ВИВЕРОН. Школа для шлюх.

Как мне не хотелось вставать и куда-то ехать в субботу утром. Я, провозившись на кровати минут пять, понял, что рядом нет Ольги, а с кухни веяло крепким мартони (напиток, что-то типа кофе с повышенным содержанием кофеина, но сладким запахом ванили. Я его просто обожал!). Если бы не этот аромат, я бы так и остался лежать в постели. Ольга стояла в белом легком платье. Черноволосая дама ловко переворачивала блинчики на сковородке. В раковине лежала одна тарелка и кружка. «Так, Шэгги опять не помыл за собой тарелку. Застранец» — подумал я и присел за стол. Денек выдался волшебным, солнечные зайчики задорно играли на платье жены, легкая прохлада врывалась в наш дом через открытая окошка. — Шэгги дома или ушел гулять с друзьями? — Он ушел кататься на «Монстре». Я ему разрешила, надеюсь ты тоже… — Я не против, если он надел шлем. — Да, надел — улыбнулась Ольга и положила в тарелку пару блинов. — Без варенья? — Кто-то не хотел «поправляться». — Ну… Один раз — не пидорас! Давай варенье — засмеялся я и Ольга, одарив леденящим взглядом, налила мне вишневое варенье. — Еще я «учуял» мартони! — Ищейка ты моя — Ольга налила мне напиток и села рядом. — А ты почему не ешь? — Я уже. Ты ведь на работу сейчас? — Ага… Доев свой завтрак я, не помыв посуду и сложив ее в раковину (как сделал это Шэгги, а вы думали, в кого он?), отправился на работу. Пробок не было и мой «iterabili» 2035 года выпуска быстро домчался до здания «Виверона». И все было как обычно. Здания «общежития» альф ярко сияло в этот солнечный день. На крыльце самой школы были студенты в «форме». Для омег и альф она была разной, но цвет и стиль один. Все омеги (включая мужской пол) носили короткие юбочки черного и красного цвета, легкие белые блузки, обязательно бабочки и чулочки с подтяжками. Нижнее белье летом было запрещено (зимой холодновато и я разрешил им носить его), и было видно, как красуются дамы и девушки перед парнями альфами. (Отношения, кстати, в школе тоже под запретом, так что они просто «играются» с ними). Войдя в свой кабинет, я сразу сел за стол. Пришла почта и я вскрыл конверты. «Реклама, реклама, реклама, реклама, одна сплошная реклама. А вот, что это? Так, так. «Заказ №30-99-08n» Прошу привести мне в воскресенье в городской совет пять шлюх омег (девочек) и двух шлюх омег (мальчиков). Возрастом от 16 до 30 лет. Заказ на всю ночь, доставим их в «Вивирон» утром понедельника. Заранее спасибо. Губернатор штата Вавилона господин N». Ну что ж, господин N. Исполним ваши прихоти». Я вызвал по рации своего зама и продиктовал ему текст заказа. Тот, все внимательно выслушав, повесил «трубку». Разбираемся с почтой дальше «Реклама, опять, опять… А вот, «SMS» от начальства. Приедут с проверкой во вторник. Ладно, все отчеты у меня давно готовы». В дверь постучали. Вошел курсант «Рипли» с автоматом на перевес. — Иван Олегович! На втором этаже подрались два альфы. Их разняли, они не покалечили ни себя ни других. Отправлены в карцер. — Из-за чего подрались. — Течный омега, сэр! — А что он делал на парах. Я думал, что течных омег закрывают. — Этот мужчина не успел сообщить о своей проблеме. Он просто шел на инструктаж. — Номер этого студента. — 13-06z20, сэр. — Тут я вспомнил вчерашнего парня. — Новенький. — Я в курсе, сам его определял на факультет. Ему не провели инструктаж в общежитие? — Нет, Пахан заболел и 13-06z20 повели в кабинет 30S, для ознакомления с… — Ясно. Где сейчас 13-06z20? — У Карла. Мне пришлось подниматься на третий этаж. Карл сидел в своем кабинете и листал бумажки. Ярослав Николаевич сидел рядом и чего-то ждал. Когда я вошел, то они оба в раз повернули головы. — Не помешал? — Нет, Иван Олегович. Проходите. Я вчера совсем забыл спросить про течку. — Ничего страшного. Как вы себя чувствуйте, Ярослав Николаевич? — Неплохо… — пассивно ответил он и вздохнул. — Я прочитал ему правила и проинструктировал. — Спасибо. А что с Паханом? — Не знаю, он мне не докладывал. Ах да, те две альфы. — Стоп, стоп, «ДВЕ»? Я думал дрались мужчины. — Нет. Подрались 03 — 99d21 и 03-99j45, Жгучая Изольда и Коварная Марианна. — Я улыбнулся, узнав эту новость — С ними все хорошо? — Да, курсант «Рипли» оказался рядом и вовремя их разнял. Я присел на стул рядом с Ярославом Николаевичем, посмотрел ему в глаза, но тот быстро отвернулся. Карл что-то печатал на планшете, Пьер, по видимому, сегодня не работал, а я почувствовал аромат мартони. Он сначала был легким, но потом усилился. — Карл, вы что, варите мартони? — Нет. — Я чувствую его запах. — А, а это наш замечательный омежка. У него особое свойство, во время течки он не имеет собственного запаха — отвечал мне Карл, — а альфы, благодаря особому ферменту, чувствуют только тот запах, который им самими нравится. Ты чувствуешь мартони, а те две девочки запах клубники со сливками и скошенной травы. — Ого. — Я снова посмотрел на Ярослава Николаевича. — Ах, да, в воскресенье надо «натуру»! — Отдав листок с заказом, я встал со стула и подошел к окну. — Хорошо. — Подтвердил Карл и убрал заказ в верхний ящик стола. — Ярослав Николаевич. Вам уже дали таблетки? — Да. — Инструкцию вы получили? — Да. — Учебники вы возьмете в библиотеке для студентов. Свободны. — Мужчина встал и хотел было уйти, но я (как всегда вовремя) вспомнил и добавил в след — Глава вашего факультета Пахан, все вопросы к нему. Пока он болеет обращайтесь к замам. — Хорошо. 13-06z20 скрылся за дверью, и мы с Карлом остались вдвоем. — Странный он какой-то — начал тот. — Мы все тут странные. — Да нет… Он не испытывает удовольствие во время траха, когда у того течка. Это необычно. — Ну, всякие попадаются. Помнишь 10-009L, из того поколения? — А то! — Улыбнулся Карл. — Как его там звали? «Мартин Великолепный»? — Да… — Улыбнулся я, и мы посмеялись. Проболтав с Карлом еще минут десять, я неохотно вышел из кабинета, так как проступок двух альф требовал разбирательства. Но я их осуждать не собирался. Если у Ярослава Николаевича такой чудесный «дар», то не стоит орать на них. Да и потом, не хотелось мне этого делать в выходной. Но выговор выписать пришлось. Сад наливался, цвел и пах. Дикие плоды росли в созданных условиях на ура. Многие приходили сюда поесть экзотических фруктов или орехов. Тут я встретил Ярослава Николаевича. — Перестаньте плакать. Все не так плохо. — Тот ничего не ответил — В понедельник начнутся занятия. Расписания… — Висит на первом этаже «общежития». Я знаю, сэр. — Вот и хорошо. Кстати, где ваша форма? — Я не смог ее получить. — Почему? — я нахмурил лоб. — Там никого не было, когда я пришел за ней… — он обреченно вздохнул. — Сколько здесь учатся? — На вашем факультете три курса, это полтора года. Точнее год и 8 месяцев. Последний курс в основном практика. — А, если я закончу? — То. Будете жить здесь и работать. На заказы будут распределять, а потом отдают вам деньги, изымая плату за «комнату» и за обеды. Остальное — вам. — А долг? — Из этих денег вы часть, которую посчитайте нужною, отдаете в казну, остальное вам. Так, на мелкие расходы. Но «студенты» отдают все деньги, что бы быстрее погасить долг. Я думал вам обо всем рассказал Карл. — Об этом нет. Только об учебе, факультетах, в кабинетах, которых я буду заниматься и профессорах. — Ох, ладно — вздохнул я. — А что за «открытые двери» стоят третьей парой во вторник. — Вы успели посмотреть расписание? Так вот это когда комиссия, проверяющая «Виверон» выбирает факультет и присутствует на занятиях. — Ясно. — Ярослав Николаевич, а вы действительно странный человек. Всего второй день тут, а уже такой спокойный, обычно «новенькие» неделю ходят с яростными глазами. — Я понял, что мне нечего терять. — Он встал и ушел в «общагу», а я смотрел ему в след. Черт, до чего же классная задница.