? Ты весь такой за силы добра, как паладин? Или струсил? - оскалился Кольтира. Датура вон и при жизни рунами некролитов поинтересоваться успела, не побоялась. Чародей на провокацию не поддался. Пожал плечами и спокойно пояснил: - Просто мне это не требуется, а я не так глуп, чтобы испортить карьеру исключительно из академического интереса. - Но это сила. Магия крови, например позволяет... - Кольтира хотел сказать о возможности пополнять силу за счет противника, но потом понял, что не знает, сработает ли это для живых. - Многое. Или свою армию мертвецов, неужели не хочется? - И что мне делать с армией мертвецов? - рассмеялся эльф. - Брать на переговоры в качестве моральной поддержки? Или на них можно свалить нудную бумажную работу? - Не зуди, колдун - скривился Кольтира, вынужденный признать этот раунд за ним. - О, где же мои манеры, я ведь не представился, - проговорил чародей таким тоном, что сразу стало ясен намек, что это Кольтира должен задуматься о своих манерах. – Архимаг Совета Шести Кирин-Тора Этас Похититель Солнца. А вы, должно быть, лорд Кольтира Ткач Смерти. Командир Агмар рассказывал мне о вас. Кольтира хмыкнул. Расшаркивания по этикету ему и раньше казались несущественной мелочью и скукотой, а теперь и подавно. Озвучивание титула ему не нравилось. Дед просил блюсти честь рода, и точно не назвал бы своим наследником предателя. Но рассказывать об этом каждому встречному было бы глупо. Значит, этот призрачный эльф - архимаг из Совета Шести. Это как магистр из Совета Элун'арана, даже выше, потому что над ним нет короля. Да еще и родовитый, хотя в Даларане, говорят, это не требовалось. Неудивительно, что Агмару резко захотелось на свежий воздух после общения с этим снобом. Интересно, стал бы Похититель Солнца разговаривать с Кольтирой, если бы Агмар не сообщил ему его родовое имя? - Ваше имя кажется мне знакомым. Простите, если мой вопрос покажется несколько бестактным, - произнес архимаг, тщательно подбирая слова, - но не с вами ли приключилась та история о следопыте, который... покинул ряды Странников из-за... громкого конфликта с руководством? - Ты даларанский чародей! Какого тролля ты в курсе этой истории? - возмутился Кольтира. Когда архимаг сказал, что слышал его имя, Кольтира начал срочно перебирать в голове свои самые крупные битвы и операции в Плети, из-за которых его имя могло где-то засветиться. Других способов услышать о нем у архимага не должно было быть: Кольтира никогда не бывал в Даларане, а имя каждого предателя своего народа эльфы вряд ли заучивали наизусть. Архимаг же явно не родовое имя имел в виду. Кольтира ждал обвинений. А тот заявил о той давней истории, о которой и вспоминать-то уже не было смысла после всех преступлений, совершенных Кольтирой в посмертии, и конфликтов, что у него были. - Ваша слава преодолевает горы, моря и границы государств, - рассмеялся архимаг и продолжил беседу донельзя вежливым светским тоном. - А теперь вы тут присутствуете как посланник Дариона Могрейна? - Я сам по себе, - оскалился Кольтира. - Вот как? Ну, с целой армией мертвецов вы можете себе это позволить, - и снова эта легкая издевка в голосе. Наверняка архимаг был прекрасно осведомлен, что никакой армии у Кольтиры нет. - А что же полезного может делать ваша армия, позвольте полюбопытствовать? Кольтира разозлился. Какого упыря эта лощеная столичная штучка перед ним нос задирает и развлекается за его счет? Он выхватил меч и рассек проекцию. Призрачный эльф шарахнулся в сторону, его облик пошел рябью и помехами, но потом стабилизировался. Сейчас архимаг начнет верещать, угрожать и требовать извинений. Кольтира усмехнулся, ожидая веселья. Пусть архимаг и далеко, за горло не схватишь, зато что-то новенькое. И подольше хватит, не убьет ненароком. А Агмар, похоже, и сам от него не в восторге, возмущаться не будет. - Это было не слишком любезно с вашей стороны, - с легким осуждением проговорил архимаг. Кольтира хмыкнул. А Похититель Солнца сослался на дела и исчез. Точнее, проекция осталась на месте, но больше не шевелилась и не реагировала ни на слова, ни на бултыхание внутри нее рукой. В ту ночь, которую в южном Нордсколе уже можно было отличить ото дня, тени набросились на Кольтиру с удвоенной силой. Вернулось то самое отвратительное ощущение, что он не слышит собственных мыслей из-за посторонних голосов в голове, которое он испытывал во время восстания Отрекшихся. Кольтира сел на кровати в своей комнате и обхватил руками голову. - Заткнитесь, заткнитесь, - шептал он, снова и снова повторяя обещание. - Я отомщу за вас всех. Клянусь, я отомщу. Тени не умолкали. Они стенали и плакали, они обвиняли, угрожали терзать его вечно. Кольтира игнорировал их сколько мог. Он понял, что свихнется, если продолжит вот так сидеть в тишине без дела, ожидая рассвета, когда появятся новое задание. Он шагнул к воротам, чтобы помочь часовым, но одна из теней так настойчиво призывала его убить кого-нибудь, что он не решился рисковать. Тогда Кольтира вошел в штаб - кроме часовых у входа там никого не было. Они покосились на него, но пропустили - привыкли, что Агмар часто вызывает его к себе или оставляет ему записки с распоряжениями. - Эй, чародей. Этас, - позвал Кольтира того единственного здесь собеседника, которого ни одна тень не спровоцирует убить. Проекция не отзывалась. Кольтира встал в круг символов на круглом камне на полу и рявкнул погромче: - АРХИМАГ, отлюби тебя упырь! Проекция чуть качнулась и повернулась в разные стороны вокруг него. - Что случилось? – заспанным голосом поинтересовался Этас. - Хватит спать, - заявил Кольтира, отходя на два шага, чтобы удобнее было общаться. - Ты видел, какое сегодня звездное небо? - Небо? – переспросил не проснувшийся толком архимаг. - Да. Я решил позвать тебя поглядеть на звезды. Кольтира выбрал самый любезный тон, на какой был способен. Избалованный столичный аристократ его усилий не оценил. - Проекцию нельзя просто так взять и переместить, - возразил архимаг тоном «ты идиот?». - О. Бедолага. Ну тогда ты созерцай потолок, а я пойду погляжу на звезды, - отозвался Кольтира, пытаясь придумать, что бы такого сказать, чтобы архимаг не исчез, а остался поцапаться с ним. Тени, наверно, обалдевшие от наглости эльфа, надоедающему одному из соправителей государства, на время заткнулись, и Кольтира желал продлить такое положение дел. - Звезды, звезды… - проворчал архимаг. - У вас, случаем, нет родственников среди кал'дореев? Для высшего эльфа сравнение с дикарем-кал'дореем или подозрение в близком родстве с ними – одно из худших оскорблений. Кольтира подобных фразочек еще от Таланора наслушался досыта. А, припомнив одного особо раздражающего кал'дорея, Кольтира разозлился вдвойне. - Ты совсем страх потерял?! - прорычал Кольтира, хватая архимага за призрачное горло. - Я сплю! – парировал тот, игнорируя проскользнувшую сквозь него руку. Проекция дрогнула и больше не реагировала, как бы Кольтира не рявкал. Зато появился орк-охранник и потребовал, чтобы "выродок Плети" прекратил орать. Кольтира припугнул его - теперь, когда к нему обитатели крепости привыкли, он уже не боялся, что стоит ему на какого-то орка грозно взглянуть, как тот поднимет тревогу. Заглянув к Агмару наутро, Кольтира пытался продолжить начатый разговор и объяснить зарвавшемуся колдунишке, насколько тот не прав. Однако архимаг на конфликт не пошел. Признался, что сам любит посмотреть на звезды, но поздно лег, и на следующий день ему нужно было рано вставать, и поэтому он был столь невежлив. Архимаг заливался соловьем, весь такой тактичный и умиротворяющий, и Кольтира, развесив уши, кивал, принимая его объяснения. Пока не понял, что этот тип намеренно изображает благодушие, а сам потешается над ним. Вот ведь гаденыш чародейский! Желание встретиться с ним вживую и как следует поучить уважению стало только сильнее.