За последним вздохом

Наученный неприятным опытом прошлого путешествия, Кольтира прихватил с собой сразу трех упырей. Пристально рассматривал пойманных кандидатов в попутчики и пищу, и не нашел в них признаков разума и свободной воли. Не вся нежить смогла, как Отрекшиеся, вернуть себе более-менее нормальный вид. К тому же, Черному Клинку, например, служило немало вурдалаков, ползунов и прочих существ, которые застряли между бессмысленным и нормальным состоянием. Оставались вменяемы и способны к простой работе, откликались на имя и узнавали своих, но не вернули себе способность говорить, читать и принимать важные решения. Но эти трое точно были всего лишь кусками мертвой плоти, шевелящимися за счет некроэнергии и способными лишь подчиняться чужой воле. Этих упырей хватило Кольтире на путь до Оргриммара, а Туман, как и большинство Коней Смерти, мог поедать плоть заживо или довольствоваться вяленым мясом. В Оргриммаре пришлось задержаться. Элементали, потревоженные землетрясениями и ураганами, все чаще возникающими по всему Азероту, вылезли со своего стихийного плана в реальность и принялись атаковать ордынскую столицу и прилегающие территории. Всех, способных сражаться, назначали "добровольцами" и в принудительном порядке направляли бороться с этой угрозой. Кольтирины способности оказались эффективны против водных и земляных элементалей, поэтому ему пришлось задержаться там на целую неделю. - Я не нуждаюсь в отдыхе, но жрать-то мне надо! - возмущался Кольтира, увидев свое имя вписанным во все столбики расписания смен защитников врат города. - Я могу вытянуть энергию с живых и немервых противников, но не со стихий! - Сейчас разберемся, - заверил его один из офицеров, командующих обороной. Через полчаса Кольтиру привели к клеткам с пленными представителями народов Альянса и предложили выбирать. Кольтира уставился в фиолетовое лицо одному воину, чем-то напоминающему одного весьма раздражающего кал'дорея. В Плети Кольтира без лишних сомнений убил бы безоружного и беспомощного живого, чтобы получить его энергию. Сейчас угрызений совести тоже не испытывал... вроде бы. Он же рыцарь смерти, откуда у него совесть. Но... "Не делать ничего, что может скомпрометировать Черный Клинок" и все в таком духе. А еще соплеменники этого кал'дорея входили в орден рыцарей смерти и в союзный Серебряный Авангард. А с другой стороны, теперь Кольтира служит Орде, скоро станет подданным Сильваны, а она, судя по слухам, не ограничивала своих бойцов в жестокости к врагам и пленным. Насколько было бы проще, если бы на этот случай было конкретное указание, пункт армейского Устава. Может, у Отрекшихся станет понятнее? Орк, сопровождавший Кольтиру сюда, хмыкнул, по-своему истолковал его заминку, отошел за каким-то видавшим виды мечом и отпер дверь клетки. Вручил оружие кал'дорею, предусмотрительно держа наготове свое, и ткнул пальцем в сторону Кольтиры. Пленнику не требовались дополнительные пояснения. Он бросился на рыцаря смерти, на бегу делая замах и с силой опуская клинок на саронитовое лезвие. При жизни Кольтира, уступающий этому парню в росте и ширине плеч, не сумел бы блокировать удар такой мощи. Сейчас же ему это не составило труда. Он оттолкнул противника от себя и ухмыльнулся. - Слабак, - произнес Кольтира на всеобщем. Кал'дорей его понял, но не кинулся в новую атаку, а начал двигаться боком, выбирая наиболее удобный момент для атаки. Или для бегства. Невысокие одно- и двухэтажные орочьи домики для эльфа не были препятствием. Заберется на крышу, и орки не угонятся за ним. Кольтира в тяжелом саронитовом доспехе - скорее всего, тоже. Сощурив серебристые глаза, кал'дорей провел обманный выпад, делая вид, будто начинает атаку. И когда рыцарь смерти поднял клинок, готовясь защищаться, тот широкими прыжками помчался прочь. Кольтира расхохотался ему вслед и сплел Хватку Смерти. Опутанного темными лентами кал'дорея приподняло над землей. Тот повернулся к противнику лицом, готовясь продолжить сражение, но подряд активированные руны Жнеца Душ и Лика Смерти лишили его сознания еще в воздухе. Тело безвольно рухнуло на землю, и Кольтира вонзил в него меч, чтобы напоить энергией и его. Всю неделю Кольтира был вынужден сражаться круглосуточно, раз в день в перерыве между сменами посещая эту своеобразную темницу под открытым небом. Он был настолько занят все эти дни, что только перед отлетом дирижабля случайно узнал, что у Орды теперь, оказывается, новый вождь: кто-то утверждал, что временный, кто-то - что постоянный. Тралл глубоко погрузился в свои шаманские обязанности и уехал куда-то вместе с коллегами разбираться с разбушевавшимися стихиями. На свое место он назначил Гарроша Адского Крика, уже успевшего проявить себя в Нордсколе. Путешествие до Брилла вышло довольно скучным. Элементали в воздухе не нападали, но разговоров среди пассажиров и команды на эту тему было много. Кольтира снова запасся упырями, а еще прихватил в лавке несколько книг, включая свиток с распространенными фразами на языке Отрекшихся. Фраз там приведено было не много. Придется общаться на орочьем или, если не все они там, как их предводительница, демонстративно отгораживаются от прошлого, то на всеобщем и талассийском. Кольтира практически всю дорогу просидел то в каюте, то в трюме у Тумана, и был рад окончанию этого однообразного времяпрепровождения. В Брилле его тут же, ни о чем не спрашивая, отправили в гавань на севере Тирисфаля. Требовали спешить, пока корабль не ушел. И только на самом корабле Кольтира узнал, что Отрекшиеся начали военную кампанию против Гилнеаса - государства людей, расположенного юго-западнее Лордерона. Плеть в Третью войну подходила к стенам Гилнеаса, но так и не взяла их: помешали дикие воргены, волкообразные твари, которых жители страны призвали себе в защитники. А при жизни Кольтира бывал там лишь однажды, давно и проездом. Гилнеас был именно таким, как о нем рассказывали книги и уроки по географии Азерота: гористым, дождливым и туманным. У Отрекшихся и раньше были приграничные конфликты с гилнеасцами, но масштабных действий не велось, живые тихо сидели за своей высокой Стеной Седогрива, выстроенной вскоре после Второй войны. Сейчас Отрекшиеся атаковали с двух направлений: с моря и по суше, пытаясь преодолеть высокую стену, окружающую государство со времен окончания Второй войны. Сильвана, прибыв из Нордскола ненамного раньше Кольтиры, шла с войсками к Гилнеасу через Серебряный бор, где ее уже ожидал Гаррош с кор'кронцами. Плотно набившиеся на корабль немертвые десантники расходились в оценках происходящего. Новый вождь решил проявить себя особо ответственным и решил помочь союзнице? Или, наоборот, сам затеял эту войну, пожелав себе победы, полученной преимущественно силами Отрекшихся? Корабль - хлипко выглядящая, но весьма шустрая посудина, - достиг берегов Гилнеаса за пару дней. Раньше эти берега были защищены рифами, мимо которых мог провести судно только очень хорошо знающий эти места лоцман. Но во время землетрясений, вызванных буйством азеротских стихий, рифы ушли глубже, открыв подход к гавани. Кольтира об этом случайно узнал из разговоров - специально ему никто ничего не объяснял. На него, рыцаря смерти, настороженно косились и люди-Отрекшиеся и их предводительница - немертвая эльфийка Алина. Таких, как она, в Орде называли темными следопытами, за излюбленное оружие - лук и темную магию. Они превосходили немертвых людей и в способностях к чарам и в прижизненном боевом опыте, поэтому занимали высокие должности в государстве нежити. К мнению этой дамы прислушивался даже капитан корабля. Кольтира не был моряком и не разбирался в волнах и морской ряби, но то, что скоро будет шторм, цунами или что-то в этом духе, видно было невооруженным взглядом. Птицы, долетавшие до корабля, разом умчались к берегу. Чутье подсказывало Кольтире, что даже рыба ушла куда-то вглубь, чуя приближающееся буйство стихии. Такие явления лучше пережидать в открытом море или в безопасной гавани, укрытой от ветров скалами. От берега гилнеасского полуострова второе было ближе. Капитан корабля отдал соответствующие команды, был поднят еще один парус, и посудина вошла в залив всего за минуту до того, как содрогнулась земля. Там уже стояли два корабля Отрекшихся, на одном из которых должна была прибыть та самая капитан Тиала, под командованием которой Кольтира будет служить. Если они все тут не окажутся размазанными волнами по скалам. Из-под земли донесся низкий, нарастающий гул, превратившийся в рев и расколовший скалы на берегу длинными трещинами. Пялиться на обвалы и лавины было некогда. Солнечные лучи и так едва пробивались сквозь тучи, но внезапно все вокруг потемнело еще сильнее. Кольтира обернулся как раз в тот момент, когда огромная волна закрыла небо, поднимаясь выше скал. Он машинально выставил Ледяной Заслон, прекрасно понимая, что толку от него не будет никакого. Вода и земля накренились, как показалось Кольтире. Корабль качнуло так сильно, что несколько Отрекшихся свалились за борт. Нужно было уходить с палубы в трюм, но Кольтира чувствовал, что стоит ему отцепиться от мачты, за которую он успел схватиться при виде внезапно начавшегося стихийного бедствия, как он тут же присоединится к новым согражданам на дне. Стена воды, сменившей цвет со стального чуть ли не на саронитовый, ударилась о скалы, разбиваясь на миллиарды мелких брызг, продолживших лететь в сторону корабля. Но гораздо быстрее их мчалась та часть волны, которая оказалась выше преград. Она рухнула на качающиеся воды залива совсем рядом с одним из кораблей, и тот попросту разломился надвое от удара. Эта разбушевавшаяся стихия напомнила Кольтире Плеть - та же мощь, безжалостность и жажда разрушения. Он не успел додумать эту мысль. Волны, ударившие в скалы, и частично погашенные ими и волнорезами, не разломили, не расколотили два оставшихся корабля в щепки и не вышвырнули на внезапно отдалившийся берег. Просто пробили днища поднятыми со дна каменными глыбами, и корабли шустро набрали полные отсеки воды и пошли ко дну. Понимая, что в саронитовом доспехе моментально окажется внизу, посреди камней и поднятого ила, и будет часами в этой мути искать берег, Кольтира поскорее активировал руну Льдистого Пути. Он приземлился с тонущей палубы на получившуюся плавучую льдину. На нее тут же спрыгнула красноглазая капитан Алина и принялась раздавать указания. - Увеличить льдину! Отрекшиеся с "Возмездия мертвых", поднимаемся на лед! Остальные, плывите к островам на юго-востоке! На юго-восток, идиоты, не к берегу, там вас тут же прикончат! Капитана Алину слушали плохо. Отрекшиеся не нуждались в воздухе для дыхания и вряд ли могли серьезно пострадать от удара о воду или переборки кораблей, но очень многие бестолково колотили руками по воде, цеплялись за слишком мелкие обломки, плыли куда попало или и вовсе шли к дну. Кольтира хотел повторить ее приказ - все же голоса у рыцарей смерти звучали громче, к тому же он мог привлечь внимание Зимним Горном, который не могут не услышать даже сквозь толщу воды. Но капитан его опередила. - Подержи, - приказала она, подойдя поближе к Кольтире, но ничего ему не протянув. - Что подержать? - не понял он, параллельно думая о том, куда же мог подеваться Туман, и не пошел ли он ко дну со всеми деталями брони на крупе. Кольтира мысленно позвал его, ощутил отклик, но среди обломков корабля коня не увидел. И в этот момент капитан, как томная барышня из романов, издала тихое "А-ах" и свалилась без чувств. Кольтира едва успел подхватить ее на руки. Что тут происходит, упырь их всех задери? От бессознательного тела отделился призрачный силуэт женщины с вздыбленными волосами, облаченный в рваное платье или саван. Банши оглушительно заорала свои команды. Находящемуся в полушаге от нее Кольтире показалось, что каждая кость в его теле задрожала в каком-то своем ритме и вот-вот рассыплется пылью. Отрекшихся тоже проняло. Они на несколько мгновений замерли, а потом поплыли выполнять приказы - те, кто умел плавать. Кольтира зацепил Хваткой Смерти и поднял на льдину какого-то дохляка, уверенно гребущего в его сторону, но не продвигающегося вперед ни на локоть. Потом, разглядев в толще мутной воды, не сумевшую всплыть женщину в длинной мантии, вытащил и ее. Претензий по поводу мерзкой магии не прозвучало, а капитан, вернувшаяся в свое тело, велела ему продолжать в том же духе. Новая волна ударила в скалы и всколыхнула воду в гавани. Шипастые саронитовые сапоги позволили Кольтире удержаться и вовремя схватить за плечо капитана, а прочие немертвые оказались снова в воде. Углядев тот самый остров, о котором говорила капитан, Кольтира создал Льдистый Путь прямо до него, и несколько Отрекшихся сумели выбраться и поспешить по нему выбраться на сушу до новых толчков. В их толпе доплыл и Туман, ухитрившийся в воде освободиться от брони. За его шею цеплялись сразу трое Отрекшихся, хотя вообще-то Коней Смерти они должны побаиваться. Алина сыпала указаниями и уточнениями, и задействовав массу заклинаний и рун Льда, а также Хватку Смерти, Кольтира смог вытащить очень многих. Нежить не любит воду. Тело в ней разбухает и быстрее разлагается. Доспехи и оружие - недешевое, кстати, удовольствие, - тянут вниз. Выслушивая очередное "Да хранит тебя Тень", Кольтира подумал, что ему будет проще найти общий язык с Отрекшимися, после того как он начал свою службу в их армии именно со спасательной операции. Втащив на большую льдину всех, до кого сумел дотянуться, Кольтира пошел по ледяной дороге вслед за капитаном к островам. Новых подземных толчков не было, волны тоже не достигали прежней силы, поэтому добраться удалось быстро. На островах, где виднелись рыбацкие хижины, здоровенная коптильня и другие хозяйственные постройки, они увидели следы побоища. Тела Отрекшихся были словно разорваны дикими зверями, и только на некоторых виднелись следы от меча. Похоже, все случилось только что, как только первые из Отрекшихся выбрались из воды на твердую почву. Кольтира закрутил головой и одновременно сосредоточился на чутье, выискивая тех, кто мог так быстро уничтожить кучу бойцов практически у него под носом. - Вон они! - капитан первой заметила уплывающих на лодке гилнеасцев. - Догнать и уничтожить! Приказ она отдала Кольтире и еще троим немертвым, но, понятно дело, организовывать ледяную дорогу пришлось рыцарю смерти. Кольтира, почти две недели назад вытягивавший энергию живых заключенных в Оргриммаре, уже нуждался в совершении нового убийства, так как изрядно потратился на ледяные руны. Он велел Туману ждать его и бросился выполнять приказ со всем возможным старанием. И из-за того, что необходимо было проявить себя на новом месте службы, и потому, что убегающая добыча всегда будила азарт охотника. Он выдернул Хваткой Смерти первого противника и уничтожил его еще в воздухе. Потом взялся за второго, иссушив его полностью. До третьего человека, управлявшего лодкой, добрались Отрекшиеся, и Кольтира не стал отнимать у них жертву. Зверя, способного разрывать когтями и клыками противника, на лодке не оказалось. Возможно, надо было одного из людей захватить в плен и допросить, но Отрекшиеся не выглядели удивленными странным способом убийства их собратьев, поэтому Кольтира не полез с лишней инициативой. Он дождался, пока с последним закончат, и повел бойцов обратно по Льдистому Пути. Было что-то странное в том, что он снова, как в Плети, сражался в рядах армии нежити и уничтожал живых. А с другой стороны, это ведь просто война - Лордерон против Гилнеаса, такое в истории уже не раз случалось. - В лодке были три человека, все уничтожены, - доложил Кольтира. - Гилнеасцы научились контролировать воргенов лучше, капитан, - добавил один из тех, кто помогал расправиться с беглецами в лодке. Похоже, он приплыл не на "Возмездии мертвых", а на одном из тех кораблей, что уже успели начать атаку на гавань. Отрекшийся рассказал, что воргены стали опаснее и умнее. Они отразили первую атаку и уничтожили десантную команду, в распоряжении которой было хорошее вооружение и два десятка мощных поганищ. Капитан уточнила, куда отвела свои отряды Тиала, и ей ответили, что ту убили "местные шавки" - ворген и охотничьи псы. Кольтира остался без командира, но руководство всеми "утопленниками" взяла на себя Алина. Она быстро выслушала отчеты о здешней обстановке, пересчитала имеющиеся в наличии силы и послала разведчиков оценить силы противника и их состояние после землетрясения. Гилнеасцы организовывали отступление и эвакуацию гражданских в горы. А Отрекшимся нечего было рассчитывать на близкую помощь со стороны моря. Можно было попытаться соединиться с силами, ведущими атаку со стороны Серебряного бора, но если те еще не форсировали стену, то добраться до них не получится. - Мы будем преследовать отступающих. Убьем всех, кого сумеем догнать, - решила капитан. Заставив Кольтиру создать ледяную дорогу до материка, Алина повела всех выплывших и уцелевших Отрекшихся - почти четыре сотни бойцов - к горам. Там они потеряли немало времени, отыскивая тропу: люди, что живые, что немертвые в темноте видели плохо, и ночью ходить на разведку имело смысл только Кольтире и самой Алине. Но отсутствие необходимости отдыхать, отогреваться и принимать пищу компенсировало эту потерю. Выйдя к широкой дороге, войско Отрекшихся увидело вереницу из пяти дилижансов. Их охраняли и бойцы в армейской форме, и гражданское ополчение, состоящее из людей и волкообразных. Кольтира удивился, заметив воргенов, носящих одежду и использующих оружие и даже магию. Он видел в Нордсколе воргенов из Культа Волка, вошедших в Плеть, и даже знал, что несколько таких Раздор сумел завербовать в Черный Клинок. Но был уверен, что только став рыцарями смерти, эти существа могли подавить звериные инстинкты и вернуть себе разум. Впрочем, он не особо интересовался этим народом. Живые воргены превосходили людей в силе, скорости и быстроте реакции, а еще обладали превосходным нюхом. В сочетании с разумом, это делало их действительно опасными противниками. Неудивительно, что первая атака с моря захлебнулась. Народу в дилижансы набилось немало, наверно, их было столько же, сколько напавших на них Отрекшихся. Но многие из них даже не имели оружия. Дилижансы остановились, когда Отрекшиеся перестреляли возниц и попросту повисли на передних лошадях упряжи, не позволяя им видеть ничего вокруг. Сдаться живым никто не предлагал, капитан сразу велела атаковать. Кольтира выхватил с крыши дилижанса одного из солдат и, убив его в воздухе чарами, принялся за следующего. Сражаться против бойцов вражеской армии ему было привычно. А вот убивать гражданских… Он делал это в Плети. В те годы он снова и снова шел против всех законов, убивая безоружных, стариков и даже детей. Обычно слабаки не интересовали его, но Кольтира прекрасно помнил, как часто использовал чары, бьющие по площади и зацепляющие всех без разбора. Вправе ли он теперь говорить о чести и правилах ведения войны? И имеют ли эти слова значение в армии нежити? У орков имели, а здесь? Отрекшиеся яростно расстреливали, рубили и разрывали на части гилнеасцев, не разбирая, кто перед ними. Им было плевать, что эти люди просто пытались эвакуироваться подальше от затопленных районов и от войны. В талассийской армии дилижансам позволили бы проехать, даже какую-то охрану им оставили бы. Возможно. Тут уж смотря какой командир попадется. Но Кольтира уже давно не талассийский следопыт. И сейчас капитан, эльфийка, не отдавала приказа пропустить. Это распоряжение Сильваны, вести войну такими методами? Или обычная тактика Отрекшихся? А может, самодеятельность лично капитана Алины? Отец бы однозначно осудил его и за участие в таком действе, и за отсутствие попыток остановить бойню. Но отец, возможно, вообще считал бы Кольтиру не своим сыном, а какой-то отвратительной и чужой тварью в его теле. Или нет? И вообще, есть ли смысл все еще руководствоваться представлениями отца о правильном и должном, если проклятая Плеть уничтожила все, что связывало их? В сражении нет времени на раздумья. Кольтира принялся молча выполнять приказ убивать, сосредотачиваясь на воргенах - против этих шустрых и когтистых тварей Отрекшимся, большинство их которых не имели сплошных доспехов, приходилось туго. Он не лез к капитану с возражениями, да и вряд ли смог бы подобрать аргументы. И все же отвратительное чувство, будто он снова вернулся в Плеть, не оставляло его. Услышав высокий, явно детский голос, Кольтира обернулся. В одном из дилижансов были дети, и теперь они с ужасом смотрели на ставшие реальностью кошмары - на восставших мертвецов, желающих отнять их жизни. "Это уже слишком", - подумал Кольтира, тут же вспомнив, как Зор'бе советовал ему считать "уже слишком" главным критерием правильности действий. Кольтира повернулся к капитану, и чуть было не пропустил атаку слева. Шустрая воргенша с топором почти успела сделать его на голову короче, спас мгновенно выставленный Ледяной Заслон. Кольтира контратаковал руной, одновременно делая выпад в сторону своей противницы, но та увернулась. Густая шерсть позволяла ей не замечать холода, окружающего рыцаря смерти, и не замедлять движений. К воргенше присоединился ее мохнатый собрат, и Кольтире пришлось отвлечься от сомнений по поводу методов армии Отрекшихся. Он оттолкнул второго противника и ударил по земле Ледяной Звездой. Обоим воргенам сковало лапы, но даже частично обездвиженные они оставались опасными противниками. Кольтира уничтожил одну заклинанием, а с другим разделался в ближнем бою, заодно пополнив запас энергии. - А ну брысь отсюда! - рявкнула на кого-то, скорее всего, как раз на тех детей, Алина, присовокупив пару эпитетов, значения которых они вряд ли поняли. Кольтира, наконец, смог увидеть, что там происходит. Отрекшиеся позволили детям уйти и продолжили уничтожать их родителей и защитников. Теперь, когда более острый вопрос был снят, соучастие в убийстве гражданских, вооруженных, не пытающихся убегать, а решивших защищаться, уже не казалось проблемой. Воргены определили его как наиболее опасного немертвого и нападали группами. Они были интересными противниками. В скорости реакции и ловкости они не уступали эльфам, в силе - могли сравниться с троллями. Был бы Кольтира живым, давно оказался бы растерзан на части, и никакой доспех бы не спас. Но сила, выносливость и малая уязвимость мертвого тела позволяла ему противостоять им. И, конечно же, важную роль играли чары - и Лед, и Кровь, потому что сейчас Кольтире приходилось не только восполнять потраченную энергию, но и затягивать полученные раны. Свои, и Тумана, который сам себя назначил телохранителем своего хозяина. Когда сражение было окончено, войско Отрекшихся разделилось. Одни двинулись по дороге в том же направлении, куда ехали дилижансы, другие - в обратном. Кольтире не повезло. Вместе с капитаном Алиной и меньшей частью Отрекшихся-людей он отправился на северо-запад, но там они обнаружили лишь пустые дома, включая огромное поместье здешнего короля. Похоже, на дороге им встретился как раз самый хвост цепочки эвакуированных. - Разворачиваемся и нагоняем вторую группу, - скомандовала Алина, восседая на спине Кровавого Тумана, единственного имевшегося в их распоряжении коня. Не очень-то тот хотел возить кого-то, кроме своего хозяина, но на просьбу "покатать девушку" откликнулся. Отрекшиеся бегали медленно. Кольтира и Туман с Алиной могли добраться до своих быстрее. Через несколько минут обратного пути командир назначила среди немертвых людей главным костлявого капитана Астлера, а сама приказала Кольтире сесть на Тумана позади нее и помчалась вперед. На открытой местности, почти ровной дороге, лишь местами покрытой появившимися после землетрясения трещинами, Конь Смерти намного опережал людей и эльфов. - Надо торопиться. Задницей чую, там проблемы, - процедила капитан. А вот нечего было разделять войско! Но Кольтира и сам не предполагал, что Отрекшиеся тут могут тут столкнуться с настолько серьезной угрозой, которая не позволит вовремя отступить. Основные силы гилнеасцев должны были находиться у Стены, отражать нападение со стороны Серебряного бора. Кольтира велел Туману ускориться, и тот послушно прибавил темп. Ветер свистел в ушах, а капли непрекращающегося дождя били по лицу так сильно, что ощущал даже немертвый. С головы Алины слетел капюшон, несмотря на торчащие из прорезей уши. Ее темные волосы, длинные и густые, были собраны в хвост на затылке, но от быстрой езды заполоскались на ветру, хлеща Кольтиру по лицу кончиками прядей. Он придвинулся к капитану ближе, чтобы волосы бились по наплечнику. В армии Отрекшихся Кольтире, пожалуй, нравилось. Они с Туманом только прибыли, а уже побывали и на корабле, и в воде, и на острове, и в горах, поучаствовали в сражении и вот-вот ввяжутся еще в одно. Все сомнения, которые он испытывал после освобождения от воли Артаса и после его гибели - мол, рыцарям смерти не найдется места в мире после этой войны, - сейчас казались ему смешными и беспочвенными. Рыцари смерти - машины для убийств, и всегда будут востребованы там, где идет война. Азерот большой, тут все время кто-то с кем-то воюет. Вот только почему они нападают на гражданских, словно прихвостни Артаса, жаждущие опустошить эту землю полностью? А впрочем, разве только Плеть на войне проявляла ненужную жестокость? Разве тролли и орки щадили безоружных эльфов? Разве люди в Даларане не пытались казнить своих союзников? Вот и нечего забивать голову лишними размышлениями о морали. Это - удел жрецов и паладинов, а не рыцарей смерти и солдат. Они с Алиной так мчались целые сутки. Достаточно, чтобы догнать не слишком-то спешившее войско Отрекшихся. Дорога пошла по уклон и начала петлять, огибая высокие горы. На пути им встретился разломанный дилижанс гилнеасцев, рядом с которым валялась пара воргенских трупов и огромные каменные глыбы. А потом раздался оглушительный сердитый рев, эхом прокатившийся по склонам гор. - Ха! Ха-ха! - насмешливо вторил ему кто-то значительно тише. Алина выругалась и шлепнула Тумана по шее, требуя скакать быстрей. Тот проигнорировал ее указание, но почувствовал желание хозяина поспешить. - Вам не пройти, проклятая нежить! - кричал на всеобщем молодой мужской голос. Грозный рев не дал Кольтире расслышать часть слов. - ... изгоняю с земли моих предков! Наконец, немертвые всадники обогнули высокую гору, мешавшую видеть происходящее. Алина зарычала, соскочила со спины Тумана прямо на скаку и принялась обстреливать из лука кого-то за спиной совершенно невероятного существа. Это был какой-то мохнатый обезьяноподобный гигант, напоминающий мясных великанов Плети, только живой. Он был вооружен обоюдоострой глефой на длинной деревянной рукояти. Ее наконечник превосходил по размеру меч Кольтиры раза в три. Рядом валялись многочисленные трупы Отрекшихся и огров, стояла разбитая катапульта, а за спиной гиганта мчались на лошади прочь отсюда воргенша и светловолосый человек - наверно тот самый, который кричал про землю своих предков. Он обернулся на скаку и удовлетворенно ухмыльнулся. Явно приложил руку к этому нападению гиганта и огров. - Две. С половиной. Сотни. Моих стражей смерти! Ты, сука, ответишь за это! Последнюю фразу Алина завопила как настоящая банши, хотя тела не покидала. Она бросилась было в погоню, но гигант преградил ей дорогу. Они остались тут вчетвером: она, Туман, гигант и Кольтира. В Нордсколе ему доводилось сражаться с огромными, но туповатыми бойцами. Но это всегда было не в одиночку, и, как правило, у него в наличии было хоть какое-то вооружение, помимо меча. А сейчас у него даже лука при себе не было, тот покоился где-то на дне гавани, в каюте корабля. Самым разумным в этой ситуации было бы отступить. Эльфы бегают быстро, сумеют затеряться в здешних горах и лесах. Но капитан имела другое мнение. - В атаку! - рявкнула она, и ее крик слился с яростным ревом гиганта, превосходившего ее в росте раз в двадцать.