Хранитель.

      — О, Маша привет. Проходи. — Юля открывает пошире дверь и хрупкая девушка с двумя чемоданами в руках проходит в прихожую. — Замерзла?       — Я на машине езжу, не успела замерзнуть и там тепло. На редкость для Сибири.       Через пару минут девушки сидели на кухне попивая чай и болтая под жужжание аппарата для маникюра.       — У тебя даже и следа нет.       — Костя не сильно ударил и Илья… Илья Кузьмич приложил лёд и газету. Зачем газету не знаю. Можно ответить?       — Только аккуратно, я уже обезжирила. — Юля свободной рукой сняла трубку. — О, привет. Да дома. Где мне ещё быть! У тебя же есть ключ, заходи. Я просто занята. — повесила трубку и положила телефон на прежнее место.       — У тебя были другие планы?       — Нет, нет. Я тебя ждала. Тот кто придёт, это…       — Ну, кто это? — Маша аж прервала процесс в ожидании ерзая на стуле.       — Я даже не знаю, что и сказать. Сама увидишь.       Через пару минут послышался скрежет замка, открылась входная дверь, потом деревянная и кто-то сопя начал возню. Через пару минут шелест одеждой и шуршание пакетов прекратились.       — Всем привет!       Маша увидела, того кто стоял в дверях и очень удивилась. Мягко говоря.       — З-д-ра-сте! — только и могла промолвить она. Все, сплетен не избежать!       — О, Виталя привет. Ты что тут? Ты же не собирался приезжать. — мужчина посмотрел на девушку гостью. — Ставь чай сам. Мы тут заняты не много. — Виталя прошёл к столу, стараясь не замечать ошеломленную девицу, и по хозяйки начал греметь посудой. Когда чай уже был налит, Виталя принялся раскладывать то, что принес.       — Охренеть! — себе под нос прошептала она.       — Сам в шоке, — тихо сказал он, грея руки об обжигающий стакан. У Витали зазвонил телефон, он глянул на дисплей, поставил стакан и вышел из кухни, потом вернулся. — Юля, мне нужно отъехать по делам. Приеду через пару часов и у меня для тебя сюрприз. Виталя вышел из кухни и через пару минут хлопнула входная дверь.       — Виталя мой отец. — Юля хотела прояснить ситуацию. — Я узнала о нем прошлой весной, и то мама представила его как своего друга. Когда мама умерла, он мне все рассказал, — девушка смотрела на неё круглыми глазами, она ни как не ожидала такое развитие событий. — Для меня это тоже было полной неожиданностью. Я когда устраивалась на работу, не знала, что это его ресторан.

***

      — Юлька собирайся, нас уже ждут.       — А как собираться? Куда идём?       — На улице минус четыре, так что надевай тёплые штаны и куртку. Мы едем, — Виталя замолчал, — сама увидишь.       На сборы у Юли ушло минут пять. Юля уже была накрашена к приходу Маши, осталось только одеться и взять телефон.

***

      Горский* ждал с нетерпением ещё одних посетителей, решившись покататься на ватрушках. Тут и без них есть кому кататься. Такое ощущение, что весь город вырвался. Виталя подошел к киоску для выдачи больших и мягких «поджопников», назвал фамилию и ему вручили, то на чем они будут сейчас кататься.       — Не бойся, у тебя хорошая страховка и больничный оплачивают полностью.       — Ну ты и приободрил! — Юля уселась на мягкие санки и папа толкнул её вниз с горы. Ощущения просто бомба. Спуск примерно пятьдесят — шестьдесят метров. Едешь на приличной скорости, вцепившись в ручки, волосы раздувает, ветер в лицо. Эх, красота. Адреналин. Счастье. Восторг. Ощущаешь себя маленьким. С горки на картонке или портфеле, вниз и в сугроб, а дома мама ждёт с горячим чаем и пледом.       Юля только успела отойти, как приземлился Виталя и еле-еле встал. Ему определенно нужна ватрушка побольше. А теперь самое интересное подъём на вершину.       Юля оглянуться не успела, как пролетело пару часов и поднявшись, она увидела как Виталя разговаривает с какой-то парой. Мужчина его возраста и женщина чуть моложе. Подойдя поближе она узнала в этой паре Илью и его спутницу. Что-то её больно кольнуло, но что это, она так и не поняла. Может ревность или физическая нагрузка. Юля подошла ближе, женщина оценивающе посмотрела на неё, прищурилась и отвела брезгливый взгляд. Юля не поняла чем заслужила такое отношение к себе.       — О, Юлька добрый день! — он искренне рад был ее видеть. Сейчас Нине стоило бы по беспокоиться, но она не придала этим объятьям значения. — Знакомься это Нина.       — Привет. Приятно познакомиться.       — Взаимно.       Виталя потащил Илью за руку к горке и они как два мальчишки поехали с горки на перегонки. Детский сад. Ей богу! Когда они поднялись к ним лёгким шагом с широкой улыбкой, подошёл фотограф и предложил свои услуги.       — Виталя, давай! — Юля была непреклонна. — У нас нет совместных фото. Давай. Давай! — под натиском энтузиазма и просящего взгляда дочери, он сдался. Фотограф ставил их то в одну позу, то в другую, то сажал на ватрушки, то заставлял поднимать и фотографировал рядом.       — И последние пару кадров. Может поцелуете свою даму.       — Это моя дочь вообще-то! — возмутился Виталя.       — Ну ладно. Ладно! — Виталя обнял Юлю, фотограф сделал последние кадры, обменялись координатами, получил деньги за работу и растворился в толпе.       Нина наблюдала за всем происходящим со стороны. Илья не согласился на фотосессию. Из истории со слов Витали, она сделала вывод, что ей нужны только деньги и связи папаши и сейчас она убедилась в этом еще больше, хотя Юля до последнего спорила с отцом, кто будет платить фотографу. И Виталя в этом споре победил.