За последним вздохом

Едва слышно брякнули, стукнувшись друг о друга, наплечник и нагрудный доспех. К счастью, в этот момент в зале ворген издал громкий воинственный рев, заглушивший звук. Кольтира добрался до дверного прохода и приготовился выпустить первую Ледяную Косу, как Дашла подлетела сзади и обхватила его поперек груди. Кольтира толкнул ее локтем, чтобы отцепилась, но та в ответ ударила его темномагическим заклинанием и взмыла к окну. Некромантические чары отозвались болью на правой стороне груди. - Уходим, бестолочь! - завопила Дашла внутри его головы. - Ты трусливая крыса! - зашипел Кольтира. - Летела бы одна! Драться с ней под носом у воргенов - безумие. Пришлось подчиниться. Быть утащенным подальше от битвы было унизительно, а упущенная возможность убить лидера врага и получить заслуженную награду бесила вдвойне. - Жалкое ничтожество! Испугалась каких-то шавок и... - Заткнись, а то уроню, - ледяным тоном отчеканила валь'кира. Угроза была серьезной. Высоту Дашла набрала приличную, а чарами левитации Кольтира не владел: маги на Молоте Оргрима показывали, но он не освоил, слишком уж сложное было плетение, с кучей нюансов. Он вцепился покрепче в держащую его руку валь'киры. Теперь уронить его будет не так-то просто. - Мы могли предотвратить создание целого войска воргенов, ты это понимаешь, дубина? Вот Олрун не дрожала бы за свою призрачную шкуру, она бы... - Олрун задиристая, как мальчишка. Не сомневаюсь, вы бы с ней на пару туда полезли и благополучно сдохли! - отрезала Дашла. - Тебя бы потом воскресили, а валь'киру поднять невозможно. Не вздумай втравливать в неприятности моих сестер! И Олрун в том числе! - Как она еще не дематериализовалась с вами от тоски? - Развлекается тем, что цепляется к неудачникам вроде тебя! - огрызнулась Дашла. Она попыталась стряхнуть Кольтиру со свой руки, и тот повис, держась за ее локоть. В этот момент они летели уже над озером, и от падения он бы не разбился. Но возвращаться для отчета к королеве мокрым и покрытым водорослями не хотелось. Кольтира крепче вцепился в Дашлу, ухватившись второй рукой за ремень для кинжальных ножен, идущий вокруг ее бедра. - Куда руки суешь, извращенец?! - взвизгнула она. - Куда дотянулся. Могу и в ... засунуть, - нахамил в ответ Кольтира, которому совершенно было неинтересно деликатничать с той, которая провалила им миссию. Дашла попыталась ударить его заклинанием, но Кольтира успел выставить антимагический купол. До закрепленного за спиной меча он не доставал, но уже давно умел выпивать энергию и без помощи рун и саронита. Вытянул сразу побольше, раз противница была крупной и сильной. Дашла выругалась и резко снизила высоту. Она заложила крутой вираж в надежде, что рыцарь смерти отцепится и упадет. Рука Кольтиры соскользнула с ее локтя - пришлось ухватиться за талию. Инерция поворота с размаху впечатала его лицом валь'кире в пах. Та оскорбленно взвыла и потянула из ножен кинжал. Кольтира крепко обхватил коленями ее бедро, и тогда решился освободить одну руку. Ударил Дашлу шипастым налокотником в живот и попытался перехватить запястье с занесенным над ним кинжалом. Не успел, и длинное лезвие, найдя щель между частями доспеха, вонзилось ему в плечо. Дашла вытащила кинжал и занесла руку для нового удара. Вслух помянув интимные связи валь'киры со всеми варгулами Короля-Лича, Кольтира ударил ее Жнецом Душ - не руной, а заклинанием. Дашла начала падать, но успела выровнять полет прежде, чем они оба коснулись воды. Она резко дернулась влево, потом вправо. Кольтира теперь был вынужден крепко держаться обеими руками и не мог атаковать и защищаться. Он получил новый удар кинжалом в плечо, и изо всех сил вцепился Дашле зубами в бедро с внутренней стороны - до куда уж дотянулся. Вырвал зубами кусок призрачной субстанции, испускающей легкий серебристый дымок. Живой женщине было бы очень больно, Дашла же только приглушенно зарычала. - Убью и воскрешу вурдалаком! Ублюдок! Она попыталась оттолкнуть Кольтиру обеими руками, но тот вывернулся, и Дашла всего лишь сбила с его головы шлем. Отскочив от ударившего по нему крыла валь'киры, шлем отлетел обратно, и Кольтира едва сумел его поймать. Повезло. У Отрекшихся с саронитом было туго, новый в Серебряном Бору он точно себе не достанет. Теперь одна рука Кольтиры была занята, и он счел разумным прекратить эту странную драку в воздухе. Но прежде, чем он успел предложить валь'кире перемирие, та атаковала его магией, одновременно нанося удар кулаком в челюсть. Голова больше не была защищена шлемом, поэтому Дашле, лишенной настоящих мышц и уступающей рыцарю смерти в физической силе, все же удалось сломать ему зуб или челюстную кость. Кольтира явственно услышал треск, и что-то острое впилось в щеку изнутри. - Сука, - выругался он, врезав Дашле в бок шлемом. - Сам такой! - отозвалась та, занося руку для следующей атаки. Кольтира резко дернулся в сторону, уходя с траектории удара, и успел боковым зрением заметить, что они уже почти у самого берега. Молодец валь'кира: драка дракой, а дело свое знает, крыльями в нужную сторону машет. Кольтира начал плести Ледяную Глыбу, чтобы искупать эту наглую стрекозу, но она опередила его. Мерзкое темномагическое заклинание заставило его скрючиться от боли всего на мгновение, но этого хватило Дашле, чтобы оттолкнуть его руками и сопроводить этот процесс пинком. Кольтира рухнул в озеро. Вода смягчила удар, и он моментально вскочил на ноги - тут ему было почти по пояс. Сплел Хватку Смерти и вернул пытавшуюся улететь валь'киру к неоконченному разговору. Заодно успел надеть шлем на голову, вытащить из-за спины меч и активировать пару рун. - Окунись, гарпия. Остынь, - процедил он, лишая Дашлу энергии и пытаясь макнуть ее, в два раза превосходящую его в росте, в воду. В воде валь'кира не могла использовать в бою крылья, а взлететь Кольтира ей не давал: возвращал Хваткой Смерти или сковывал ледяными чарами. Мокрая, взъерошенная и разъяренная, Дашла швырялась заклинаниями и уворачивалась от ответных вспышек, забыв про свойственное ей и большинству ее сестер безучастное высокомерие. - Варгульский выкормыш! - Варгульская подстилка! - Заткнись, урод, я девственна! Это ты со свой ушастой девкой... развел сопливую драму на всю Ледяную Корону... и весь орден Страдания... в это втянул! - выплевывала Дашла в перерывах между атаками. - Вас Король-Лич приводил в пример... того, что идиотизм и эльфийское потаскунство заразнее Чумы! - Прикуси язык, дрянь! Моя сестра во смерти... - выкрикнул Кольтира отразив Ледяным Заслоном серебристо-черную вспышку. Он осекся, ощутив стремительное приближение группы живых. - Здесь воргены! Дашла взмыла вверх, и он не стал ей препятствовать. Она наблюдала за схваткой с воздуха, не вмешиваясь. Убедившись, что противников осталось мало, и Кольтира со всеми справится, она улетела в сторону ставки Отрекшихся, оставив рыцаря смерти добираться пешком. Ничего, пробежался, заодно высох немного. - Как вы сработались с Дашлой? - поинтересовалась Сильвана, когда Кольтира, переодевшись в сухие вещи, вошел для доклада в ее кабинет в штабе. - Нормально, - пожал плечами тот. Раз валь'кира не стала жаловаться, то он тем более не будет этим заниматься. - Нормально? Нормально?! - зашипела Сильвана, яростно сверкая глазами. Похоже, Дашла, жалкая доносчица, все же поплакалась ей на злого рыцаря смерти. - Я предупреждала не обижать моих валь'кир?! - Ваша валь'кира позорно сбежала с поля боя, как трусливая шавка, ваше величество! - рявкнул Кольтира. Он понял, что позволяет себе повышать голос на королеву и при этом нависает над ней, словно пытаясь запугать ее. Он чуть отклонился назад и продолжил потише. - Мы могли уничтожить этот союз в зачатке и принести вам голову Краули, а вместо этого сейчас на Фенрисе создается целая армия воргенов! И если бы эта Дашла... - Валь'кира важнее исхода любой операции! - отрезала Сильвана. Она сделала несколько нервных кругов по помещению и заявила: - Тут они не пройдут, нет брода. Они нападут у Гробницы. Я пошлю гонцов и поведу туда войска. Не успел Кольтира порадоваться, что королева переключилась на грядущее нападение воргенов, как та холодно добавила: - С заданием ты справился хорошо, и только это тебя спасает от наказания за твою выходку. Подобные фразы Кольтира десятки раз слышал от командиров в Квель'Таласе. Привык уже. Он невольно усмехнулся, вызвав очередное сверкание глазами у Сильваны. - Не буду требовать обещаний - говорят, у рыцарей смерти туго с их выполнением. Скажу так: еще хоть раз обидишь валь'киру, я прикажу тебя сковать и отправить моим ангелам в таком виде. И пусть делают с тобой все, что им вздумается. Понял меня? - Ваше величество знает толк в извращениях, - одобрительно оскалился Кольтира, не особо впечатлившись такой перспективой. Едва закончив фразу, он сообразил, что в разговоре с королевой надо бы воздерживаться от подобного рода насмешек, но не извиняться же за свои слова. - Молись Тени, чтобы они толка в них поменьше знали, - пробурчала Сильвана, садясь за стол, чтобы продолжить работу над каким-то письмом, от которого визит Кольтиры ее отвлек. - Нахал. Она сделала рукой знак проваливать. И в этот момент краешек ее губ дрогнул, выдавая сдерживаемую улыбку. Уже не злилась. Ну, валь'киры, врайкульские девы, помешанные на битвах и могуществе, даже при жизни ничего не понимавшие в плотских удовольствиях - и извращения. Это и вправду забавно. Кольтира еще в Подгороде обратил внимание, что Сильвана больше не была тем каменным изваянием, каким предстала перед ним в Авангарде Кор'крона. В отличие от той Темной Леди, которую вели лишь ненависть и жажда мести, теперешняя Сильвана была более... живой, что ли. Нет, это слово не подходило немертвой. При жизни она, наверно, была улыбчивой и страстной женщиной. Теперь от этого огня остались только злость и ярость, которые нередко пылали в ее глазах. Наверно, тяжело было ей, признанной красавице, осознать себя нежитью, с серой мертвенной кожей и красными глазами. Вызывающей у живых ужас и отвращение вместо прежнего восторга и поклонения. Впрочем, учитывая, как старательно и самозабвенно она заботится о своем народе, ей и некогда, наверно, тосковать о прежней жизни. Кольтира понял, что молча пялится на королеву уже почти минуту, поэтому коротко поклонился ей по этикету Отрекшихся, перекрестив на груди руки, и вышел. Подведя итог операции, он чувствовал злость и раздражение. Он счастливо избежал наказания за драку с напыщенным трусливым ангелом, но не смог принести Сильване голову Краули и заслужить такую нужную ему сейчас награду. Да еще и вся эта миссия с воскрешением прямо в бою оставила на душе противный осадок - ощущение, словно он вернулся в Плеть. Кольтира вытряхнул все эти мысли из головы. Сильвана знает, что делает. Если бы она вовремя не отправила агентов на Фенрис, то Отрекшиеся сейчас не знали бы о союзе и готовящемся нападении, а еще не имели бы подкрепления. И врагов было бы гораздо больше. Сильвана умница. Не тряслась бы еще так над своими ангелами, цены бы ей не было. "Валь'кира важнее исхода любой операции!". Да и тут она, в принципе, права. Заносчивые стрекозы необычайно полезны, а их всего девять. Рисковать ими на заданиях - расточительство. Ну и нечего тогда с ними ходить на те задания, где нужны смелость и дерзость! Пусть в тылу сидят. А Кольтира сам выберет себе напарницу для следующей миссии, которая должна завершиться успехом и отпуском. Вот Алина, например, точно не струсит. Надо торопиться. Кольтира остро чувствовал желание Тумана вернуться к нему. Сам хотел поскорее съездить за ним, злился на промедление, потому и сорвался на Дашле. А теперь они еще в Гробницу отправятся, оттуда дальше до Брилла. Кольтира зло оскалился. Как бы он ни был ограничен во времени в предстоящей поездке в Брилл, он непременно найдет пару часов, чтобы как следует проучить этого Ноэллина, доставившего столько проблем. Убийство Отрекшегося Кольтире с рук не сойдет, скрыть причастность будет сложно - Алина в курсе, у Ноэллина могли быть подельники. А вот в плане пыток и запугиваний можно будет дать себе волю. - Да-да, собираемся в Гробницу, я в курсе, - кивнула ему Алина прежде, чем Кольтира успел произнести хоть слово. - Слушай, Дашла про тебя такое рассказывает! Ты правда ее чуть не изнасиловал сначала в воздухе, а потом в озере? - Чего?! Да эта стрекоза что, вообще ошалела?! Навоображала себе, будто кого-то интересуют ее призрачные прелести, или намеренно гадости про него сочиняет? - Ну она нам так говорила! Что она спасла тебя с острова, а ты ее за талию и за бедра лапал, пошлятину всякую предлагал, а она тебе в челюсть дала... - Алина! Ты раз сплетни разносишь, так хоть от себя не добавляй! - возмутился Кольтира. Дашла-то, оказывается, правду рассказывала. Это "местная пресса" невнимательна к деталям и делает неверные выводы. - Порчу тебе репутацию, да? Прости, - ничуть не раскаявшись, усмехнулась она. Кольтира рассказал ей о своем плане заслужить у Сильваны отпуск в качестве награды. Алина посмеялась над тем, что кое-кто слишком гордый, чтобы пойти и просто попросить королеву, но пообещала что-нибудь придумать. - Хммм. Знаешь что? А у меня идея. В Гробницу отправляемся не сразу с рассветом, так что часа три у нас еще есть. Раздевайся, - заявила вдруг она. - Прямо так сразу? А как же твой баран? Или козел... С Натаносом Кольтира успел познакомиться в Подгороде, и ни на одно из этих двух вредных животных тот не походил. Спокойный, вдумчивый, ответственный и очень принципиальный человек. Чем-то напоминал Тассариана, каким тот бывал, когда не забивал себе голову глупостями вроде чувства вины, ревности или чего-то в таком духе. Ну, упрямый, да. Так что "баран", наверно, все-таки логичнее. - Да я не об этом! Снимай с себя все эти железки. Давай найдем тебе легкий доспех и пойдем на охоту. За воргенами. Забыл уже, наверно, как следопыты выслеживают врага? - Это я-то забыл? - моментально поддался на провокацию Кольтира. - Спорим, я в два раза больше тебя волчьих хвостов состригу? К саронитовому доспеху он уже привык, и выходить против воргенов без него - глупая затея. Но то ли желание вспомнить прежнюю жизнь, то ли стремление уделать Алину сподвигли его согласиться. Кольтира принялся торопливо расстегивать ремни. Он чувствовал, что эта затея - правильная. Вот-вот он сделает то, что должен, и вернет, наконец, своего верного напарника. "В жизни или смерти - ты будешь со мной" - так решил Кольтира, убивая Тумана и превращая его в Коня Смерти. И он собирался следовать этому принципу или обещанию во что бы то ни стало. Очень скоро он вернет Тумана. Кольтира ощущал нетерпение своего коня так явственно, словно тот был в нескольких шагах от него. Для ускорения процесса снятия доспеха Алина подошла помочь с ремнями, и вдруг тихо ахнула и округлила глаза, глядя через его плечо в сторону дороги на север. - Ммм? - поинтересовался Кольтира, и тут же сам ощутил причину ее удивления. Он обернулся, чтобы увидеть, как по дороге мчится, сверкая ледяными глазами, дымчато-серый Туман. Земля покрывалась инеем за мгновение до того, как ее касались светящиеся копыта. Никто из Отрекшихся, включая часовых, не рисковал встать у него на пути: то ли узнали, то ли проявляли благоразумие. У перепачканной черной кровью морды коня болталась неаккуратно отгрызенная голова, которую Туман держал зубами за волосы. Она вполне прозрачно намекала, что с этим существом лучше не связываться. - Туман, красавец мой! Вернулся, - обрадовался Кольтира, поглаживая прискакавшего коня по подставленной шее и боку, на котором опять не было доспехов. Наверно, за них его и привязывал Ноэллин где-то в Брилле. - Мы волновались, Туман, - мягко пожурила Алина, чем заслужила надменный взгляд сверху вниз. - Вот ведь баран, да... В гриве Тумана почему-то было много опилок, а еще какие-то ветки и сухие листья. Некоторые пряди слиплись от засохшей крови. Кольтира растер один из колтунов между пальцами и подумал, что надо успеть сводить коня к озеру, отчистить его как следует, чтобы выступать в Гробницу уже в приличном виде. Туман стоял спокойно, не мельтешил, как непременно делал бы на его месте Сумрак. Но Кольтира чувствовал, что тот рад встрече. Они были знакомы не так уж и давно, но уже оба чувствовали себя незавершенными друг без друга. Удивительно, до чего крепко может связать убийство и обращение в нежить. Хорошо, что Туман не понимал, что он с ним сделал тогда. Убил. Отобрал прежнюю жизнь и обрубил все контакты, отнял у прежнего хозяина, к которому конь, возможно, был привязан. Кольтира невольно вспомнил собственное обращение в немертвого и охватившую его тогда обжигающую, ледяную ненависть к Тассариану, совершившему все это. Жажду мести, которая изредка все еще давала о себе знать. Кольтира заглянул в спокойные и умные глаза Тумана и снова запустил пальцы в его гриву. Мой. Плевать, что нежить не может испытывать подлинную, чистую радость. Пусть это будет лишь удовлетворение от возвращения того, над кем имеешь власть. Главное, что Туман рядом с ним, не вынашивает планов возмездия, ни в чем не обвиняет и не пытается сбежать от него подальше. Алина, чьи попытки наладить отношения Туман упорно не ценил, повернула все еще свисающую из пасти коня голову к себе. - Хм, знакомое лицо. Где же я его видела... - задумчиво проговорила она. Кольтира покосился на голову, потрудившись, наконец, ее разглядеть. Прежде она принадлежала Ноэллину, что, в общем-то, было неудивительно. Алина тем временем продолжила изучать искаженное страхом лицо. - А, помню. Штабной офицер, очень исполнительный парень, ни одной бумажки не забудет. Чего это он вздумал коней воровать? - И правда, странный тип, - пожал плечами Кольтира. Он подумал, что как бы ни хотелось прикопать голову в лесу и забыть, наконец, об этой идиотской истории с похищением, нужно доложить стражам о смерти офицера. Ноэллин сам виноват, Кольтире и Туману, скорее всего, ничего не будет. Не объявят же Коня Смерти хищной тварью, опасной для представителей народа Отрекшихся? - Возьми голову и отнеси в очередь на воскрешение, - велела Алина. - Тела нет, духом побудет. Кольтира кивнул. Точно, можно же воскресить. Ноэллин получил хороший урок, больше не рискнет связываться с Туманом. Да и в виде призрака очень сложно напакостить немертвым. - Сдай, запиши. Ты помнишь его имя? Оно в письме было... - Ноэллин. - Точно, - Алина щелкнула пальцами. - Ноэллин Солнечный Полдень. Младший лейтенант. - Солнечный Полдень? Так вот кто он такой! - вспомнил, наконец, Кольтира этого типа. Это же он был заместителем лейтенанта Первого Луча в Ан'овине! Ну, он действительно сильно изменился в посмертии. Если Кольтире не изменяла память, раньше этот парень был вполне миловидным, хоть и слишком тощим на его вкус. Алина жаждала подробностей, и Кольтира рассказал ей о битве у храма, перехваченном командовании, докладе у Сильваны. И о встрече в Элун'аране, настойчивом предложении, попытке шантажа и ударе в челюсть. - А теперь он опять пытался мне угрожать, представляешь? Ну ничему не учится парень! - хмыкнул Кольтира, забирая у Тумана голову Ноэллина и направляясь к палатке, где были сложены трупы. Алина, следуя за ним и Туманом, покачала головой. - Бедолага, - жалостливо покосилась она на останки младшего лейтенанта. - Знаешь, Кольтира, я запомню, что в тебя не стоит влюбляться. Не хочу получить в челюсть и быть сожранной конем. Последние слова она произнесла с тихим смешком. Кольтира оскалился в ответ. Довольный, что все благополучно разрешилось, он аккуратно положил голову Ноэллина на полку и дотошно, по буквам, продиктовал секретарю имя и звание убитого. Узнал, что офицеров воскрешают в первую очередь - что, в принципе, логично. Погибших в боях Отрекшихся тоже поднимали раньше, чем свезенные с окрестных кладбищ трупы. Наверно потому, что Отрекшиеся - уже опытные немертвые бойцы, и они больше преданы Сильване, чем новоподнятые, умершие своей смертью или в других войнах. - Берегись, он станет призраком и будет преследовать тебя. Например, подсматривать, когда ты моешься, - поддела Алина. Кольтира только фыркнул в ответ. Иссушить призрака для него - дело пары мгновений. Правда, убивать призраков у Отрекшихся было запрещено. Ну так и помимо убийства много чего можно сделать. - Ну ладно, с головой разобрались, теперь пошли на воргенов охотиться, - продолжила она. - Да ну, - отмахнулся Кольтира. - Теперь-то зачем? Делать, что ли, нечего? - Воргены, быстрые и злобные, полные жизни и горячей крови, - соблазняла Алина, повиснув у него на руке. - Будет весело! Тебе же нравится их убивать. - В Гробнице поубиваем, - возразил он. - А мне коня надо чистить, смотри, какой лохматый. Кольтира погладил Тумана по взъерошенной гриве. Конь не был голоден, иначе уже давно дал понять, что не против поохотиться на воргенов вместе. Так что первым делом нужно привести его в порядок, потом заняться его броней, и только после этого - развлекаться. - Та-а-ак, я начинаю понимать, почему этот тип решил похитить именно твоего коня, - протянула Алина, с прищуром глядя на них. - Почему? - Ты больше ни к кому не испытываешь привязанности, верно? Кольтира усмехнулся, но вышло криво. Привязанности? К кому бы? Родные мертвы. Сапфириэль убита. Тассариан... далеко. Друзья... если кто и жив, так не захочет знать рыцаря смерти. Тут, у Отрекшихся, у него были Клеа и сама Алина, но не сказать, что он к ним чувствовал что-то особенное. Он промолчал, но от него и не ждали ответа. Так и не сумев уговорить его пойти на охоту, Алина ушла, оставив Кольтиру заниматься Кровавым Туманом. За то время, когда считался в Плети слабаком, и был вынужден расплачиваться за защиту Тассариана тем, что возился с Сумраком, Кольтира выучился ухаживать за Конями Смерти. Через час Туман снова превратился в того красавца, который год назад восхитил Кольтиру в Драконьем Погосте. Антрацитовые бока матово блестели в свете восходящего над Серебряным Бором солнца. - Красивый у тебя конь, - задумчиво произнесла Сильвана, вывернув из-за палаток. Она Тумана уже видела в Гилнеасе, но сейчас, отчищенный и не укрытый броней, он был ошеломляюще великолепен. Вот только как объяснить королеве, что Туман будет не в восторге от просьбы покататься? К счастью, Сильвана не имела привычки приставать к чужим коням. - Пойдем, прогуляемся, - сказала она Кольтире. Тот отправил коня к стойлу и пошел за королевой к лесу. Сначала он думал, что ее величество собирается с ним о чем-то поговорить без лишних ушей, но Сильвана молчала и чуть рассеянным взглядом осматривала окрестности. Наверно, ей просто захотелось прогуляться в тишине и морально отдохнуть перед новым витком военного конфликта. Здесь, около ставки, уже было относительно спокойно. Отрекшихся привели из Тирисфаля и подняли на месте достаточно, чтобы не подпустить воргенов близко. А на случай, если кто-то все же прокрадется - нападали же на Марту в этих краях, - она и взяла одного рыцаря смерти. Роль телохранителя ее величества не особо понравилась Кольтире, но он был готов выполнять свой долг со всем возможным старанием. Он сосредоточился на чутье, чтобы заметить каждую букашку в округе. Если окрестные чумные белки не были агентами Плети и не собирались покушаться на нежизнь королевы, то пока что тут было безопасно. Прогулка завершилась быстро. Сильвана, неторопливо бредущая между елями, получила магического вестника и резким тоном велела возвращаться. Приготовления были окончены, Отрекшиеся выступали в Гробницу. Королева скакала впереди войска. Ее сопровождали валь'киры, а еще она успела по пути посекретничать с несколькими подданными и наемниками. Может, составила какой-то хитрый план, может, просто укрепляла их лояльность такой демонстрацией доверия и благосклонности. - Они никогда не получат эту землю, - донес ветер ее слова до ушей Кольтиры. - Никогда! Лордерон принадлежит Отрекшимся. Так было, и так будет всегда! Кольтира, ехавший в десятке шагов от королевы, закатил глаза к небу. Сильвана что, нацелилась заполучить весь Лордерон в прежних границах, от Талассийского перевала до Каз-Модана? Амбициозные планы! Тогда на северо-востоке ей рано или поздно придется столкнуться с Серебряным Авангардом, контролирующим Дольный Очаг и земли у Последней Надежды. А потом и с Черным Клинком, объявившим своей территорией не только парящий в воздухе Акерус, но и немалую часть бывшего Анклава Алого Ордена - все Тихоземье и Новый Авалон. Всего несколько месяцев назад Кольтира уже думал о том, что ему, возможно, однажды придется схватиться в бою с временными союзниками и собратьями по ордену. Они так часто убивают своих, что нет смысла называть кого-то "своими" - так казалось ему. Но смысл был. У Кольтиры теперь были не просто союзники. У него был народ, нуждающийся в защитниках, и королева, самоотверженно заботящаяся о благе этого народа. Своя сторона. "МЫ - ОТРЕКШИЕСЯ. МЫ УБЬЕМ ВСЕХ, КТО ВСТАНЕТ У НАС НА ПУТИ!"