Девочка для битья

Генри упал на землю и закрыл голову руками. Чья-то нога впечаталась в грудную клетку. Он невольно подобрал колени к животу. Последовало еще несколько ударов, но Генри продолжал лежать, свернувшись калачиком. Вдруг атаковавшие мальчишки бросились врассыпную, и он осторожно убрал руки от головы. — Эй… эм, тебя зовут Генри, верно? Младший Миллс поднялся на ноги. — А тебя — Нил. Ты мой отец. — Да, наверное, — Нил криво усмехнулся. — Ты как? Эти ребята доставляют тебе неприятности? — Оу. Они. Нет. — Со стороны кажется, что доставляют. — Вообще-то, нет, — Генри отряхнул джинсы и заметил небольшую дырку на колене. — Я справлюсь. — Понял. — Моей маме, наверное, не понравится, что мы разговаривали. — Которой? Генри обдумал вопрос и после небольшой паузы ответил: — Думаю, обеим, но Эмме больше. — А ты… ты хочешь… чтобы мы общались? Генри поднял с земли свой рюкзак, забросил на плечи. — Ты можешь угостить меня мороженым. — Мы не вляпаемся в неприятности? — Возможно, — Генри поравнялся с Нилом. — Но, по крайней мере, я поем мороженого. — Странно все это, — нервно рассмеялся Нил. Он поднял руку, чтобы положить ее Генри на плечо, но, поколебавшись, опустил. — Если ты не против, я хотел бы узнать тебя получше. — Где ты был все это время? — Хм? — Почему Эмма была совсем одна? — Я не знаю, — пока они шли, Нил украдкой разглядывал своего наследника. У Генри был подбородок Эммы и, возможно, его глаза. — Мы все ошибаемся. Генри посмотрел на него снизу вверх. — В последнее время я часто это слышу. — Это правда. — Наверное. — С тобой такое не прокатит, да? — Нил немного осмелел и потрепал Генри по волосам. — Упругие. Готов поспорить, достались от Эммы. Генри не увернулся от прикосновения, но его глаза сузились. — А ты умеешь увиливать от ответов. — Да… — Нил со вздохом спрятал руки в карманы. — Возможно. — Мама на тебя сильно злится. — И я ее не виню. — Зачем ты здесь? — Ты задаешь много вопросов. — Я хочу много ответов, — Генри остановился у дверей закусочной. — А ты хочешь познакомиться со мной. Что насчет сделки? Нил рывком открыл дверь и жестом предложил Генри войти первым. — Звучит неплохо. — Ты действительно расскажешь правду? — при этих словах Нил поморщился, но Генри, входивший в зал, ничего не заметил. — Да. Конечно.

ххххх

Эмма несла безразмерную сумку с вещами Реджины. Она почти справлялась, но на самом дне лежало что-то твердое, и оно билось по ноге в такт шагам. Один раз — не причина для жалоб, но, когда это повторилось снова, а потом еще и еще, Эмма поняла, что ей надоело изображать из себя вьючного мула. — Ты не можешь сама ее нести? Реджина помассировала запястье вокруг браслета. — Если ты настаиваешь… — Нет, — Эмма перевела дыхание. — Никакой магии. — Тогда неси сама. — Я и несу. — Здесь недалеко. — Знаю, — ладонь Эммы соскользнула, но она успела подхватить сумку. — Мы могли бы… Ты можешь взять за одну ручку. Можешь? Реджина оглядела ее с ног до головы. Эмма надеялась, в ее глазах достаточно мольбы, чтобы повлиять на окончательное решение. В конце концов, из-за того, что она не способна справиться с одной-единственной поклажей, они все время останавливаются. Бывшая королева нахмурилась и протянула руку. — Имей в виду, это только из-за того, что иначе ты ее уронишь. Сумка слишком дорогая, чтобы ее волокли по земле. — О, да! — с облегчением простонала Эмма, когда вес перераспределился. — Слава Богу. Реджина закатила глаза. — Быстрее. Люди смотрят. — Ты не привыкла? — А ты? — Люди смотрят не на меня. — На тебя, — Реджина ускорила шаг, вынуждая Эмму сделать то же самое. — Может быть, ты не замечала, но они всегда смотрели. — Серьезно? — Если бы ты не была Спасительницей, ты бы все равно была членом королевской семьи, дорогая. К ним всегда повышенный интерес. — Это глупо, — Эмма споткнулась о трещину в асфальте и выронила ручку. Реджина, следуя инстинктам, чтобы предотвратить падение Эммы, взмахнула запястьем. Магия спасла Свон и сумку, однако блондинка вовсе не выглядела благодарной. Рука ее невольно взлетела ко лбу. — Какого хрена, Реджина! — Пожалуйста. — Я не сказала тебе спасибо. — Ты разбила бы лицо. — Ничего бы со мной не случилось. Ты спасала сумку, — Эмма стукнула по ней кулаком; сумка качнулась, но осталась парить в воздухе. — Сейчас же выключи. — Или что? — с издевкой спросила Реджина. — Посадишь меня под замок? — Не надо мне угрожать, Реджина! — давление внутри черепной коробки усилилось, и Эмма сощурила правый глаз. — Я думала… а знаешь, неважно, что я думала. Ты можешь носить сумку, как тебе захочется. Реджина проводила недовольную блондинку взглядом, задаваясь вопросом, в какой момент все пошло наперекосяк.

ххххх

— Не могу поверить, что ты отпустила ее домой. — Ты не хотел, чтобы она оставалась здесь, — нежно напомнила Белоснежка. Она провела ладонью по щеке Дэвида. — Так будет лучше для всех. Он слегка сжал ее пальцы. — Тем не менее, так было безопаснее. Мы за ней присматривали. — Она не могла оставаться здесь вечно. — Но мы могли бы… не знаю, — он потер заднюю часть шеи. — Удостовериться в ее лояльности. — Генри. — Генри она не навредит, — согласился Дэвид. — Но насколько ее хватит? Ты думаешь, она оставит нас в покое? — Она мне ничего не сделала, Дэвид. Он нахмурился. — Это ты так говоришь, но… что если она изменила твои воспоминания? — Я знаю, что случилось. — Никто не знает. Руби говорит… — Не имеет значения, что говорит Руби, — оборвала Снежка. — Дэвид, я же рассказывала. Я зашла за кофе, и в этот момент началось землетрясение. Упал светильник. — По словам Руби, когда все это случилось, Реджина смотрела на тебя. — Возможно, — вздохнула Снежка. — Но она отреагировала мгновенно и отбросила светильник. — Ага, и ты совершенно случайно врезалась в стойку? — Я запаниковала, — несмотря на ошибочные представления, она ценила его заботу. — Я металась в поисках выхода. — Я верю тебе, я… Их разговор прервало появление дочери. Эмма настежь распахнула дверь и ураганом ворвалась внутрь. Они обменялись любопытными взглядами, прежде чем Снежка прочистила горло. — Эмма? — Мэри-Маргарет, — Эмма вздохнула. — Прости. Я забыла, что вы дома. Впредь буду осторожнее с дверью. — Все нормально? — Я… да, — Эмма вытащила из шкафчика чашку и налила воды из-под крана. — Не похоже. — Я сказала, все нормально. Дэвид потер плечо Белоснежки. — Мы беспокоимся за тебя, милая. Эмма молча смотрела в чашку. — Не о чем беспокоиться. Реджина у себя дома, в безопасности. Скатертью дорожка, да? Снежка высвободилась из объятий Дэвида и приблизилась к дочери. — Хочешь поговорить об этом? — Нет. Это всего лишь новые обстоятельства. Я легко приспосабливаюсь. И в состоянии позаботиться о себе. — Просто помни, если тебе что-то понадобится, мы рядом, — заметил Дэвид. — Я знаю, — Эмма одним глотком выпила воду и вытерла губы. — Просто иногда я должна справляться сама. Старые привычки умирают с трудом. Снежка поцеловала ее в щеку. — Ты больше не одна, мы всегда будем рядом. Эмма печально улыбнулась. Возможно, она бы и воспользовалась предложением, но, что ни говори, оно немного запоздало.

ххххх

Генри смотрел на Нила, который говорил, неловко размахивая руками. Когда отец замолчал, мальчик тихо произнес. — Спасибо, что потратил на меня немного времени. — Ты классный парень. — Ты должен поговорить с мамой. — Не думаю… Иногда взрослые сжигают мосты, понимаешь? — он почесал затылок. Они не успели нормально попрощаться. Дверь квартиры распахнулась, и в проеме появилась Эмма. Она выжидающе посмотрела на сына. — Ты должен был прийти домой несколько часов назад. Генри улыбнулся. — Теперь я здесь. — Иди к себе, пацан. И никакого десерта сегодня вечером. Руби звонила, сказала, что ты уже съел мороженое. — Ага, ладно. Она перевела взгляд на переминающегося с ноги на ногу Нила. — Тебе не давали разрешения забирать его. — Он — мой сын. — Ты не имеешь прав… — Эмма осеклась, понимая, что в бесконечных спорах нет никакого смысла, и решила зайти с другой стороны. — Ты должен был спросить разрешения у меня или Реджины. — Я бы никогда не получил его. — Ты на самом деле так думаешь? — Я знаю тебя. Неважно, сколько времени прошло, люди не меняются кардинально. Ты все еще моя Эм. На нее обрушилась волна ностальгии. Вспомнился первый поцелуй, когда они обжимались на заднем сидении «Жука». Все тогда казалось таким простым. Он был ее единственным близким человеком, а она — его. Иногда Нил раздражал, но, несмотря ни на что, Эмма хотела провести рядом с ним каждый день своей жизни. — Я изменилась больше, чем ты думаешь, — сказала она. — Мы похожи. То есть… мы оба спасаемся бегством. — Когда у тебя есть ребенок, особо не побегаешь. Он хотел прикоснуться к ней, проверить, пробежит ли между ними искра, но продолжал держать руки в задних карманах. — Но, может быть, мы немного похожи? Она услышала в его голосе неуверенную надежду и попыталась представить их совместную жизнь. Вероятно, она изменилась больше, чем себе представляла, потому что все, о чем могла сейчас думать… Она судорожно сглотнула. Все ее мысли были связаны только с Реджиной. — Может, но этого недостаточно. Он сжал губы, принимая и понимая, а затем кивнул. — Да, наверное. — Спасибо, что позаботился о Генри. — Хоть что-то мы сделали правильно, да? — Ты хочешь увидеться с ним снова? — Да. — Я поговорю с Реджиной. — Буду благодарен. Эмма отступила назад. Нил еще какое-то время смотрел на нее, а после, развернувшись, зашагал к лестнице.

ххххх

Реджина обходила все комнаты, одну за другой, не до конца понимая, что делает. С одной стороны, ей претила мысль о том, чтобы быть рядом с Эммой, но с другой… С другой, хотя бы было, кого дразнить. Реджина осталась наедине со своими мыслями, и на поверку одиночество угнетало больше, чем она помнила. Оказавшись в спальне, она подошла к окну и посмотрела на тихую вечернюю улицу. Вопреки опасениям Эммы, никто не преследовал ее. Она подумывала о том, чтобы позвонить ей и соврать. Вынудить шерифа примчаться сюда в течение нескольких минут. Из чистой вредности. Но Реджина все-таки была сильнее этого. Тем не менее, когда вскоре зазвонил телефон, Миллс ответила после первого же звонка. — Мисс Свон, уже поздновато, ты не находишь? — Я собиралась оставить сообщение. Повесь трубку, я перезвоню, но на этот раз не отвечай. — В этом нет необходимости. Скажи сейчас. — Я тебя не разбудила? — Я не спала. — Хорошо. В общем… короче… Дело в том… — Да? — Мне приснился кошмар. — И твоим первым инстинктом было позвонить мне? — Да. Реджина вздохнула, стараясь, чтобы прозвучало, будто она раздражена. — И что я, по-твоему, должна сделать? — Не знаю. Но… в общем, когда ты была рядом, все казалось не так плохо. — Ничем не могу помочь. — Я не прошу тебя вернуться, — Эмма хмыкнула. — Я просто… Ладно, время правды… я на улице. — Что? — Мне казалось, что хватит простого разговора, но чем больше я думаю, тем сильнее… может, нет ничего жуткого в том, чтобы увидеть тебя. Или есть? Реджина на мгновение прижала телефон к груди, прежде чем ответить. — Что ты от меня хочешь? — Просто… Слушай. У нас сегодня возникла проблема. У людей такое бывает. — Ты пытаешься убедить меня в чем-то? Или себя? Эмма прислонилась плечом к двери. — Я перестаралась, ясно? Я признаю это, и… Мы можем двигаться дальше? — А что дальше? — Я не знаю, — Эмма прижала пальцы к уголкам глаз. — В этом проблема, да? Я не знаю, что мы будем делать дальше. Не знаю, что делать с Нилом, с тобой и даже со своими ро-родителями. — У меня нет ответа на твой вопрос. — Мне и не нужно, чтобы ты отвечала. — Уже поздно. Иди домой. Если ты хочешь о чем-то поговорить, мы можем сделать это утром. — Да. Хорошо. Эм, прости, что побеспокоила. Уже ухожу. — Подожди, мисс Свон, — вздохнула Реджина. Поддавшись импульсу, она спустилась вниз, вышла на крыльцо и мягко поцеловала пораженную Эмму в лоб. Но реакции дожидаться не стала, а просто, не проронив ни слова, захлопнула дверь.