Девочка для битья

Реджина безучастным взглядом смотрела в потолок. Около четырех утра, однако ей так и не удалось толком поспать. Она была истощена не только эмоционально, но и физически, а сон все равно не шел. Бессонница давила со всех сторон, словно Реджина оказалась в комнате без окон и дверей, случайно задела какой-то провод, от чего стены стали медленно надвигаться на нее. Она обречена быть раздавленной, и всего лишь вопрос времени, когда это произойдет. Реджина перевернулась на бок и с силой зажмурилась.

ххххх

— Давай играть! Реджина улыбнулась. Утреннее солнце грело щеки, и даже угрозы Коры не могли помешать ей наслаждаться первым теплым весенним днем. Может быть, она немного обгорит, но со временем все пройдет. Она, низко наклонившись, сняла туфли, стянула чулки и побежала за дочкой заезжего дворянина. Девочка вместе с отцом приехала неделю назад, и Реджина пришла в восторг, ведь она, наконец-то, встретилась с ребенком своего возраста. Немного пообщавшись с гостьей, Реджина не без удовольствия заметила, что темперамент Сары полностью дополняет ее. — Во что мы будем играть? — несмотря на жжение в легких, она побежала быстрее, пока не догнала. Боль в ногах напоминала о долгих зимних месяцах безделья, но Реджина искренне радовалась движению. Беззаботная улыбка Сары стала шире. — Ты когда-нибудь играла в прятки? — Нет, — Реджина поежилась. Она вообще редко играла. Кора постоянно говорила ей, что юная леди не должна играть. Юная леди должна изучать хорошие манеры и историю. Что до подобного поведения, то женщина находила его неприличным. Но, тем не менее, Реджина была полна решимости насладиться каждым моментом, проведенным вместе с другой девочкой. Она ведь сможет вспоминать это маленькое приключение на скучных уроках. — О, все очень просто, — схватив за запястье, Сара потащила ее к дереву. — Ты закроешь глаза, будешь считать до двадцати, а я прятаться. Потом ты пойдешь меня искать, а когда найдешь, мы поменяемся местами. — Ты будешь рядом? — Конечно, — Сара подтолкнула ее ближе к дереву. — И помни! Не подглядывать. «Конечно, нет!» — хотела воскликнуть Реджина. Она не какая-нибудь обманщица и к правилам, если они не мешали веселью, относилась очень серьезно. Она считала медленно и размеренно, так что Сара не могла обвинить в спешке. Закончив считать, она осторожно повернулась и заскользила взглядом вдоль кромки деревьев в поисках небесно-голубого платья Сары. Краем глаза Реджина заметила яркую вспышку где-то слева; она метнулась в сторону и повалила подругу на землю. Взрыв смеха разнесся по поляне. Захваченная новым развлечением, Реджина коснулась щеки Сары нежным поцелуем. — Хорошо! — Сара села. — Твоя очередь. У тебя двадцать секунд! Реджина скрылась в ближайших кустах. Она не обращала внимания на веточки, застревавшие в волосах и оставляющие небольшие царапины на непокрытых руках. Место показалось идеальным, ведь ее темно-зеленое платье сливалось с листвой. Едва разрешая себе дышать, она слушала, как Сара отчеканивала по слогам последние цифры. Прошло без малого полчаса, прежде чем Реджина осознала, что ее никто не ищет. Она выбралась из кустарника, потерла глаза и пошла обратно в замок. Первое, что ей бросилось в глаза, когда вошла во двор, было отсутствие кареты дворянина. Не успела Реджина войти в холл, как на нее налетела Кора, заставляя поежиться. — Я так беспокоилась о тебе. Реджине хотелось предаться страданиям по потерянной подруге, но она нашла в себе силы выдавить небольшую улыбку. — Я была… — Не имеет значения, дорогая, — Кора вытащила прутик из ее волос. — Теперь ты в безопасности. — Что случилось с Лордом Форго? И Сарой? Лицо Коры помрачнело. — Девочка пришла и обвинила тебя в неподобающем поведении. Я не могла выдержать лжи о своей прекрасной дочери и отослала обоих прочь. Реджина опустила глаза в пол. — Спасибо, что защищаете мою честь, Мама. Кора ущипнула ее за щеку. — Приведи себя в порядок и спускайся к ужину. Когда Реджина послушно выполнила все сказанное, она позволила слезам покатиться по щекам. «Это был всего лишь маленький поцелуй», — думала она. — «И вообще ненастоящий». Сара в тот момент не выглядела возмущенной. Вся любовь, которую, как Реджина думала, она испытывала к глупой девчонке, быстро испарилась, и ярость пронзила ее сердце. Она ошиблась, так легко доверившись ей.

ххххх

Реджина зажала ладонями глаза в попытке прогнать воспоминание. Ее ночи были наполнены частицами прошлого, которые прочно оседали в сознании, преследовали и не давали ни секунды покоя. Каждое воспоминание напоминало ей о собственных неудачах. Она так сильно хотела быть любимой, что забыла уроки, которые ей раз за разом преподавала жизнь. Не желая больше валяться в постели, она отбросила простыню и направилась в ванную. Включила душ и немного поиграла с температурой воды. Когда облако пара опалило щеки, она шагнула под струи горячей, почти обжигающей воды.

ххххх

Реджина не сводила глаз с пергамента и вертела в пальцах перо. Тест казался просто невыполнимым. Несмотря на то, что она прилежно занималась, уделяла достаточно внимания каждому предмету, справиться с заданиями ей оказалось не под силу. Слишком трудно, но это вовсе не значит, что она может провалить тест, потому что Кора придет в ярость. Девочка почти позволила панике взять над собой верх, когда чьи-то ладони опустились ей на плечи. — Сосредоточься, Реджина. Ты все это знаешь. — Слишком много всего. — Вовсе нет. Ты просто должна доверять себе. Реджина повернулась, чтобы увидеть лицо гувернантки. Почтенная женщина ответила ей строгим взглядом, а после нежно улыбнулась. Сердцебиение Реджины нормализовалось, и туман в голове начал рассеиваться. Мисс Сектэр права. Она все прекрасно помнила; просто тревога и страх подавили знания. — Спасибо, мэм. — Пиши тест, моя девочка. Перо резво запорхало над пергаментом, но Реджина, несмотря на желание поскорее закончить, старалась, чтобы почерк оставался красивым. Все эти тесты были для нее сущим проклятием и оказывали на нее невероятное давление. Успех обернется ей гордой материнской улыбкой и поцелуем в лоб. Малейшая погрешность приведет к ледяным взглядам и по меньшей мере неделе молчания. Иногда Реджина представляла, какой бы сложилась жизнь, если бы ее матерью была мисс Сектэр. Женщина строгая, но наделенная способностью к понимаю, которая у Коры, судя по всему, отсутствовала напрочь. Когда Реджина разбивала коленки или сомневалась в чем-то, именно мисс Сектэр утирала ей слезы. Она смутно представляла, какой должна быть идеальная мать, но гувернантка определенно была близка к образу. В самом конце пергамента она написала свое имя. Уверенная в ответах, Реджина передала его мисс Сектэр, а затем встала на ноги и, сложив руки за спиной, терпеливо ждала, пока женщина оценит ее тест. Если повезет, она получит достойную оценку, которую можно показать Коре. — Ты глупая, девочка? Губы Реджины задрожали. — Нет, мэм. — В таком случае, ты проспала все наши уроки. — Нет! — Реджина яростно замотала головой. — Я не спала, честное слово. Вы можете посмотреть мои записи! — Ты не смогла правильно ответить ни на один вопрос, — Мисс Сектэр поднялась на ноги. Не сказать, что она была высокого роста, всего на полголовы выше Реджины, но вся ее поза и взгляд заставляли ее казаться еще больше. — Я старалась. Я доверилась себе, — прошептала Реджина. Голова метнулась в сторону, когда мисс Сектэр ударила открытой ладонью по ее щеке. — Ты позоришь меня, Реджина. Ты должна своей матери намного больше, чем даешь. Покажешь ей это и примешь наказание. — Я должна была хоть на что-то ответить правильно. — Полагаю, да, — на лице Реджины промелькнула надежда. — Тебе удалось правильно написать свое имя. — Пожалуйста, — она была слишком взрослой, чтобы плакать, но в уголках глаз все равно появились слезы. — Я все сделаю. — Ты не можешь торговаться, Реджина. Тебе прекрасно известны правила. — Уверена, вы должны понять… — Я понимаю, что ты не воспринимала всерьез наши уроки. Этот тест показывает твое вопиющее неуважение ко мне. — Я уважаю вас! — Реджина почти призналась ей в любви, но резко замолчала, заметив хмурое выражение на лице женщины. — Покажи результаты своей матери, девочка. И не возвращайся, пока не будешь готова учиться.

ххххх

Вода остыла. Она позволила холодным каплям смыть слезы со щек, а потом закрыла кран. Она стояла, дрожа всем телом, и пыталась вернуть контроль над одолевающими эмоциями. Прежде всего был гнев. Чистый и свирепый, он постоянно подпитывался воспоминаниями. И плотным покрывалом укрывал отчаянную беспомощность, что переполняла большую часть сердца. А где-то у самого основания пустила корни частица любви — она по дурости позволила этому случиться. Прошлое ничему ее не научило. Нащупав полотенце, Реджина обмоталась им и даже успела дойти до раковины, когда снова накатила смертельная усталость. Вцепившись пальцами в фарфоровый край, она уставилась на свое отражение. С легкой руки Эммы Свон семя любви пробивалось вопреки всем трудностям. Невыносимо сильно хотелось верить, что кто-то может любить ее. Это даже смешно, ведь любовь в очередной раз растоптала все надежды. Сколько раз ей приходилось зализывать то, что осталось от положительных чувств? В ней больше нет ничего хорошего, а если совсем честно, то и не было никогда. Как и предсказывал Румпельштильцхен много лет назад — они не любили ее и никогда не полюбят. Она дурачила себя, если верила во что-то другое. Если в прошлый раз осознание накрыло с невероятной ненавистью, сегодня Реджина чувствовала себя уставшей. Что бы она не делала, она обречена быть неудачницей. Некоторые люди рождены для того, чтобы иметь все на свете, а другие — ничего. Она встретилась глазами со своим отражением. Увы, так устроены все миры. Ярость попыталась вырваться, но Реджина проигнорировала порыв. Желание сломать что-нибудь росло, и она даже почувствовала знакомое покалывание в кончиках пальцев, но снова сдержалась. Реджина еще в детстве поняла, что истериками ничего не добьешься. Все бы закончилось разбитым зеркалом и поврежденной рукой. Кроме того, если выпустить магию, прибежит мисс Свон, а она определенно не хотела иметь дело с очередным враньем. Переодевшись в пижаму, Реджина отправилась в спальню сына, где свернулась калачиком на его кровати. Она притянула подушку и, уткнувшись носом, медленно втянула воздух. Когда она впервые держала Генри на руках, то думала, что он станет ее спасением. Его спальня была храмом оптимизма. Доказательством, что она, возможно, впервые в жизни одержала настоящую победу. Теперь же комната станет ей могилой. Пусть народ восстанет против нее. Пусть Нил еще больше настроит Генри против нее, а Эмма и дальше предает. Это причинит боль только в том случае, если она позволит. Сторибрук станет лучше без нее. Никто больше не станет искать мести, не будет провоцировать новые битвы. Она просто будет смиренно ждать, когда в ней умрет последняя любовь и заберет с собой.

ххххх

Эмма прислонилась к входной двери. Костяшки пальцев покраснели от непрерывного стука. Реджина была дома, она не сомневалась в этом, но до сих пор никто не вышел проверить шум. Она должна была объяснить ей и все исправить, но чем дольше стояла на крыльце, тем тупее себя чувствовала и тем меньше хотелось любезничать. В конце концов, она особенно сильно ударила носком ботинка по двери и осталась довольна, заметив черный след на белой поверхности.